The Haunted / Преследуемый

Закончив с поцелуями, Е ИнЧжи внезапно поднял Чи Яна на руки и понес его в спальню. Аккуратно уложенный на кровать Чи Ян с натянутой улыбкой поднял руку, чтобы оттолкнуть «человека», нависшего над ним. «...ИнЧжи, я голоден, давай сначала поедим». Он смотрел на Е ИнЧжи, а его ресницы дрожали, как крылья испуганной бабочки. Несмотря на неудовлетворенность, у ИнЧжи не было выбора – он отпустил Чи Яна, заметив при этом его сжатый кулак и спросив: «А’Ян, что у тебя в руке?». Чи Ян протянул к нему открытую ладонь: «Это нефритовый кулон моей бабушки, я хотел подарить его тебе». ИнЧжи улыбнулся: «Конечно, почему бы тебе не надеть его на меня?». Он сел поближе к Чи Яну. Кивнув, Чи Ян повесил кулон на шею ИнЧжи, но, как он и предполагал, ничего не изменилось. В конце концов, Е ИнЧжи не одну ночь спал в нескольких сантиметрах от кулона. Если бы тот мог как-то воздействовать на ИнЧжи – это уже давно бы случилось. ИнЧжи дотронулся до кулона и посмотрел на Чи Яна: «Думаю, будет лучше сделать вот так. Я боюсь испортить его и расстроить тем самым тебя, ведь это ценность, оставшаяся тебе от любимой бабушки». Чи Ян наблюдал, как ИнЧжи снял кулон и поместил его обратно в ящик. Хотя он и утверждал, что голоден, вид свежеприготовленной ароматной еды не вызвал у Чи Яна никаких эмоций; казалось, он даже вкуса не ощущал. Единственное, за что он мог быть благодарен: если все остальное было ложью, по крайней мере, еда была реальной. Накануне Чи Ян как раз прикупил свиные ребрышки, тщательно отбирая их по качеству и свежести. И теперь на столе стояли соблазнительные тушеные с овощами ребрышки. Он должен поблагодарить третьего мастера Е за то, что тот исправно готовил для него каждый божий день. Подумав так, Чи Яна захлестнула волна грусти, быстро сменившаяся непреодолимым страхом. После ужина Чи Ян помыл и вытер посуду. Затем он отправился в гостиную, включил телевизор и начал переключать каналы. Внутри все застыло, а тревога достигла своего апогея, когда Чи Ян наблюдал за тем, как медленно тянулись минуты. Была пятница, а перед выходными, он, как правило, не отказывал ИнЧжи в близости. Чи Ян боялся, что тот что-нибудь заподозрит, поэтому не мог сказать ему «нет». ИнЧжи сидел рядом с ним, листая новостную ленту на мобильнике, изредка поглядывая на Чи Яна. Он видел, как мрачный и угрюмый Чи Ян свернулся калачиком в уголке дивана, сидя с опущенной головой. Он выглядел жалким и несчастным, совсем как обиженный ребенок. Невозможно было не сесть рядом и не утешить его в объятиях, что и сделал ИнЧжи: «Что случилось, детка? Если не хочешь смотреть телевизор, пойдем спать». Чи Ян прикусил губу и ничего не сказал, позволяя ИнЧжи поднять его на руки и выключить телевизор. В доме мгновенно воцарилась звенящая тишина. ИнЧжи провел ладонью по его спине и прошептал на ушко: «Нервничаешь? Твоё тело прямо как натянутая тетива». Улыбаясь, он положил Чи Яна на кровать: «Сколько раз мы уже это делали, а ты все волнуешься?». Коснувшись спиной мягкой постели, Чи Ян невольно зажмурился. Хоть тело и было напряжено, но все равно привычно реагировало на поцелуи, прикосновения и объятия Е ИнЧжи. Даже если он больше не ощущал дыхания, сердцебиения и тепла. Чи Ян полностью отдавал себе отчет в том, что тот, с кем он занимается любовью – не человек, но, несмотря на то, что он принял эту горькую и жестокую правду, его тело по-прежнему возбуждалось. ИнЧжи знал все его слабости и все держал под контролем. Закрыв глаза, Чи Ян отвернулся, чтобы не видеть «человека» над собой. Маленькая слезинка образовалась в уголке глаза, но было не понятно – то ли она появилась от испуга, то ли была вызвана иными чувствами. ИнЧжи наклонился и поцеловал слезинку. Его дыхание было холодным. Чи Ян вздрогнул, и, чтобы скрыть это, он беспомощно обнял «человека», тесно связанного с ним... Посреди ночи Чи Ян открыл глаза. Он выглядел спокойным и бодрым, без каких-либо намеков на сонливость. Осторожно взглянув на Е ИнЧжи, который, казалось, крепко спал рядом с ним, Чи Ян плотно обернул одеяло вокруг себя. Он не знал, необходим ли ИнЧжи сон или это просто притворство. Внезапно он задумался: почему ИнЧжи делал все это, зачем безукоризненно следовал столь хитроумному плану? Если бы ему нужна была жизнь Чи Яна, уже был миллион возможностей ее получить. Но все это сейчас не важно. Самое главное – чтобы он ничего не заметил. Нужно всего лишь дождаться, пока взойдет солнце. Рассуждая так, Чи Ян заснул, хотя и думал, что не сможет. Как не рассчитывал и проснуться от запаха жареных яиц и кофе. На самом деле, с приходом ИнЧжи в доме Чи Яна появилось много электроприборов, таких как кофеварка, соковыжималка, миксер и тому подобное. Они так сильно отличались друг от друга: даже будучи призраком, третий мастер лучше знал, как наслаждаться жизнью, чем сам Чи Ян. Он внезапно задумался о том, как ИнЧжи заказал и оплатил все это по интернету. Мельком взглянув на его силуэт, тело Чи Яна застыло, и немного ослабевший ранее страх поспешил вернуться вновь. Нежное красивое лицо, к которому он так привык, теперь выглядит призрачным и пугающим. Взяв две тарелки с едой, ИнЧжи поставил их на стол и, как обычно, поцеловал Чи Яна в лоб: «Утречка, умывайся и садись завтракать». Чи Ян механически вытерпел утренний поцелуй и, пошатываясь, пошел в ванную. Включив кран, он оперся о края раковины и понял, что у него дрожат руки. В эту минуту он почувствовал гордость за то, как справился со всем вчера. Но, к счастью, осталось совсем немного. Оправдавшись плохим аппетитом, Чи Ян едва прикоснулся к еде и отправился переодеваться. Е ИнЧжи мыл посуду, когда заметил, что Чи Ян собирается уходить. Он с любопытством поинтересовался: «Куда-то направляешься?». Чи Ян опустил голову, чтобы не смотреть ему в глаза: «Да, на работе возникли проблемы, и мой руководитель попросил выйти сегодня». ИнЧжи кивнул и не стал вдаваться в подробности: «Возвращайся поскорее. У нас осталось мало еды, так что купи то, что хотел бы съесть». «Хорошо», - пробормотал Чи Ян, опустив голову. После того, как он ушел, ИнЧжи вышел на балкон, наблюдая, как машина Чи Ян выехала за ворота. Его губы слегка приподнялись, изобразив что-то наподобие улыбки, но темные глаза не улыбались. «Лжец. Какой плохой мальчик». ruvers.ru