glitter & gold

      Ривердэйл был из серии дублированных небольших городков, где достаточно повернуться, чтобы (с вероятностью процентов девяносто) услышать много интересного про самого себя. Город был наполнен странностями и сплетнями, сговорами и шутками судьбы. И, по мнению Джагхеда Джонса, если там и было что-то хорошее, то это Попс — небольшая закусочная в центре города.       По крайней мере, так он решил, разглядывая неоновые вывески на стенах и ожидая, пока Поп закончит с его заказом. Единственное место во всём городе, где был сносный американо. Эта мысль заставила его фыркнуть, следующую он вовсе отогнал. Ему нахер не сдался завтрашний проект по основам культуры: на сегодня было запланировано много дел.       За увлекательным процессом самокопания, Джагхед едва заметно тряхнул головой, чтобы избавиться от пробежавших по спине мурашек. Он нахмурился, тратя секунду на осознание, а после обернулся, принимая самый обычный (вернее: безразличный) вид.       Блондинка за дальним столиком усиленно разглядывала свой коктейль, не зная, куда деть глаза от стыда. Пойманная за таким внимательным разглядыванием Джонса, она чувствовала себя хуже, чем «неловко».       Джонс ухмыльнулся. Розовый кардиган на хрупких плечиках и белокурый хвостик: из той серии милых домашних девочек, которым мамы строго-настрого запрещают даже говорить с парнями вроде него. Но она была не первая и не последняя, кто с таким интересом разглядывал ядовитую змею, что раскинулась на его спине, распахнув пасть. И то, что промелькнуло на её лице, было не страхом, а целой палитрой эмоций от обескураживающего интереса до наивного стеснения.       Поп уже подвинул к нему поднос с заказом, и озарившая мысли вспышка почему-то заставила Джагхеда подхватить его со стойки, кивнув Попу, и неспешным шагом направиться к тому самому дальнему столику. Заинтересованность в милой куколке-Барби? Не в этой жизни. Его интерес был только в контрасте тех направлений, куда её глазкам следовало гулять и куда в итоге падал взгляд девушки. Посмотреть на её реакцию, побыть пару минут эдаким змеем-искусителем было забавной перспективой. — Привет, — спокойно выдал он, плюхаясь на кожаный диванчик.       Джонс внимательно наблюдал за тем, как колыхнулся светлый хвостик и округлились глаза блондиночки. Неподалёку было штук пять пустых столиков, и её явно смущал факт, что этот незнакомый парень выбрал место рядом с ней. Она вжалась в диван, и её рука, до этого спокойно лежавшая на гладкой поверхности стола, сжалась в кулачок. Он едва сдержал усмешку: бедняжка совсем не умеет контролировать эмоции. — Я Джагхед, — криво улыбнувшись, произнёс Джонс, закидывая руку на спинку. — А как зовут тебя, сладкая? — Бетти, — ответила она, и в её глазах появилась некая решимость. «Очень подходяще. Ванильно, даже приторно, » — решил он для себя, без несвойственного ему стеснения разглядывая девушку. — Прекрасное имя, — ухмыльнулся Джагхед. — Могу я составить тебе компанию, Бетти?

***

      Прошло больше месяца с их первой встречи. Джонс клял себя всеми известными ему выражениями. На следующий день после небольшого разговора в кафе, Бетти кивнула ему, когда их взгляды встретились между шкафчиками, улыбаясь и смущённо отводя глаза. Ему бы следовало пояснить ей, насколько ему было похуй, но язык отказывался совершать банальные движения, и Джагхеду пришлось просто кивнуть в ответ, а после нарваться на кучу подколов от Змеев.       Но верхом его глупости было поспорить со Свитом после очередной его тупой шутки. « — Увидишь: мне стоит только подмигнуть, и она влюбится в меня по уши. И сама прыгнет ко мне в постель… Даже не знаю, что случится раньше. »       Той уверенности, с которой он говорил раньше, больше не было. Победа в этом споре была принципиальной, и он нарочно появился в кафе в это время опять. И опять.       Джагхед видел, как сияли её глаза, когда он делал ей комплименты.       Видел, с каким сомнением Бетти оглядывала его байк, но с какой уверенностью она села позади него, стоило ему только спросить, боится ли она.       Видел, как она кусала губы, спускаясь взглядом чуть ниже, чем следовало приличным девочкам.       И у него был план. Ровно до того момента, как он рухнул ко всем чертям.       Потому что он не был влюблён в неё. Изначально.       У него просто перехватило дыхание, когда он увидел, как она смеётся и солнце освещает её лицо.       Когда она обняла его, доверчиво прижимаясь к парню, его не хватило ни на что, кроме глупой шутки.       Он чувствовал себя идиотом, когда ловил себя за разглядыванием правильных черт её лица, пока пальцы сами по себе тянулись к золотистым волосам. Почему чувствовал? Он был идиотом.       Времени на выполнение условий спора оставалось всего ничего, а Джагхед не предпринимал ровным счётом ничего. На словах всё хорошо, но внутри него случился огромный взрыв. Мысли, желания и глупые намерения смешались в хаосе, а он ненавидел себя день ото дня больше.       У него никогда не было проблем с девушками, и споры между парнями не были редкостью. Та красотка в баре? Запросто. Одноклассница? Смешно. Глупая девочка со смешным хвостиком и глубоким морем в глазах? Миссия невыполнима.       Он не любил её. Но с завидной очерёдностью ловил себя за тем, что окунулся слишком глубоко в голубые омуты. Достаточно глубоко, чтобы перестать дышать.       Джагхеду было плевать. Именно поэтому он задерживался на час, чтобы подбросить её до дома после тренировок чирлидерш, а ей говорил, что случайно оказался рядом.       Всё внутри переворачивалось, когда она в своей милой манере называла его «Джагги». Нормальный Джонс, будучи в адеквате, чувствовал тошноту из-за таких прозвищ в прошлом.       Он был убеждён, что ему нет до неё дела. Но в тоже время знал её любимый цвет, коктейль и прочую чепуху. Замечал, как смешно она морщит нос, когда чихает, и как, нервничая, закусывает губу.       Было очень много этих «но». Непозволительно много. И под гнётом всего этого Джагхеду хотелось только показать средний палец грёбаным шуткам судьбы и своему другу, без которого, возможно, всё это не зашло бы так далеко.       Джагхед не знал, что заставляло его раз за разом задерживать взгляд на её лице, навещая её по вечерам не без помощи старой доброй приставной лестницы её соседей. Всё ради того, чтобы увидеть полыхающих чёртиков в ясных голубых глазах, что создавали шторм посреди ясного моря. Возможно, она всегда была большим, чем казалась. Или он был слишком сильно влюблён.       Плед с плеча Элизабет скользнул вниз, а Джагхед «совершенно случайно» перевёл свой взгляд на неё. Закат сиял на берегу Свитуотер, а девушка сладко спала на его плече, уткнувшись холодным носиком в его шею. — Джаг, — сквозь сон шепнула она, сжимая пальчики на его руке, а Джагхед только поправил плед, кутая девушку сильнее.       Всё-таки придётся вернуть Свиту бутылку виски и, наконец, признать поражение. Признать поражение перед Бетти Купер, в которой неизведанного было столько же, сколько ангельского. Может, даже больше. Но всё же, чёрт подери, кто бы мог подумать?