Родная кровь - не вода

Никто не испытывал особой радости в день бракосочетания Уббэ и Маргрэт, кроме самой невесты. Для нее заканчивалась судьба рабыни и начиналась новая жизнь. Теперь ей не придется прислуживать в длинном доме, терпеть унижения, теперь она станет полноправным членом семьи Рагнара Лодброка. И, тем не менее, Аслауг все так же презренно смиряла девушку взглядом. В душе, Маргрэт понимала, что ей никогда не стать равной своей свекрови. Так же она понимала, что Уббэ женится на ней не по большой любви, а лишь по праву старшего. Чтобы Рагнар смог выдать Каю замуж. Приготовления к обряду были подготовлены, гости все прибывали и прибывали. Среди приглашенных, был и ярл Гуннар, он приехал не только поздравить новобрачных, но и знакомиться с будущей женой, вскоре и им предстояло пройти эту церемонию. Гуннар был не высоким, но хорошо сложенным мужчиной, он был не сильно моложе конунга Рагнара. Густой светлый волос был собран в тугую косу, лицо покрывали множественные морщины и шрамы, а небритое, угрюмое лицо и вовсе прибавляло лет десять к возрасту. Словом, ничего общего с Иваром. Ярл был рад такой сделке, поэтому старался показать серьезность своих намерений. Он щедро одарил свадебными подарками Уббэ и Маргрэт, а так же Аслауг, ему очень хотелось понравиться будущей тёще. Но для кюны, эти подарки были не соизмеримы с тем, что отдает она. Он же дает драккары и войско конунгу, а взамен получает, достойную жену и продолжение рода. Медовый зал гудел словно улей, гости пили и гуляли, танцевали и поздравляли молодых. Кае не было дела до знакомства с будущим мужем, она то и дело преследовала Хвитсёрка, подливая в его кубок вино. -Почему не эль, — стараясь не выдавать никаких эмоций, спросил Хвитсёрк. -Потому что его мы пьем в праздники, а сегодня день отчаяния, — ответила девушка, поднимая кубок на уровень глаз и с интересом, разглядывая его. Дело было не в красоте кубка, хоть он и манил своими витиеватыми узорами, а в том что, она старалась не пересекаться взглядами с ярлом Гуннаром. Он без стеснения рассматривал ее, такое поведение раздражало дочь Рагнара. Но Гуннар отходил на второй план, брюнетку больше интересовало, где сейчас ее брат близнец. Обведя взглядом зал, она искала в толпе смеющихся лиц, его холодные глаза. Многих этот синий лед пугал, его взор из-под бровей казался тяжелым и суровым, но не для Каи. Она всегда знала, что за ним скрывается самая сильная и преданная любовь. Именно за маской презрения и гнева, таятся самые искренние и теплые чувства. Ей это нравилось, хранить их секрет. И плевать на указ отца, о ее замужестве с каким-то там ярлом, он ничто, просто пустое место. Ему никогда не занять нишу Ивара, в ее жизни, никому не занять… Пусть их брак с ярлом, катится к Хельхейм, пусть прямо сейчас земля разойдется у нее под ногами, и она провалится в бездну, пусть ее заживо сожгут на костре, но она никогда не будет принадлежать никому, кроме Бескостного. Какой надо быть обезумевшей, чтобы променять эту любовь, страсть и верность, на замужество и стабильность. Возвращая себя из мыслей в реальность, девушка заметила, приближающуюся к ним уже жену их старшего брата. Понимая, что ей есть, что сказать Хвитсёрку, Кая поспешила оставить их наедине. Не найдя близнеца, голубоглазая покинула стены длинного дома. Она тихонько, словно мышка, продвигалась среди пьяных, танцующих людей, надеясь, затеряться среди гостей. Девушка и думать забыла, что Гуннар, не выпускал ее из виду. Заметив, что Кая покидает праздник, он склонился к невысокому, молодому парню, что сидел, справа от него, и что-то сказал ему, указывая на девушку. Не отрывая взгляда от цели, парень встал и направился за ней, растворяясь в толпе. Ночь была лунная и прохладная, маловероятно предполагать, что он где-то на улице. Девушка ступала тихонько по тропинке, освещаемой луной, лишь она, как правило, была свидетельницей, их тайных встреч. Но не в этот раз. Чем дальше уходила