Глава 30
3 июня 2025 г., 04:43
— Нам определённо следует остановиться и отдохнуть, — попыталась привлечь к себе внимание вконец выбившаяся из сил леди Кейтилин, и хоть Бриенна никак не могла с ней не согласиться, но все равно продолжала упрямо гнать не менее уставшую лошадь вперед.
— Мы никак не сможем отбиться от преследователей, если рухнем на землю, не в силах даже пошевелиться, — вновь произнесла Старк, как только стало понятно, что ее спутница даже не думает останавливаться. — Или же вы хотите окончательно загнать не только нас самих, но, ко всему прочему, ещё и наших лошадей? Как в этом случае вы планируете преодолеть весь остаток пути отсюда до Риверрана пешком?
— Нам бы не пришлось столь поспешно уезжать, даже толком не отдохнув, если бы вы умели держать себя в руках и не рухнули в обморок аккурат посреди зала, — раздражённо парировала Тарт, ощущая все сильнее нарастающую в душе злость на уже изрядно утомившую ее Старк. Воистину, эта женщина слышала лишь саму себя, а любое другое мнение, отличное от ее собственного, неизменно воспринимала в штыки! — Одним только Семерым ведомо, как мне удалось заговорить всем зубы и убедить постояльцев трактира в том, что вам нездоровится, а я сопровождаю вас в Старомест. Не иначе, как только милостью самих богов нам удалось уехать до того, как тот рыцарь понял, кем мы являемся на самом деле, и начал действовать. Но уж можете не сомневаться, я прочитала все на его лице, и наверняка он сразу же отправился в Королевскую Гавань, аккурат на прием к королеве и к вашему мужу. Или, быть может, уже не к вашему? — последние слова наверняка были чрезвычайно болезненными для самолюбия леди Кейтилин, но удержаться Бриенна уже никак не смогла. За время пути ее спутница успела изрядно потрепать нервы девушке как своими нравоучениями, повторяющимися из раза в раз, так и редкостным упрямством, а потому Тарт захотелось осадить Старк, чтобы та хотя бы до вечера не изводила ее своими речами. И как только лорд Эддард Старк терпит на протяжении стольких лет ужасный характер своей жены? Как видно, он потому и покинул Винтерфелл, только чтоб хоть немного от нее отдохнуть. Если так, то Бриенна была готова всецело поддержать его в этом вопросе.
Услышав довольно едкие и обидные слова, Кейтилин Старк моментально изменилась в лице и еле слышно что-то пробурчала, очевидно, какое-то заковыристое проклятье, непонятно только в чей адрес, — то ли супруга, то ли королевы, то ли самой Тарт, — но сама Бриенна вновь мысленно вернулась к тому дню, когда после слов молодого рыцаря о романе между лордом Старком и королевой Серсеей леди Кейтилин попросту рухнула в обморок, чем незамедлительно приковала к их персонам всеобщее внимание. Владелец трактира, служанки, а также многие из числа посетителей кинулись помогать упавшей без чувств женщине, которая, если судить по ее платью, явно принадлежала к числу благородных. Тем не менее, быстрее всех оказался тот самый юноша в цветах Риккеров, как опознала его Бриенна, собственно, из-за слов которого Старк, явно не справившаяся со столь обильным потоком новостей, и оказалась в такой непростой ситуации.
— Во имя Семерых, что с ней?! — воскликнул тогда юноша, и тут на Бриенну накатила совершенно несвойственная ей волна вдохновения, потому что она начала с таким упоением врать и сочинять небылицы о состоянии своей спутницы, что одна из служанок даже прослезилась, услышав полную безысходной грусти историю о тяжком, почти что неизлечимом недуге, поразившем несчастную женщину. Тарт даже и не подозревала о том, что может так вдохновенно врать, а потому только и могла поражаться тому, сколь убедительно она тогда рассказывала о волевом решении своей тяжелобольной кузины, никогда не знавшей мужниной ласки и тепла материнства, отправиться в Старомест, в надежде на то, что тамошние мейстеры, известные на весь Вестерос своей несравненной мудростью, смогут оказать ей помощь. В противном случае у бедняжки Катрин не останется иного выбора, кроме как терпеливо и смиренно ожидать неизбежный и, увы, довольно скорый приход Неведомого.
— Она может свалиться без чувств даже из-за самого малейшего переживания, — говорила Бриенна, пока упавшую без чувств Старк тащили в одну из свободных комнат и аккуратно укладывали на кровать. Одна из служанок куда-то убежала, но уже довольно скоро вернулась с кувшином чистой воды и белыми тряпками, очевидно для компрессов. — Не в обиду вам будет сказано, сир, но ваши слова определённо заставили ее волноваться.
— Простите меня, у меня и в мыслях не было доставить вам неудобства! — воскликнул Риккер, прижимая ладонь к груди. — Но я не понимаю, почему мои слова о лорде Старке и королеве Серсее столь сильно взволновали вашу кузину?!
— Она просто слишком сильно принимает все к сердцу, — постаралась успокоить рыцаря Бриенна, а затем, поддавшись очередному наитию, она слегка наклонилась вперед и заговорщическим шёпотом добавила. — Если честно, сир, несколько лет назад Катрин вживую видела лорда Старка и, как мне кажется, влюбилась в него по уши. С той поры, каждый раз, как она про него слышит, то становится буквально сама не своя от переживаний.
Бриенна долго потом пыталась понять, откуда у нее только бралось вдохновение так упоённо врать. Риккер же на это заявление ничего не сказал, но его губы растянулись в широкой улыбке, после чего он бросил немного насмешливый и лукавый взгляд на продолжающую лежать без чувств Кейтилин и понимающе кивнул. Прикрыв рот ладонью, он отступил к двери, чтобы не мешать служанкам, которые продолжали суетиться вокруг женщины, и замер. Как видно, он чувствовал свою ответственность за то, что и без того тяжело больная путница из-за неразделённой любви рухнула в обморок, и теперь намеревался самолично убедиться в том, что с ней все в порядке и, возможно, лично перед ней извиниться, хотя, по сути, он совершенно ни в чем не был перед ней виноват. Бриенна краем глаза постоянно следила за Риккером, в душе надеясь на то, что он покинет комнату до того, как леди Кейтилин придет в себя, ведь девушка могла только догадываться, как именно поведет себя Старк, едва лишь увидев перед собой молодого рыцаря. Учитывая, что эта женщина была крайне эмоциональной и, как думалось Бриенне, вряд ли хоть немного задумывалась о последствиях собственных действий, она сдуру могла наговорить рыцарю все, что угодно, и каким в этом случае будет итог остаётся лишь только догадываться.
Как бы там ни было, Бриенне необходимо было посвятить леди Кейтилин в официальную версию ее обморока таким образом, чтобы этого не услышали остальные, а этого вряд ли удастся добиться, если в комнате будут постоянно находиться посторонние, пусть и желающие оказать путницам посильную помощь. Вновь пришлось включить бьющую сегодня фонтаном фантазию и, придумав добрый десяток предлогов, выпроводить наружу не только служанок, но и самого Риккера, клятвенно пообещав последнему, что как только дорогая кузина придёт в себя, так его сразу же поставят об этом в известность. Уезжать не извинившись он определённо не собирался.
