Ветер кружит листья

      За день до начала экзамена Кенару вызвали в Резиденцию Хокаге. Шизуне встретила ее в коридоре и увела за собой в помещение, предназначенное для хранения бумаг. Между стеллажами стоял небольшой стол, и помощница Пятой знаком предложила куноичи Звездопада сесть.       — Тебе нужно прочитать вот это и заполнить бланки. — Шизуне положила перед Кенарой несколько листов бумаги. — Это договор между Конохой и рядовым шиноби с присвоением звания генина. Мы затребовали себе документацию Звездопада, ознакомились и с твоим послужным списком. Он скромен, но для генина вполне сойдет. Ты твердо намерена поступить на службу Деревне Листа?       — Да.       — Прочитай внимательно и подпиши.        «Контракт на пять лет, — подумала Кенара, пробежав глазами бумаги. — Этого времени должно быть достаточно, чтобы подготовиться».       Шизуне положила на стол синюю повязку с протектором, на котором был выгравирован символ Деревни Листа. Кенара встала, поклонилась и приняла ее, невольно подумав о том, что это уже ее третья повязка.       — Обычно проводится торжественное мероприятие, но в нашем случае это неуместно.       — Мне не нужны особые церемонии, чтобы отдать себя в распоряжение Конохи.       «Кажется, она понимает, что, хоть контракт и временный, рисковать жизнью придется наравне со всеми, — подумала Шизуне, глядя на хмурое лицо Кенары. — Жертв войны так много, и они всегда вливаются в бесконечный круг ненависти и убийств».       — Хорошо. Теперь ты познакомишься с товарищами по команде.       Глаза Кенары сверкнули: она попадет на экзамен!              — Чирасу Шэнрё из Деревни Песка. — Произнесла Цунаде, и куноичи с двумя рыжими косами, одетая в короткий белый балахон, лениво поклонилась.       Она была невысокого роста и фигурой скорее походила на девочку, но ее колкий взгляд и самоуверенные манеры выдавали в ней опытного шиноби. Перчатки скрывали тонкие руки куноичи Песка до самых плеч, а ее маленькие ножки были обуты в высокие сапоги из замши.       «Песок, значит, да?» — слегка удивленно подумала Кенара.       — Цудзи Руюга. — Пятая перевела взгляд на непримечательного юношу лет четырнадцати на вид с символом Конохи на протекторе.       «Мелкий какой, — подумала Кенара. — Надеюсь, на деле он крепче, чем кажется».       — Капитан команды, Масари Кенара.       Куноичи Звездопада постаралась ничем не выдать своего удивления.       — Итак, первая сборная команда составлена, — объявила Цунаде. — Такого эксперимента еще не было, и это увеличивает ответственность, возложенную на ваши плечи. Ваше совместное участие в грядущем экзамене должно стать следующим шагом по укреплению союза между Деревнями Листа и Песка. Оно символизирует готовность дружественных шиноби выступить единым фронтом против общего врага.       Смерив всю троицу взглядом, Пятая продолжила:       — Мы с господином Казекаге возлагаем на вас большие надежды и ожидаем, что вы станете хорошим примером для других шиноби. Все решилось в последний момент, но у вас еще есть достаточно времени до завтра, чтобы познакомиться и выработать общую стратегию.       Цунаде попросила Кенару задержаться, чтобы сказать ей несколько слов наедине.       — Ты должна знать, что твоя команда не так проста. Шэнрё получила тяжелую травму на одной из миссий, и ей пришлось заново учиться доверять товарищам. Однако Казекаге считает ее очень талантливой. Что касается Руюги, то он когда-то служил в АНБУ и вследствие некоторых его способностей привык действовать в одиночку, так что командное соревнование ему в новинку.       «Когда-то? — подумала Кенара. — Сколько же ему было?.. И почему он до сих пор не чунин?»       — Надеюсь, ты понимаешь, какое доверие тебе оказано?       На мгновение куноичи показалось, что это говорит ее тетя.       — Да.       — Запомни, что ваши академические успехи не так важны, как развитие дипломатических отношений между Листом и Песком и укрепление дружеских связей. Покажите слаженную работу, продемонстрируйте единство и общность интересов — пусть все видят, как хорошо взаимодействуют шиноби двух Деревень. Это ясно?       Кенара помрачнела, хоть старалась этого и не показать.       «Политика?.. — уныло думала она. — Я лишь хочу стать сильнее! Плевать мне на эти связи…»       — Я выполню ваши инструкции в точности, Хокаге-даймё. — Кенара поклонилась. От менее проницательного человека ей удалось бы скрыть свое разочарование, но не от Цунаде.       «А ей это не нравится, — улыбнулась про себя Пятая. — Ну вот и посмотрим, на что она способна и в чьих интересах будет действовать».       Когда Кенара вышла в коридор, Шизуне, глядя ей вслед, спросила:       — Цунаде-сама, вы уверены?.. Конечно, происхождение Кенары…       — Да плевать мне на ее происхождение! — отрезала Пятая. — Зато я знаю, кто ее воспитывал, и уверена, с этой девчонки драли три шкуры. Выгрызет она себе победу или нет — меня не это волнует, а то, потянет ли она за собой остальных.       — Но Союз Листа и Песка…       — Гаара хочет испытать Шэнрё точно так же, как я хочу испытать Кенару. Пусть покажут результат.              Кенара надеялась, что новые товарищи по команде будут ждать ее у входа в Резиденцию, но никого там не обнаружила. Тогда куноичи впервые почувствовала, как хлопотно быть капитаном, ведь ей пришлось разыскивать собственную команду.       Проще всего было узнать, где проживает Руюга, но по адресу, предоставленному Шизуне, Кенара его не нашла. Затем она выяснила, в каком квартале расположились команды из Суны, и отправилась на поиски Шэнрё. Там куноичи окружили несколько генинов Песка и потребовали, чтобы она убиралась. Вежливые аргументы на них не подействовали, а применение силы противоречило приказам Пятой Хокаге, так что Кенаре пришлось отступить.       — Увидимся на экзамене, — бросила она и в этот момент увидела Шэнрё в окне второго этажа. Куноичи Песка стояла, скрестив руки, и с презрительной усмешкой смотрела прямо на нее.       «Ясно, — подумала Кенара. — Похоже в товарищи мне достался высокомерный кусок дерьма. Может, она сама рассчитывала быть капитаном?»       Куноичи была очень зла: она терпеть не могла оказываться в смешном положении.       «Можно подумать, я грезила о командирстве! — хмуро говорила себе Кенара, направляясь в сторону тренировочной площадки, чтобы там излить свой гнев на бездушные манекены. — Свалились на мою голову, бегай теперь за ними… Разве мне все это надо? Почему в одиночку нельзя сдать экзамен? Хочу отвечать только за себя!»       Миновав рощицу, куноичи вышла к полигону. В дальнем углу площадки, возле спортивных снарядов, о чем-то совещались шиноби знакомой ей команды: Тен-Тен, Ли и Неджи. Их сэнсэя Кенара видела впервые.       — У них-то есть стратегия, — проворчала она, вставая так, чтобы ее не было видно за деревьями. — У всех есть, кроме моей новоиспеченной команды, в которой никто не воспринимает меня всерьез.              Устный экзамен не был командным испытанием, поэтому Кенара явилась на него в гордом одиночестве. Всех генинов разделили на три группы и отправили в разные аудитории. Кенаре досталось место в кабинете номер три.       Заняв последнюю парту, она огляделась в поисках знакомых шиноби. Неподалеку, впереди нее, сидели Хината и Неджи Хьюга.       «Значит, Тен-Тен не здесь», — подумала Кенара.       Волей-неволей ее взгляд упирался в знакомых обладателей бьякугана. Куноичи имела дальних родственников в клане Хьюга, а также отдаленное представление об их традициях. Ей было известно, что Младшая ветвь клана находится в полном подчинении у Старшей. Однако, несмотря на почтительное отношение Неджи к Хинате, он явно пользовался большим авторитетом и вел себя покровительственно, как старший брат.       «Хината — дочь главы клана и, возможно, его наследница, а Неджи… всего лишь ее двоюродный брат. — Кенара выпрямилась, услышав голос экзаменатора, раздавшийся из динамиков. — Хватит глазеть на Хьюга, надо сосредоточиться!»       Куноичи уже знала от своих новых знакомых, что теоретическая часть экзамена обычно таит в себе какой-либо подвох. Так было и на этот раз: контрольная состояла из трех вопросов на выбор; сложность заключалась в необходимости угадать или просчитать, какие вопросы выберут товарищи по команде.       Кенара приуныла, ведь еще вчера можно было выработать с ее напарниками единую стратегию, если бы только куноичи смогла их правильно организовать. Она прикидывала так и эдак, но, не обладая практически никакой информацией о товарищах, не могла сделать какого-либо более-менее обоснованного выбора.       «И как разделить вопросы между нами тремя? По возрасту? По полу? По номеру аудитории? Черт, не могу поверить, что провалюсь на этом этапе!» — Куноичи потерла пальцами лоб под протектором и вдруг обратила внимание на гул, стоявший в помещении.       Оказалось, не только она испытывала трудности с выбором вопроса: многие генины не стеснялись вслух выражать свое возмущение. Вспомнив, что экзаменатор разрешил переговариваться и передвигаться по классу, некоторые из присутствующих обследовали дверь, стены и окна в поисках способа связаться с соседними аудиториями, в которых находились две другие группы генинов. Кое-кто решил докричаться до товарищей, и вскоре в кабинете поднялся невообразимый шум. Сверху и за стеной тоже шумели.       «Бесполезно и глупо, — с раздражением подумала Кенара, зажимая уши. — Хоть бы хором додумались крикнуть…»       С удивлением она увидела, как Хьюга Неджи поднялся со своего места и, приняв боевую стойку, нанес удар, от которого стена загудела, а крики по обе ее стороны стихли.       «Вместо того чтобы пробить стену, его чакра, вибрируя, разбегается по всей площади — то, что надо», — подумала Кенара.       Однако кое-кто уже смог связаться с товарищами и не желал, чтобы остальные в этом преуспели.       — Зачем ты помогаешь другим, идиот?! — закричал какой-то генин с эмблемой Суны на протекторе. — Хочешь, чтобы все прошли во второй тур?..       — Почему бы и нет? — спокойно ответил Неджи, не обращая внимания на оскорбление и вызывающий тон шиноби Песка. Последнего это взбесило, и он вскочил со своего места, рассыпая угрозы. Хьюга сохранял хладнокровие, но еще немного — и ему пришлось бы защищаться. К счастью, вмешался экзаменатор, напомнив о наказании за нарушение правил и о том, что время подходит к концу.       Второе задание показалось Кенаре довольно легким: нужно было ответить на вопрос, кем команда готова пожертвовать ради выхода в следующий тур экзамена.       «Никем», — без тени сомнения написала она на листке, думая при этом о Рики и Таюши.       Когда время вышло, все генины столпились во дворе Академии, ожидая объявления результатов. Кенара заметила в толпе Руюгу и подошла к нему поздороваться и спросить, как дела. Тот лишь кивнул в ответ и молча пожал плечами.       — Надо держаться вместе. — Куноичи огляделась в поисках второй напарницы.       На этот раз Шэнрё подошла к ней сама.       — Надеюсь, во втором задании вы указали не меня? — спросила она с насмешливым выражением лица.       — Можешь быть спокойна, мы бы так не сделали.       К микрофону вышли организаторы: Нара Шикамару из Деревни Листа и Песчаная Темари из Деревни Песка. Были объявлены результаты, и тем, кто не справился с теоретической часть экзамена, пришлось покинуть площадку. Впрочем, в строю оставалось довольно большое количество команд.       «Если бы не та техника Неджи, — подумала Кенара, — нас было бы намного меньше».       Темари объявила о немедленном начале второго этапа экзамена: всем командам было приказано в течение семидесяти двух часов прибыть к Пустыне Демона в Стране Ветра; скорость и выносливость имели значение, так что испытание засчитывалось только для первых пятнадцати прибывших команд.       — Вперед! — Кенара сорвалась с места и на ходу обернулась посмотреть, следуют ли за ней Шэнрё и Руюга. К счастью, повторять дважды ей не пришлось.              Кроме прочего сложность испытания заключалась в том, что шиноби не были подготовлены к длительному переходу и небольшого запаса еды и воды не могло хватить на трое суток. Полноценные ночевки исключались, отдыхать можно было лишь понемногу, и то на свой страх и риск дать фору соперникам. Кенаре пришлось позаботиться о своей команде: несколько раз за время перехода она делала крюк, чтобы купить еды и набрать воды там, где это было возможно. Это выматывало, но ее больше беспокоила не собственная усталость, а состояние Руюги.       Примерно через двадцать часов напряженного бега он начал сдавать. Кенара закинула его к себе на закорки, радуясь, что он всего лишь субтильный мальчишка, а не какой-нибудь громила. На его слабые возражения она ответила веско:       — Ты — часть команды, и в наших общих интересах доставить тебя в нужное место. Расскажи лучше о своих способностях, чтобы я знала, как применить их в бою.       Как и ожидалось, Руюга по большей части занимался разведкой, а сильными сторонами его были скрытность и осторожность. Куноичи Песка он не особо доверял и ждал, пока расстояние между ними увеличится, чтобы поделиться с Кенарой главным секретом:       — Я могу скрыть свое присутствие. Только очень сильный сенсор способен почувствовать мою чакру, но я пока таких не встречал.       Куноичи вспомнился роман «Тенью», который так и остался недочитанным. Часть прошлого, он рассыпался пеплом.       — Ого! Не знала, что такое бывает в жизни. Ты очень талантлив!       — Ну и я сам немного сенсор.       «Какая ценная ноша, — подумала Кенара. — Неудивительно, что этот парень служил в АНБУ. Странно, что ему вообще понадобился экзамен».       Через два часа она окликнула Шэнрё и предложила ей немного понести Руюгу.       — Ну уж нет! — возмутилась та. — Лист верхом на Песке?! На такое я не подписывалась…       Кенара опустила мальчика на землю и выпрямилась, потирая спину.       — Отлично, — сказала она, уселась под ближайшим деревом и отпила из фляжки. Руюга тоже сел. Он хотел было соврать, что уже отдохнул, но любопытство пересилило. — Тогда можно вообще не торопиться: попробуем в следующем году.       Шэнрё закусила губу.       — Ладно, — наконец выдавила она и бросила презрительно: — Коноховцы — слабаки…       Отдохнув еще около часа на закорках у Шэнрё, Руюга смог передвигаться сам, однако команде пришлось приспособиться к его скорости и сбавить темп, а это Кенару совсем не устраивало. Вскоре она снова понесла его на себе.       Хоть куноичи и дала себе слово не оглядываться без необходимости, мысли ее, необремененные решением текущих задач, невольно обращались к прошлому, и она сравнивала нынешнюю команду с той, другой…              В центре Деревни Звездопада, неподалеку от Ратуши, располагался обширный полигон, разделенный на площадки для тренировок детей разных возрастов, от шести до четырнадцати лет. Дети занимались под присмотром учителей — обычно кого-то из числа родственников. Будущие генины наблюдали друг за другом и свободно общались.       