3. his warm hands
7 июня 2019 г., 18:38
* * *
Просыпаясь после ночного кошмара, появляется неумолимая надежда на его окончание. Хочется поскорее сбежать, укрыться, открыть глаза и понять, что всё закончилось. Перестать ронять слезы, перестать бояться смерти, перестать бояться боли. Но кошмар Тэхёна никак не хочет заканчиваться — он всё так же неподвижно лежит на мягкой постели, еле держа глаза открытыми. Сколько он спал? Два часа? Три? Может, сейчас уже глубокий вечер? Но тогда почему он в комнате один и всё еще одет? Парень поднимается и на ватных ногах подходит к двери, прислушиваясь. Однако, кажется, в этом дворце его шаги стали абсолютно бесшумными; стоит слишком пугающая тишина, которая заставляет Тэхёна усомниться в том, что это не сон. Он открывает дверь и к нему сразу же подходит тот самый уже знакомый оборотень, отчаянно пытающийся быть дружелюбным. Волк улыбается, протягивая Тэхёну аккуратно сложенные вещи. Видимо, заметив недоумевающий взгляд парня, страж решил пояснить: — Мне было приказано охранять Вас и Ваши покои, а также предоставить сменную одежду, — дружелюбная улыбка всё никак не сходила с его лица. Тэхён улыбнулся в ответ, забрал одежду слегка резче, чем следовало бы, и молча зашёл в комнату обратно. Дурдом. Может, одежда какая-то специальная? Вдруг его Величество предпочитает ролевые игры? Тэхёну стало не по себе. Но, на его собственное удивление, одежда совершенно обычная, вот только совсем не подходит ему по статусу. Белоснежная рубашка на ощупь совсем как шёлк, а на пышных рукавах — золотые нашивки. — Они серьёзно хотят одеть меня... в это? — Тэхён тяжелым взглядом посмотрел на рубашку с жабо. Он ничего не имеет против, да и давно он не носил ничего подобного, просто его не готовили к тому, что его, как куклу, будут наряжать в красивые одежды. Положив рубашку на кровать, парень вышел за дверь, снова встречаясь с тем самым стражем. Юнги, да. Тэхён запомнил. — Хотите что-то у меня спросить? — уголки его губ непривычно опущены, и сразу стало понятно, что за дешёвый спектакль тут разыгрывают. Вот только зачем? — Это король привёл меня сюда? — глаза стража первые секунды выражали недоумение, а после — удивление, и он уже было хотел ответить, но Тэхён не дал ему даже секунды на то, чтобы сделать вдох. — Если это его покои, то где он сам? Для чего меня собираются одеть во всё это? — тон его голоса пугающе ровный и безразличный, и подобие улыбки с лица стража пропадает моментально. Волк на секунду отводит взгляд, вздыхая, и Тэхён невольно замечает белые клыки, еле выглядывающие из-под верхней губы. — Если Вам удобно в этой одежде, то можете в ней остаться. Моя задача — обеспечить Вам полный комфорт, — он прикрыл глаза и чуть поклонился, и у Тэхёна внутри что-то начало закипать. Ему противно даже просто смотреть на существо перед ним, которое слишком сильно похоже на человека. Его каштановые волосы и странный, совсем кошачий взгляд вызывают в Тэхёне противоречивые эмоции. Он же волк, так почему же у него такой взгляд? Он же волк, так почему же разговаривает с человеком на «Вы»? — Король привёл меня сюда? — Вас привела королевская стража, — он лукаво уходит от ответа, и Тэхён готов поклясться, что это животное только что ухмыльнулось. — Ты прекрасно понял, что я имею в виду, — Ким демонстративно понизил тон, чтобы звучало намного серьёзнее, словно он собирается отдать приказ. — Его Величество даже не знает, что в дворец на рассвете кого-то привели, — волк поднял взгляд, замечая слегка растерянное лицо напротив. — Я действую по приказу наследного принца, и Вы уже встречались с ним сегодня. — Наследный принц? — Тэхён переспросил скорее для того, чтобы самому поверить в это. То есть, получается, что во дворце его не должно быть в принципе, и это лишь прихоть какого-то там принца? — Его Высочество скоро вернётся. Прошу, вернитесь в покои, — волк поклонился и отошёл в сторону. Ну, если хочешь жить — умей вертеться. Тэхён почувствовал фантомную боль в заднем проходе, словно его тело напоминает, что он не сможет увидеть спокойствия в своей жизни; что хорошо ему может быть только там, глубоко под землей, под крышкой гроба. Он закрыл за собой дверь и сел на мягкую кровать, бросая