— Не волнуйтесь, сир, я обязательно вас позову, — заверила его Бриенна, аккуратно, но настойчиво подталкивая его к выходу.
Риккер лишь продолжал улыбаться, но в тот самый момент, когда сама Тарт попыталась натянуто ему улыбнуться и уже хотела было закрыть за ним дверь, как он внезапно замер на пороге и резко обернулся, уставившись полным недоумения взглядом в лицо девушке, которая от подобного поведения слегка отпрянула. Юноша смотрел на нее снизу вверх с некоторой растерянностью в глазах, но вот на его лице отразилось изумление вкупе с явным непониманием происходящего.
— Что-то не так? — спросила Бриенна, ощущая нарастающее в душе беспокойство.
— Простите, но вы... — начал было Риккер, но внезапно смутился и замолчал, после чего он бросил изучающий взгляд на лежащую без чувств Старк, а затем поспешно удалился, еще раз обернувшись лишь в самом конце коридора. Еще раз окинув Бриенну пытливым взором с головы до ног, он быстро спустился по лестнице, пока окончательно не пропал из виду.
Тарт молча закрыла дверь и для пущей верности заперла ее на засов, чувствуя, что зародившееся в душе беспокойство с каждым новым мигом становится лишь сильнее. Вряд ли юный рыцарь смутился из-за того, что внезапно в нее влюбился, скорее, он просто пока что не был уверен в охвативших его подозрениях, которые явственно читались на лице Риккера. Но неужели он смог опознать леди Старк или же ее саму? Вот только с чего бы это? Бриенна довольно редко покидала пределы родовых земель Тартов, а этого юношу и вовсе впервые видела, чтобы он мог вот так с ходу ее опознать. Седьмое пекло, неужели до Королевских земель всё-таки дошло описание ее внешности? Если хорошенько подумать, то нечто подобное вполне могло случиться, как-никак проклятый евнух, о талантах которого не знали наверное разве что только грудные младенцы, не даром ел свой хлеб. Если так, думала тогда Бриенна, то им придётся убраться отсюда, едва лишь взойдёт солнце, и с этой минуты быть еще более осторожными, ведь лорд Старк и Серсея Ланнистер, если столь неожиданные слухи о них окажутся правдивы, наверняка захотят как можно быстрее пообщаться с одной из сторонниц ныне покойного короля Ренли. А уж если они узнают, что Бриенна путешествует не сама по себе, а в компании с леди Кейтилин, то, в независимости от правдивости слухов, дальнейшие действия регентов вообще крайне сложно будет предугадать, но путь двух женщин так или иначе закончится в Красном замке. Вряд ли лорду Старку понравится, что его жена пребывает не пойми где, встречается с врагами короны, да еще и без его ведома заключает союзы с другими лордами у него же за спиной. Как бы Хранитель Севера не относился к ныне покойному Ренли, можно с уверенностью утверждать, что по головке он свою супругу точно не погладит.
И все же, вынужденно задумалась Бриенна, усевшись на стул таким образом, чтобы следить как за лежащей без чувств леди Кейтлин, так за входом в комнату, неужели лорд Старк наплевал на собственную семью и действительно закрутил роман со вдовствующей королевой, супругой своего лучшего друга? Вроде бы, нечто подобное было совершенно ему не свойственно, ведь Хранитель Севера всегда славился как раз-таки своей кристальной честностью, а так же несравненным благородством и неизменной верностью принесенным клятвам, о чем было хорошо известно всему Вестеросу. А раз так, то с какого рожна Старк вдруг будет изменять своей жене, да ещё с королевой, семью которой он никогда не любил, чего и не думал никогда скрывать от кого бы тот ни было? С другой стороны, именно роман с Серсеей мог бы объяснить, почему Старк, ко всеобщему изумлению всех благородных и честных людей Семи Королевств, остался верен именно Джоффри Уотерсу, презренному бастарду, а не законному королю Вестероса, коим сама Бриенна неизменно считала и продолжала считать ныне покойного Ренли Баратеона. Сама она никогда не верила в то, что Хранитель Севера служит узурпатору, плоду греховной и противной Семерым кровосмесительной связи, лишь из-за собственной глупости, как пытался убедить своих союзников и вассалов король Ренли, или же из страха за жизнь дочерей, как на протяжении всего пути до злополучного трактира продолжала изо дня в день твердить ей леди Кейтилин. Выходит, они оба ошибались, а Тарт была права с самого начала? Поди знай, но сама Бриенна вовсе не горела желанием встречаться со Старком лично только лишь затем, чтобы воочию убедиться в своих подозрениях. Этим пускай занимается леди Старк, если ей вдруг взбредёт в голову столь бредовая мысль. Коль ей вдруг захочется отправиться в Королевскую Гавань, на встречу с горячо любимым мужем, то сама Бриенна незамедлительно отправится в другую сторону, леди Винтерфелла и так уже порядком утомила ее своими бесконечными речами и нравоучениями.
В тот миг ее даже посетила мысль о том, чтобы бросить леди Кейтилин в этом трактире, а самой покинуть его под покровом ночи. Бриенна и так не понимала, зачем она вообще путешествует в компании с леди Старк, ведь общих интересов у них считай, что и не было, а у Тарт своих проблем хватало, чтобы еще лезть в семейные дрязги правителей Севера. Нет, когда она узрела ужасную смерть короля Ренли, то буквально впала в ступор и в тот момент очень плохо соображала, а потому могла натворить глупостей. Именно поэтому слова леди Кейтилин, убеждавшую ее немедленно бежать, показались вполне разумными. Но затем шок прошел, разум вернулся, и Бриенна начала задумываться над тем, что сопровождать леди Старк дальше попросту нет смысла. Общих целей у них нет, и по сути их вообще ничего не связывало, а потому, как казалось Тарт, пришла пора им прощаться. Эти мысли регулярно посещали девушку, вот и сейчас она вновь задумалась над этим же вопросом, и от перспективы остаться в одиночестве Старк спасло лишь то, что в этот самый момент она начала подавать признаки жизни и наконец-то приходить в себя.
— Что... — едва лишь открыв глаза, слабым голосом попыталась спросить леди Кейтилин, но Бриенна немедленно ее прервала.
— Слушайте внимательно все, что я сейчас скажу, — произнесла она нетерпящим возражений тоном, после чего быстро посвятила Старк во все, что случилось за последнее время. В конце своего рассказа Тарт подытожила. — Нам нужно уезжать отсюда как можно быстрее, пока этот проклятый юнец окончательно не понял, кто мы такие есть, и не попытался остановить нас. Можете не сомневаться, в случае чего я без труда с ним разделаюсь, но если мы устроим здесь драку, то я не ручаюсь вам за дальнейшее последствия.
