The Haunted / Преследуемый

Наступил канун Нового Года. Последний месяц уходящего года выдался довольно мирным, ничего не случилось. После событий в общежитии Чи Ян в панике вернулся домой, но больше никаких проблем не возникло, и он потихоньку успокоился. Единственным последействием стало то, что с тех пор юноша не решался больше заказывать еду на дом. Он начал готовить сам, таким образом, даруя Е ИнЧжи больше домашней еды. В качестве новогоднего подарка на работе всем сотрудникам выдали по два пакета с фруктами, один пакет с овощами и огромный мешок грецких орехов. Небольшие грецкие орехи, хоть и выглядели аппетитно, но их было сложно расколоть. В Новый Год, поужинав, Чи Ян сидел перед телевизором, борясь с твердой скорлупой грецких орехов. Сил у него хватило далеко не на все орешки, к тому же, повсюду теперь валялась скорлупа. Те орешки, которые все же получилось очистить, он сложил на алтарь Е ИнЧжи. А рядом с ним сидел человек, которого не мог видеть юноша. Каждый раз, когда Чи Ян опускал очередной грецкий орех на алтарь, человек слегка облизывал его пальцы; а в тот момент, когда он забрасывал орех себе в рот, тень наклонялась и облизывала кончик его языка. Те, у кого была такая возможность, отправились праздновать домой. Что касается оставшейся части, к которой относился и Чи Ян, - у которых не было дома, куда можно вернуться, или их дом находился слишком далеко в других провинциях, то они организовывали совместный званный ужин. Хотя друзья и коллеги не единожды звали юношу на новогодний ужин, он отверг все предложения, так как не осмеливался выходить из дома позднее 12ти часов дня, а его коллеги планировали провести новогоднюю ночь на вилле на окраине города, что для Чи Яна звучало как трейлер к фильму ужасов. Он едва оправился от предыдущего потрясения в прошлом месяце и не смог бы выдержать чего-то подобного вновь. Таким образом, услышав о планах коллег, он инстинктивно решил держать от греха подальше. Но в таком случае, неизбежным становилось празднование в одиночку. Утром Чи Ян купил бутылку вина и выпил стакан за обедом. Теперь же он просто грыз орешки, испытывая непреодолимое чувство печали. Праздничные звуки из телевизионной программы, а также смс сообщения с новогодними пожеланиями, которые приходили на телефон, - все казалось каким-то нереальным. Ничего из этого не предназначалось именно Чи Яну. В детстве, когда рядом никого не было, он испытывал похожие эмоции. Но по крайней мере, у него были дедушка и бабушка, которые обожали его баловать. Теперь же, когда он остался совсем один, на кого можно рассчитывать? Чтобы рассеять внезапно нахлынувшую грусть, Чи Ян достал еще один бокал, наполнил его и поставил на алтарь. Подняв свой бокал, Чи Ян улыбнулся: «Приветствует третьего мастера. Поздравляю с Новым годом, полагаюсь на тебя и в следующем году». Затем он залпом осушил свой бокал. Так он и отмечал Новый год - с прахом в бутылочке и поминальной табличкой. Монах Чжан как-то объяснил ему, что от мастера Е не осталось ничего, кроме праха. И что это были всего лишь останки, которые имели особый эффект. Создание алтаря и молитва его духу – это просто выражение уважения и благодарности покойному. Но точно так же, как ребенок начинает испытывать чувства к своим игрушкам, Чи Ян как-то само собой ощутил близость и зависимость от «Е ИнЧжи», который так долго защищал его. Чи Ян решил ответить на смс-поздравления и отправлял свои пожелания друзьям, потягивая вино. Вскоре он выпил всю бутылку, и, хотя градус вина был не особо высоким, но и Чи Ян не был хорошим пьяницей, так что уже начинал чувствовать себя подвыпившим. К этому моменту стрелки часов подползали к 12ти ночи. Чи Ян протер глаза и приготовился лечь спать. Доковыляв до ванной, он быстро вымылся и упал на кровать. Прежде, чем отключиться, Чи Ян мрачно подумал о том, что этой ночью его даже выстрел из пушки не разбудит. В «пьяно-сонливом» состоянии юноша забыл выключить свет в гостиной. Свет, падал на кровать, где Чи Ян был укутан в одеяло и спокойно спал. «...». В комнате раздался мягкий вздох. Он исчез очень быстро, и даже если бы в этот момент в доме присутствовал еще кто-нибудь - просто решил бы, что это иллюзия. Сразу же свет в гостиной дважды мигнул и погас. Другой обитатель дома неторопливо вошел в спальню и сел на край кровати. Он протянул руку и мягко погладил лицо Чи Яна, прежде чем медленно наклониться и облизнуть его. Все движения были легки и неторопливы, как если бы демон игрался со своей добычей. «Он» не хотел, чтобы в этот раз Чи Ян спокойно спал: тень как обычно медленно скользнула на кровать рядом с ним и укрылась одеялом. Находясь в глубоком сне, юноша вздрогнул от внезапного холода и издал звук, похожий на ворчание, прежде чем расслабиться. Но его брови остались нахмуренными. Тень усмехнулась и погладила пальцами брови Чи Яна, прежде чем поцеловать его в лоб. Тень укрыла юношу в своих объятиях и начала медленно целовать его. Однако вскоре лишь поцелуев было уже не достаточно, чтобы удовлетворить возникшие желание, даже если Чи Ян находился в ее объятиях. Как из тлеющих угольков на ветру, из глубины души росло пламя, становящееся все сильнее и жарче, и, в конце концов, сжигающее все на своем пути. Внезапно раздался звуковой сигнал - включился нагреватель воздуха и заработала вентиляционная система подачи тепла. Тень отодвинула одеяло с юноши и легла на него сверху, жадно притянув к себе... На следующее утро Чи Ян проснулся, чувствуя себя разбитым, словно всю ночь мучился от кошмаров, но ничего не мог вспомнить. Его тело немного болело, как будто после пробежки. Обычно такое бывало только от сна на неудобном матрасе, но у него уже довольно долго была эта кровать и проблем с ней никогда не возникало. Тем не менее, он списал это на последствия похмелья, хотя было странным то, что у него не появилось головной боли. Да и разве может быть похмелье от всего лишь одной бутылки слабенького вина… Разговаривая с Сюй Цзяном по телефону, он непреднамеренно поднял этот вопрос, и тот сказал: «С научной точки зрения, это походит на случай переноса боли». Пожалев, что вообще заговорил об этом с Сюй Цзяном, Чи Ян решил выкинуть все из головы. Только в конце месяца он обнаружил, что что-то не так. Его счет за электроэнергию раньше никогда не был таким огромным. Несмотря на то, что центральное отопление было не самым лучшим, и в доме всегда было немного холодно, ему никогда не приходилось включать нагреватель, чтобы согреть комнату. Однако сумма в счете была такой, как будто он ежедневно пользовался авто нагревателем в течение всего месяца. Однако, и этого было недостаточно, чтобы юноша начал что-то подозревать. Так продолжалось, пока однажды после душа Чи Ян не застегивал рубашку перед зеркалом. Тогда он заметил на груди вокруг сосков красные отметины, похожие на синяки и отпечатки пальцев. Обычно такие следы остаются от нетерпеливого и страстного возлюбленного.