say it's okay when it's not

Ладно, возможно он был не совсем в порядке. Лука понятия не имел, что делать дальше. Его рука тряслась, он замерз и был напуган темнотой вокруг себя. Он бесцельно слонялся по улицам после того, как слегка успокоился. Он вздрагивал от каждой тени и шума. Он не был уверен, где именно он находится, потому что все казалось одинаковым. Лука знал город, но он казался чужим после того, как солнце село. А он сам был просто напуганным ребенком, которым сейчас управлял адреналин. Без этого ощущения Лука уже давным давно бы свалился. Его колени дрожали, и когда он уже больше не смог терпеть, он плюхнулся на скамейку, попавшуюся ему на пути. С тяжёлым вздохом он достал телефон здоровой рукой. Луке пришлось прищуриться, когда загорелся яркий экран. У него было много уведомлений; куда больше, чем он ожидал. И были пропущенные начиная от Мики и заканчивая, к удивлению, Эммой. Все спрашивали, где он, и просили вернуться. Групповой чат с парнями был завален сообщениями, как и личные диалоги с каждым из них. Манон написала ему со словами, что они разберутся. Смогут ли? Он почувствовал, как в горле встал ком, когда получил сообщения от Яна. Мика звонил и сказал, что ты убежал Что случилось? Пожалуйста, перезвони мне, мы все переживаем. Потом он попытался дозвониться до Луки. Лука шмыгнул носом. Он чувствовал себя безрассудным, если честно. Он не хотел создавать проблем или беспокоить кого-либо. Если бы он был на месте Яна, то хотел бы, чтобы тот связался с ним как можно скорее. Лука сомневался всего минуту. Он нажал на кнопку вызова, несмотря на то, что сейчас была середина ночи, и стал ждать. Ян поднял трубку спустя два гудка. — Лука? — Хэй, — сказал он хриплым голосом. — Где ты? Что происходит? — Ян звучал взбудоражено. Не стоило. В конце концов, с Лукой не случилось ничего плохого, и не так уж много времени прошло с тех пор, как он ушел.  — Мика не сказал тебе? — Он лишь сказал, что ты убежал из квартиры и он не может с тобой связаться. Лука ценил то, что Мика не стал всем вокруг рассказывать о том, что он не в силах заплатить за комнату. — Меня выселяют, — с горечью признался Лука. — Что? — Я не могу оплатить аренду. И бесплатно жить тоже не могу, — он пожал плечом. Притворное безразличие было лучшим выходом в данной ситуации.  — Где ты сейчас? Лука огляделся, но все равно не смог узнать место. Что-то сжалось у него в груди. — Я не знаю, — сказал он, чувствуя, как его голос надламывается. Он услышал, как Ян вздохнул. — Ладно. Ты можешь включить свой GPS и по нему прийти сюда? Если ты не очень далеко?  — Ты уверен? Сейчас середина ночи. Я не хочу… напрягать тебя.  — Так, хватит говорить глупости, просто возвращайся домой, — сказал он, и Лука поверил ему, когда он произнес слово 'дом'. По правде говоря, дом Яна был убежищем Луки много лет. Когда его родители ссорились, он чувствовал себя спокойно именно у него. Мама Яна всегда принимала его без лишних вопросов. Когда маме Луки стало хуже и отец решил съехать, Лука проводил у Яна большую часть времени. Но он уже давно не бывал у него, возможно потому, что решил, что нашел свое место, или из-за сомнений, которые он сейчас испытывал, и о которых не мог рассказать Яну. А он всегда ему все рассказывал. Доверял ему, когда они сидели плечом к плечу на старенькой кровати Яна. Он чувствовал себя в безопасности, и Ян вновь ее предлагал. И Луке глупо было бы отказываться. К счастью, он понял, что находится не так уж и далеко. Он мог дойти за тридцать минут, если сильно постараться. Его, скорее, должен был заботить вопрос, сможет ли он вообще куда-либо идти, но он с громким стоном поднялся со скамейки и пошел, сверяясь с телефоном.