тропинка, тем сильнее сгущался лес. Преследователю было сложно рассмотреть путь, ведь девушка шла без факела, распознавая дорогу лишь освещением луны. Ориентиром были лишь ее шаги и синий плащ, темным пятном выделявшийся из сумрака. Кая была уверена, что в небольшом домике, затерявшемся в лесной чаще, она найдет Бескостного. Об этом месте не знал никто, даже Хвитсёрк. Они редко приходили сюда, чтоб никто не прознал, где они могут скрываться. Дом был расположен, в самом неприметном месте, недалеко от болот. Поговаривали, что здесь когда-то жила вёльва, а затем исчезла. Кто-то считал, что она ушла и Каттегата, когда город начал расширяться, кто-то был уверен, что и вовсе не была она вёльвой, но большинство были уверены, что сгинула она в тех болотах. Поэтому люди обходили те места, и не пускали туда детей, что было на руку Ивару и Кае. Они бывали здесь не часто, но девушка хорошо знала это место. Вот сейчас ей надо перешагнуть через бревно, затем будет лужица, ее лучше обойти по правой стороне, а входя в дом, дверь надо слегка приподнять и открыть, тогда она не будет скрипеть. Войдя внутрь, и не обнаружив там брата, голубоглазая удивилась. Затем разжигая огонь в камине, она заметила его вещи, значит Ивар где-то неподалеку. Усаживаясь на меховую шкуру, напротив огня, она налила себе вина и стала дожидаться Бескостного. Потеряв Каю из вида, мужчина более менее различал дорогу, глаза привыкли к темноте, а серебристый свет небесного светила, давал шанс на успех. В ночное время, звуки леса казались пугающими, поэтому молодой викинг держал руку на рукояти топора. Шелест травы и кустов, заставил его замереть и прислушаться. Звук пролетевшей в миллиметре от его головы стрелы, вывел парня из равновесия. Он выхватил топор, и на границе с паникой, топтался на месте, поворачиваясь из стороны в сторону, чтобы разглядеть нападающего. В очередной, из его поворотов, перед ним неожиданно оказалось лицо, искаженное хищным оскалом белоснежных зубов, в свете луны глаза казались черными. Понадобилась доля секунды, чтобы понять, что перед ним был Ивар Бескостный. Викинг замешкался, будь это не сын Рагнара Лодброка, он бы уже замахнулся топором, но в данной ситуации так поступать было чревато. Слишком долго он думал, Бескостный сильной рукой сжал его плечо, и вывернул противника к себе спиной, прижимая холодное лезвие ножа к горлу парня. Тот замер, выронив топор на землю. -Зачем ты здесь, — вкрадчиво прошептал Бескостный. -Я заблудился, — соврал викинг, сдерживая дрожь в голосе. -Нет, — шипел Ивар. — Не обманывай меня, ты здесь, потому что ты следишь за Каей. -Гуннар, он просил просто посмотреть, куда она ходит, — путаясь в словах, тараторил он. -Просто посмотреть, — коверкал его слова голубоглазый. -Да, только посмотреть и все, я никому не скажу, где она, я обещаю, — слезливо вторил парнишка. -Шшш, ну конечно ты никому ничего не скажешь, — с улыбкой проговорил Бескостный. Острое лезвие скользнуло по горлу викинга, словно по маслу. Теплая и багряная кровь хлынула, омывая грудь. Падая на колени и на землю, парень хватался руками за шею, но жизнь неминуемо ускользала сквозь пальцы. Пары минут хватило, чтоб стеклянными стали его глаза, а лицо бледным. Смотря на него, Бескостный думал о том, что это убийство, лишь малая часть того, на что он пойдет ради Каи. Он сделает все что угодно и убьет кого угодно, ради нее, он принесет в жертву самого себя и положит на алтарь их любви. В глазах Ивара, Кая — Бог. Заметая следы, он скинул тело в топь, где уже никто и никогда его не найдет, следом он отправил туда и топор. Хромая, он вошел в дом, где было тепло и уютно, горел огонь, и была Кая. Она сидела у камина, образ ее был прекрасен. Рубашка была задрана, и оголяла ее стройные ноги, длинный волос спускался водопадом по ее плечам, окутывая их темной вуалью, огонь придавал коже теплый оттенок, а глаза блестели тысячами звезд. Ивар присел рядом с ней, сдвинув ноги руками, он принялся