Тренировками Кенары руководила тетя, а в ее отсутствие — старшая сестра. Больше всего маленькой куноичи нравилось время, когда она была предоставлена самой себе. Подсматривая за другими детьми, Кенара перенимала у них кое-какие интересные упражнения и приемы. Вскоре ее внимание привлекла девочка с необычными для десяти лет ловкостью и скоростью. Она завораживающе быстро порхала по площадке, а кулаки ее мелькали в воздухе словно проблески молнии на грозовом небе. Кенара смотрела на нее с открытым ртом.       «Вот как я хочу!» — думала она с громко бьющимся сердцем, и глаза ее блестели от восторга. Устоять на месте было невозможно — Кенара предложила девочке спарринг и, конечно же, сразу проиграла. Так началась ее дружба с Таюши по прозвищу Рюсэй.       У хорошенькой маленькой куноичи имелся еще один постоянный наблюдатель — ее приятель Рики. Их семьи жили по соседству и были связаны давней дружбой, так что Рики и Таюши практически росли вместе и ладили не в пример лучше многих братьев и сестер. Они приняли Кенару довольно дружелюбно, и вскоре все трое стали тренироваться вместе.       Тетя Инари договорилась с родителями Таюши и старшим братом Рики о закреплении официального статуса команды, и после получения звания генинов ребята начали выполнять совместные миссии.       Когда им исполнилось по тринадцать лет, Лист как раз объявил о начале подготовки к экзамену на чунина, но тетя Инари сочла, что они еще не готовы представлять Звездопад. На Таюши надавили родители, а Рики во всем поддерживал подругу детства, так что перед Кенарой встал выбор: смириться и продолжить подготовку к следующему экзамену или взять инициативу в собственные руки. Она не чувствовала себя лидером, не хотела взваливать ответственность на свои плечи, и, уж конечно, ей не приходило в голову, что тетя проверяет ее.       «Такая вялая, такая равнодушная! — мысленно сокрушалась госпожа Старейшина. — Никто и никогда в нашей семье не был таким!»       Тем временем Кенара направила всю энергию на то, чтобы стать более независимой от взрослых, и подошла к этому вопросу практически.       Она решила оборудовать собственный тренировочный полигон и присмотрела для этих целей ровное дикое поле в десяти километрах от деревни. Сняв слой дерна с помощью техник управления стихией Земли, Кенара расчистила площадку в четыре тысячи квадратных метров, а затем решила утрамбовать ее и засыпать песком. Тогда-то и начались ее тренировки на выносливость: каждый день на рассвете куноичи взваливала на спину мешок песка и, усиливая себя с помощью чакры, пробегала с ним расстояние до площадки, затем возвращалась обратно и брала следующий мешок. Она повторяла это до тех пор, пока могла стоять на ногах. С каждым днем ее выносливость росла, а площадка постепенно заполнялась.       «Чем больше преодолеваешь себя, тем сильнее становишься, — думала Кенара, — чем больше тратишь чакры, тем больше со временем становится ее запас».       Для куноичи это были не просто слова из учебника: она проверила их на своей шкуре.       Однажды к тренировке выносливости подключились Рики и Таюши. Эта странная команда каждое утро выбегала за ворота, волоча на спине мешки с песком, и возвращалась в сумерках, рассыпая шутки и звонкий смех, радуясь жизни и молодости. Они казались себе всемогущими и бессмертными. Впереди было столько всего!       Кроме песка требовалось доставить и установить манекены, мишени, турники и снаряды. При усердных тренировках все это быстро приходило в негодность.       За десятки километров от Деревни взрослые наконец оставили генинов в покое и лишь изредка вмешивались в их тренировки со своими советами.       Следующий экзамен на чунина пришлось ждать не один год, а больше двух лет. К этому времени за Рики окончательно закрепилось звание капитана команды. Он и его напарницы отлично сработались, изучив сильные и слабые стороны друг друга. Все трое были не лишены таланта, проявляли сообразительность и упорство в труде; их объединяла любовь к искусству шиноби.       К новому экзамену Таюши освоила Танец ветра. Во время этой техники ее тело вращалось, разгоняясь до предела, двигалось по широкой окружности и разило врагов сюрикенами с почти неуловимой для обычного человеческого глаза скоростью. Рики изучил технику Бомбы водяного дракона, а Кенара — Молот земли. Понимая, что одного лишь тайдзюцу для хорошего ниндзя недостаточно, куноичи старательно осваивала техники стихии Земли и Ветра, но столкнулась с большими трудностями. Молот земли получался у нее лучше всего. Суть его заключалась в максимальном уплотнении и сталкивании двух пластов земли: цель оказывалась как бы между молотом и наковальней, которые затем схлопывались. Кенару смущало, что эта техника — смертельная, и она сомневалась, что сможет использовать ее во время экзамена.       Команда Звездопада являлась сплоченной, хорошо подготовленной, достойной победы, однако ей не суждено было принять участие в грядущих экзаменах.              