***

Была уже половина второго, когда он дошел до Яна. Лука задумался, успел ли Ян уснуть, и стоит ли ему в таком случае заходить, как ему тут же пришло ты близко?, когда он завернул за угол и оказался прямо перед зданием. Когда Лука встал перед слишком знакомой дверью квартиры Яна, он убрал телефон и постарался спрятать свою правую руку, прежде чем тихонько постучать. Прошла целая минута, а затем появился Ян, сразу же потащивший его в свою комнату.  — Все спят, — объяснил он шепотом, когда закрыл за ними дверь и сел на кровать, выжидающе глядя на Луку. Лука не знал, что ему делать. Он чувствовал себя не на своем месте, словно был незваным гостем. В горле пересохло. Глаза Яна почему-то расширились. — Лука, чья это кровь? — спросил он. Лука, проследовал за взглядом Яна. Действительно, на его куртке повсюду были следы крови. Об этом он не подумал, когда прижимал к ней руку, а из его костяшек продолжала течь кровь.  — Она моя. Я… ударился, — он неохотно вытащил поврежденную руку из кармана и вздрогнул, когда его пальцы пошевелились. — О стену, не беспокойся, — пробормотал он, избегая взгляда Яна. Он не хотел видеть в его глазах разочарование.  — Чувак, что с тобой происходит? — спросил Ян испуганным голосом и Лука сглотнул. — Садись. Я осмотрю руку. Лука сделал как сказано, пока Ян вышел из комнаты. По какой-то причине сердце Луки билось очень громко, и это было не связано с повреждёнными пальцами. Он никогда не хотел, чтобы Ян видел его таким. Но если не Ян, то кто? Они оба видели друг друга не в самые лучшие моменты жизни. И ни разу не отвергали друг друга. Но что, если всему есть предел, и Лука его достиг?  Ян вернулся через пару минут с двумя пакетами замороженной цветной капусты в одной руке и с аптечкой для первой помощи в другой. Он сел рядом с Лукой и начал осторожно обрабатывать раны Луки. Было больно, даже очень, но Лука сжал челюсти и терпел. До тех пор, пока вся засохшая кровь не оттерлась. Только тогда он заметил, насколько повреждена его кожа. Рука выглядела довольно страшно. Ян переплел свои пальцы с пальцами Луки, стараясь не задевать открытые раны. — Ты можешь ими двигать? Лука попытался подвигать пальцами и зашипел. — Едва. — Отведем тебя к доктору завтра, ладно? — спросил он, вглядываясь своими большими глазами в Луку. Луке ничего не оставалось, кроме как кивнуть. — А теперь рассказывай, что случилось, — Ян положил руку Луки между пакетами капусты. Лука от неожиданного холода громко выдохнул. Холод практически убил боль. Ян ткнул его в бок и многозначительно посмотрел. Да, надо что-то сказать.  — Ну, мой отец отказывается присылать мне деньги, и я уже не платил за комнату два месяца. Владелец хочет, чтобы я съехал, — пожал плечами Лука. На лице Яна явно было заметно отвращение. — Какой же он кусок дерьма. Он же должен давать тебе деньги. Ведь так? — спросил Ян, нахмурившись. — По-видимому, он ничего не должен. Наступила тишина, они оба смотрели в пол. Затем Ян положил руку на плечо Луке и сжал его.  — Мне так жаль, что я не заметил этого раньше. Ты проходил через все это дерьмо один. Я дерьмовый лучший друг. И прости за то, как я вел себя на прошлой неделе. Черт, сказал тебе перестать заставлять всех волноваться. Лука взглянул на него. — Все в порядке, я бы тоже разозлился. Ты просто понял, что со мной что-то не так. Не вини себя за мое молчание, — сказал Лука, пытаясь улыбнуться Яну, но его попытка не увенчалась успехом. Он все ещё не рассказал Яну всего. И не был уверен, что может себя заставить. — Это не все, — прошептал он и краем глаза заметил, как Ян оживился. — Ещё кое-что не перестает меня тревожить, — он нерешительно запустил пальцы в волосы. Затем вздохнул и посмотрел на Яна. — Кто-то меня шантажирует. Вот почему… вот почему у меня так быстро закончились деньги. Ян выглядел озадаченным. — Что? Каким образом? Лука внезапно встал и пошел в другой угол комнаты, не в силах оставаться так близко рядом с Яном. Он едва держал себя в руках. Он так долго держал все это в себе, что даже не мог представить, как произнесет это вслух. Но… он же просто обязан рассказать об этом Яну? Ян был терпелив и поддерживал его, принимая Луку со всеми его проблемами. Он приютил его, несмотря на то, что понятия не имел, что происходит. Не то, чтобы Лука считал, что из-за этого стоит признаваться Яну в своей ориентации, но ему нужно было объясниться, и это единственный способ, с другой стороны, он так долго хранил этот секрет, что рассказать о нем кому-то будет похоже в каком-то смысле на предательство. Лука тонул, и это постепенно стало частью того, кем он является. Он был окружён стенами, изо все сил стараясь защищать себя и оставаться в безопасности. Он и не помнил момента в своей жизни, когда ему не приходилось скрывать что-либо. А сейчас ему нужно открыться Яну? Это словно потерять то, за что он так сильно держался. Быть лишенным собственной личности. А ещё был страх. Страх быть отвергнутым. Он не вынесет, если Ян больше не захочет иметь с ним дела. Много лет назад, когда они решили быть лучшими друзьями, это стало чем-то очень ценным для Луки. И он не мог представить, что все это потеряет. Но это же Ян. Парень с добрым сердцем, который тут же замечает, если что-то не так. Он друг Луки, его якорь. Его первая любовь. Лука должен доверять ему. Он сделал глубокий вдох, его руки дрожали. Его язык размяк, и было тяжело смотреть на фотографии на полках, где они с Яном были вместе. Лука разъединил губы, глядя прямо на пятно на стене, которое там оставил Ян. Его голова практически вросла в шею, когда он произнес: — Кто-то сфотографировал меня. Целующимся. С другим парнем. И я платил деньги, чтобы эти фото не слили. И не раскрыли мою ориентацию, — сказал он, слыша, как его голос ломается на каждом слове. Он чувствовал холод и проступающий пот. И чем дольше Ян не отвечал, тем быстрее начинало биться его сердце. — Так вот что ты имел в виду, когда говорил, что я не пойму, — заключил Ян после того, как прошла, кажется, вечность. Лука согласно промычал, не доверяя собственному голосу. — Ты был прав, — что-то перевернулось в животе у Луки и он почувствовал себя нехорошо. Этого он боялся больше всего. Хотел бы он забрать свои слова назад. — Я при всем желании не могу понять, как ты себя, должно быть, чувствуешь. Я бы не знал, что делать в твоей ситуации, но я с тобой, ладно? Несмотря ни на что. Я всегда рядом, Лука. После этого Ян подошёл к Луке и без каких-либо колебаний обнял его. — Прости, что меня не было рядом, когда ты больше всего в этом нуждался. Но теперь я с тобой, хорошо? Я с тобой, — успокаивающе прошептал он в волосы Луки, сжимая его в объятиях так сильно, что казалось, он не собирается никогда отпускать. Лука с дрожью выдохнул. Он дома.