— Тогда немедленно в путь, — Кейтилин попыталась подняться с кровати, но Бриенна уперлась ей ладонью в грудь, тем самым не позволяя женщине встать.
— Если мы уедем прямо сейчас, то рискуем навлечь на себя лишние и совершенно не нужные нам подозрения, — возразила Тарт, поражаясь тому, что вынуждена объяснять более взрослой и, в теории, более опытной женщине прописные истины. — Они обязательно начнут задаваться вопросом, а куда это нас понесло на ночь глядя, особенно с учётом того, что вы якобы тяжело больны? И тогда этот чёртов Риккер окончательно убедиться в своих подозрениях, после чего он либо кинется за нами в погоню, либо поспешит в Королевскую Гавань, прямиком к королеве Серсее и ее проклятому бастарду. Нет, мы уедем завтра на рассвете, расплатившись и поблагодарив местных за оказанную вам помощь.
— Но ведь в таком случае мы рискуем быть пойманными! — воскликнула Старк.
— Да, это так, — кивнула Бриенна, — но нам придётся пойти на этот риск. К тому же, нам в любом случае нужно отдохнуть, а об полноценном отдыхе можно будет смело забыть, если мы продолжим путь считай что ночью. Не знаю, как вам, а меня вовсе не прельщает перспектива искать ночлег посреди ночи же, когда по всем дорогам рыскают шпионы узурпатора.
На том в итоге и порешили. Несмотря на то, что ночь прошла крайне беспокойно, обе путницы очень плохо спали, постоянно просыпаясь из-за малейшего шороха, утром они встали с первым же проблеском зари и принялись седлать лошадей. Бриенна надеялась уехать еще до того, как проснётся Риккер, но, как оказалось, юный рыцарь тоже встал с утра пораньше, словно бы что-то предчувствовал. Не успела леди Старк расплатиться за еду и ночлег, как юноша уже стоял посреди двора и пристально следил за всеми их действиями.
— Вы уезжаете так рано? — спросил Риккер, и пусть его тон был чрезвычайно спокойным, он никак не вязался ни с выражением его глаз, ни с позой, в которой он замер. Судя по всему, сомнения продолжали одолевать рыцаря, но он явно готовился к любому дальнейшему развитию событий.
— Да, сир, я не хочу впустую тратить время, — натужно ответила Старк, после чего внезапно закашлялась и разве что согнулась пополам, сидя в седле. Бриенна даже удивилась тому, сколь долго и страшно кашляла леди Кейтилин. Как бы там ни было, ее импровизированный спектакль определённо оказался довольно успешным, так как Риккер страшно побледнел и сделал шаг назад. Закончив кашлять и утерев рот, Старк продолжила куда более хриплым голосом, ее лицо даже покраснело от напряжения. — Извините, но как вы сами можете видеть, с каждым днём мне становится только хуже, так что ждать мне нельзя ни в коем случае. Поэтому, нам действительно нужно отправляться в дорогу.
— Да-да, конечно, — торопливо ответил рыцарь, после чего начал долго и витиевато извиняться перед Старк за то, что по его вине та грохнулась в обморок. В какой-то момент Бриенне надоело ждать, и она решила поторопить свою спутницу:
— Нам надо отправляться, Катрин, — произнесла Тарт, — я не хочу, чтобы с тобой случился приступ в пути.
— Да, нам пора, — кивнула Старк, после чего подстегнула сонную лошадь и еще раз обратилась к Риккеру. — Всего доброго, сир. Я надеюсь, что вы прославите свое имя и не посрамите честь ваших предков. Да прибудут с вами Семеро.
— Благодарю вас, миледи, — рыцарь отвесил ей глубокий поклон, — я надеюсь, что ваше пребывание в Староместе окажется плодотворным, и вы сможете излечиться от снедающего вас недуга.
— Спасибо, — Старк заметила полный нетерпения взгляд Бриенны и еще раз взмахнула поводьями. Лошадь недовольно фыркнула, тряхнула головой и наконец-то тронулась с места.
Когда оба скакуна удалились уже на довольно приличное расстояние от трактира, Бриенна не удержалась и обернулась, увидев ровно то, чего и опасалась: сложив руки на груди, Риккер стоял посреди двора, неотрывно следя за удаляющимися путницами, и что-то в его выражении лица, плохо различимого на таком расстоянии, не понравилось Тарт. Судя по всему, рыцарь наконец-то понял, что его обвели вокруг пальца, и окончательно уверовался в своих подозрениях, и раз он сразу же не кинулся за ними в погоню, то это значит, что Риккер намеревался сообщить о них в Королевской Гавани.
— Это ведь стук копыт позади нас, разве нет? — голос леди Кейтилин вырвал Бриенну из воспоминаний, и девушка чертыхнулась, проклиная себя за невнимательность.
Остановив коня, Бриенна прислушалась к звукам, которые доносились как раз с той стороны, откуда они ехали, и довольно быстро поняла, что в их направлении действительно очень быстро скачет большая группа всадников, и девушка очень сильно сомневалась в том, что их это никак не касается. Конечно, всегда был шанс того, что мчащиеся в их направлении люди едут по своим собственным делам, к примеру, в Хайгарден, или же направляются в северные земли, а до двух женщин им не было никакого дела, но Бриенна не была столь оптимистично настроена, а потому заранее готовилась к худшему. Быстро достав из под седельных сумок меч, который она до поры скрывала от посторонних глаз, Тарт проверила, насколько легко клинок выходит из ножен, а также мысленно отругала себя за то, что послушалась Старк и на какое-то время рассталась с доспехами. Леди Кейтилин убедила ее в том, что рослая девица в доспехах обязательно привлечёт к ним излишнее внимание, и пусть Бриенна понимала, что ее спутница безусловно была права, все равно продолжала мысленно проклинать себя за недальновидность.
— Не будем стоять, — предложила Кейтилин, — давайте попытаемся от них оторваться.
— Мы почти не отдыхали последние несколько дней, — возразила Бриенна, предчувствуя скорый бой, который, возможно, станет для неё последним. — Лошади тоже вымотаны, они не выдержат долгой погони и попросту падут прямо под нами. Нам остаётся лишь надеяться на то, что эти всадники всё-таки явились сюда не по наши души.
Старк отчётливо побледнела и судорожна сжала в руках поводья, явно намереваясь пустить лошадь в галоп при первом же намёке на угрозу, и ей будет глубоко плевать на то, о чем предупреждала ее Бриенна. Они обе пристально следили за трактом и довольно скоро смогли разглядеть быстро приближающийся отряд всадников, но различить на таком расстоянии их родовые гербы пока что не представлялось возможным. Но вот во главе отряда Бриенна смогла разглядеть высокого воина в цветах Росби, хотя он никак не мог быть ни главой рода, он нисколько не походил на старого и чахлого лорда Джайлса Росби, ни тем более быть его сыном, ведь чахоточный старик, несмотря на два брака, не имел законных наследников. Собственно, происхождение молодого воина волновало Бриенну меньше всего, а вот тот факт, что он имел явную принадлежность к роду Росби, верных вассалов Джоффри Уотерса и сторонников регентского совета, не мог не беспокоить Тарт. Когда же всадники подъехали ближе, Бриенна смогла опознать еще несколько гербов. Кто-то из них являлся вассалом Ланнистеров, кто-то — Баратеонов, и лишь северян среди них не было. Хотелось бы узнать, почему? Лорду Старку не сообщили о том, что его жена здесь? Или же он просто не посчитал нужным посылать за ней кого-то из числа своих вассалов?
