Сделка

Кромешная темнота, царящая повсюду, сгущалась, удавкой обвиваясь вокруг шеи. Крепко стягивалась в тугой узел, не оставляя даже малейших, теоретических шансов на то, чтобы спастись. За разбитым деревянным окном блестел снег, на который проливал свой мутный свет уличный фонарь. Где-то совсем далеко слышался лай бродячих собак. Иногда он переходил в громкий затяжной вой, из-за чего становилось еще более жутко, а по телу пробегались мурашки. Миранчук вздрогнул, в очередной раз услышав завывание, и, аккуратно ступая, подошёл к окну. Острые осколки не полностью выбитого стекла угрожающе поблескивали, от всё же попадающего на них света фонаря. Они представляли реальную опасность порезаться и, не исключено, подцепить какую-нибудь заразу, поэтому Алексей старался оглядеть местность, максимально не приближаясь к ним. Кроме довольно высоких сугробов, деревянного столба, явно не надёжного с всё тем же фонарём, и дремучих зарослей кустарников, представляющих своеобразную стену, футболисту не удалось ничего увидеть. Разочарованно вздохнув, шатен развернулся и оглядел помещение, в котором находился. Старый пол из скрипучих, гнилых досок. Голые стены без намёка на обои, краску или в крайнем случае побелку. Дополнял картину потолок с отваливающейся штукатуркой. Полузащитник пробежался внимательным взглядом по стенам в поисках розетки или выключателя, но ничего не нашел. Тьма напрягала ещё сильнее и навевала совсем не нужную панику. Сильный поток ветра качнул ставни, чем тут же вызвал их мерзкий скрип. Лёша вздрогнул, похолодев то ли от страха, то ли от мороза, что окружил его, и резко обернулся к окну. Ставни медленно покачивались, продолжая скрипеть, правда, уже заметно тише. Только Миранчук хотел выдохнуть, как собаки снова громко завыли, и уже через секунду половицы справа от него заскрипели. Застыв на месте, ощущая, как шевелятся на голове волосы, парень застыл и нервно сглотнул. Он чувствовал и осознавал, что в этот раз это не порыв ветра или его галлюцинации. В этот раз все реально. Поворачиваться было дико страшно, отчаянно хотелось закрыть глаза, чтобы все это пропало. Но крепко сжав ладони в кулаки и сцепив зубы, шатен все же повернулся... –Кира?! – Девушка стояла прямо перед ним, прожигая стеклянным взглядом, м е р т в ы х глаз. Некогда молочная кожа теперь же была ужасно бледной и отливала синеватым оттенком. На худом, даже скорее анорексичном теле виднелась светлая ночная рубашка с мелкими голубыми цветками. А ещё выделялся большой живот, который поглаживала Кира. –Быстро же ты нас забыл, Лёшенька... – В ее глазах заблестели слезы, а голос был настолько ... настолько переполнен болью, что футболист и сам находился на пределе, чтобы не разрыдаться. Страх леденил душу, черным, горьким ядом растворяясь в крови и совершенно отключая способность здраво мыслить. –Я...я... – Голос сорвался и пропал, из-за чего парень тут же схватился за горло, засипел. –А говорил, что любишь меня, сыночка нашего, – Кира продолжала ласково и нежно гладить живот, смотря на него, вроде бы говоря сама с собой. Однако затем девушка очень резко подняла взгляд, вонзившись в шатена острыми стрелами, – Где же твоя любовь, Алёшка? Услышав это прозвище, которым его называла только она, Миранчук не выдержал и истошно закричал, вот только голоса все не было, и ему удавалось издавать лишь сиплые звуки. А Кира... Кира смеялась. Громко, заливисто, держась за живот и широко-широко улыбаясь. /// –Нееет! – Собственный крик оглушил, колкой резью раздался в ушах, но именно благодаря ему футболист смог вырваться из плена кошмарного сна. Широко раскрыв глаза, парень бегал взглядом по комнате, пытаясь понять, где он находится и что происходит. Холодный пот тем временем многочисленными каплями выступал на лбу и ручьём стекал по спине. Полузащитник тяжело дышал, продолжая чувствовать тупую боль в горле, и никак не мог отдышаться. –Лёш! – Лишь спустя минут пять Миранчук, наконец, услышал Риту. Девушка пыталась