***

Лука провел ночь у Яна, поспав довольно хорошо благодаря болеутоляющим, которые он принял от боли в руке. Семья Яна была совершенно не против его присутствия в их доме, и он ценил это. Если и была причина у их взглядов на него с сожалением, то это вероятно из-за мыслей о том, что у него снова проблемы в семье. Он был не против такой версии, если это означало, что ему есть, где переночевать. Лука больше ни с кем не связывался, но это за него явно сделал Ян, поскольку его телефон разрывался от уведомлений. Лука же наслаждался тишиной. Ян, как и обещал, потащил Луку к врачу, чтобы показать руку. Это было ужасно и очень неловко, особенно, когда Луке пришлось уходить от вопросов о том, как его рука дошла до такого состояния. Он так и не дал четкого ответа, но доктор не стал на него давить. Луке прописали обезболивающие (отстой, он все равно не мог их купить), и доктор посоветовал позаботиться о двух сломанных пальцах (хах, вот почему он не мог ими двигать), и показал ему, как правильно забинтовывать руку. Ян настоял на перекусе по дороге домой. Как только они получили свои заказы и начали есть, он сказал: — Нам нужно понять, что делать с арендой и шантажистом. Что-то внутри Луки перевернулось, когда Ян сказал 'нам'. Он слишком долго был сам по себе. В этот момент телефон Луки завибрировал и он разблокировал его, чтобы посмотреть, что там. — Лёгок на помине, — пробормотал он. Шантажист не связывался с ним неделями.  — Что такое? — спросил Ян и Лука показал ему экран телефона. Они сейчас были командой, так что он мог это сделать. — Ты не отправил деньги за прошлую неделю. Я не буду напоминать снова, — прочитал Ян вслух, пока его голос становился все злее с каждой секундой. — Какой же он мудак. Лука хмыкнул, печатая ответ. — Что ты хочешь ответить? — Правду. Что у меня нет денег, — сказал он, откусывая гамбургер. Он мог казаться спокойным, но совершенно так себя не чувствовал. От одной лишь мысли о том, что все узнают о его ориентации, ему хотелось кричать. Но как это поможет? Лука получил очередное сообщение и сглотнул. — Он хочет сотню евро как можно быстрее, иначе фото сольют, — проговорил он. Откуда ему взять столько денег? Учитывая, что в первую очередь ему нужно заплатить за аренду. — Что мне делать? — слабо спросил он. — Лука, эй, Лука, — Ян легонько его потряс. — Мы справимся с этим, — заверил он Луку, держа его за трясущиеся руки.