Едва лишь завидев замерших посреди тракта женщин, всадники сразу же стали замедляться. Когда же между ними остался всего лишь с десяток шагов, воины окончательно остановились, при этом неотрывно следя за обеими путницами. У некоторых из них на лицах появились нескрываемые усмешки, стоило им только заметить покоящийся в ножнах меч в руках у Тарт.
Вперёд выступил тот самый воин в цветах Росби. Вблизи можно было хорошенько разглядеть этого довольно высокого роста и немного нескладного юношу лет двадцати, с веснушчатым лицом и рыжими кудрями. Его озорные зелёные глаза ярко сверкали, как и белозубая улыбка, с помощью которой он наверняка вскружил голову многим недалёким девицам.
— Леди Кейтилин, леди Бриенна, — его голос оказался довольно мелодичным, и Бриенна неожиданно для самой себя поняла, что краснеет, подобно каким-то пустоголовым дурехам. — Вы даже не представляете, насколько я рад видеть вас в полном здравии.
Старк и Тарт переглянулись. Судя по тому, что замерший перед ними юноша знал их по именам, последнее сомнения окончательно отпали: Риккер действительно смог их опознать, после чего сразу же отправился из трактира прямиком в столицу.
— Вы знаете нас, но мы лишены подобного удовольствия, — тон леди Старк был максимально вежливым, но на ее строгом лице не было и намёка на радость от внезапной встречи. — Соизвольте представиться.
— Ах, простите, миледи! Действительно, где же мои манеры?! — рыжеволосый юнец картинно приложил руку к груди и склонил голову. — Позвольте представиться, Мартин Уотерс, воспитанник лорда Джайлса Росби, к вашим услугам!
— Воспитанник? — красивые губы леди Кейтлин скривились в презрительной усмешке, печать неприязни отразилась на ее лице. — Или же его бастард?
— Как вам больше нравится, — судя по всему, отношение Старк к его персоне совершенно не беспокоило Уотерса. — Я здесь по поручению лорда Тириона Ланнистера, в данный момент он пребывает в трактире, который вы столь поспешно покинули, и с нетерпением ждет вашего возвращения.
— И почему же он остался там, а не отправился с вами? — ехидно поинтересовалась Старк.
— Потому что хороший кувшин вина и услужливая девка с пышной задницей ему гораздо милее, чем отбивать свой собственный зад в седле, — прямо ответил Мартин Уотерс, чем вызвал смех среди своих спутников. — Как бы там ни было, мне поручено сопроводить вас к нему, а уж затем мы все, включая лорда Тириона, отправимся на встречу с королём Джоффри, да правит он долго, и его регентским советом.
— Я не признаю какого-то бастарда, рожденного от кровосмесительной связи, свои королем! — смело заявила Бриенна, и смех мгновенно прекратился. На нее разом уставился добрый десяток пар глаз, в которых явственно читались злость и нескрываемая угроза предстоящей расправы.
— Говорить столь дерзкие слова о Защитнике Веры — крайне глупо и недальновидно, леди Тарт. За это вполне можно и с головой попрощаться, — веселый тон Уотерса сразу же сменился на откровенно угрожающий. Он смерил Бриенну тяжелым, недовольным взглядом, после чего вновь обратился к леди Кейтилин. — Я не знаю, миледи, почему вы странствуете по королевствам в столь странной компании, но ваш муж, лорд Старк, желает как можно быстрее вас увидеть. Он очень удивился, когда узнал о том, что вы путешествуете вместе с одной из сторонниц лорда Ренли.
— Короля Ренли! — воскликнула Бриенна, закипая от гнева и как можно крепче сжимая рукоять меча.
— Лорда Ренли, — подчеркнул Уотерс, бросив на Тарт полный уже нескрываемого бешенства взгляд, после чего продолжил. — Так вот, лорд-десница очень удивился, когда до него дошли столь неожиданные вести, ведь он сам является преданным сторонником истинного короля Джоффри Баратеона, благославленного Семерыми, а тут вдруг такие новости. В общем, нам поручено доставить вас в Красный замок, со всем почтением и уважением к вашей персоне, которого вы безусловно заслуживаете, не причиняя никакого вреда. Поэтому, я предлагаю вам не усложнять ситуацию, не тратить наше общее время попусту и немедленно отправиться в путь. Мы и так потратили несколько дней на то, чтобы найти вас.
— Я никуда с вами не пойду, — гордо вскинув голову, заявила леди Кейтлин. — Если Неду так хочется со мной поговорить, то пусть приезжает в Риверран, там мы с ним всё и обсудим. У меня тоже накопилось много вопросов к моему супругу, на которые мне хотелось бы получить честные ответы. Можете так ему и передать.
Уотерс оглянулся на своих спутников и тяжело вздохнул. Бриенна же приготовилась к схватке, ведь было очевидно, что никто их никуда не отпустит. Эти люди получили приказ, который они вряд ли осмелятся нарушить, а слова самой Бриенны о Джоффри и Ренли лишь распалили их недовольство.
Уотерс еще раз тяжело вздохнул, покачал головой и произнёс:
— Леди Старк, я ещё раз прошу вас не усложнять и без того неприятную ситуацию. Поймите меня правильно, мне бы совершенно не хотелось ненароком причинить вам хоть какой бы то ни было вред, но у меня есть приказ, который я не могу не исполнить. К тому же, я честно не понимаю, почему вы упрямитесь? Вас желает видеть ваш же муж, что в этом плохого? Посетите замок, обсудите все с лордом-десницей, наверняка это какое-то недоразумение, и я думаю, что он никак не будет возражать, если вы отправитесь туда, куда изначально планировали, особенно если это действительно для вас так важно.
— Я вам все уже сказала и повторяться не собираюсь, — категорично заявила Кейтилин. — Мы едем дальше, а вас я больше не задерживаю, счастливого пути.
— Я действительно вас не понимаю, миледи, вы так упрямитесь, как будто боитесь, что в Красном замке вас убьют, — покачал головой Уотерс. — Ну что же, вынужденно приношу вам свои извинения, но вы попросту не оставляете мне иного выбора. Леди Бриенна, — обратился он к Тарт, — прошу вас сдать оружие и не сопротивляться, иначе за последствия я не отвечаю.
— Я похожа на дуру? — спросила Бриенна, обнажая меч. Ответом ей были несколько клинков, покинувших ножны, а также булавы и топоры.
— Да, похожи, и гораздо сильнее, чем вы сами о себе думаете, — честно ответил Уотерс, снимая с пояса булаву. — Хочу сообщить, что все равно вы поедете с нами, хотите вы обе того или нет. Вам решать, каким способом мы это сделаем.