взгляд на новую одежду. В ханбоке действительно неудобно и достаточно жарко под такими слоями ткани... Тэхён потянул за ленточку, снимая самый верх. Взгляд невольно упал на руки; на худощавые руки, совсем не мужские. Слишком изящные, слишком бледные, слишком ухоженные. Даже вены не вздуваются, они лишь только просвечиваются через полупрозрачную кожу, и от этого на душе становится паршиво. Раньше ведь всё было хорошо, так когда же всё пошло не так? Раньше Тэхёна не терзали никакие чувства, потому что жизнь была стабильна до безобразия: он работал с самых юных лет, изредка сталкивался с отцом, получая от него либо холодный взгляд, либо лёгкий кивок в знак приветствия или прощания. Тэхёну никогда не приходилось испытывать столько чувств сразу, и он не выдержал, сломался. Обычный защитный механизм человека — как только от чувств становится невыносимо больно, подсознание выдвигает решение отключить их насовсем, чтобы боль утихла. Вот только испытывать боль намного лучше, чем не испытывать совсем ничего, о чём парень совершенно позабыл. Тэхён приходит в себя только в тот момент, когда слышит, как открывается дверь и кто-то тяжелыми шагами направляется прямо к нему. Шаги размеренные, спокойные, но Ким полностью ощущает в них уверенность и силу, даже сидя спиной к источнику звука. Он одет только в одну рубашку и жалеет, что, кажется, её придётся так быстро снимать. Тэхён встает с кровати, поворачивается, встречается взглядом с выразительными карими глазами напротив и мягко улыбается. — Прошу прощения, что вошёл без стука, — голос обволакивает, словно мёд, и Тэхён теряется. Это не простой книжный оборот — голос не приторный, а спокойный, тягучий; Тэхён невольно представляет, как он басит по утрам и снова теряется. Тот самый оборотень, которого он принял за короля, прямо сейчас стоит перед кисэн, извиняясь за то, что не постучал в дверь. Слишком фантастично. — Но тебе ведь не впервой оголять тело перед другими? Тэхён пару секунд смотрит прямо ему в глаза, а после фальшиво-ласково улыбается и подходит к принцу ближе, расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. — Передо мной прямо сейчас стоит вся человеческая сущность, — он раздражённо вздохнул и отвёл взгляд. — Оденься. Что кисэн делает в этом дворце, когда тот, кто его сюда привёл, отказывается с ним спать? На самом деле, вариант событий есть только один: кисэн хозяину отвратителен или в чём-то провинился, и его совсем скоро казнят, даже глазом не моргнув. С лица Тэхёна пропала улыбка, фальш которой принц уловил, и парень отвернулся, схватив с кровати ханбок. Оборотень опустил взгляд на икры парня и сжал губы в тонкую линию. На коже медового оттенка видны багряные царапины, о глубине которых не стоит даже думать — всё и так видно. Раны глубокие, болезненные, и их явно никто не обрабатывал. Полоски видны на икрах, пара на щиколотках и совсем небольшие, но в большом количестве на бёдрах. Принц закрыл глаза и отвернулся, собираясь покинуть комнату. — Что со мной будет? — голос сзади звучал пугающе ровно и безразлично для человека, который полностью осознаёт, что он в буквальном смысле находится сейчас в самой пасти дикого животного, не имея возможности даже сделать лишний вдох. — Если ты об этом, — оборотень кивает на обнажённые ноги парня, а после поднимает взгляд и смотрит прямо ему в глаза, — то тебя никто не тронет. Включая меня. — В чём причина? — В этом нет необходимости, — принц слегка улыбнулся, но улыбка пропала настолько быстро, что Тэхёну показалось, как его уголки губ чуть приподнялись. Его не учили тому, что всё будет хорошо — Тэхёна готовили к самому худшему раскладу, не жалея ни его тело, ни пустышку где-то там внутри, что раньше звалось душой. Его выдрессировали так, что он теперь в каждом движении, в каждом взгляде принца замечает подвох, угрозу и фальшь. Как животное может относиться к нему так по-человечески? Как, если этого не могут даже сами люди? Тэхён не выходил из бывших покоев принца целую неделю. Его не морили голодом, не заставляли делать что-либо, даже с пониманием относились к его молчаливому поведению, а сам принц куда-то пропал; только иногда к Тэхёну заходил тот самый страж, Мин Юнги, который