***

Лука знал, что не может остаться у Яна навсегда, но пока ему предлагали остаться ещё на ночь, он не мог сказать нет. Он не мог вернуться в квартиру, где ждали Мика, Лиза и Манон. Но больше ему некуда было идти. Он знал, что ему придется найти решение, но все, что ему сейчас оставалось — это постараться уснуть. Конечно же, у него не получалось. В его голове было так много мыслей, и все они давили на него. Ян знал об этом. Лука не рассказал ему о том, что переспал с Хлоей или о том, как сильно он ненавидит себя. Особенно учитывая, что Ян, кажется, чувствовал себя виноватым из-за того, что был плохим лучшим другом. Но так или иначе, он узнал самый большой секрет Луки. И несмотря на парализующий его страх того, что все остальные узнают, Лука чувствовал, что ему легче. Но это не меняло того факта, что ему не нравилось положение вещей. Он гей, несмотря на то, что сделал. И он не может просто принять себя, потому что признался своему лучшему другу. Нет, ему все ещё страшно называть себя геем вслух, он все ещё боится признать свою ориентацию. Его не могло не воротить от самого себя. Лука продолжал думать о том, что Ян посчитает его отвратительным рано или поздно. Или, что ещё хуже, поймет, что у Луки были чувства к нему и их дружба уже не станет прежней. Ему этого не хотелось. Что бы подумали другие люди, если бы знали? Луке бы не хотелось выяснять это в ближайшее время. Но это могло произойти. Вряд ли он магическим образом найдет сотню евро, чтобы заплатить шантажисту и за аренду. Он не мог даже допустить мысли о том, где может оказаться через пару дней. По логике, он знал, что должен начать думать о том, что делать дальше, но каждый раз, когда он пытался это сделать, его мозг переставал работать. Стать бездомным было страшно, и сердце Луки грозилось разорваться каждый раз, когда подобные мысли возникали у него в голове. Луке стоит посмотреть приюты, которые могли бы принять его. Он все ещё несовершеннолетний, и что, если узнают, что он бездомный и брошенный своими родителями? Что, если его определят в детский дом? Он понятия не имел, как это работает, и его голова болела от возможных вариантов. Его отец действительно собирался бросить его одного? Стоит ли дать знать маме об этом? Будет ли она в состоянии его выслушать? Последний раз они говорили пару месяцев назад, и Лука буквально стёр воспоминания об этом, так плохо все прошло. Но может сейчас ей лучше, ей помогают. Но если подумать, что она может сделать? У нее нет денег, она полностью зависит от отца. И если он ей обо всем этом расскажет, это лишь вызовет у нее ненужный стресс, который может ухудшить ее состояние. Он не мог так с ней поступить. Он так чертовски потерян сейчас.

***

Он провел с Яном большую часть воскресения, ожидая того, что же будет дальше, постоянно проверяя, связался ли с ним шантажист, надеясь, что он не будет его беспокоить. Сейчас они играли в видеоигру, в которую предложил поиграть Ян. Чтобы тем самым отвлечь Луку.  — Я кое-что сделал, — произнес Ян во время игры, и Лука нахмурился. Он глянул на него боковым зрением, все ещё фокусируясь на игре. — Что?  — Пожалуйста, только не злись, — тихо попросил он и в горле Луки пересохло.  — Почему я должен злиться? — спросил он, нервно хихикнув. — Я думал о том, как помочь тебе. И тогда я обратился к парням и девчонкам. Я сказал им, что у тебя нет денег, и мы вместе начали думать. Дафна предложила эту идею, кстати. Что каждый из нас может дать немного денег и вместе мы наберём нужную сумму для оплаты твоей аренды, — Лука остановил игру, поскольку его руки слишком вспотели, чтобы нажимать на кнопки. Все произошло очень быстро, но мы набрали нужную сумму. Каждый дал столько, сколько мог, и вот. — Я не знаю, что сказать, — прошептал Лука, опустив голову. Ян похлопал его по плечу.  — Простого спасибо будет достаточно, — сказал он, а в его голосе была слышна улыбка.  — Но я… я не могу их принять, — выдал он. — Мы заранее подумали о том, что ты будешь отказываться или ещё чего, поэтому сразу перевели деньги. И ты уже ничего не можешь с этим сделать.  — Я не заслуживаю этого, — продолжал Лука. Ему не должны были давать денег, он не должен был стать ни для кого обузой или объектом благотворительности. Он чувствовал себя виноватым. Он должен был сам с этим справиться. — Эй, я же сказал, что я рядом. Я серьёзно. Никто не заставлял никого отдавать деньги, все сами этого хотели. Потому что мы все заботимся о тебе. Ты не один, Лука. Позволь нам помочь, — сказал Ян, притягивая Луку ближе. Лука содрогнулся, но больше ничего не сказал. Он вернет им деньги, пусть и не знает, как, но вернёт. В конце концов, ему теперь есть, где жить хотя бы ещё месяц.