— Не мешайте, — велела Тарт леди Старк и выдвинулась вперёд. Конь под ней, предчувствуя скорую драку, начал рыть копытами землю. Бриенна быстро огляделась, оценивая обстановку, и пришла к довольно неутешительному выводу — шансов победить у них нет от слова совсем. Ей противостояли опытные воины, победить которых поодиночке она еще вполне бы смогла, но такого шанса ей, разумеется, никто не предоставит. Нет, они навалятся на нее все сразу, скопом, после чего смогут сделать с ней все, что им только заблагорассудится. Это леди Кейтилин никто не посмеет и пальцем тронуть, злить лорда Старка они не решатся, но вот у Бриенны таких покровителей нет, в глазах противников она является бунтовщиком, а это значит, что... Додумывать, если честно, Тарт совершенно не хотела.
— Вот значит как? — задумчиво произнёс Уотерс, поигрывая булавой. — Ну что же, видят боги, я хотел решить вопрос по-хорошему, но вы, дамы, сами выбрали такой исход. Именем короля Джоффри Баратеона, я вынужден взять вас под стражу. Взять их, парни.
Всадники тут же сорвались с места, но они явно серьёзно недооценили силу и решимость Бриенны, а потому первому же противнику, на плаще которого красовался лев, как знак родства с Ланнистерами, она попросту раскроила голову от макушки до челюсти, после чего парировала удар топором справа. Ошарашенный таким отпором мужчина с рябым лицом и куцей бородой отпрянул, но тут же снова кинулся в бой, ловко увернувшись от колющего удара в живот и нанеся в ответ удар плашмя прямо в нос. Раздался отвратительный хруст, и горячая кровь залила лицо Бриенны, отчего она лишь окончательно рассвирепела и теперь скорее напоминала обезумевшего от ярости медведя, чем юную, хоть и очень рослую деву.
Увы, но ее сила и ярость уже мало чем могли ей помочь.
На нее насели сразу три противника, а за спиной она услышала громкие крики Старк, которую окружили плотным кольцом и, судя по звукам, уже стягивали с седла. Ну что же, калечить ее все равно никто не будет, но вот несколько ссадин она точно получит. Сама Бриенна подобной роскоши была напрочь лишена. Судя по всему, ее даже в плен брать не будут, а просто убьют, оставив бездыханное тело прямо посреди пыльного тракта, на потеху или же в качестве устрашения для остальных.
Ей показалось, или же до ее слуха действительно донёсся быстро приближающийся стук копыт?
— За Талли и Риверран! — раздался чей-то громкий крик, и в мгновение ока воины Ланнистеров оказались сметены тяжеловооруженными всадниками в доспехах, которые разве что не втоптали своих противников в дорожную пыль. После первого же удара четверо воинов повалились на землю, истекая кровью. Еще один, прижав к груди укороченную аж до локтя руку, поспешил убраться прочь, но не проехал и пары десятков шагов, как получил арбалетный болт в спину и рухнул с коня, словно мешок с репой.
Весь бой занял каких-то несколько ничтожных мгновений, и вот уже от людей узурпатора почти что никого не осталось, лишь двоим всадникам, одним из которых оказался Уотерс, удалось сбежать. Им вслед полетело еще несколько арбалетных болтов, но все они ушли мимо, а потому бастарду и его боевому товарищу удалось таки скрыться. Зажав нос рукой, Бриенна в мгновение ока оказалась рядом с леди Старк, подле которой уже крутился дородный мужчина с пышной бородой пшеничного цвета и ярко-синим левым глазом, правый был закрыт плотным лоскутом материи темно-серого цвета. Поверх доспехов на нем был надет длинный табард, на котором красовалась серебряная форель на красно-синем фоне — герб владык Речных земель.
— Хвала Семе'ым, мы всё-таки успели! Леди Ста'к, нас послали к вам навы'учку! — рыцарь сильно картавил, но его речь была чёткой и уверенной. — Нам нужно поско'ее уб'аться отсюда, пока эти собаки не п'ивели подк'епление! Поспешим же!
— Подождите! — воскликнула Старк, ещё не пришедшая в себя после всего случившегося. — Я благодарю вас за спасение, но кто вы такой?! На вас цвета Риверрана, но я впервые вас вижу! Кто вас послал?!
Подъехавший воин протянул Бриенне бурдюк с чистой водой и кусок тряпки, чтобы она могла стереть кровь с лица.
— Леди Ста'к, я понимаю ваше беспокойство, но мешкать нам никак нельзя! — продолжал стоять на свой рыцарь, но поняв, что женщина никуда не поедет до тех пор, пока не получит ответа, сдался. — Хо'ошо, меня зовут Го'мон Малинфо'д. Меня послал ваш ве'ный друг и союзник, кото'ого вы хо'ошо знаете, но чье имя я не могу п'оизнести здесь, ибо у узу'пато'а повсюду глаза и уши. На всякий случай, он велел мне сказать следующее: "Кет, дове'ся мне, ты же знаешь, что я всегда останусь твоим д'угом". По его п'иказу я должен доставить вас в безопасное место, где вы и сможете с ним вст'етиться. Он все вам объяснит п'и личной вст'ече.
Бриенна, остановив кровь и кое-как очистив лицо, могла лишь наблюдать за тем, как на лице Старк проявляется сперва недоумение, затем изумление, на смену которому пришла еле сдерживаемая радость. Судя по всему, она сразу же поняла, кто именно прислал людей к ним на выручку, а вот сам Тарт могла лишь гадать над личностью того, кто оказался достаточно смелым, чтобы решиться им помочь. Не знала она и того, стоит ли ей доверять совершенно незнакомым людям, которых и сама Старк впервые видела. К тому же, Бриенна до сих пор не могла определиться, как ей самой быть дальше. Ее король был убит, вчерашние союзники объявили на нее охоту, а ехать дальше со Старк, цели которой все ещё оставались неясными, у Тарт не было ни малейшего желания. Какое ей дело до проблем Кейтилин, когда у нее своих забот хватает? По всему выходило, что их пути уже давно должны были разойтись, но Бриенна по прежнему не знала, куда ей дальше направить свои стопы. Вернуться домой? А дальше что? Сидеть безвылазно в родовом замке, надеясь не пойми на что? Такая себе перспектива, если подумать.
— Итак, куда мы едем? — спросила Старк, очевидно уже приняв решение.
— В безопасное место, миледи, — ответил Малинфорд, — подготовленное как 'аз для подобного случая. Это недалеко, но ехать п'идётся быст'о. И еще, миледи, вам с'очно необходимо пе'еодеться. Ваше описание уже имеется на всех до'огах, в особенности вашей спутницы, — он обратился к Бриенне. — Вам нужно замаски'оваться, леди Та'т, вы п'ивлекаете слишком много внимания к своей пе'соне. Вилли!