приносил ему всё самое необходимое и, если у стража было хорошее настроение, рассказывал Тэхёну что-то несуразное, и тот слушал все эти бредни в пол уха, изредка кивая. Жизнь стала казаться абсолютно скучной, унылой, совершенно бессмысленной; казалось бы, должна была появиться надежда на что-то, должны были литься слёзы счастья от того, что Тэхён жив и будет жить, но ничего из этого не происходит — он просто сидит в огромной комнате и чего-то ждет. Очередной настойчивый стук в дверь, и в проёме выглядывает уже знакомая каштановая макушка. Тэхён, до этого лежавший на кровати лицом к двери, отвернулся к ней спиной — ему, на самом деле, о многом хочется спросить, но вот только почему все мысли забиты тем оборотнем, который оставил здесь его одного уже вот как восемь дней назад? — Скажи, Мин, — Тэхён начинает бубнить, и страж подходит ближе, чтобы слышать его, — мне всегда было интересно, как во главе страны встали не люди. Ты ведь знаешь причину? Страж на секунду теряется, а потом облегчённо вздыхает и садится на край кровати. — Простите за возможную грубость, но я предполагал, что после стольких дней в заточении Вы начнёте истерить. — У меня уже истерика. Оборотень улыбнулся, но затем посмотрел на Тэхёна с толикой грусти, которую второй пока не может понять. Вероятно, этот страж больше осведомлён о том, что случится с Тэхёном после. Да и какая уже разница? После нескольких секунд молчания волк ответил на вопрос, который не давал парню покоя с самых ранних лет. Конечно, ходило много слухов, жители даже придумали местные байки, и пьяные мужики после очередной гулянки раздували из этого «настоящую легенду», в подлинность которой верил почти каждый — грех ведь не верить старым мудрым морякам. Вот только настоящая история кардинально отличается от той сказки, которую сочинили люди. Как оказалось, всё до безумия просто, но также до безумия и отвратительно. Для людей монстры — оборотни. Для оборотней монстры — люди. В самый первый раз, когда Тэхён увидел королевских стражей, по телу прошла волна отвращения, ведь, как же, у них на самом деле нет глаз. Оборотни казались ему самыми настоящими животными, раз для них такое обращение в порядке вещей, пусть даже и к страже. Но они, на самом деле, не виноваты. Еще при правящем этой страной человеке люди жили с оборотнями бок о бок, хоть вторые и жили глубоко в лесах, стараясь скрываться. Они изредка заходили в деревни, и люди встречали их с улыбками. Волки любили людей настолько сильно, что стали защищать их от малейшей опасности, чем и воспользовался правитель того времени. После очередной войны между людьми стаи волков почти не осталось в живых, а король, расценивая это как предательство, саморучно выдавил глаза тем, кто выжил. Но даже тогда волки не сбежали, слепо надеясь на то, что им вновь хоть кто-нибудь улыбнется, а король скажет, что они нужны ему. Слепые волки до самой смерти пытались вновь заполучить доверие со стороны людей, но их отослали обратно в родной лес. Они начинали готовить восстание, чему виной послужила слишком сильная любовь к людям, которая в итоге стала полнейшим разочарованием. Тэхён, честно, слышал что-то подобное, но страдали всегда люди, а не наоборот. Они так привыкли пытаться выглядеть убогими, что в итоге сами ими и стали... После рассказа Юнги вышел из комнаты, понимая, что Тэхёну нужно многое обдумать и пересмотреть. Хотя, о чём думать? Ему же, на самом деле, абсолютно всё равно. Любопытство удовлетворено, а чьи-либо страдания его не интересуют — Тэхён просто сделал из всего этого вывод, что его отец, возможно, умер не за просто так. Но если Ким ничего не чувствует, почему прямо сейчас он испытывает ненависть к самому себе? К тому себе, который внимал всем тем байкам про злых оборотней, которые захватили всю страну. Бросив взгляд на ханбок, аккуратно сложенный на стуле, Тэхён вышел на балкон. Удивительно, но вид открылся прекрасный; парень никогда не замечал за этим городом ничего красивого, особенно после того, что с ним случилось. Город казался паршивым, прогнившим до самой почвы, но с этого балкона, с высоты как минимум семи этажей, все дома как на ладони; солнце зашло, и единственным фонарём, освещающим