Асшайский вояж

      Мореплаватели сидели в таверне «Логово Тигра», резались в кости и попивали вино. Местные жители щедро сдабривали его специями, в нем явно чувствовались ароматы корицы и гвоздики. В Вестеросе подобное подавали только в самых богатых домах. Это было большое портовое заведение, единственное приличное во всем городе. Таверна была поделена на две половины. Теон со своими спутниками сидели в той части, основными посетителями которой являлись торговцы средней руки, зажиточные горожане и другие состоятельные люди. Обычные моряки сюда не заглядывали, для них там было слишком дорого; предпочитали находиться в соседнем зале. За окнами поливал дождь, хотя и было тепло. — Третий день уже тут торчим. Когда уже Утонувший Бог пошлет нам попутный ветер и хорошую погоду! — посетовал Вайс. — Да уж! Застряли, так застряли, — согласился Грейджой. — Это самое унылое местечко, которое мне доводилось видеть, — добавил Виндор. — Говорят, что раньше лэнгийцы поклонялись древним темным Богам, и практиковали массовые человеческие жертвоприношения, особенно это распространялось на чужеземцев. Некоторые верят, что в лабиринтах под городом обитают полчища демонов. Правда, после того, как один из Императоров И-ти захватил Лэнг, подобные практики были запрещены. Но уже лет четыреста, как остров вернул независимость, так что, может, и Боги вернулись. — Да уж, лучше тут не ходить одному по темным переулкам, — ответил Теон, посмотрев при этом на Сансу. — Да мы и так дальше рынка не ходили. Люди здесь какие-то подозрительные и совсем не добрые, — ответила девушка, поеживаясь.       Северная Леди вспомнила свое Квартийское приключение. Тут, в Туррани, сойдя на берег, Санса ни на шаг не отходила от своих сопровождающих. Да и Теон не спускал с неё глаз. Едва она успевала подумать о том где находится, как невольно ощущала на себе его взгляд. Последнее время Сансе казалось, что это практически тот же Теон Грейджой, которого она знала раньше до поездки в Королевскую Гавань. На удивление, северянку это совершенно не раздражало, даже наоборот, ей было приятно его безграничное внимание к своей персоне. — Разве ж это рынок? Так, одно название. — размышлял Вайс.       Действительно, несмотря на то, что это был самый большой город в южной части острова, здесь совершенно некуда было сходить, нечего посмотреть. А все объяснялось тем, что лэнгийцы абсолютно не интересовались иноземными товарами, и предпочитали обходиться товарами собственного производства. Да и чужаков сторонились, смотрели на них с подозрением. Единственной достопримечательностью города можно было назвать Храм в центре города, построенный из черного камня в непривычной для вестеросцев манере: высокий, с остроконечными шпилями, на стенах которого были установлены каменные статуи, изображающие демонов с клыками и крыльями. Окружен он был чугунным решётчатым забором с острыми пиками поверху. Хотя Железнорожденных это место точно не интересовало. Матросы уже успели пожаловаться Теону, что не смогли найти бордель в этом городишке; то ли его действительно не было, то ли он был рассчитан исключительно на местных жителей и был спрятан где-то в закоулках.       К их столику подошла высокая девушка, ростом примерно пять с половиной футов, с золотыми глазами. Она молча поставила на стол ещё один кувшин с вином, взамен опустевшего, убрала пустые тарелки и с безразличным видом ушла. Надо сказать, что почти все лэнгийцы были высокими и стройными людьми; средний рост их составлял примерно шесть с половиной футов, нередко и семь, а то и все восемь.       