Асшайский вояж

      Наступило утро. Санса проснулась, лёжа в постели, когда уже совсем рассвело. Теона рядом не было и, скорее всего, давно. Но, видимо, уходя, он переложил её с пола в постель. Санса улыбнулась, заметив, что, несмотря на качку, её сон был очень крепким, — почти как в детстве. Неизвестно, что стало тому причиной: объятья Теона, усталость или и то и другое, но это не могло не порадовать.       Пик шторма остался позади, но качка продолжалась и ощущалась довольно сильно. Корабль продолжало сносить на юг, — волнение ещё не позволяло взяться за вёсла. «Великий Кракен» дрейфовал, хотя море уже не выглядело таким угрожающим, как вчера вечером. — Что у нас тут? — обратился Грейджой к вахтенным. — В трюме течь, — ответил один матрос. — Сильная? — Да нет, не очень. Просто подтекает. Каждый час приходится браться за помпу, чтоб откачать воду. Вёдер десять набирается. — Что ж, черпайте. Видимо, разошлась обшивка. Неплохо бы заново проконопатить и засмолить щели. — Уже пытались — бестолку. — Что ж, остаётся только при первой возможности посадить судно на ближайшую мель и в отлив основательно подремонтировать борта, — подытожил Грейджой.       Качка длилась до вечера. Вскоре и ветер переменился: небо, правда, ещё серело свинцовыми тучами, но уже не выглядело таким затянутым. — Завтра попробуем встать на вёсла, — предложил Теон. — Верно, — согласился Вайс. — Главной мачты теперь нет, но можно попробовать обойтись оставшимся. Я тебе покажу, как это делается.