***

Лука вернулся в свою квартиру ближе к вечеру воскресенья, ожидая, что его возвращение будет неловким. Ему было страшно переступать порог, словно ему не было это позволено. Особенно после того, как он сбежал из квартиры. Но больше всего ему было стыдно. Когда он повесил куртку, он какое-то время ещё помедлил у двери, не зная, как лучше поступить в этой ситуации. Он не мог просто пройти в свою спальню, но и встречаться лицом к лицу со своими соседями было последним, чего бы ему хотелось в сложившихся обстоятельствах.  — Ты вернулся, — услышал он позади себя и развернулся. Мика смотрел на него нахмурившись. Его руки были скрещены на груди. Лука громко сглотнул. Мика мельком глянул на его правую руку, прежде чем вернуться к его лицу. — Мне жаль, — пробормотал Лука, чувствуя, как его пульс учащается. — Надо думать. Ты хоть представляешь, как мы переволновались? Мы уже собирались звонить в полицию, когда Ян дал знать, что ты пришел к нему. А твоя рука? Что произошло? — Мика громко выдохнул и провел рукой по лицу. — Никогда больше так не делай, — сказал он, качая головой. — Я слишком стар для этого, — добавил он тихим голосом.  — Можно мне остаться? — тихо спросил Лука и Мика возмущённо выдохнул. — Ну конечно! Лука, я знаю, что не очень корректно передал тебе новости, но я не хотел тебя спугнуть. Я не всегда могу подобрать слова для подобных ситуаций. Но суть в том, что это твой дом и мы с тобой. Не надо больше убегать, — серьезно сказал Мика и Лука незамедлительно кивнул. — Понял. Он получил улыбку в ответ, и не успел опомниться, как его потащили в гостиную, где Лиза с Манон ждали на диване. Они улыбнулись ему, когда он вошёл, и Манон похлопала по пустому месту на диване рядом с собой. Лука сел, и его тут же притянули в объятия. Пару секунд спустя он был зажат уже между всеми своими соседями. Да уж, это явно неожиданный поворот событий.

***

Когда Лука окончательно вымотался, он извинился и направился в свою комнату. Как только он закрыл за собой дверь, он громко выдохнул и его колени подкосились. Лука сполз на пол и закрыл глаза. Тот факт, что он вернулся в квартиру казался ему таким нереальным. Лука уже был уверен, что настал конец, и он потерял жилье. Он не мог поверить, что ему выпал второй шанс благодаря друзьям. Лука уже отправил им слова благодарности, и все в основном попросили его не придавать этому такого большого значения, и больше не стесняться просить помощи. И если бы и правда они особо ничего не сделали. Но для него это значило очень много, и он ещё долго будет им должен. И тот факт, что ему помогли даже те люди, с которыми он не очень хорошо знаком, вроде Алексии, Дафны или Эммы, которых он когда-то обидел. У него в голове не укладывалось. Его телефон завибрировал, и новое сообщение отвлекло его от мыслей. Лука опустил взгляд и увидел, что ему написал Элиотт. Он тоже скинулся, несмотря на недели неприязни Луки к нему. Просто пишу спросить, все ли в порядке. Можно я позвоню тебе? Лука с удивлением приподнял бровь, но все равно ответил да. Они ещё никогда не звонили друг другу, так что это было что-то новенькое. Прошло меньше минуты, и Элиотт позвонил. — Привет, — сказал Лука. — Привет. Как ты? Хороший вопрос. Лука поднес руку к лицу и вздохнул. — Потрачено. И, ещё раз, спасибо тебе.  — Ты уже достаточно поблагодарил. Я рад, что смог помочь. Сейчас все нормально, да?  — Пока что. Эх, и немного неловко, что все мои друзья знают, что у меня нет денег, — пробормотал он. Он даже считал это унизительным. Это была одна из тех вещей, с которыми он пытался справиться в одиночку, и ему не хотелось, чтобы остальные знали. — Я не хочу, чтобы вы все меня жалели, — признался он.  — Я не жалею тебя. И я уверен, что другие тоже. У тебя просто трудная ситуация, так бывает, — спокойным тоном сказал Элиотт. Лука почти ему поверил.  — Все равно чувствую себя неудачником, — Лука прижался лбом к двери. — Чтобы ты знал, я не позволю тебе снова это сделать. — Ну посмотрим, — поддразнил Элиотт и они оба хихикнули. — Идешь в школу завтра? Лука хмыкнул. — Больше не могу пропускать.  — Хэй, ну у этого есть и плюсы, — подметил Элиотт, чтобы подбодрить его, заставив Луку улыбнуться.  — И какие же? — Я буду там.  — Воу, какого ты высокого о себе мнения, да? — Лука прикусил нижнюю губу. Такой лёгкий разговор с Элиоттом шел ему на пользу, и он только сейчас понял, как в этом нуждался.  — Будь ты мной, то понял бы, что без этого никак, — парировал Элиотт. — Оу, милашкой, любящим дабстеп? Мне до тебя слишком далеко.  — Не могу поверить, что ты это сказал, — парировал Элиотт, но в его голосе не было злобы. — Сказал что? Правду? Я всегда ее говорю, — кроме тех случаев, когда он врёт, но не в этом суть. Они поговорили ещё, особо ни о чем таком существенном, периодически перебрасываясь шутливыми наездами. Это позволило Луке расслабиться и забыть о своих проблемах хотя бы ненадолго. Было что-то странное в Элиотте, что активировалось, когда они были вместе. Это создавало пузырь вокруг их личного мира, и Лука наслаждался этим, пока мог. Они не затрагивали серьезных тем, и Лука посчитал, что Элиотт знает. Он понимал, что единственное, с чем Лука сейчас может справиться — это бессмысленная болтовня. Это успокаивало, и в каком-то смысле создавало атмосферу понимания. В какой-то момент Лука зевнул в трубку сквозь улыбку и услышал, как Элиотт фыркнул на другом конце.  — Мой голос тебя усыпляет, да? Значит, такой вот я скучный, — сделал выводы Элиотт.  — Вовсе нет, — немного обиженно ответил Лука. — Просто много всего произошло.  — Да, я знаю. Тебе стоит поспать. Увидимся завтра? Лука угукнул и Элиотт повесил трубку. У Луки почти не осталось энергии, но он всё-таки смог добраться до кровати.

