The Haunted / Преследуемый

Чи Ян этого не заметил, но стоило ему лишь коснуться талисмана, как из кончиков пальцев потянулись струйки темного дыма. Увидев, что происходит, старик окончательно убедился в своей правоте, но только молча покачал головой. Раз подобное даже за столь длительный промежуток времени не причинило никакого вреда юноше, значит тут все не так просто. Лучше, чтобы Чи Ян сам во всем разобрался. Однако... Этот темный дым, справиться с ним будет сложнее, чем ожидалось. _____________________________________________________________ Поначалу, Чи Ян чувствовал себя как обычно, только в голове был небольшой беспорядок, как будто он слишком много думал накануне. В это время, спрятанный в кармане талисман постепенно поглощал темный дым, а его края сворачивались и обугливались. Наконец, когда Чи Ян остановил машину около дома, талисман внезапно вспыхнул и исчез, превратившись в комочек пара. Остатки темного дыма, которые не успел поглотить талисман, тут же вернулись назад в тело Чи Яна. Чи Ян застонал, обхватив голову руками: кадры воспоминаний безостановочно мелькали перед его глазами. И он уже не мог отличить реальность от иллюзии. Первым вернувшимся воспоминанием оказались похороны родителей. На проводах, сквозь пелену слез он смотрел на их похоронные портреты. Тогда множество смертельно бледных, невыразительных «людей» тянулось к нему. Чи Ян не знал, кто они, но инстинктивно боялся их. Он не хотел идти с ними и крепко накрепко вцепился в бабушку… А она подумала, что дитя просто безутешно и нежно обняла его в ответ. Следующим было падение с лестницы и страх на лице бабушки, когда она обнаружила отпечаток руки на его спине. После чего бабушка надела на него нефритовый кулон; затем пролетели воспоминания о череде храмов и святынь, где Чи Ян молился бесчисленными статуям божеств, ни одно из которых не в силах было ему помочь... Позже монах сказал: «У меня есть идея. Хочешь попробовать?» Ночная поездка на автобусе и блуждающие рядом призраки... Чи Ян наконец вспомнил, как повесил на шею крошечную бутылочку с прахом. — Чи Ян сам принес это в дом. Он увидел, как аккуратно устанавливает черную именную табличку на алтарь; затем, как поднимает бокал и произносит: «...Третий мастер Е, пожалуйста, позаботьтесь обо мне и в следующем году». Третий мастер Е... Кто это? Чи Ян не мог рассуждать здраво, волны сомнений захлестывали его снова и снова, не позволяя все спокойно обдумать. На негнущихся ногах он, в конце концов, добрался до дома, но его сердце было переполнено опасениями и беспокойством. Войдя в подъезд, лифт, которым он пользовался каждый божий день, сейчас внезапно предстал в образе механического зверя, жаждущего целиком поглотить Чи Яна. Отчужденный интерьер лифта отражал его бледное вспотевшее лицо и рубашку, почти всю пропитанную холодным потом. У Чи Яна мороз пробежал по коже, и он не отваживался войти в лифт. Лишь когда лифтом решили воспользоваться другие постояльцы, он поехал с ними, нажав кнопку своего этажа. Он уже вспомнил монаха Чжана, и как тот рассказывал об установке дома алтаря с духовной именной табличкой, также про сбор праха усопшего. Если прах прямо сейчас с ним, то что насчет таблички? Куда она подевалась? Ее выбросил Е ИнЧжи? Но самое главное – чья была эта табличка? ...И как могло случиться так, что Чи Ян все это забыл? Но последняя мысль, пришедшая ему в голову, окончательно выбила Чи Яна из колеи: он вспомнил, что случилось во время госпитализации с приступом гастрита. Чи Ян тогда спросил ИнЧжи о происхождении бутылочки. Любимый тогда ласково улыбнулся. А затем отчетливо произнес: «Это мой подарок на нашу первую встречу в прошлом году». [Я дал тебе это]. Казалось, все начало вставать на свои места. Наконец Чи Ян смог различить слова на табличке «Дух Е ИнЧжи». Тогда что за ИнЧжи появился в его жизни? Кто тот Е ИнЧжи, с которым он проводил каждый день на протяжении последних месяцев? С