до него достучаться ещё с того момента, как проснулась из-за его метаний по кровати и громкого крика, да всхлипов. Но он абсолютно не замечал ее и никак не реагировал. –Прости, я разбудил тебя.. – Шатен растягивал ворот футболки, который, соприкасаясь с кожей, начинал душить. –Страшный сон? – Аверина обняла полузащитника за плечи, со всей своей любовью и нежностью смотря на него. –Очень, – Кивнув, хрипло ответил Лёша, все ещё находясь между сном и реальностью. –Знаешь, мне когда в детстве кошмары снились, мама всегда говорила посмотреть в окно и мысленно сказать: "Куда ночь, туда и сон". Помогало, – Девушка пожала плечами, слегка улыбнувшись, пытаясь разрядить атмосферу и хотя бы немного успокоить футболиста. –Да, мы тоже так с Тохой делали, – Отрешенно, словно робот, проговорил Алексей. Он продолжал смотреть в одну точку, прямо перед собой, но дыхание уже пришло в норму, и сердце, кажется, перестало разрываться от страха. Обняв Аверину в ответ, Лёша мимолётно поцеловал ее в висок, а затем как можно спокойнее произнес: –Давай спать. Через несколько часов к Потапычу ехать, а я ему пообещал мини-матч устроить, силы потребуются, – В ответ шатенка кивнула, чмокнула парня в губы, не заметив его сухого ответа. Миранчук лег на спину, смотря в потолок, пытаясь переварить и перемолоть в себе этот сон. Девушка легла рядом, прижавшись к нему, устроилась под боком. Рита заметила, что полузащитник будто бы сам не свой, но списала его такое поведение на кошмар, решив, что уже утром все вернётся в норму. Алексей же, переведя взгляд в окно, заметил мерцание рассвета и облегчённо выдохнул. Всё-таки мысль о том, что наступает утро, невольно грела. Находиться в темноте, наблюдая чёрную ночь за окном, он был сейчас не в силах. И хотя утро уже наступало, не с его полным приходом, не с наступлением дня, футболист не стал прежним. /// Оставив Миранчука и Потапыча на все той же спортивной площадке, Рита отправилась в кабинет врача. Девушка задумчиво брела по больничным коридорам, думая о Лёше. Она не знала, что за плохой сон ему приснился. Спросила невзначай за завтраком, но парень лишь побледнел, да отмахнулся, прохрипев, что ничего серьёзного – бред всякий. Но шатенка то догадывалась, что не бред. Иначе бы он так не грузился из-за него. Старший близнец находился постоянно в себе, ни разу не обнял ее, ни поцеловал, даже ни прикоснулся вообще. Он словно сторонился, избегал, и это пугало Аверину, что ли. Она не понимала такой отрешенности парня, холода, что появился перед ними. Недосказанность, в воздухе повис необходимый им разговор, но Рита на него не решалась, а Лёша даже не думал о нем, весь находился во сне, что особо ярко запечатлелся в памяти. Получив разрешение доктора, внимательно выслушав все его рекомендации и наставления, Аверина заметно повеселела. Во-первых, Ванька будет очень рад куда-то выбраться, а тем более на море. Во-вторых, она надеялась, что таким образом вернёт Алексея из вязкой пучины размышлений и их отношения потеплеют. –Ну что? – Как только шатенка вернулась на площадку, к ней подлетел сын, с замиранием сердца ожидая ответ. –Разрешил, – Счастливо прошептала Рита и тут же подхватила его на руки, оказавшись в крепких объятиях малыша, что громко кричал "ура" и радовался так искренне и сильно, как только мог. –Лёша, а ты поедешь с нами? – Вдруг задал очень важный для него вопрос Ваня, повернувшись к футболисту. –Конечно, куда ж я без вас, – Миранчук улыбнулся и поразмыслив секунду, подошёл к ним значительно ближе. Его походка была какой-то осторожной, с некой долей опасения и... настороженности? Потапыч недолго думая, обнял за шею и его, притягивая к себе с мамой. –Рит? –Что? – Аверина широко улыбалась, прогнав прочь все глупые мысли. –Давай сегодня рассвет встретим? Не будем спать, – Предложил, хотя скорее попросил футболист, старательно скрывая нотки мольбы в голосе. –Давай, – Не заметив подвоха, согласилась девушка, снизав плечами. Счастье слишком ослепительно...