***

Лука довольно сильно нервничал, ожидая появления парней на следующий день. Он не знал, чего от них ожидать, и сейчас ему не очень хотелось выяснять это. Конечно, они помогли ему, но стоит ли ему приготовиться к расследованию? Выглядеть жалостливо? Именно по этой причине ему не хотелось, чтобы кто-то узнал о его проблемах с деньгами. Он не мог перестать потрясывать ногой, и Ян в недоумении посмотрел на него, но никак не прокомментировал. И это было хорошо, потому что его объяснения звучали бы нелепо. — Всем привет! — сказал Артур, плюхаясь рядом с Лукой на скамейку. В итоге Луку зажало между ним и Яном. — Чуваки, я всю ночь смотрел этот новый сериал, и я так измотан, - простонал Артур, положив голову на плечо Луки и зевнув. — Вот почему тебе не стоило так много пить в пятницу, — с хитрым видом сказал Ян, и Артур фыркнул.  — Мне пришлось, — ответил Артур, садясь прямо. — Посплю на истории. Ян покачал головой, что-то листая в телефоне. — Удачи, — сказал он, и к ним как раз подошли Базиль с Элиоттом. Элиотт незаметно улыбнулся Луке, и он опустил голову. — Парни, а вы знали, что Элиотт у нас взрослый? Я вот был не в курсе, — восторженно сказал Базиль вместо приветствия. Артур хмыкнул. — Долго же до тебя доходило.  — Ну, откуда я мог знать, что он второгодник? Лука заметил, как на лице Элиотта проявилась неприязнь. Была причина, по которой он не говорил, из-за чего менял школы, и очевидно, что он не собирался сейчас этого делать. Лука встал со скамейки и пихнул Базиля на свое место. На него уставились три пары глаз с таким видом, словно у него отросла ещё одна голова. — Мне нужно немного размять ноги, — хихикнул он. — Кстати, о чем этот сериал, который ты посмотрел? — спросил он, глядя прямо на Артура, который тут же все понял и начал что-то рассказывать про сериал, где у людей есть суперсилы, но не типичные скучные суперсилы (слова Артура, не Луки). Путешествия во времени, семь детей и апокалипсис. Лука уже потерял нить повествования, когда Артур упомянул шимпанзе-дворецкого. Элиотт легонько толкнул его в бок, и Лука бросил на него взгляд. В глазах Элиотта читалась благодарность, сопровождаемая теплотой. Уголки губ Луки приподнялись. Это меньшее, что он мог сделать. Элиотт был тем, кто предлагал ему защиту и уют с тех пор, как они стали приятелями. Лука никогда не воспринимал их дружбу как взаимовыгодный обмен, нет, но ему всё равно хотелось отвечать Элиотту тем же. Он словно чувствовал какое-то притяжение, желая быть рядом с Элиоттом в подобных ситуациях. Или, честно говоря, в любых ситуациях.  — Что случилось с твоей рукой? — прошептал Элиотт на ухо Луке, пока никто не смотрел на них, и в этот момент Лука понял, что достал руку из кармана.  — Видел бы ты другого парня, — пошутил он, но замолк, когда увидел беспокойство на лице Элиотта. Его брови были наморщены, и Луке хотелось их разгладить. Но он оставил левую руку при себе.  — Ты подрался? Лука смущённо взглянул на Элиотта, проверяя, все ли ещё парни обсуждают сериал Артура, и вновь повернулся к Элиотту. — Это была стена. Я… эм, я был зол и ударил ее пару раз. Ничего страшного, — он покраснел от стыда.  — Не похоже на то, — пробормотал себе под нос Элиотт, проводя по рукой по замотанным пальцам Луки. Лука чувствовал лишь давление от них, но этого было достаточно, чтобы заставить его отвернуться.  — Не беспокойся, я был в больнице, — пробормотал он, по какой-то причине, утыкаясь рукой в Элиотта, вновь ища его прикосновения. Он понимал, что это глупо, особенно ощущая на себе взгляд Элиотта, и в итоге засунул руку обратно в карман, прошипев, когда один его сломанных пальцев упёрся в ткань. Никто так и не заговорил о том, что произошло в выходные, в итоге прозвенел звонок и они разошлись по кабинетам. За ланчем они тоже не стали об этом говорить, и Лука задумался, может ему просто стоит расслабиться. Но ему постоянно казалось, что он недостаточно их поблагодарил, не показал, как это для него важно. Нельзя было просто так это отпустить. Они буквально спасли его от жизни на улице. Они, и девчонки, которых Лука бы тоже хотел поблагодарить. Он никогда не думал, что так важен. Он знал, что парни заботились о нем, и что Ян его лучший друг, но он бы никогда не подумал, что они пожертвуют собственные деньги, чтобы помочь ему. Лука был поражен таким щедрым поступком и даже не мог их отблагодарить, поскольку его банковский счёт был так же пуст, как и пару дней назад.