Приближалось время ужина, народу прибавилось и свободных столов уже почти не было. Пара местных жителей из сидевшей рядом компании неожиданно о чем-то громко заспорили; раздался взрыв хохота. Вся компания встала и переместилась в центр таверны. Грейджой обратил внимание, что между столами было расстояние, которое образовывало широкий длинный проем, а возле стены стояла деревянная мишень. Толпа загудела. Теон и его сопровождавшие заинтересовались, что же там происходит. Им были хорошо видны действия всех участников, так как их стол располагался на небольшом помосте. Люди внизу разошлись, образовав живой коридор, а в центр вышел высокий, даже для лэнгийца, молодой человек, и встал возле начерченной на полу линии. Еще один мужчина достал из-за мишени три метательных ножа и передал один парню, стоящему возле линии. Тот, взвесив и покрутив снаряд в руке, встал в стойку, прицелился и замер. Толпа перестала галдеть, а в помещении повисла тишина. Бросок, глухой удар, ещё один, потом третий. Толпа одобрительно загудела.  — Там ярдов десять. Не меньше,— определил расстояние Вайс. — Два из трёх в яблочко, один в девятку. А он хорош! Высокий лэнгиец поднял вверх руки в победном жесте и медленно обернулся вокруг своей оси, наслаждаясь вниманием собравшихся.       Вышел второй участник: высокий мужчина лет сорока на вид, с густой кучерявой бородой, чёрной, как смола, и такими же волосами до плеч. Он был в красных сапогах, чёрных шароварах и цветастой жилетке, надетой на голое тело, из-под которой выглядывала волосатая грудь. Сразу видно было, что не местный. Своим видом он больше напоминал какого-то пирата с Летних островов, непонятно какими судьбами оказавшимся в такой дали. Видимо, тоже пережидал непогоду. Принесли ножи. Бородач встал на исходную. Раз, два, три — ударили ножи. Зрители вновь зашумели, послышались смешки. — Десять, девять и восемь, — прокомментировал Вайс. — Я плохо понимаю, о чём они говорят, но вроде как проигравший сегодня платит за победителя. Высокий лэнгиец снисходительно похлопал противника по плечу. Тот с недовольным видом достал кошель и стал отсчитывать монеты. Получив выигрыш, триумфатор подошёл к мишени, достал ножи и что-то проговорил, видимо приглашая добровольцев сразиться. Из толпы только послышались смешки. Видимо, это был местный чемпион и завсегдатаи знали, что соревноваться с ним бесполезно. Тут, Теон, залпом осушив свою кружку, поднялся из-за стола. — Я хочу попробовать! — громко заявил он. — Не, ну в самом деле, подохнуть же можно от скуки в этой дыре, — обратился он к своим спутникам. Все взгляды обратились на него. Чемпион жестом пригласил его к рубежу. Теон подошёл, взял ножи, прикинул в руке. Лэнгиец что-то сказал Теону, но тот ничего не понял. На помощь ему пришёл тот самый бородач: — Он спрашивает, как тебя зовут и каковы ставки. Теон достал золотого дракона и бросил на поднос. — Меня зовут Теон, я из Вестероса.       Противник бросил на поднос три маленькие золотые монетки. С одной стороны был тигр, с другой надпись на незнакомом языке и женский профиль — видимо, правительница. — Его зовут Саббат-Нигурт. И он желает посмотреть, каков ты в деле. — снова перевёл бородач в жилетке. — Он хочет, чтобы ты кидал первым. Вокруг царило оживление. Народ шумно переговаривался, то и дело размахивая руками. — Делают ставки. Кстати, меня зовут Рендир-Туулос, — представился новый знакомый. — Да? Ну, и каков прогноз? — Два к одному против тебя.       Теон огляделся вокруг. В толпе помимо лэнгийцев, итийцев и заплутавших мореплавателей, он увидел полтора десятка человек из своей команды. Они встали со своих мест и подошли поближе, чтоб поддержать капитана. Санса тоже встала из-за стола и теперь стояла возле ограждения, смотря на них сверху. Вайс остался с ней, а Виндор уже был рядом. — Ну что ж. Надеюсь, что те, кто поставил на меня, не проиграют. — Теон встал в стойку и замахнулся.  — Десять. Восемь. Десять, — отсчитал Вайс. — Ну что ж, неплохо, — похвалил себя Теон. Вышел Саббат-Нигурт. — Девять. Десять. Все замерли. Нож крутнулся в воздухе и глухо вонзился в дерево. — Девять! — Ничья, — подытожил бородатый пират. Они кинули повторно, Грейджой победил с перевесом всего в одно очко. Лэнгиец был раздосадован проигрышем и начал оправдываться: — Я просто много выпил, вот и потерял твердость руки! — Да я вообще в ножах не силен! — парировал Железнорожденный, забирая выигрыш. Шоу закончилось, ажиотаж стих, народ разбрелся по своим местам, дождь не прекращался, скучный и унылый вечер продолжался и не предвещал ничего интересного.