Повязка с символом Звездопада — темно-красная бандана, подарок друзей — лежала в одном из глубоких карманов штанов Кенары. Иногда она касалась его рукой, а потом вспоминала, что нити, связывающие ее с Рики и Таюши, оборвались навсегда.       Генины остановились, чтобы передохнуть пару минут и напиться воды.       — Мы обогнали несколько команд, но пока непонятно, находимся ли мы среди лидеров или отстаем от них, — сказала Кенара. — Есть ли у вас какие-то техники, способные нас ускорить? Не бойтесь потратить чакру: сейчас главное добраться до Пустыни Демона как можно скорее.       — Есть одна техника, — неохотно отозвалась Шэнрё. — Я приберегала ее для последнего рывка как весьма чакрозатратную.       — Думаю, время пришло.       Куноичи Песка коротко кивнула и начала складывать печати.       — Стихия Земли, стихия Огня! Стеклянная техника: Скользящая лодка!       Под ее ногами образовалась дорожка, похожая на ледяную горку, на которой стояла прозрачная лодка. Генины запрыгнули в нее, а Шэнрё встала на носу, не расцепляя рук и продолжая создавать стеклянную дорогу на пару десятков метров вперед, тогда как позади стекло исчезало.       — Это стекло сделано из моей чакры, огня и песка, — пояснила куноичи. — Я могу контролировать силу трения между лодкой и дорожкой и развивать максимальную скорость. Такую идеальную поверхность можно создать лишь с помощью ниндзюцу. Стеклянный щит вокруг лодки защищает нас от встречного потока воздуха, разрезая его благодаря своей особой форме.       — Круто! — вырвалось у Руюги.       — Потрясающе, — согласилась Кенара.       «Может же, когда хочет!» — подумала она про себя.       Стеклянная лодка несла их вперед с большой скоростью, скользя по равнине, засыпанной песком, который приносил из пустынь ветер. Слева и справа промелькнуло несколько команд соперников. Лоб куноичи Песка покрылся потом, пальцы начали дрожать, но она все еще держала руки сложенными в печать, продолжая концентрировать чакру. В конце концов ноги Шэнрё подогнулись, и она опустилась на колени.       — Достаточно. — Кенара осторожно дотронулась до ее плеча.       — Еще немого… Я могу… — Куноичи Песка осела на пол, и техника развеялась. Генинов вытряхнуло на песок.       Кенара вскочила на ноги и подбежала к товарищам. Руюга отряхивался, а Шэнрё лежала совершенно обессиленная.       — Я чувствую чакру впереди: там джонины, — заметил Руюга. — Наверное, мы добрались.       Кенара прикрыла глаза от солнца и, вглядевшись в горизонт, увидела круглую башню и черные точки у ее подножия.       — Сделаем последний рывок, — сказала она. — Уверена, мы среди лучших!       Привычным движением забросив на спину куноичи Песка, Кенара рванулась вперед. Добравшись до базы, она узнала, что их опередила лишь команда Гай-сэнсэя. Этому не следовало удивляться, учитывая, как много времени его генины уделяли физической подготовке. Порадовавшись за Тен-Тен, Неджи и Ли, Кенара не могла не вспомнить с сожалением свою настоящую команду: будь с ней Рики и Таюши, они бы посоревновались с учениками Гая в скорости.       «Тащить на себе отстающих — издержки командной работы, — подумала Кенара. — Но жаловаться глупо: благодаря одному товарищу мы отстали, благодаря другому — наверстали упущенное. Мы вторые — это хорошо. Хоть и не очень-то приятно…»              Сорок пять генинов разместились в башне на отдых, а на рассвете начался третий этап экзамена: команды были разбросаны по территории Пустыни Демона, и в следующие трое суток им предстояло сражаться друг с другом за специальные свитки. Союзников здесь не было, все команды из любых Деревень являлись соперниками.       «Что, если мы столкнемся с командой Гая? — спрашивала себя Кенара. — Захотят ли они сражаться с нами? Против Неджи и Ли мне не выстоять, и я все еще почти ничего не знаю о техниках Шэнрё…»       Сборная команда заняла свою точку; через некоторое время был дан сигнал о начале испытания.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила Кенара у куноичи Песка. — Полностью восстановилась?       Шэнрё кивнула.       — Хорошо, покажем все, на что мы способны! Лист и Песок теперь наши соперники — помните об этом и не давайте застать себя врасплох. Руюга, свиток Земли будет у тебя, используешь свои козыри, если понадобится. Нам нужен свиток Неба. Мы не узнаем, какой свиток у противника, пока не нападем. Шэнрё, нам с тобой придется сражаться за троих, зато у нас будет отличное прикрытие.       — Ясно.       — Выдвигаемся!       Кенара бежала немного впереди остальных и смотрела по сторонам. На этом участке обзор был относительно неплохой: низкие холмы и почти никакой растительности. Солнце светило ярко. Изредка попадалась особая разновидность кактусов, и Шэнрё показала, как из этих растений добыть воду, не нанеся им критических повреждений. За два часа генинам никто не встретился, и они решили сделать небольшую передышку.       — Ты хорошо знаешь это место? — спросила Кенара.       — Нет, — ответила Шэнрё, вглядываясь в горизонт, и добавила с усмешкой: — Я всего лишь генин, нам не разрешается посещать такие опасные места в одиночку.       — До нас у тебя не было своей команды?       — Я не умею работать в команде — мои миссии всегда были рассчитаны на одного человека. Все? Больше нет вопросов?       Кенара поправляла разболтавшийся ремень на сумке.       — Есть, но я не хочу докучать тебе ими.       Шэнрё усмехнулась.       — Как мило с твоей стороны! — заметила она ядовито и добавила серьезнее: — Я уже была чунином, и команда у меня имелась, да только во время миссии преследования банды Коготь я попала в плен, а мои товарищи отступили — фактически бросили меня. Я спаслась только чудом и с тех пор никогда не работаю в команде. По этой причине меня разжаловали до генина. Казекаге-даймё хочет убедиться, что я перешагнула через прошлое.       Кенара почувствовала комок в горле.       — Предательство забыть непросто, — проговорила она. — Но у нас тут не будет никаких предателей! Идем дальше.       «Вступить в команду, — думала Кенара на бегу, — значит взять на себя обязательства, поставить рядом с собой двух других людей, принять как факт, что их жизнь равноценна твоей. С Рики и Таюши мне это удавалось. Смогу ли я сделать это теперь?»       С самого детства Кенара была сосредоточена на собственном внутреннем мире. Следуя непростым путем, упорно совершенствуя ум и тело, куноичи представляла собой личность, а не только боевую единицу. Быть шиноби — означало пожертвовать всем, превратить себя в орудие и, если придется, пойти на размен. Кенара должна была приучить себя к этой мысли в изменившихся условиях, переступить через собственное «я», чтобы в случае необходимости обменять свою жизнь на жизнь Руюги или Шэнрё, ведь теперь она несла за них ответственность.       «Недостаточно руководить и принимать решения, — размышляла куноичи. — Командир — это щит. Он всех прикрывает и обо всех заботится. А команда — как корзина с цыплятами, которых нужно доставить в пункт назначения в целости и сохранности. Ненавижу это! Но, по крайней мере, мои цыплята умеют драться. И, нравятся они мне или нет, это мои товарищи».              На горизонте было замечено какое-то движение, и Кенара предложила направиться туда.       — Трое шиноби, — сообщил Руюга. — У одного небольшой запас чакры, у двух других — средний. Мы постепенно настигаем их.       — Прибавим ходу!       Вскоре фигуры соперников уже отчетливо вырисовывались на вершине одного из песчаных гребней.       — Остановились, — доложил Руюга.       — Заметили нас. Отправим клонов им навстречу, а сами пока останемся в засаде. Нужно выяснить, что у них за свиток.       Три клона, полностью копирующих внешне генинов сборной команды, остановились в нескольких шагах от противника. Это были шиноби Песка; они переглядывались между собой, усмехаясь. На шаг вперед вышла высокая куноичи в розовом кимоно с огромной кистью для акварели, заброшенной на плечо. Ее напарниками были рыжий парень с протектором на шейном платке и юноша помладше, с нежным лицом и черными, будто подведенными углем, глазами.       — Первый раз в жизни вижу эту мелочь, — презрительно заметил клон Шэнрё.       — Зато мы о вас наслышаны, Шэнрё-сэмпай, — усмехнулась девушка с кистью. — И для нас будет честью сокрушить вас!       — Наслышаны, но не боитесь? Хотите рискнуть?       — Мы хорошо подготовились. — Художница начала быстро складывать печати, а на песке проступили узоры, охватывающие довольно большую площадь. — Странный лес!       Узоры, отделившись от земли, обрели объемную форму и стали лианами, которые тут же опутали и раздавили клонов.       — Ха! — воскликнула куноичи с кистью. — Слишком легко!       — Фэн, они за тем гребнем! — Рыжий парень, на плечо которого взобралась маленькая ящерка, махнул рукой, указывая направление.       — Прячься! — бросила Кенара Руюге. Тот отступил на шаг и совершенно исчез.       Куноичи прыгнули в разные стороны, а в то место, где они стояли прежде, прилетел огненный шар, выпущенный парнем с угольно-черными глазами.       — У них свиток Земли, — заметил рыжий парень. — То что надо.       — Нет, — ответила Кенара, запуская руку в сумку на бедре, — это у вас то, что надо нам — свиток Неба.       Фэн ловко уклонилась от пущенных в нее сюрикенов и сложила еще несколько печатей.       — Траектории смерти! Летящие кунаи! — Воскликнула она и метнула десять кунаев разом, а за ними — еще пару дюжин.       На песке проступил рисунок, похожий на множество растянутых и погнутых восьмерок. Каждый кунай занял свое место, а затем начал двигаться, повторяя контуры рисунка.       — Вы в пределах действия моей техники. Сдавайтесь: невредимыми вам из нее не выбраться!       Кенара и Шэнрё оказались отрезаны друг от друга. Широкое воздушное пространство пронизывали не прекращающие движения кунаи. Они летали над восьмерками, но высота полета менялась. Кенара сообразила, что у кунаев своя, трехмерная траектория движения, а контуры на песке лишь ее тень.       — Отлично, Фэн! — воскликнул рыжий. — Но свиток у третьего, а он куда-то улизнул…       — Займешься? — коротко спросила куноичи с кистью.       — Техника призыва быстро найдет его, если только он не летает.       Кенара тем временем успела осмотреться и запомнить, как движутся кунаи. Чтобы добраться до Фэн, ей нужно было пересечь восемь полос.       «Кунаи летают быстро, но я смогу проскочить мимо каждого из них, если выгадаю удобный момент… Сейчас!»       Куноичи прыгнула вперед, но над первой же восьмеркой упала на песок с кунаем в бедре.       Фэн усмехнулась.       — Неплохо, да? Они ускоряются, когда враг попадает в рисунок. Сдавайся! Ты уже не сможешь нормально двигаться.       «Черт! — подумала Кенара, кусая губу. Она отползла от контура и ощупала ногу. — Две мышцы… Лезвие прошло по касательной, далеко от кости».       Вырвав кунай, куноичи быстро обмотала бедро липким бинтом.       — Просто отдайте свиток! — воскликнула Фэн. — Убивать вас мы не станем. Ваш командир уже вышел из строя — вы не можете продолжать экзамен.       Рыжий в это время складывал печати призыва. Земля вокруг него задрожала, и из недр песка на поверхность вынырнул огромный червь-бурильщик, состоявший из вращающихся камней. Он загудел и вновь скрылся из глаз. Рыжий создал островок из песка и запрыгнул на него.       — Ухарута чувствует колебания земли, — с усмешкой сказал он.       — Найди его! — воскликнул второй генин Песка.       — Терпение, Нави… Смотри!       Нави повернул голову и увидел, что Шэнрё создала вокруг себя стеклянный шар и покатилась в нем прямо по рисунку. Кунаи отскакивали от шара, не причиняя ему вреда. Команда Песка разделилась: Нави бросился наперерез Шэнрё, рыжий поплыл на островке песка следом за каменным червем, а Фэн осталась на месте.       — Я ранила тебя, потому что не хотела убивать, — обратилась она к Кенаре, кое-как поднявшейся на ноги. — Но если попробуешь пересечь траектории снова, я больше не стану тебя щадить.       По телу куноичи Звездопада пробегали волны чакры. Возбуждение, охватывавшее ее во время сражения, притупляло боль.       «Кунаи ускорятся, да, но я знаю, в какой точке они должны оказаться», — подумала Кенара.       Она перекатилась через две первые линии, отбив оружие Фэн собственным кунаем; вскочила и перепрыгнула следующую линию; сделала кувырок, отбила четвертый кунай; перепрыгнула еще два контура, отразив удары в воздухе; создала на ходу клона и пустила его вперед, используя как щит.       — Да что б тебя… — сквозь зубы пробормотала Фэн, увидев, что ее технике больше ни разу не удалось зацепить противницу. Пришлось снять с плеча кисть и защищаться.       Однако в ближнем бою Кенара была сильнее и намного, намного быстрее. Она подскочила к Фэн, без труда уклонившись от ее кисти, и, сосредоточив чакру в правой руке, ударила куноичи Песка в живот. Фэн выронила кисть и отлетела на несколько шагов. Потеряв сознание, она так и не поднялась. Рисунки исчезли, оружие упало на песок.       Кенара выпрямилась, выравнивая дыхание, и окинула поле боя быстрым взглядом.       Шэнрё уже выбралась из стеклянного пузыря и держала дистанцию, уклоняясь от огненных техник Нави.       — Стихия Огня! Руки-огнеметы! — Волна пламени ударила из раскрытых ладоней шиноби Песка.       Шэнрё отскочила в сторону и метнула несколько сюрикенов, которые расплавились на лету, не достигнув цели. Рядом с ней остановилась Кенара.       — Помощь нужна?       — Ты быстрая, заставь его расплавить песок вокруг, как можно ближе к его ногам.       — Без проблем. — Кенара создала двух обычных клонов и одного теневого.       Первые два клона отвлекали противника, а третий пытался подобраться к нему поближе. Нави окатил огнем довольно обширное пространство и уничтожил теневого клона, только когда тот был уже совсем рядом.       «Стихия Земли! Стихия Огня! Стеклянная хватка!» — Шэнрё сложила печати и крепко стиснула зубы, будто завораживая взглядом расплавленный у ног Нави песок. Он начал меняться, принимая форму человеческих рук, и крепко ухватил шиноби за щиколотки. Нави вскрикнул, получив ожоги.       — Попался! — усмехнулась Шэнрё.       Шиноби Песка, дрожа от боли, выхватил кунай и попытался освободиться, но лезвие увязло в еще не затвердевшей субстанции.       — Я задержу его, а ты займись мальчишкой.       — Можешь остудить песок? — тихо спросила Кенара. — Он и так наш, незачем его уродовать.       — Могу. — Шэнрё равнодушно пожала плечами.              Несчастному Руюге снова пришлось бегать, однако на этот раз от его скорости зависела его собственная жизнь, а не только успешное прохождение третьего этапа экзамена, так что поднажал он не на шутку. Маскировка с него спала. Следом гнался бурильщик, сотрясая землю и то выныривая на поверхность, то скрываясь из виду, а за ним на песчаном островке летел рыжий шиноби Песка, хохоча и поддразнивая Руюгу.       «Бедолага, — думала Кенара, закусив губу. Картина, развернувшаяся перед ней, была одновременно комичной и драматичной. — Я должна догнать рыжего парня быстрее, чем он догонит Руюгу, а расстояние между ними сокращается».       Куноичи ускорилась с помощью чакры. Песок мешал развить максимальную скорость, пока накопленная в ступнях чакра не позволила отталкиваться от него, как от гладкой твердой поверхности.       «Мне нужно шесть метров… Всего лишь шесть! — мысленно повторяла Кенара. — Быстрее… еще быстрее!»       Наконец между нею и шиноби Песка расстояние сократилось до двадцати метров, а между ним и Руюгой — до десяти.       «Пятнадцать и восемь, — считала про себя куноичи. — Восемь и пять… Вот оно!» — Кенара на бегу сложила печати и, проглотив слова «стихия Ветра», пока набирала побольше воздуха в легкие, воскликнула:       — Взрывная волна!       Мощный и резкий поток воздуха рассыпал островок песка и отбросил рыжего шиноби. Кенара тут же подскочила к нему и приставила кунай к его горлу поверх коричневой повязки с протектором.       — Отмени призыв! — отрывисто бросила она.       Рыжий был оглушен и смотрел на противницу ошалелым взглядом. У Кенары не было времени приводить его в чувство, так что она наклонилась ближе к его лицу и произнесла отчетливо, чтобы тот мог прочитать по губам:       — Призыв отменится, если я тебя убью!       Шиноби Песка вздрогнул и быстро сложил печать отмены.       Руюга не сразу заметил, что бурильщик за ним больше не гонится, и еще какое-то время бежал по песку, обливаясь потом и проклиная все на свете. Наконец, оглянувшись, он увидел Кенару, аккуратно связывавшую рыжего парня по рукам и ногам. Руюга упал на колени, задыхаясь, и отер мокрое лицо. До Кенары долетели только обрывки фразы:       — Черте что… в гробу видал… твари!       И тут куноичи поняла, что у ниндзя, привыкшего скрывать свое присутствие и заниматься разведкой, должно быть крайне мало опыта прямых столкновений с противником.       Связанного шиноби Песка притащили и положили рядом с Фэн. Нави все еще уныло стоял, опустив руки, так как попытки освободиться от хватки застывших стеклянных лап оказались безуспешными. Шэнрё примостилась на камне неподалеку и крутила в руке свиток Неба, который нашла при обыске куноичи с кистью.       — Чистая победа, — заметила Кенара, не удержавшись от улыбки.       Шэнрё ответила ей усмешкой.       — Пойдем на базу. — Кенара обернулась: — А вам удачи, парни!       Как только команда противника скрылась из виду, Нави бросил товарищу кунай, чтобы тот освободился от веревок. Фэн вскоре пришла в себя.              Сумерки сгустились быстро, и, хотя на небо взошла почти полная луна, Кенара решила сделать привал, чтобы не угодить в зыбучие пески или ловушки, скрытые во мраке. Заметно похолодало, но развести костер было не из чего, оставалось лишь согревать себя чакрой изнутри.       — Подлечить тебя? — спросил Руюга.       — Ты не сказал, что обучался медицинским техникам…       — Потому что толком и не обучился. Я могу лишь немного ускорить естественные процессы.       — Ну, давай попробуем. — Кенара размотала бинт, сняла штаны и, кое-как прикрывшись, показала ногу.       Руюга велел ей сесть и осмотрел рану, потом дотронулся прохладной рукой до лба куноичи.       — Жара нет, но температура чуть выше нормы. Надеюсь, рана не воспалилась. Так не больно? Поверни ногу. Согни. А вот так? Кость, наверное, не задета. Мышца повреждена.       — Я немного согреваю себя изнутри.       — М-м… — Руюга сложил руки поверх раны и, сосредоточившись, начал выпускать лечебную чакру. Он возился очень долго — настолько, что Кенара устала ждать и чуть не заснула сидя.       — Болит намного меньше, — наконец заметила она. — Боль как будто приблизилась к поверхности.       — Да, — выдохнул Руюга. Лоб его покрывала испарина. — Я почти срастил твои мышцы…       «Совсем мальчик», — подумала Кенара, глядя на бледное востроносое лицо. У Руюги были длинные, как у девушки, ресницы и еще по-детски нежная кожа. Куноичи достала из кармана платок, немного смочила его водой из фляги и аккуратно отерла младшему товарищу по команде лоб и виски.       Руюга смутился и покраснел.       — Спасибо, — пробормотал он. — Я почти закончил…       — Хватит, я думаю. — Кенара пошевелила ногой. — Боли почти нет, двигаюсь свободно. Просто перевяжи — остальное само заживет.       Шиноби расставили сигнальные ловушки и расползлись по спальным мешкам, зарывшись в песок и замаскировавшись. Засыпая, Кенара улыбалась, думая о том, как удачно все прошло: соперники попались в меру опасные, да еще и с нужным свитком; команда действовала более-менее слаженно; обошлось без потерь и серьезных ранений.       «Похоже, мы все-таки станем чунинами. Пятая должна быть довольна успехами сборной команды», — подумала Кенара и невольно унеслась мыслями к той, кого ей по-настоящему хотелось впечатлить. Хотя бы раз.