Черноволосый угрюмый тип с длинными усами спешился и снял со своего коня плотную седельную сумку, которую тут же протянул Бриенне. Нахмурившись, девушка заглянула внутрь и обнаружила в сумке нечто болотно-зелёного цвета, весьма похожее на платье, а также какой-то нелепый комок цвета соломы, который на поверку оказался париком. Поняв, что ей предлагают все это на себя напялить, Бриенна подняла полный возмущения взгляд на леди Старк, которая деловито изучала содержимое другой сумки. Судя по всему, ее все устраивало.
— Я не стану надевать это, — чеканя каждое слово, заявила Тарт.
— П'остите, миледи, но вам п'идётся пе'еодеться, — возразил ей Малинфорд, — иначе мы не сможем отвести вас в убежище. Нас могут выследить.
— Вас точно выследят по гербу Талли на вашей груди, который вы даже не думаете скрывать, — парировала Бриенна, указав пальцем на табард рыцаря. — А вести меня в убежище нет никакой нужды, я все равно с вами не поеду. Дальше вы обойдётесь как-нибудь без меня, а я пойду своей дорогой.
— Не говорите глупостей, леди Бриенна! — тут же вскинулась Старк. — Разумеется, вы поедете с нами!
— А зачем? Мне нет дела до ваших проблем, они никак меня не касаются, у меня своих забот хватает. Пусть мои надежды рухнули в тот самый миг, когда погиб король Ренли, но это вовсе не значит, что я собираюсь связывать свою дальнейшую судьбу с вашей. Ведь вы сами не знаете, что делать дальше. Так что отсюда каждый из нас пойдет своим путем, я и так провела с вами много времени, — подумав, Бриенна добавила. — Даже слишком много, как мне кажется.
— Вот значит как... Это ваше окончательное решение?
— Да, — кивнула Тарт.
— Извините, но это сове'шенно исключено, — вмешался в разговор обеспокоенный Малинфорд. — Мне велено доставить вас обеих в безопасное место. Обеих, и никак иначе.
— Я отказалась ехать с тем бастардом в столицу, — Бриенна кинула на него колючий, предостерегающий взгляд. — С чего вы взяли, что я поеду куда-то с вами? Я впервые вас вижу.
— И всё-таки... — начал было рыцарь, но в этот момент его прервала Старк:
— Пусть едет, сир Гормон. Вам все равно ее не удержать.
— П'и всем моем к вам уважении, миледи, но у меня п'иказ.
— Пусть едет, — с нажимом повторила Старк. — В противном случае вам придётся волочь ее с собой силой, а так просто она не дастся, могу вас в этом заверить. Желаю вам всего наилучшего, леди Бриенна. Да прибудут с вами Семеро.
— Да прибудут с вами Семеро, леди Кейтлин, — кивнула Тарт. — Надеюсь, что в будущем у вас все будет хорошо.
— Боюсь, что для этого одной надежды будет мало, — тяжело вздохнула Старк, — но все равно спасибо. Сир Гормон!
— Да, миледи!
— Найдите для меня какой-нибудь укрытие, чтобы я могла переодеться, и в путь!
— Слушаюсь! Вилли, ты слышал миледи! Немедленно найди для нас ук'ытие!
Всадники удалились, оставив Бриенну одну, размышлять над тем, как ей теперь быть и куда податься. Вариантов, если честно, было много и в то же время чертовски мало. Но в первую очередь ей было необходимо как можно быстрее убраться с тракта. Уотерс сбежал, а это значит, что совсем скоро Ланнистеры пошлют новую погоню, и на этот раз куда более многочисленную и куда более серьёзно настроенную.
***
— Талли и Риверран? — нараспев произнёс валяющийся в кровате Тирион, после чего сделал большой глоток вина, но поперхнулся, в результате чего алая жидкость стекла ему на грудь. Откашлявшись и утерев рот простынёй, карлик продолжил рассуждать. — Занятно... Выходит, что Талли всё-таки отказались от нейтралитета и решили открыто выступить против Джоффри? — Я не знаю, милорд, — опираясь руками о спинку дивана и тяжело дыша, ответил Уотерс. — Мы вообще никак не ожидали появления тяжеловооруженных всадников, да еще и в цветах Риверрана. — Никто не ожидал, — ответил Бес, поглаживая ладошкой обнажённую грудь служанки, которая вообще не стеснялась ни собственной наготы, ни того факта, что в комнате присутствовал посторонний. — И никто их не видел, не заметил, как они проехали немалое расстояние от Риверрана до Королевских земель, не так ли? — Вообще-то, должны были, милорд, — почесав в затылке, признался бастард. — Сложно не заметить крупный рыцарский отряд, который даже не пытается скрывать своё присутствие. — А с учётом того, что на всех дорогах и трактах сейчас рыскают наши шпионы и осведомители, то мы уже давно должны были получить соответствующие донесения, — Тирион сжал грудь служанки своей маленькой ладонью, от чего девушка лишь захихикала, да начала поигрывать пальчиками и щекотать ему шею. — И все же, этих рыцарей никто не заметил. Почему? У Уотерса в тот момент был настолько растерянный вид, что Ланнистеру даже сталь его немного жаль. Самую малость. Было очевидно, что "воспитанник" лорда Росби вообще не задумывался над подобного рода вопросами, куда больше его интересовали сражения, в которых он мечтал прославиться, да девки, до которых Уотерс был чрезвычайно охочий. Собственно, по последнему пункту Бес никаких возражений не имел, он сам отнюдь не был святым, но нужно ведь хотя бы иногда пользоваться содержимым собственной черепной коробки. Увы, но Уотерс явно никогда не обременял себя дополнительными размышлениями на темы, которые никоим образом не входили в круг его интересов. — Какие наши дальнейшие действия, милорд? — спросил бастард. — Кинемся за ними в погоню? — В погоню? — удивлённо вскинув брови, переспросил Тирион. — Вчетвёртом? И многого мы добьемся столь ужасающим по своей силе отрядом? Нет, боюсь, что как боевой отряд мы мало чего стоим, разве что только сможем рассмешить наших врагов до смерти. Толку от нас сейчас будет мало, так что мы возвращаемся в Королевскую Гавань. Мой венценосный племянник должен узнать о случившемся, да и лорд Старк тоже наверняка захочет узнать о том, чем занимается его драгоценная супруга. Но сейчас меня занимают два вопроса. — Какие же? — Каким образом рыцари Риверрана добрались до Королевских земель, никак не привлекая к себе внимания окружающих, и откуда они столь точно и своевременно узнали, где именно им предстоит искать леди Старк? Тирион вновь усмехнулся, глянув на бастарда. Судя по всему, тот вообще не переживал по этому поводу, попросту решив, что Старк заранее отправила весточку в Риверран, а потому лорд Эдмур Талли послал преданных ему людей к ней на помощь. Ну а пьяный карлик просто корчит из себя великого мудреца, задаваясь идиотскими вопросами, ответить на которые способен даже ребёнок. — Значит, мы возвращаемся, милорд? — подвел итоги Уотерс, но, судя по его раздосадованному виду, он вовсе не хотел так просто сдаваться, но и перечить одному из Ланнистеров, пусть он и являлся