снимать железное устройство, помогающее ему ходить. Кая внимательно наблюдала за его действиями. Здесь, в полуразвалившемся доме, в чаще леса среди топей, они могли быть собой, быть счастливы. Могли проявлять свои чувства, не боясь быть осужденными, могли говорить друг другу те слова, что хотели. Бескостный взял из рук сестры кубок и отпил из него, один на двоих кубок, собственно как и вся их жизнь. Кая сняла с него кожаную куртку, убирая ее к остальным вещам. Запуская пальцы в его волосы, она ноготками царапала его затылок, это расслабляло, до мурашек. -Ты пахнешь кровью, — прошептала девушка. -Заботился о нашей безопасности, — так же тихо, ответил он. -Были причины. -Были, — не открывая глаз, кротко произнес викинг. -Кто-то нас видел, — с тревогой интересовалась она. -Гуннар велел следить за тобой, а тот, кто нас видел, уже никогда и ничего не сможет рассказать. Убийство Кая не приветствовала, но понимала, что иначе было нельзя. -Если Боги так решили, и мне в скором времени придется стать его женой, то я должна буду продлить его род, чужой род. -Должна, — холодно отвечал брат. — Но этого никогда не будет. Кая вопросительно посмотрела на него. -Ты не выйдешь за него, — перевел он на нее, взгляд ледяных глаз. -Но как? -Я убью его, — все с той же интонацией, говорил Бескостный. -Ивар, убить гостя в доме — позор для всего города, так никто не поступает. -Кто сказал, что я убью его в нашем доме, — улыбался он. -Ты меня пугаешь, — с опаской произнесла брюнетка. -Ничего не бойся моя родная, — с улыбкой произнес Ивар, убирая прядь ее волос за ушко. Кая потянулась к нему, сливая их губы в поцелуе. Она целовала его, будто пробуя на вкус, он, словно боясь спугнуть стаю птиц. Ивар проводил своими ладонями по ее обнаженным плечам, по груди, талии, животу, он словно скульптор выводил четкие линии на глиняном творении. Девушка подчинялась его касаниям, словно мягкий податливый воск. Усаживаясь сверху, Кая рассматривала пляшущие огни в его глазах, что отражали языки пламени. Бескостный чуть дышал от восхищения, темные волосы, спускающиеся вниз, скрывали грудь девушки, подтянутый живот был напряжен. Держа Каю за талию, он медленно входил в нее, прикрывая глаза от наслаждения. С ее губ сорвался стон. Она двигалась сначала медленно, затем быстрее, все глубже насаживаясь на его член. Тихие стоны, перерастали в крик. Ивар шлепал ее по упругой ягодице, тем самым раззадоривая девушку. Ее ногти создавали кровавый узор на его широкой груди. Она сводила его с ума, своими действиями и криками. Бескостный с головой ушел в это безумие, ему было плевать на осторожность, здесь и сейчас он хотел быть с ней единым целым. Рыча, он притянул ее к себе, держа, в крепких объятиях и не давая пошевелиться. Еще пара резких и сильных толчков и волна наслаждения накрывала их и утягивала за собой, он изливался в нее, растекаясь соками новой жизни. Прижимая к себе ее дрожащее тело, он окутывал их обоих своим теплом, словно защитной мантией. Оба тяжело дышали, Кая не смела, пошевелиться, боясь нарушить структуру невидимой оболочки, в которой они находились. Ей нравилось чувствовать его тепло, защиту и любовь, нравилось ощущать его внутри себя. Нет места в мире более уютного, чем объятия Ивара. Он гладил ее по волосам, ему нравилось быть внутри нее, защищать ее и любить. Пусть для всех он монстр и чудовище, но главное что она его любит. Даже если его будет ненавидеть, бояться, и желать ему смерти весь мир, то, какое это вообще имеет значение, когда Кая рядом с ним. Они сидели у камина, Ивар заботливо укутал сестру шкурой, боясь, что она замерзнет, пили вино и просто наслаждались уединением. -Нас будут искать, — прервала тишину Кая. -Не будут, все уже достаточно пьяны и провожают Маргрэт с Уббэ в их спальную, о нас никто и не вспомнит. -Почему мы с тобой были рождены именно здесь, в этой семье. Почему бы нам не родиться простолюдинами, жениться… Мы бы с тобой, разводили скот, варили