тёмные улицы, является яркий свет луны. Тэхён чувствует себя так свободно, как не чувствовал никогда. Интересно, если он прямо сейчас рухнет вниз, его вообще кто-нибудь станет искать? Найдут ли? Или сделают вид, что ничего не произошло? — Я бы не советовал стоять так близко, словно собираешься прыгать, — раздался мягкий голос сзади, но Тэхён даже не обернулся. — Если ты хочешь умереть, нужно было говорить об этом сразу, ещё до того, как тебя отправили в дом кисэн. И тут что-то перещелкнуло. Неужели тем, по чьей воле Тэхён прямо сейчас стоит здесь, является этот волк? Принц? — Как тебя зовут? — спросил Тэхён небрежно, будто бы совсем не ожидает услышать ответ, но прямо в эту секунду удавка на его шее словно затягивается. Он не знает, что чувствует к оборотню, который стоит прямо перед ним — ни благодарности, ни злости, Тэхёну просто... всё равно. — Его высочество Чон Чонгук, — смеётся тот, и парень на секунду замирает. Как можно так непринуждённо общаться с тем, кого должен ненавидеть? Оборотень подходит ближе и поворачивается к Тэхёну, глядя прямо в глаза. Этот прямой взгляд будоражит каждую клеточку тела, выворачивая всё нутро наизнанку, и Киму становится дурно от того, как парень напротив действует на него. — Чонгук. Можешь звать просто по имени, тебе дозволено. — Чонгук... — он говорит почти шёпотом, чтобы его вопрос не звучал слишком резко. — Почему? — Мне нужна твоя помощь. Тэхён опешил. Конечно, всё не могло быть так легко и просто. Удавка на шее начала медленно растягиваться, воздух в лёгкие начал поступать с новой силой, и Ким медленно вдохнул, закрыл глаза и ответил совершенно безучастным голосом: — Хорошо. Я согласен на любые условия. Он выглядит слишком спокойным для человека, который потерял абсолютно всё? Свою семью, дом, свою честь и гордость — всё... Ему начинает казаться, что он не заслуживает даже смерти; Тэхёну просто предназначено судьбой быть в вечной власти кого-то; кому-то подчиняться, кому-то отдавать всего себя без остатка. Но, к его собственному удивлению, наследный принц сделал шаг вперед и положил свою широкую ладонь Тэхёну на макушку, чуть поглаживая. Ким поднял голову, встречаясь взглядом с парой кроваво-красных глаз, пытаясь понять скрытый смысл, мотив — что угодно — но это не может быть правдой. Что это? Жалость? Кому нужна эта чёртова жалость? Но Тэхён стоит, глотая свою злость, ведь он послушный. Куклам не положено самовольничать. — Кричи, если злишься, — внезапно подаёт голос Чонгук. — Плачь, если тебе грустно. Даже если ты сдерживаешь себя, то не забывай, что я не человек... Я чувствую всё то, что ты не можешь показать. Вижу всё то, что тебе запретили показывать. Дрожь начинает бить изнутри. Что это? Тэхён тянется к голове принца и нащупывает мягкие чёрные волосы. Он не знает, зачем делает это, но почему он перестал злиться? Всего лишь от слов, сказанных Чонгуком? Это же немыслимо и совершенно глупо. Тэхён заметил, что в этом замке только у принца и Юнги есть глаза. Даже у прислуги их нет, и от этого невольно бросает в дрожь. Ким кладёт ладонь поверх щеки Чонгука, проводя большим пальцем около левого глаза. Их цвет действительно завораживает, и Тэхён неотрывно в них смотрит. — Надо же, дикий зверёк сам просится на ручки? — смеётся Чонгук, и Тэхён замирает. Он не знает, какая помощь требуется принцу, но начинает сомневаться, что это будет чем-то, что поставит под угрозу его жизнь — что-то в глазах Чонгука заставляет Тэхёна верить в это. Принц одним плавным движением притягивает Тэхёна к себе за талию, а вторую руку кладёт на его щёку, поглаживая точно так же, как делал до этого Тэхён. — Я не ошибся, когда выбрал тебя? — с каким-то сожалением говорит он, и Ким чувствует, как внутри растёт беспокойство. Это сомнение в его взгляде, в его голосе... Значит ли это что-то плохое? Если не для Тэхёна, то, быть может, для Чонгука? Но даже если это что-то плохое, то пусть... Ведь сейчас тёплая ладонь на щеке согревает Тэхёну его собственное ледяное сердце, которое устало хранить в себе столько непонятных и противоречивых чувств. Пусть всё будет плохо. Единственное, что Тэхёну нужно прямо сейчас — тепло, которым Чонгук с ним делится. Больше ему ничего не нужно.