***

Он поинтересовался у отца, если тот вообще больше не собирается помогать ему, но не получил ответа. Возможно, это тоже был ответ. Он написал шантажисту, спрашивая, можно ли ему дать ещё немного времени, обещая что-нибудь придумать. Но на это ему тоже не ответили. И Лука задумался о том, как странно устроен этот мир, где одни отвергают его без промедления и играются с его жизнью, а другие оказываются рядом, когда он меньше всего этого ждёт.

***

— Я тут подумал… может мы пригласим в пятницу парней с девчонками? — спросил Лука, глядя на Манон, читающую книгу. Они развалились на разных концах дивана, отдыхая в тишине, когда Лука вдруг озвучил эту идею. Ему хотелось собрать всех в одном месте и дать им понять, как он благодарен. И да, он знал, что приглашать их к себе — не лучшая идея, хотя бы потому, что он не мог ничего купить и развлечь их, как на вечеринке, но это все равно имело значение. — Я думаю, это хорошая идея, — сказала Манон, загнув уголок книги и закрыв ее, переводя взгляд на Луку. — Я могла бы что-нибудь приготовить, у меня есть на примете несколько новых рецептов, и они могли бы побыть дегустаторами, — она улыбнулась ему. Лука заметил, что Манон практически не покидала кухню, постоянно находясь за готовкой. Он был очень удивлен, что сейчас она решила почитать книгу, вместо того, чтобы приготовить очередной ужин, который ей придется разделить с соседями, потому что его слишком много для нее одной.  — Было бы замечательно. Могу я помочь тебе? — тут же предложил он. Он был не очень хорош в готовке, но было бы нечестно оставлять Манон на кухне одну, учитывая, что наличие еды было в его интересах. Но Манон лишь отмахнулась. — Я люблю готовить в одиночестве. Так меньше шансов отвлечься, — объяснила она с улыбкой. — А что за повод? Лука вздохнул, нахмурившись. — Я просто хотел бы сказать спасибо за все, что вы для меня сделали, — тихо сказал он, пожав плечами. — Ох, Лука. Но тебе не обязательно этого делать, — она положила свою руку поверх неповрежденной руки Луки. Затем сжала ее.  — Я хочу, — сказал он, стараясь своим тоном показать, как для него это важно, и Манон наклонила голову вбок.  — Планируете устроить без меня вечеринку? — Мика зашёл в комнату, прерывая их, и Манон вновь откинулась на свою сторону дивана.  — Это не вечеринка, — сказал Лука. Черт, ему хотелось поблагодарить и Мику тоже. Несмотря на то, что он сказал, что больше не может помогать ему после того, как они с Лизой заплатили аренду за прошлый месяц, но Ян сказал, что эти двое все равно жутко хотели помочь хоть какими-нибудь деньгами. Несмотря на то, что не должны были. — А где ты будешь? — У меня свидание, — сказал Мика, мигая бровями и плюхаясь на диван между Лукой и Манон. Они чудом успели убрать ноги, чтобы он на них не сел. — Так что ведите себя хорошо, детки. Меня не будет здесь, чтобы присматривать за вами.  — Ах, да. Ты же наш смотритель, — поддразнила Манон, приподняв бровь, и Мика фыркнул. — Ну конечно. Только благодаря мне эта квартира в отличном состоянии, — торжественно проговорил он, когда Лиза зашла в комнату.  — Такая же дерьмовая, как и ты, — сказала она, втискиваясь между Манон и Микой.

