Строительство Династии

      Мы поднялись по украшенным монами Листа ступеням из лозы и зашли в затейливое деревянное здание, достаточно высокое по сравнению со всей базой — этажей так шесть, выполненное в классическом стиле. Нас провели на четвёртый этаж, на большую длинную террасу с видом на добрую половину базы. Хозяева сегодняшнего банкета привстали, чтобы поприветствовать нас.       Широкий стол был заполнен разного рода едой: попроще и побогаче — на любой вкус. Спиртные напитки на стол не ставили вовсе, распивать их при Химе, которая позволить такого себе в силу возраста ещё не может, — проявление неуважения. Напротив будут сидеть, как видно по расположению тарелок, только три человека.       Посредине уже знакомый нам Сарутоби Широнзу, глава лагеря с лицом похожим на крысиное и хитрой тонкой улыбкой. По правую руку от него сядет тоже известный обезьян, встречающий нас с дороги, — Рамуцу. Человека по левую руку мы видим впервые, но судя по знакам на плаще и характерному виду — перед нами Абураме. Лица не видно за одеждой и шарфом, лишь торчит ёжик темных волос и выглядывают полузакрытые ничего не выражающие глаза.       Стоит немного разъяснить, встреча наша до этого считалась неофициальной. Это сказывалось и в обращениях и в манере общения. Мы были с дороги и встреча стала внезапной, было не принято появиться перед нами в свите и оказывать почтение сразу же, как и от нас не ждали такого.       В данный момент можно уже считать наше прибытие официальным и Коноха организовала нам первый предварительный приём. На котором мы уже успели выразить им намек на непочтение, прибыв не вместе. Но то ли ещё будет…       Называют друг друга перед приветствием всегда самый младший по званию или статусу. Со стороны принимающих это был уже известный нам Рамуцу.       — Широнзу Сарутоби-сама, действующий глава Северо-Восточного Пристанища, — официальное название базы между прочим, — Шикону Абураме-доно, заместитель главы. Ваш покорный слуга — Рамуцу Сарутоби.       После этого сразу последовал полупоклон с собранными в молитвенном жесте ладонями от всех троих синхронно, глава выразил почтение.       — Да будет ваше прибытие в Страну Огня благословенным Ками, а наше гостеприимство достойным вас, — не лучший выбор слов.       По сути он выразил надежду, что мы пришли на благо и обозначил нас гостями. Гадковатое ехидство так и сверкало из глаз, что убрать он особо и не стремился. Ничего, мы тебя ещё доведём до нервной дрожи сегодня.       С нашей стороны объективно ниже всех в статусе был я, посему и начинаю.       — Наследная Принцесса Узумаки Ичизоку, по праву крови глава всех Узумаки и хранительница земли и наследия Узушиогакуре, но Сато, Узумаки Кушина-химе-сама, — и поверьте, я опустил гораздо большую часть её официальных титулов. — Глава совета старейшин Узумаки, один из протекторов клана и советник сюзерена, достопочтенный Узумаки Турикучи-сама.       У меня уже открылся было рот закончить так же как и Рамуцу, но голос подала Кушина. Это удивило всех присутствующих судя по взглядам. Негромко и холодно, даже отстраненно. Но слышали её все.       — Советник Узумаки Ичизоку, один из протекторов клана и моё доверенное лицо, почтенный Узумаки Наруто-сама, — ох… Даже не знаю стоило ли.       Она слегка припустила себя и приподняла меня в чине. Ведь она объективно высшая на всей этой базе. Впрочем, это сможет сыграть нам на руку. Во-первых, этим действием она достаточно сильно опустила Рамуцу, который представил сам себя в отличии от меня, во-вторых, она подтверждает моё право на равных с остальными (разумеется она сама ровнее) вести разговор. Ну и в-третьих, это показывает сплочённость и легитимизирует меня самого. На правах просто брата я бы здесь присутствовал на весьма сомнительных началах.       — Силы и процветания деревне Скрытой в Листве, да прибудет со всеми нами воля предков, — мы обозначили кивок, чуть более глубокий чем обычно, но не так низко поклонились, как они сами.       