бы сыр и делали бы детишек, — вслух мечтала девушка. -Ты бы не обратила на калеку внимания, — усмехнулся Ивар. Его забавляло, когда Кая, вот так вот мечтала. -Я бы любила тебя в любом обличии, не меньше чем люблю сейчас, — серьезно проговорила сестра. Ее признания в любви, поднимали Ивара до небес и швыряли в глубины морей. Сама Фригг бы благословила ее, за рвение быть женой и матерью. -Останемся тут до утра, — спросила девушка. -Да, давай останемся, — он покрепче обнял Каю. Огонь понемногу угасал, и Ивар подкидывал в него поленья, чтобы дом за ночь не остыл. Треск огня разбавлял звенящую тишину ночи. Он чувствовал, как Кая расслабилась и обмякла рядом с ним, слышал ее ровное дыхание. Тени от языков пламени, плясали, создавая причудливые картины на стенах. Убедившись, что сестра крепко уснула, Бескостный оделся и тихонько покинул их убежище. Действовать нужно было быстро, пока ночь и все пьяны. Взяв с собой пару верных ему людей, он словно вор пробирался тихо и бесшумно по собственному дому. Подойдя к спальной для гостей, он жестом приказал всем ждать. За дверью в комнату, где расположили Гуннара, раздавались женские стоны и звуки возни. Дождавшись когда звуки притихнут, и послышится храп, Ивар открыл дверь и бесшумно проник внутрь. Усевшись прямо возле спящего ярла, он внимательно и не моргая смотрел на него, вращая в руках нож. Тот самый нож, которым он убил преследователя Каи. Прикосновение холодной стали к горлу, вырвало Гуннара из объятий морфея. Он распахнул глаза, но дергаться не решился. Девица, спавшая рядом, тоже проснулась и с испуганными, широко распахнутыми глазами подскочила, прижимаясь к изголовью кровати. Бескостный приложил указательный палец к губам, давай понять, что кричать не стоит. -Милая, оставь нас, — со слащавой улыбкой, обратился он к девушке. Девушка без лишних раздумий, сгребая в охапку свои вещи, и быстрым шагом покинула помещение, под пристальный взгляд Ивара. -Зачем послал следить за Каей, — сразу к делу, перешел Бескостный. -Хотел знать, куда ходит моя будущая жена, и правдивы ли те слухи, что я слышал, — ответил ярл, стараясь сдерживать ситуацию под контролем. -А что ты слышал, — вкрадчиво интересовался молодой викинг. -Я не верю в то, что слышал, будто Кая спит со своим братом, — ответил мужчина. — Что с Снором, — интересовался ярл, переводя разговор в другое русло. Ивар протянул ладонь и положил на грудь ярла, что-то склизкое и бурое. В тусклом свете, Гуннар сумел разглядеть в этом, человеческий язык. Его лицо исказила гримаса омерзения, он отвернулся, сморщив нос. -Боюсь Снор, уже не сможет ничего рассказать, — наигранно пожимал плечами Бескостный. -Чего ты хочешь, — напряженно спросил ярл. -Хочу, чтобы ты отказался жениться на Кае, — выпалил Ивар, слишком долго ожидая этого вопроса. -Но мы уже договорились с Рагнаром, было бы оскорблением отказаться, — все тише говорил Гуннар, чувствуя, как лезвие прижимается к его горлу, и капли крови проступают. -Было бы оскорблением, узнать, что какой-то там Снор, кстати говоря, один из твоих ближайших людей, пристал и чуть не обесчестил Каю, и мне как ее брату и защитнику, пришлось его убить, пока ты — будущий муж, развлекался здесь со шлюхой — на ходу сочинил Ивар, театрально опуская уголки губ и покачивая головой. -Это неправда, — попытался подняться на локтях мужчина. -Да, и кому поверят, — усмехнулся Бескостный, прижав нож с новой силой, и давая понять, что он хозяин положения. — До утра у тебя есть время подумать, — викинг не без труда поднялся с постели, и направился к выходу. -Что если я откажусь от твоего предложения, — крикнул ярл, ему в след. -Я убью тебя, — тут же ответил Ивар, даже не оборачиваясь. Он спешил обратно, в дом, что стоит один среди топей, к той, что ждет его, сама того не ведая. Ему нужно торопиться, пока его любимая витает в мирах грёз, он должен успеть к ее пробуждению. А завтра, все будет хорошо, он в это верил, в конце концов, все ради неё.