презренным карликом, которого терпеть не могла его же собственная семья, юноша никак не мог. Ланнистеры никогда не прощали нанесённых им оскорблений, явных или же надуманных, и всегда платили свои долги, сколько бы времени у них это не заняло. Месть какому-то бастарду совершенно точно не заставит себя долго ждать. — Да, готовьте лошадей и расплатитесь с нашим гостеприимным хозяином, — велел Бес, делая очередной глоток. — Но сперва поешь, а то ты на ногах едва держишься. Мне бы не хотелось, чтобы ты от усталости свалился с коня и свернул себе шею. Даю тебе час, — на этих словах он крепко сжал сосок девушки, от чего та издала полный вожделения стон. Бросив на неё заинтересованный взгляд, Тирион поправился. — Два часа. Заодно, можешь выпить за здоровье нашего славного короля, — он кинул Уотерсу небольшой кошель с монетами, а когда Уотерс удалился, плотно закрыв за собой дверь, карлик резко извернулся в постели, прижав похотливо улыбающуюся служанку к простыням. — И так, моя дорогая, на чем мы остановились? — На этом, мой лев, — тонкая ручка ловко метнулась в промежность Беса и схватила его за член. — Точно, — усмехнулся Ланнистер, чувствуя нарастающее возбуждение.***
Несколько дней ей пришлось просидеть взаперти, лишь изредка открывая окна, чтобы проветрить душное помещение. Всё-таки она слишком долго прожила в Винтерфелле, и пусть последние месяцы Старк провела в южных землях, Север все равно ее не отпускал. По счастью, расторопные служанки обеспечивали Кейтилин всем необходимым, но на все вопросы о том, сколько времени ей еще придётся здесь сидеть, лишь пожимали плечами и повторяли, словно попугаи с Летних островов: — Как только хозяин приедет, то он все вам расскажет. — И когда же он приедет? — из раза в раз интересовалась Кейтилин, но в ответ служанки лишь разводили руками. Ждать пришлось добрых шесть дней, когда за дверьми наконец-то раздался топот лошадиных копыт и чьи-то резкие голоса, отдающие короткие приказы, от чего сердце Кейтилин на миг замерло в груди из-за страха. Неужели ее всё-таки выследили? Или же Бейлиш всё-таки предал ее, ведь все это время он находился при королевском дворе, явно не имея желания оспаривать законность прав Джоффри Уотерса? Именовать этого презренного бастарда благородным именем Баратеонов Кейтилин категорически не желала. Воистину, все зло этого мира происходит если не от самих бастрадов, то как кара богов людям за их постоянные измены. Так кому же предан Петир? С одной стороны, он действительно помог, когда прислал рыцарей из Речных земель к ней на помощь, но почему тогда он продолжает состоять в Малом совете, исполнять обязанности мастера над монетой? Можно ли доверять ему до конца? Кому вообще можно доверять в это безумное и полное опасностей время? На этом этапе размышлений дверь в комнату распахнулась, и на пороге замер радостно улыбающийся Петир, чьи сапоги до колен и тёмно-серый плащ были покрыты дорожной пылью. Тем не менее, он все равно прекрасно выглядел, и при виде его озорной улыбки, знакомой с самого детства, Кейтилин против воли ощутила прилив радости от этой встречи. Все ее нелепые подозрения по отношению к Бейлишу исчезли без следа, ведь несмотря на обиду, которую тогда еще юная Талли причинила своему старому другу, он по-прежнему оставался на ее стороне. Жаль, что такая искренняя верность в последнее время стала исключительной редкостью, и даже самые заслуживающие доверия люди внезапно изменяют некогда принесенным клятвам. — Кет! — воскликнул Бейлиш, распахивая объятия. — Как же я рад видеть тебя живой и здоровой! — Петир, — искренне улыбнулась Старк, обнимая Мизинца в ответ. — Словами не передать, насколько я благодарна тебе за помощь. Твои люди очень вовремя подоспели. — Я начал действовать сразу же, как только узнал, что ты снова в Королевских землях и что за тобой послали погоню, — Бейлиш отступил, но продолжал разглядывать загорелое лицо Кейтилин. — Не мог же я, в конце концов, позволить тебе попасть в руки Ланнистеров? Но почему ты путешествуешь одна? Где твои слуги и спутники? И где та девица Тарт, в компании с которой тебя видели? — Она решила, что дальше ей с нами не по пути, — ответила Кейтилин, — и я не стала ее удерживать. Леди Бриенна была верна лишь покойному Ренли Баратеону, а до всех остальных, включая Старков, ей дела нет. Мои же слуги остались в Горьком Мосту, по крайней мере, там я видела их в последний раз. Но все это ерунда, Петир, лучше скажи, что происходит в Красном замке? Это правда, что моих дочерей похитили?! Бейлиш помрачнел и понуро опустил голову, подтверждая страшные догадки Кейтлин. Поджав губы, он с грустью в голосе произнёс: — Боюсь, что эта правда, Кет. Обеих девочек похитили прямо у нас из под носа, и лорд Старк был в абсолютном бешенстве, когда узнал об этом. Ты знаешь, что я не питаю особой любви к Старкам, но в тот момент я очень сопереживал твоему мужу, он места себе не находил! Тряс всех подряд, перевернул город верх дном, но так никого и не нашел. Нам удалось лишь узнать, что какие-то проходимцы арендовали большую парусную лодку у местного рыбака, но дальше залива их след теряется. Я сам задействовал все доступные мне связи, израсходовал черт знает сколько денег, но ни девочек, ни заказчиков похищения, ни самих похитителей так и не нашёл. Кейтилин буквально рухнула на стул и прикрыла лицо руками, снедаемая страхом и тревогой за судьбу дочерей. Кто стоял за похищением? Люди покойного Ренли всё-таки выполнили поручение? Но если это были именно люди Баратеона, то куда они увезли Сансу и Арью после того, как узнали о смерти заказчика? Где теперь их искать? Или же за похищением стоит кто-то другой, некая третья сторона, что желает угрозами склонить Эддарда Старка на свою сторону? Но кто тогда это мог бы быть? Как ни странно, но на ум как-то сами собой пришли два человека — это Станнис Баратеон и Тайвин Ланнистер. Шантаж вроде бы был совсем не в духе последнего из Баратеонов, но, как считала Кейтилин, с недавних пор Станнис был готов пойти на что угодно, только бы получить вожделенный трон. Мог ли он решиться на похищение дочерей Неда после того, как увидел Кейтилин на той судьбоносной встрече? Вполне, полагала Старк. Ну а от Тайвина Ланнистера вообще можно было ожидать чего угодно, ведь этот человек, хорошо известный всему Вестеросу своей жестокостью и прагматизмом, был способен совершить любой, даже самый подлый поступок, только бы это пошло на пользу его делу и роду. Правда, честно призналась сама себе Кейтилин, если Нед действительно искренне предан Джоффри, нужда в подобных действиях попросту отпадала, более того, такого рода поступок вполне