Ладонями мы прикоснулись не вместе — одна к одной, а правую перед этим сложили в кулак. Таким жестом приветствуют друг друга союзники во время войны. Показательный намёк.       — Простите нам столь поздний приём после долгой дороги. Как ваше самочувствие? — начал расшаркиваться Широнзу.       — Благодарим за беспокойство, но будь с ним какие-либо вопросы, мы бы тут не стояли, — достаточно дерзко ответил Турикучи.       Стоит прояснить немного ситуацию, мы все: я, старейшины клана, Акума-сан и, разумеется, Кушина-химе — объективно выше по статусу любых шиноби Листа, кроме глав кланов, Хокаге и старейшин. Мы, если не считать Химе, на социальном уровне джонинов S-ранга, а Кушина находится на равных с Кагами-доно, главой Учиха, и с Сэнцю-доно, главой Хьюга. У Сенджу главы в данный момент нет, а из великих кланов в Конохе только эти три. Уже четыре, если считать нас.       Вот и получается, что стоящие напротив Сарутоби и Абураме тут явно на вторых ролях, сколько бы шиноби в их подчинении на этой базе не было. Впрочем, нам наглеть нельзя, мы не знаем, реальны ли наши связи с кланами Конохи сегодня и остались ли наши лоялисты в принципе. Мой взгляд зацепился за дерево, растущее через дорогу, и сидящую на ветке черную птицу…       После непродолжительного молчания Кушина никому ничего не объясняя медленно пошла к своему месту посредине нашей стороны. Сарутоби хотел было дёрнуться и тоже подать шаг, но мы стояли неподвижно и он с лёгким недоумением тоже остался.       Мы все впятером молча слушали, как Химе пьёт воду, присев за своё кресло. Шикарный жест. Глотки отдавались по комнате, тем самым показывая на каком месте здесь принимающие, а на каком «гости». Вскоре пришли те, кого мы ждали. Они стали по бокам меня и Турикучи, после чего я начал говорить. Холодно, растягивая гласные. В стиле Кушины.       — Старейшина Узумаки, хранительница великой библиотеки и одна из протекторов клана. Советница сюзерена, достопочтенная Узумаки Тора-сама, а также уполномоченный Узукаге Аширой-сама, глава-протектор Ичизоку и советник сюзерена, достопочтенный Узумаки Акума-сама.       — Долой расшаркивания, уж простите нам, мы не в лучшем расположении духа. Думаю, все уже готовы приступить к трапезе, — указала на стол рукой Тора-сама.       Что-то неуловимо изменилось во взгляде старейшины и главы нашего лагеря, добавилось уверенности что ли… и ещё больше дерзости. Тора-сама так открыто бы не попускала наших оппонентов. Что ж, посмотрим. Возможно они узнали то, чего не знаем пока мы.       — Ваша воля, Тора-сама, мы всё понимаем, — ответил Широнзу в котором поднималось напряжение. Видимо он падок к лести, которую мы не оказываем ни на грамм.       После его слов мы все и пошли за стол, где уже сидела Кушина. Я сел рядом с ней, по левую руку, следующим был Акума-сан с моей стороны. По правую сели старейшины, Тора-сама с краю.       — Как дела в нашем новом доме? По прибытию хочется уже быть в курсе событий, знаете ли, — открыл беседу Турикучи.       — Всё идёт своим чередом, Турикучи-сама, восстанавливаем силы потихоньку. Слухи ходят, что следующая война уже не за горами. Увы, увы. А ведь силы ещё не восстановлены… — ответил Широнзу, отпивая воды.       — Можете считать, что слухи правдивы и являются не столько слухами, сколько уже намеченным событием. Клан Узумаки будет настаивать на войне с Туманом и Облаком, не сомневайтесь. Впрочем, уверена, достопочтенный Хокаге-сама уже разрабатывает соответствующий план, — очевидно, что не разрабатывает и Кушина это понимает, но акценты расставляет правильно. Она отсалютовала стаканом сока главе.       Определено экстренной почтой о нашей беседе будет доложено главе Листа. И про наши намерения и о нашем состоянии. Уверен, данные испортят им настроение.       — Ещё раз примите мои соболезнования, Кушина-сама. Камень, Туман и Облако совершили ужасное преступление и они поплатятся, — дипломатично по отношению к нам и широко ответил глава базы, ни к чему особо не апеллируя.       — Я бы не сказал, что они совершили преступление. Мир шиноби жесток, мы это понимаем. Они лишь действовали согласно своим политическим и экономическим выгодам. Я бы скорее сказал, что преступлением было бы предательство. Но никаких действующих договоров с Туманом и Облаком у нас к тому моменту не было, — я выждал паузу, чтобы все обдумали сказанное и прощупали второе дно, которое я намеренно и оставил на виду, — однако в любом случае, великий клан Узумаки должен быть отомщен. За каждого умершего носителя алых волос, за каждого пролившего кровь, — молвил я, нарезая себе мясо в этом время. Прозрачно намекнув, что Коноха не оказала помощь, хотя должна была и могла. Предательством аж разит.       Повисла пауза, им откровенно на это нечего заявлять. Мы сейчас как учёные пришедшие к школьникам, им объективно нечего нам предложить, не хватает компетенции. Интереснее разговор будет с Хокаге. Интереснее и напряженнее.       — Позвольте нам нескромный вопрос, — была бы возможность у них отказаться — уверен, воспользовались бы, — клан Сарутоби, как и вся деревня уже окончательно разорвали торговые соглашения с Туманом? — задал очень интересный и тяжёлый вопрос старейшина.       — Я человек военный, Турикучи-сама, так что многой информацией касательно экономики не располагаю. Если есть на то ваша воля, сейчас же подам официальный запрос в Конохагакуре, — ответил глава, уже и отложив в сторонку приборы. Осознав, что общаться мы будем лишь с ним, и поесть у него в ближайшее время особой возможности не будет.       А мы его видимо малость достали, что он опять решил своими словами хоть как-то показать свою личную силу и влияние. Хм, сейчас ему станет ещё хуже.       — Наша воля сама может подать запрос, Широнзу-сама. В общем, мы вас касательно этого вопроса услышали. Не будем акцентировать внимание насколько странен ваш ответ, как одного из крупных функционеров Сарутоби Ичизоку. А информацию действительно запросим сами, хотя бы потому, что у Великого клана доступа к этим данным будет поболее, — Турикучи чуть не перешёл грань, но мастерство не пропьешь. Максимально возможное в данной ситуации непочтение, всё-таки не выходящее за рамки.       — Как пожелаете, однако стоит учесть — не все формальности ещё соблюдены и не до конца осведомлённый секретариат может не пропустить запрос. Если мне не изменяет память, в Совет кланов Конохи вы полностью войдёте только по прибытию туда, — Широнзу-сан уже вскипел, чему я мысленно широко улыбнулся. Отлично, может он наговорит лишнего, что выступит нам плюсом в будущем.       — Ошибаетесь, — холодность Кушины, будто она делает своими словами всем одолжение, просто непревзойдённа, — я уж не знаю, как Хирузен-сама добился, если это делал он, единогласной поддержки совета кланов, — намек на вечно оппозиционную нам часть Ичизоку, — ещё и по таким условиям, но согласно договору, который продлевается при каждом правителе Листа начиная с великого Хаширамы-самы, для формального вступления в Коноху и, соответственно, в Совет, нам достаточно пересечь границу и выразить подобное желание.       — И на всякий случай дополню, — продолжил Турикучи с улыбкой, — желание мы уже выразили. Поэтому де-факто, как и де-юре, мы часть Скрытого Листа и имеем все права Великого, — тут он сделал подчеркивающую паузу, — клана этой деревни. А уж если не изменяет память мне, напомню, что запрос Великого клана рассматривается лично Хокаге в обход всякого рода секретариатов.       — В таком случае примите наши извинения и почтение в приветствии нового клана в нашей деревне. Пусть ваш путь не закончится никогда, — глава базы кивнул, задержав голову на пару мгновений снизу. От него так и тянет нежеланием всё это делать, ехидство давно прошло, но он обязан, — клан Сарутоби всегда оказывал клану Узумаки посильную поддержку, он может рассчитывать на это и в дальнейшем.       — Лукавите, Широнзу-сама, вначале вы военный, к внутренней политике отношение имеющий косвенное, а сейчас уже делаете нам объективно невоенное предложение. Будьте уверены, клан Узумаки справится сам. Но спасибо, мы оценили ваш посыл, — якобы вежливо улыбнулась Тора-сама, как на ребенка посмотрев на собеседника. Последовал лёгкий кивок.       У главы базы дрогнула губа от раздражения. Даже на его самые простые слова мы стали в позу.       Впрочем, хорошо что ему хватило мозгов прямо не предлагать нам протекцию своего клана. Мы бы просто развернулись и покинули здание в ответ на подобное оскорбление. Сарутоби куда более молодой клан, чем наш и далеко не великий. Благородный, да, но не великий. Они бы могли рассчитывать на согласие про покровительство, будь нас человек трое, а не почти двадцать пять. Правда насколько я помню, по остаточной памяти предыдущей жизни, даже когда Кушина осталась одна, кланово она была независима. Пусть существование клана на ней и закончилось.       — И раз вы военный, то как к такому к вам и вопрос, как так случилось, что мы были вынуждены идти на пролом, подвергаясь риску, без какой-либо помощи со стороны сил союзной деревни? Шиноби даже на первый взгляд предостаточно для вылазки внутрь страны нашей временной дислокации, — вопрос, ответ который у Широнзу по-идее должен быть отрепетирован, очевидно, что мы его спросили бы об этом. Акума-сан хорошо подобрал время для него.       — Как раз таки на первый взгляд, достопочтенный Акума-сама. Понимаете, целостных команд фактически тут нет. По новопринятым законам, в каждую команду должен входить ирьенин, что как видите, не просто так, — намек на ранения в нашем отряде, — более того, это можно было бы считать формальностью, но в Стране Горячих Источников пошла эпидемия, которая перекинулась и к нам. Многие силы были отправлены туда, которые понемногу, но останавливают продвижение. Мы не могли допустить возможные тысячные жертвы, как не могли и рисковать вами. Распоряжение Дайме, — в свою защиту попытался он добавить.       — Как интересно. За полтора месяца не наскреблось ни одного полевого ирьенина? — уточнил Акума.       — Не для полноценной операции, к сожалению. Поверьте, при первой же возможности силы были бы отправлены за вами. Если бы мы хотя бы знали ваше примерное месторасположение, можно было бы что-то придумать, но так — слишком много нужно и слишком мало имеется в наличии. Мы отправляли небольшие группы, действительно, когда могли, но видимо не там искали. Я уж не говорю о больших потерях Листа во время Второй войны… — сделал попытку состряпать скорбное лицо Широнзу.       Мы же откровенно в патовом положении. Все присутствующие полностью понимают, что это бред, а не оправдание. Бред, а не причина не помочь. Но. Формально, это всё действительно имеет место быть. Можно было бы заявить, мол, мы были на грани смерти, вы обязаны были пустить все силы и даже сверх того, его кем бы мы тогда себя показали? Вот именно. А по поводу эпидемии — рассказ мутный. Нужно будет всё детально проверить, но это уже по прибытию в Коноху. Не менее мутный закон про обязательное наличие ирьёнина в команде. Что-то мне подсказывает что это откровенная ложь.       И, если моя интуиция верна, а она почти всегда верна, сейчас последует одна настоятельная просьба к нам.       — Имелись случаи заражения среди пользователей чакры? — уточнила старейшина Тора. На удивление, ответил тот, чей голос мы ещё не слышали.       — Место имели случаи такие, — к слову, их манера общения — часть кеккей генкая Абураме. Бывает даже так у клановых, — только однако при контакте крайне близком. К слову, сказать хотели, настоятельно бы мы просили вас тесты пройти соответствующие. Чтобы как вас, так и нас, обезопасить.       А вот и та самая просьба. Им крайне повезло, что они опять же додумались без нашего на то позволения не диагностировать остальных Узумаки. Мало ли что могло произойти. Начиная забором крови, заканчивая закладками и ментальной проверкой.       — Конечно, наши ирьенины проведут соответствующие тестирования после консультаций с вашими специалистами, — произнесла Тора-сама, после чего сразу продолжил её слова второй старейшина клана.       — Впрочем, крайне сомнительно, что Узумаки чем-либо подобным сможет заразиться. Как я понимаю, те случаи вируса у шиноби бесклановых?       — Именно так, Турикучи-сама, но обезопаситься будет не лишним в любом случае, — ответил молчавший до этого Рамуцу. Старейшина смерил его лёгким взглядом, после чего продолжил кушать свой салат.       Он, разумеется, не просто так это спросил. Члены старых кланов, а в особенности — клана Узумаки, на генетическом уровне являются не полностью людьми биологически, как гражданские, бесклановые шиноби или шиноби новых родов, где часто встречаются браки между гражданским обывателем и потомственным ниндзя.       За века, тысячелетия жизни фактически в отчуждении и опасении, на отдельном острове, Узумаки стали потомственными Шиноби, практически отдельным видом. Под влиянием чакры, на клеточном уровне организм меняется до неузнаваемости. Мы пережили личную эволюцию. Поэтому и не было ни одного упоминания в архивах за последние веков так семь случаев «гражданских» заболеваний среди нас.       Болезни шиноби да: проблемы с очагом, каналами, их влияние на организм. Но не любые другие с чакрой не связанные.       — Когда вы собираетесь отбыть в Коноху? — задал вопрос Широнзу и, вероятно, последний важный за сегодня.       — Даже не знаем пока, но пара вариантов есть, — туманно ответил Акума, позволяя предоставить свои варианты.       — Можем предложить вам отправиться с нашими людьми через две недели. Как вам такая идея? Как раз восстановитесь, отдохнёте… — глава базы сделал беспокоющийся за нас вид.       — Хм, варианты у нас-то есть. Но мы не располагаем возможностью задерживаться более чем на три дня. И сейчас думаем над тем отправляться ли нам завтра или же послезавтра, — проговорил Турикучи, ни к кому особо не обращаясь и смотря в тарелку, — не стоит оставлять Коноху без Великого клана на такое долгое время, — теперь уже он взглянул на Широнзу, — решения будут заблокированы слишком надолго.       — Простите?.. — не до конца понял Сарутоби. Или понял, но не поверил услышанному сразу.       — Ястреб с письмом об приостановлении деятельности Советов до нашего непосредственного прибытия будет отослан уже сегодня вечером, — все трое напротив сидящих были очень мягко говоря в шоке, — всё-таки мы будем иметь достаточное количество голосов, чтобы повлиять на ситуацию, поэтому лучше будет дождаться нас для рассмотрения любого, — Турикучи подчеркнул, — рода вопросов. Тем более, что это наше законное право, как действующего Великого клана Конохи.       — Поэтому, как понимаете, будет недобросовестно заставлять коллег и высокоуважаемого Хокаге-сама ждать нас, — добавила Кушина.       — И уж точно лишним будет заставлять ждать не менее уважаемых кандидатов, — подчеркивание. Хм, впервые слышу. О чем она? — в старейшины Конохи, окончательный состав которых собираются утверждать через шесть дней, — добавила Тора-сама, специально озвучивая максимально точную информацию, выставляя на показ нашу осведомленность.       Однако. Об этой информации понятия не имеют, как Кушина и Турикучи, так и я. Вероятно Тора и Акума получили данные за те полчаса, что их не было… Интересно. Управленческий аппарат нас об этом бы не предупреждал, там всё под Хокаге. Инициатива какого-то клана? Вероятнее всего. И я даже догадываюсь какого, вспоминая сидящего на дереве ворона напротив резиденции.       — За сим и закончим. О времени нашего отбытия уведомим. Всего наилучшего, — поднялась не ожидая ответа Кушина, тем самым заканчивая трапезу.       Впрочем и что бы они ответили? Ничего. Они в таком положении, что им только слушать и терпеть. И это замечательно. Ведь основная цель, заставить так себя ощущать как минимум всю Коноху. И мы этого достигним.       