***

      Как и предполагалось, к утру погода позволила взяться за вёсла. Корабль не очень быстро, зато уверенно направлялся на северо-восток. Брешь устранить не вышло, но, благо, она и не увеличивалась. Потому матросы откачивали воду раз в час, тратя на это не больше десяти минут.       Через пару десятков миль на горизонте показалась земля. По прибытию туда у Железнорожденных возникла неожиданная проблема: никто из жителей небольшой рыбацкой деревушки, раскинувшейся на берегу, не знал общего языка. Хорошо, Виндор знал Валирийский, — там нашёлся человек, видимо, староста деревни, который тоже мог на нём говорить. Он пояснил, что отсюда до Иня ещё несколько недель пути, но в дневном переходе есть большой итийский город Азабад.       Железнорождённые, конечно, могли килевать судно прямо здесь, но решили направиться прямиком в Азабад, чтобы провести работы с надлежащим качеством.       Как и предполагалось, к вечеру «Великий Кракен» вошёл в бухту. Порт оказался не особенно оживлён, зато в самом городе кипела жизнь. Главной его жемчужиной по праву считался большой Караван-Сарай и рынок при нём. Там встречались купцы из Иня, из Кварта. Иногда приходили Караваны с Севера. Одиночные корабли сюда заплывали редко, — морские пути до Асшая оставались в стороне, и приходилось бы делать крюк, чтобы попасть в Азабад. А вот для Караванов это довольно удобно, так как город располагался на середине торговых путей.       На удивление тут нередко попадались люди, знающие общий язык. На валирийском же говорил каждый третий. Когда-то давно, ещё до возвышения Валирии, Азабад входил в вотчину Гиркуна. Но это государство кануло в небытие, оставив после себя легенду о Гиркун-Герое и три города-крепости, охраняющие торговые пути через Хребет Костей. Азабад был четвертым и самым южным из этих городов, но со временем его мирно ассимилировали итийцы.       Местные доки позволяли выполнить необходимый ремонт. С помощью хитрых механизмов из лебёдки и катков по здоровенному каменному желобу железнорождённым удалось вытащить корабль для осмотра корпуса и устранения течи. С грот-мачтой особых проблем не возникло, — в запасе оказалось достаточно рангоута. Правда, пришлось немного отклониться от намеченного плана и задержаться тут почти на неделю.       И, конечно, путешественники не упустили возможность прогуляться по новому городу в поисках чего-нибудь интересного. Мало кто из с Железных островов доплывал до И-ти. Те из команды, кто не занят ремонтом судна, разбрелись по окрестностям в поисках кабаков с борделями, коих в городе, являющемся перевалочным пунктом торговцев и путешественников, имелось предостаточно.       Теон, Санса и сопровождавший их Виндор, гуляя по улицам, неожиданно наткнулись на новое, непривычное им заведение: просторное, с большими окнами и высокими потолками, вывеска в виде чаши с торчащими из неё палочками, — однозначно, тут едят.       На входе их поприветствовал огромный итиец, лысую голову которого украшала большая татуировка в виде тигра, а в руке он держал копьё. Видимо стражник, следивший, чтобы сюда не проходили сомнительного вида посетители. Вежливо улыбаясь, мужчина открыл перед мореплавателями дверь, хотя мгновением ранее отвесил пинка какому-то попрошайке, что хотел пробраться внутрь.       В отличие от вестеросских трактиров и таверн, здесь на удивление чисто и уютно. К путешественникам тут же подбежал молодой человек и защебетал что-то на своём языке, но, смекнув, что те не понимают, жестом пригласил пройти в зал. Компания уселась за невысокий столик, вокруг которого располагались такие же низкие, но широкие лавочки с разбросанными по ним расшитыми подушками. — Тут роскошно, как во дворце, — сказала Санса, осматриваясь. — Наверняка здесь недёшево, — предположил Виндор. — Да уж точно, — согласился Теон. — Зато наверняка тебе не подложат собаку вместо баранины. — А так бывает? — ужаснулась Старк. — Ещё и не такое бывает, — ответил Красный Жрец и поморщился, припомнив, как однажды ему попался крысиный хвост в похлёбке одного из дешёвых ученических трактиров Староместа.       К ним подошёл другой юноша в аккуратной красной рубашке и чёрных шёлковых штанах, прервав их беседу. — Что господа будут заказывать? — любезно обратился к ним итиец на общем языке. — А что порекомендуете? — ответил вопросом на вопрос Теон. — Курицу в кисло-сладком соусе с жасминовым рисом и напиток с чайного куста. — Чем же он так хорош? — уточнил Грейджой. — Он согревает в холод и утоляет жажду в жару, бодрит тело и освежает ум. — А есть чего-нибудь покрепче? — поинтересовался Виндор. — Рекомендую сливовое вино. — Несите, — согласился Теон. — И сладостей для Леди.       Время обеда уже закончилось, а ужин ещё не наступил, потому посетителей было немного, и блюда принесли довольно быстро. Так как мореплавателей одолевал голод, ели в тишине. Насытившись, компания развалилась на подушках.       Мужчины попивали сливовое вино, а Санса пробовала чай, который, к слову, ей очень понравился. Он совершенно не походил на мятный напиток, что заваривали на Севере. Да и подача выглядела необычно: его принесли в красивом керамическом сосуде, с ручкой, как у кружки, на одной стороне, и с длинным носиком для разливания с другой. К чаю подали местные сладости — засахаренные фрукты и косички из сахарного теста с орешками.       К концу трапезы в заведение заглянули две молодые женщины. Выглядели они достаточно сурово: одеты в короткие кожаные туники и бриджи, напоминающие те, что носят вестеросцы для верховой езды. — Девы-воительницы. Похоже, прибыли с севера. Возможно, из Баязабхада, — предположил Красный Жрец.       Девицы прошли мимо и развалились на диванах так, что оказались прямо напротив Сансы. Теон и Виндор же сидели лицом к входу, а к ним — спиной.       Спустя короткое время Санса густо покраснела, глядя за спины своих сопровождающих круглыми от удивления глазами. Мужчинам стало интересно, что вызвало такую реакцию, и они обернулись: девицы слились друг с другом в страстном поцелуе. Развязав шнуровку туники спутницы, одна из воительниц откровенно лапала её за грудь. Когда та убрала руку, путешественники заметили, что сосок украшало маленькое железное кольцо. Ничуть не смутившись, обе отвлеклись на молодого человека, который подошёл принять их заказ, а когда тот удалился, снова предались приятному занятию.       Их действия не возмущали Сансу, — её удивляла их реакция на ласки друг друга. «Неужели это может быть так приятно?» — размышляла она. — Почему у них такие лица? — Санса произнесла это вслух, хотя вовсе не собиралась. — Потому что они получают удовольствие, — сглотнув подступивший к горлу ком, ответил Теон, вспомнив сестру. «Да, Яра бы, определённо, оценила их по достоинству». «Разве такое возможно?» — подумала Санса, а вслух сказала: — Мне их не понять. — Знавал я одного человека, — вступил в разговор Виндор. — Так он говорил: «Мужчина, женщина — какая разница? Жизнь коротка, и если тебе нравится человек, — люби его. И разреши себе получать удовольствие».       На Сансу эта сцена произвела впечатление, и вечером, сидя в каюте, она вспоминала слова Виндора из Пентоса. Увиденное совершенно не вписывалось в её картину мира. Она абсолютно уверена: любовные развлечения не могут доставлять женщине удовольствие. Это мнение подтверждал не только омерзительный опыт в браке. Хотя именно он — в большей степени. Но в первую очередь — воспитание, основой которого считался негласный постулат, согласно которому не плотские утехи долг женщины, а испытывать наслаждение во время процесса зачатия истинной Леди просто неприлично.       Окончательно запутавшись в своих мыслях, так и не найдя истины в этом вопросе, Санса уснула.