мог настроить Старка против захвативших власть в стране Ланнистеров. Как обычно: вопросов много, а ответов нет от слова совсем. Хотя, подумала Старк, глядя на Бейлиша, только что подле ее появился человек, осведомлённый о происходящем в Красном замке поболее многих, и грех было не воспользоваться ситуацией. — Кто отдал приказ о моей поимке, Петир? — спросила Кейтилин. — Я бы не сказал, что тебя велели прямо-таки схватить, — ответил Мизинец, — скорее доставить ко двору. Разумеется, сделал это король Джоффри. — Король, — презрительно фыркнула Старк, вскавивая с места и начав шагами мерить комнату. — Седьмое пекло, Петир! Как ты можешь называть этого отвратительного бастарда королем?! — Приходится, так как мне еще не надоело жить, моя дорога Кет, — Бейлиш уселся за стол и налил себе вина. Сделав глоток, он продолжил. — Мне не доставляет особого удовольствия то, чем я вынужден заниматься, но нам всем время от времени приходится делать то, что нам категорически не нравится. Вот ты, к примеру, мотаешься взад-вперёд по всему Вестеросу, хотя этим должны заниматься совсем другие люди, а я, в свою очередь, изображаю из себя верного слугу короля, которого, если верить россказням Станниса, следовало утопить еще в младенчестве. — Если ты веришь словам Станниса и считаешь Джоффри мерзким порождением инцеста, то почему ты не покинешь его? — спросила Кейтилин, подойдя к столу и нависнув над Бейлишем. — Почему, Петир, ты не присоединишься к тем, кто считает своим долгом свергнуть узурпатора?! — Тебе говорили, Кет, что ты прекрасна в гневе? — поинтересовался Мизинец, глядя на женщину поверх бокала. — Ответ до банального прост, дорогая моя: в предстоящей битве от меня нет никакого толка, а мои родовые владения столь малы, что я не способен выставить на поле боя даже жалкое подобие войска. Кто у меня есть, кроме пастухов? Ну какой от меня прок в таком случае? Пребывая же в столице, я постоянно нахожусь в курсе всех событий, знаю обо всем, что происходит во дворце, посвящен во все планы Ланнистеров и их союзников. К тому же, к кому по твоему я должен был присоединиться? К Ренли, который в обход всех правил решил стать королём после смерти старшего брата? Он был позером и дураком, который сам не понимал, в какие игры играет. Его итог закономерен, Ренли мертв. Станнис ничем не лучше младшего брата. Исходя из его письма, которые он разослал во все уголки Вестероса, можно сделать довольно простой вывод: Баратеон знал об изменах Серсеи еще тогда, когда Роберт, да будут Семеро к нему милостивы, был ещё жив. Знал и молчал, решив раскрыть правду лишь после смерти короля. Рассуди сама, Кет, разве это не предательство? Так к кому из них, чёрт возьми, я должен был присоединиться? Ни один из них не заслуживает моей верности, так что молю тебя, смени свой гнев на милость и не упрекай меня в том, в чём я не виноват. Мне и без того не просто приходится. Выслушав эту пылкую речь, Кейтилин уселась за стол и попыталась успокоиться. Действительно, чего она хочет от Бейлиша? Да, он умён и всего в этой жизни добился сам, но по сути Мизинец оставался всего лишь мелким лордом, который никак не мог тягаться на равных с главами Великих домов, которые могли без особого труда стереть его с лица земли. Как воин он так же был бесполезен, но при этом Бейлиш мог стать великолепным осведомителем, но лишь при условии, что он этого захочет. По сути, Петир был прав, правой стороны в этом конфликте не было. Ренли и вправду был всего лишь дурак с ветром в голове, и теперь он мертв, а сама Кейтилин решила вступить в переговоры с ним исключительно потому, что сама придерживалась того же мнения, которое высказал ей Бейлиш касательно Станниса. Теперь же, после смерти Ренли, она и сама не знала, как быть дальше. В этом мире не осталось силы, что могла противостоять Ланнистерам, особенно если им будет помогать Север. Не идти же ей в Дорн, на поклон к Мартеллам, или же вступать в переговоры с Тиреллами? У них попросту нет причин ее слушать. Долина тоже отпадает, ведь Лиза проигнорировала абсолютно все письма, которые отправили ей Кейтилин и Эдмур. Сестра заперлась в Орлином Гнезде и велела никого не пропускать через Кровавые Врата. Официально, Долина соблюдала нейтралитет. На деле же никто попросту не знал, что на самом деле затеяла вдова Джона Аррена, вокруг которой теперь крутились всевозможные женихи, надеющиеся получить благорасположение Лизы. Пойти на мировую со Станнисом, попытаться убедить его в том, что Ренли ее просто использовал, как лишний козырь в переговорах? Не факт, что упрямый лорд Драконьего Камня ей поверит. Вот и думай теперь, как быть дальше. Неудивительно, что та же Бриенна Тарт предпочла идти своей дорогой. Но все это потом, сейчас Кейтилин интересовал другой, куда более важный вопрос. — Петир, ты постоянно пребываешь в замке. Ты сам сказал, что находишься в курсе всех сплетен и разговоров. Скажи, все эти слухи про Неда и Серсею... Сколько в них правды? Лицо Бейлиша стало совершенно непроницаемым, он смерил Кейтилин долгим, пронизывающим взглядом, после чего неспешно начал говорить: — Если честно, Кет, я никак не могу с уверенностью тебе сказать, что все это ложь, но и не скажу, что это правда, — заметив, как женщина изменилась в лице, он поспешил добавить. — За руки они не держатся, прилюдно не целуются, в покоях наедине не запираются, и на самом деле лорд Старк без лишних слов может вырвать язык каждому, кто посмеет сказать что-нибудь подобное в его присутствии, но... — Что "но"? — Кейтилин подалась вперёд, ловя каждое слово. — Врать не буду, Кет, я не понимаю, что происходит между Серсеей и твои мужем, — с тяжёлым вздохом признался Бейлиш. — Это что-то странное, что-то... — он несколько раз щёлкнул пальцами, словно бы пытаясь подобрать правильное определение. — Как будто их объединяет не любовь, я не особо верю в эти россказни, но что-то не менее важное, как будто их связывает что-то в прошлом, и это "что-то" пока что ускользает от моего понимания. Как будто у них есть некая общая тайна, в которую никто более не посвящён. Может, именно ответ на этот вопрос мог бы объяснить, почему твой муж внезапно прекратил расследование обстоятельств гибели Джона Аррена и так предан Джоффри, а он действительно ему предан, без каких-либо шуток, уж можешь мне в этом поверить. Я никак не могу назвать лорда Старка дураком, но тогда откуда у него вдруг взялась подобная слепота по отношению к Джоффри? Откуда такая преданность по отношению к этому мальчишке? Седьмое пекло, иногда мне кажется, что твой муж защищает не наследника своего покойного друга, хоть это и не так, а своего родного сына!