Добрались мы до места жительства достаточно быстро и молча, поговорим уже внутри. Чувствуются взгляды, имеется слежка. Которую конечно назовут просто наблюдением для комфортности гостей. Впрочем, наблюдать за мастерами печатей долго не получится.       К слову о вирусе, о том, что завтра с утра Узумаки пройдут проверку Тора-сама распорядилась перед выходом, поставив перед фактом опять же.       Когда мы уже закрыли дверь за собой в наши комнаты, а старейшины привычными печатями заблокировали всевозможную прослушку и просмотр помещения, мы начали говорить, в первую очередь меня интересовало подтверждение догадки про клан, который любезно проспонсировал нас информацией.       — Учихи? — начал я сходу.       — Учихи, — кивнул Акума-сан, после чего продолжил, присев на табуретку у стены, облокатившись на стол рядом, ладонью упираясь в висок, — но и не только. Ещё были приписки от Мито-сама и Шикаку-сана, секретаря совета кланов. Его власть невелика, но тоже имеет место. Как вы понимаете, лояльность части Конохи нам обеспечена и части в меру внушительной.       — Я думаю у нас есть планы на избрание старейшин деревни? — серьезно спросила Кушина, смотря в одну точку в окно, о чем-то рассуждая.       — Данзо среди них быть не должно, — я коротко взглянул на окно и на дверь, — насколько вы уверены в барьере?       — Абсолютно, — напрягся взгляд у Турикучи. Он всё-таки подошёл к окну и стал у стены рядом с ним. Лишним не будет.       — Данзо не должно быть среди живых, — Кушина отвлеклась и хмуро на меня посмотрела, но ничего не сказала. — Во-первых, без него Сарутоби изрядно просядет. А во-вторых, эта тварь просто слишком опасна. Он убьет всех, чтобы его неадекватное некое великое благо деревни жило. А мы тут всеми фибрами показываем, что благо хотим лично себе. В любом случае это больной человек и без него лучше будет всем.       — Ты его боишься? — провокационно спросил Турикучи, чуть усмехнувшись.       — Я в этом мире уже не боюсь ничего, это скорее паранойя, — пожал я плечами.       — Не в первое время, — ответила Кушина, чего я от неё если честно не ожидал. Мы тут обсуждаем всё-таки убийство. Слишком рано она повзрослела, слишком рано…       — Согласна, — добавила Тора-сама, беспокойно взглянув на Химе, — окрепнуть немного нужно, за нами будет глаз да глаз. Барьеры барьерами — мы не боги.       — Но считай, что косвенно мы согласны. Однако спешить не стоит, — отпил не знаю откуда взявшийся чай Акума-сан.       — Вы лучше вот о чем подумайте, — привлекла к себе внимание Химе, — Тора-баа-сама… Как думаешь, как бы на тебе смотрелась роба старейшины Конохи?.. — задала вопрос Куши-чан, слегка улыбнувшись, оббежав ехидным взглядом всех, кроме той кого назвала.       Видимо это она и обдумывала после того, как мы вышли с импровизированного ужина. Старейшина Тора даже слегка опешила, не ожидая такого предложения.       — Наруто наш слишком молод, это определенно. Мито — джинчурики. Её не одобрил бы и я сам на эту роль, — начал Турикучи отразив улыбку Химе.       — Акума-сан, уверен, будет заниматься заселением клана и разбором квартала, так что тоже не вариант, — продолжил я, подняв уголки губ.       — Ну, а Тури будет тоже чем-то занят, я уже поняла, — завершила Тора, не давая Акуме возможности сказать хоть что-то. — Скажите вот что, вы уверены что голосов хватит?       — Давайте сразу и посчитаем, — нам в любом случае лишним не будет напомнить себе расклад сил в таком себе парламенте нашей военной деревни, так что я взял некоторые документы со столов, — старейшин избирают исключительно кланы. Бесклановые в сторону, — отложил я лист. Что касается сторонних кандидатов, у Учих не хватит союзников, от Хьюг, Сарутоби и других идёт сам Данзо. У остальных нет влияния чтобы рассчитывать хоть на что-то.       — Значит основных будет два, Тора-сама от условно говоря оппозиции и Данзо от так сказать власти, — вставил Акума, поглаживая подбородок.       — Получается что так. За места двух других старейшин предлагаю не бороться, сконцентрируемся на одном стуле, — добавил Турикучи-сама.       — Согласна. Не будем рассеивать усилия. Нару…то, — хм, хотела сокращённо имя произнести чтоль. Запнулась и отвела глазки на секунду. Миленько, — считай голоса.       — Как прикажет моя Химе, — серьезно вернулся я к бумагам. — Итак. В Конохе есть четыре великих клана и один условно в похожем статусе. Сарутоби очень сильно окрепли. Берём самые вероятные расклады. Учиха и Сенджу поддержат нас. Мы сами поддержим себя, очевидно. Хьюга и Сарутоби — за Данзо, по понятным причинам, — присутствующие кивнули, в подтверждение моих слов, — кстати. Хирузен упразднил статус основателей?       — Формально — нет. Но голосов у них теперь как у просто Великих, — ответила Тора-сама.       — Плохо. Ну да не суть. В высшем блоке мы получаем большинство. Тридцать голосов наши — три великих клана, семнадцать — условные полтора великих клана. Что мы имеем в благородном блоке: Нара, Яманака, Акимичи — наши, пятнадцать голосов. Инузука, Абураме, Хагоромо, Шимура, Курама и, вероятно, Хатаке — провластные. Пятнадцать против тридцати. Среди мелких… — задумался я, как меня перебил Турикучи, закашлявшись. Он отпил воды и повторил мысль.       — Мелкие голосовать не будут. Есть череда решений в Листе, которые при наличии кворума принимаются без учёта мелких кланов. Только великими и благородными. Кворум — девяносто, без нас и мелких голосов было восемьдесят два, поэтому по процедуре брали к учёту мелкие и получалось сто десять голосов. Среди них провластными будут почти все, уверен. Нам нельзя допустить перед голосованием за утверждение старейшин изменение процедуры избрания. Кворум имеется и всё должно быть в рамках установленного Тобирамой закона.       — Значит… — решил подвести итог я, — сорок пять оппозиционных голосов и сорок семь провластных. Эти два голоса никак можно сказать не сыграют. Для утверждения решения нужно шестьдесят процентов от числа голосующих, то есть — пятьдесят пять. Вот же… Если бы Сарутоби не лишил Сенджу и Учих голосов, как основателей, нам бы уже хватило. Высший блок можно сказать трогать смысла нет. Нам нужно договориться с двумя благородными, ровно как и им. Есть предложения?       — Постой… — вскочила Химе и забрала у меня пару свитков, — эти два голоса могут сыграть. Если один из благородных воздержится, но поприсутствует — кворум сохранится, однако для избрания хватит пятьдесят два голоса. Нам нужно переманить два благородных. Им — один, а второй просто попросить промолчать, — она посмотрела на меня, я цокнул языком.       — Более того, кроме Хатаке мы никого не сможем забрать на свою сторону. Получится пятьдесят наших голосов на сорок два против, но этого мало. Хокаге возьмёт инициативу и выберет сам, наше решение обозначив в качестве необязательного совета, — добавил досконально знающий законы Конохи Турикучи.       Мы все были изрядно напряжены. Все пытались найти выход. Наше появление в Листе пошатнет, конечно, расклад сил и укрепит оппозицию. Она появится как таковая, ведь теперь есть более менее хоть какое-то количество единиц условно противодействующей стороны… А то что мы не провластны это очевидно. Но что же делать с этим голосованием…       — Шимура ненавидит всех кроме Сарутоби, — начал я, задумавшись, ведь кажется есть наброски идеи, — Курама ненавидит Учих, Хагоромо помимо Учих ещё и Сенджу терпеть не может. Абураме недолюбливают нас самих и Яманака, а Инузука мягко говоря в бешенстве от вида Узумаки. — Для справки: давным-давно Инузука были на схожем уровне с теми же Сенджу, Хьюга. Они были бы великими, если бы не их война с Узумаки, где мы их проредили на три четверти, — допустим мы таки забрали Хатаке себе. Этого нам может хватить.       — Погоди-ка… — улыбнулась Кушина.       — Да, нам нужны немые Хьюга, — ответил и я улыбкой, а старики вздохнули. Они кажется от нас устали, но это скорее наигранно, — если Хьюга воздержатся, кворум будет и мы в нем возьмём пятьдесят голосов, которых хватит для утверждения.       — Они нас не любят — да, мы забрали кусочек власти — да. Но и у нас есть на что давить. Во-первых, их поддержка Сарутоби это скорее против нас, чем за них. Просто мы им не угодили больше. Но. Нам есть что сказать, — начала Кушина.       — Тут вступает в игру «во-вторых» и это жажда Сарутоби поднять свой статус. Хьюга смирится с нами. Рано или поздно, мы Великие издревле. Мы «члены клуба» по праву рождения и крови. Но выскочек они не любят больше. А пятый великий клан в одной деревне окончательно приведет к распрям и потере этого статуса как такового, — продолжил я.       — Надавим на это, — она запрыгнула на стол с документами, присаживаясь на край и продолжая свою речь, я стоял чуть спиной к ней, — а также поделимся клановым секретом, что собираемся подмять под себя разваливающихся Сенджу, — я обернулся к ней с отвисшей челюстью, — оставив в Конохе только три великих клана, как было всегда. Ну и разумеется, предложим ситуативный союз против зазнавшихся Сарутоби, которые лезут туда, куда не положено.       — Блеф? — спросил я тихо после паузы, старики же что-то молчат уже давненько, рассуждая о наших планах.       — Разумеется. С Сенджу у нас двадцать гарантированных голосов, а без — десять, — просто ответила она, заглядывая в глаза, будто спрашивая, сообразил ли я. А я ведь таки сообразил.       Формально, клан Сенджу будет существовать. Но руководить будем мы. И по итогу по-настоящему великих действительно будет три, фактически. Но Хьюга и Учиха получат по четверти, а мы половину. Ну ни черта ведь себе.       А ведь это только начало…       — Представлять клан в совете, к слову, будешь ты, Наруто. Считай, повысили. Язык у тебя подвязан неплохо, так что подходишь. Слишком много чести им будет оказано, если прийдёт сама Химе, а я и Акума, как ты уже знаешь — заняты, — проговорил Турикучи и перевел взгляд на девушку, кивком спрашивая её мнение. Всё-таки последнее слово в любом случае за ней.       Если мне не изменяет память, Узумаки и тут выделятся. В данный момент в совете заседают только главы, пусть наличие уполномоченного и не запрещено законом.       — Согласна. Да и может я даже в академию пойду… — протянула она со странно-грустным взглядом.       — Посмотрим, нечего загадывать, — ответила Тора-сама преувеличенно уверенно и сменила тему. — Тури чего завел эту тему, Наруто, тебе сейчас нужно как раз таки те запросы и написать.       Я тяжело вздохнул…       «Уважаемые члены Совета Джонинов Скрытого Листа, высокопоставленные главы Ичизоку Конохагакуре, а также достопочтенный Хокаге-сама.       Уведомляем вас, что согласно пункту семнадцать, раздела четыре Кодекса Военной Деревни про деятельность Советов всех уровней, руководствуясь данными нам правами Великого Клана, на все постановления и решения любого класса, принятые сегодня и в дальнейшем, будет наложено полное вето с последующим рассмотрением за нашим участием. Данное распоряжение действительно до момента нашего официального выступления с трибуны заседаний, которое будет не позднее следующих суток после нашего прибытия в гражданские границы Деревни. Обязуемся приехать не позднее конца следующего месяца, на что имеем право согласно Кодексу. Просим уведомить всех причастных к выше упомянутым инстанциям о временном приостановлении деятельности.       Наруто Узумаки, уполномоченный представитель Великого клана Узумаки Ичизоку в Совете Кланов Конохагакуре.       Кушина Узумаки, глава Узу.»       В данном распоряжении указывать все титулы нежелательно, да и бумаги бы не хватило. Обозначив сегодняшнюю дату, мы расписались. Отправили также несколько писем Учиха, Нара и Мито. Подали официальный запрос в клан Сарутоби, секретариат Хокаге и канцелярию Совета Кланов про разъяснение текущих отношений с Туманом и Облаком, в том числе внутриклановых.       Уже через три часа ястреба вылетели из деревни. Копии отправили через призыв Учих, лишним не будет.