кем он занимался любовью и на чьей груди он спал каждую ночь? Чи Ян больше не в силах был об этом думать. К настоящему моменту, он уже вышел из лифта и стоял прямо перед своей квартирой. Дверь открылась со щелчком. Чи Ян не смел войти внутрь. Мужчина протянул руку и затащил его в квартиру. Он улыбнулся. «Малыш, что с тобой сегодня случилось? Скорее переодевайся и идем ужинать» - сказал ИнЧжи, прежде чем вернуться на кухню. Небольшая квартира была окутана ароматом готовящейся еды. Невозможно было поверить, что эта душевная сцена была фальшивкой. Чи Ян вздохнул, а руки, которые он держал за спиной, задрожали. Ничего не говоря, Чи Ян подошел к телевизионной тумбе и взял лежащий на ней телефон, который купил для Е ИнЧжи. Введя свою дату рождения для разблокировки, Чи Ян выключил телефон и снял заднюю крышку – в месте, где должна была стоять SIM-карта, было пусто. Какой человек мог звонить по телефону без SIM-карты? Если только... Он не был обычным человеком. А ИнЧжи тем временем привычно расставлял посуду на столе, обратившись к Чи Яну: «А’Ян, помогите наложить рис. Почему еще не готов? Может мне стоит помочь тебе раздеться?». «Сейчас подойду», - ответил Чи Ян и закрыл телефон, снова включив его. Не издав ни звука, он пошел в свою комнату и начал переодеваться. Потянувшись к сумке, он дрожащими руками достал полученную сегодня визитку. Переодевшись, Чи Ян старался вести себя так же, как и обычно. Прежде чем выйти, он подумал кое о чем и достал из ящика нефритовый кулон, зажав его в руке. ИнЧжи уже накрыл стол и подал рис. Он в ожидании сидел за столом. Чи Ян, увидев столь знакомую картину, не мог решиться. Наконец, сжав зубы, он подошел к мужчине, но вместо того, чтобы сесть рядом, обнял Е ИнЧжи и уткнулся лицом в его грудь. ИнЧжи улыбнулся и взъерошил волосы Чи Яна: «В чем дело? Соскучился? Или тебя кто-то обидел?». Чи Ян ничего не ответил. Он не чувствовал ни тепла, ни биения сердца. Все было иллюзией. Последний виток темного дыма, опутывающий его сердце, наконец, развеялся. Все мелкие детали, на которые он не обращал внимания ранее, внезапно появились перед глазами и пролили свет на сложившуюся ситуацию. Возлюбленный с таинственным прошлым, внезапно появившийся в его жизни; возлюбленный, который не выходил на улицу и отказывался есть где-либо помимо дома; возлюбленный, которого мог видеть только Чи Ян – все это было лишь частью хитроумной ловушки, попав в которую Чи Ян поверил, что безумно любит человека перед собой. Тело Чи Яна безудержно дрожало. В этот момент все, чего он хотел, - это в панике вырваться из этих объятий и бежать, пока ноги в кровь не сотрутся. Однако он не мог этого сделать. Е ИнЧжи вдруг нахмурился, но он не сказал ни слова, только покрепче обнял Чи Яна. Тот внимательно взглянул на обнаженную шею Е ИнЧжи. Хотя она была мертвенно бледной, по крайней мере, на ней не было трупных пятен. Он подумал о фарфоровой бутылочке с прахом, висящей на его шее, - и в этот момент наступила темнота. Чи Ян почувствовал, как ИнЧжи поднял его лицо, мягко прижимаясь губами к закрытым глазам. Сладкая и нежная атмосфера из прошлого исчезла. Чи Ян вздрогнул, тело не слушалось, а голос подводил. Казалось, он не в состоянии говорить связно: «Третий мастер Е, я был неправ... Пожалуйста, прости меня...». Он хотел вымолить прощение, но задыхался от страха. Чи Ян боялся, что все закончится, если он разоблачит эту ложь. Он предпочел бы продолжать жить в неведении. Все изменилось всего за один день. Теперь единственным проблеском надежды была визитная карточка, лежащей в кармане. Завтра... Не бойся, не разжимай руку... Просто выдержи всего один день. В конце концов, Чи Ян закрыл глаза и, усмирив дрожь, принял поцелуи, покрывающие его лицо и шею, как жертвенное подношение. ____________________________________________________________ П/п: вааа, ну совсем грустец. Кстати, ИнЧжи ни в коем разе не хочет навредить малышу Яну!!! ruvers.ru