***

Несмотря на неуверенность, Лука связался со всеми и сказал приходить в пятницу. Никто не отказался, а Ян с Элиоттом пообещали принести выпивку, и за это Лука тоже был им безмерно благодарен. Когда настал день икс, Лука приготовил квартиру для девяти людей (потому что он посчитал Манон, пусть она пока и была на кухне, занимаясь готовкой с тех пор, как вернулась из школы). Мика с Лизой не смогли присутствовать — у одного было свидание, а другая работала. Но все нормально, Лука найдет способ отблагодарить их позже. Он убрался в гостиной и в своей комнате на случай, если кто-то захочет остаться на ночь. Затем он запаниковал из-за того, что Элиотт ни разу у него не был, и это будет его первый раз. Что, если именно он захочет остаться на ночь, зайдет в комнату Луки, увидит весь беспорядок, и больше не захочет с ним дружить? О Господи. Может, ему стоит закрыть свою комнату. Как только Лука закончил убираться, он попытался пойти помочь Манон. Ключевое слово 'попытался'. Как только он зашёл на кухню, она кинула на него взгляд, говорящий сам за себя, и он тут же отступил. Осталось ещё немного времени, так что он вернулся в гостиную и плюхнулся на диван.

***

В итоге, Манон превзошла себя. Она приготовила мини-сэндвичи, рагу, пасту с каким-то крутым соусом, яблочный пирог и булочки с корицей. Лука не знал, превратится ли готовка в качестве способа пережить расставание с Шарлем в настоящее призвание Манон, но в данный момент это было очень кстати. Было уже около семи вечера, когда все начали приходить. Не только Ян с Элиоттом принесли выпивку. Эмма принесла с собой шесть банок, а Дафна передала ему бутылку вина и поцеловала в щеку в качестве приветствия. Когда все уселись в гостиной, стало довольно людно. Лука сидел рядом с Яном и Манон на диване, Элиотт сидел рядом на подлокотнике, Иман сидела на одном из стульев, рядом с ней как раз садилась Дафна, а Алексия, Артур и Базиль сели на подушки на полу. Похоже, всем было удобно. Они все ели, пили, смеялись и разговаривали. Это было просто отлично, и Лука был поглощен эмоциями, которых не мог описать. Он только знал, что ему нужно что-то сказать сейчас, иначе он взорвется. — Эй, ребята, — произнес он, чуть-чуть повысив голос, чтобы его было слышно сквозь шум. Он преуспел, потому что все повернулись к нему, и он прочистил горло. — Я хотел собрать вас всех здесь, чтобы поблагодарить за то, что вы для меня сделали. Я знаю, что не заслужил этого, и я найду способ вам все вернуть, но я хочу, чтобы вы знали, что буквально спасли мою жизнь. Мне… мне тяжело говорить об этом, — он опустил взгляд на свою перевязанную руку. — И я рад, что никто из вас не пытался вытащить это из меня. Вы были так терпеливы, и многие из вас просили этого не упоминать, но для меня это много значит, и я… — Лука, мы знаем. Ты бы сделал для нас тоже самое. Не убивай себя мыслями о том, как бы нам отплатить, или что нам недостаточно твоей благодарности. Мы сделали это, потому что хотели. Мы твои друзья, несмотря ни на что, — сказала Иман, улыбаясь ему. — Я надеюсь, что вы знаете, что я тоже ваш друг, несмотря ни на что, — сказал он. Как и с Элиоттом, он не хотел, чтобы в отношениях с этими людьми была недосказанность. И он не хотел быть обузой. — Мы знаем, — самым первым высказался Базиль. Лука хмыкнул, хотя и понимал, что это имело значение. Он оглядел всех, улыбаясь и понимая, что они все согласны с Базилем. Даже те, с кем он никогда не был близок. Вскоре тема сменилась, все начали болтать и формироваться в небольшие группы. Лука внимательно вслушивался, вставляя небольшие комментарии время от времени. Он слегка опьянел после пива, которое уже успел выпить, объелся едой Манон и был окружён людьми, которые заботились о нем, и о которых он заботился в ответ. В этот момент ему больше ничего не было нужно. Его телефон завибрировал, и он услышал, как телефоны ребят тоже завибрировали от уведомлений. Он разблокировал экран и увидел, что его отметили на фото в инстаграме. Лука нахмурился и нажал на уведомление. От того, что он увидел, у него перехватило дыхание, и он услышал звон в ушах. Он поднял взгляд, оглядывая всех в комнате. Все тоже достали телефоны и были в процессе просмотра уведомления. Он сжал телефон в руке. — Лука? — голос Яна звучал словно откуда-то издалека. Но Лука не мог говорить.