Бермудский треугольник

Искренне прошу прощения за такую долгую задержку проды. В моей жизни был ужасающий этап ЕГЭ и поступления в ВУЗ. Теперь все это позади, остается только ждать и надеяться, поэтому я снова могу вернуться к своему любимому хобби. Надеюсь, вы, мои драгоценные читатели, еще не разбежались за это время, а я не растеряла своих навыков:) Глава 13. Паника охватила парня мгновенно. Словно цунами, залившее берег, ужас заполнил все уголки его разума. «Что же делать?!» - единственный вопрос вертелся в его голове. Казалось бы, такое совершенно обычное дело, небольшая проблема, для решения которой существуют различные методы. Но все они вылетели из головы Филиппа, будто он вернулся во времена своего переходного возраста, когда простая физиология его тела причиняла омеге немало проблем. Прекратить панику и попытаться сосредоточиться помогла мысль, что скоро вернется Арчи, а предстать перед ним вот так желания не возникало. Первый метод решения этой проблемы тут же пришел в голову Ротта. Но от мысли, что придется сделать ЭТО в гостях у Харрисона, воспитанного и застенчивого Филиппа бросало в дрожь. После колоссального усилия не поддаваться панике вновь, парень таки вспомнил, что данный способ отнюдь не единственный. «Точно!», - он был рад внезапной идее, словно только что сделал величайшее открытие, к которому шел долгие годы, - «Нужно просто сходить в туалет!». В комнате, где он находился, имелась лишь одна дверь. Недолго думая, парень, завернувшись в одеяло, подошел к ней. Небольшая щель, образовавшаяся, когда Филипп приоткрыл дверь, показала, что та ведет в другую комнату. Судя по обстановке, это был зал - просторное светлое помещение, выдержанное в салатовых тонах, с современной мебелью. Было видно, что над созданием обстановки поработал ни один дизайнер. Все было лаконично и просто, создавалось впечатление, что каждая вещь находится именно на своем месте. Ничего лишнего. Даже мужчина с слегка тронувшей волосы сединой и выразительными зелеными глазами, спрятанными за стеклышками очков в изящной черной оправе, устроившийся на большом диване с книгой в руках, казался неотъемлемой частью интерьера. Ротт замер на несколько секунд, разглядывая все это, и только потом понял, что теперь найти туалет будет немного сложнее, чем он рассчитывал. Даже просто выйти из комнаты и остаться незамеченным будет нелегко. Выбора не было. Арчиванд мог нагрянуть с минуты на минуту, а он все еще не расправился со своей небольшой проблемой. Оказаться обнаруженным неизвестным мужчиной посреди зала, завернутым в одеяло, казалось Ротту более выгодным, чем предстать перед капитаном футбольной команды, с которым ему учиться еще минимум два года, в таком неловком положение. Он тихонько превратил небольшую щель в проход, через который вполне смог бы выйти из комнаты. Когда Филипп был готов начать свое перемещение, обнаружилась еще одна проблема – в зале, помимо этой двери, было еще две. Какую же из них выбрать? Омега решил выбрать наиболее удобный для него вариант. Из своего положения он мог созерцать мужчину в профиль. Одна из дверей находилась на противоположной стороне, а другая прямо позади читающего. Вероятность остаться незамеченным была более высока в случае со второй дверью. Парень подобрал концы одеяла, касающиеся пола, и двинулся вперед. Аккуратно, на цыпочках, стараясь не издавать ни звука. Он не отводил взгляда от мужчины, который в свою очередь не отрывался от книги. На середине пути одеяло слегка съехало с его тела, и омега чуть ли не свалился на пол, запутавшись в нем. Но фортуна, кажется, сегодня была на его стороне. Незнакомец на диване даже не моргнул, пока Филипп проводил нечеловеческие маневры, чтобы его тело не коснулось пола с соответствующим грохотом. Наконец, он дошел до двери. Его пальцы уже коснулись гладкой ручки, когда совершенно неожиданно раздался голос мужчины. - Молодой человек, вы мне не поможете. Ротт вздрогнул. Ему хватило секунды, чтобы понять, что обращаются именно к нему. Хотя взгляд зеленых глаз был все еще прикован к страницам. Парень сглотнул, единственным, что ему удалось выдавить, было «прошу прощения» с вопросительным тоном. - Ну, подойдите же сюда, молодой человек, - словно сгорая от нетерпения, вновь попросил мужчина. Филипп, позабыв о своем внешнем виде, поспешил к незнакомцу. Он обошел диван и встал напротив него. - Чем я могу вам помочь? – Ротт надеялся, что его щеки не приобрели оттенок свеклы. Напрасно. - Филипп, верно? – Спросил мужчина. Парень кивнул. - В моих руках один из признанных шедевров современной литературы, - сказал мужчина. – Но я никак не могу кое-что разобрать. То ли в этой книге пара десятков опечаток, то ли автору стоит оторвать руки за то, что он посмел написать это. Может быть, взглянешь? – Ротту протянули книгу. Руки паренька немного дрожали, но он все же удосужился взять ее. От волнения перед глазами все буквы танцевали канкан. Он вглядывался в указанные страницы, но прочитать ничего не мог. В то время как незнакомец выжидающе на него смотрел. «Дохлые крысы, тарелка со слизнями, морская капуста…» - Ротт пытался вспомнить все, что вызывало у него отвращение, прокручивая картинки у себя в голове. Еще один способ, способный помочь ему. Ведь в таком состояние он не сможет думать ни о чем кроме своей проблемы, так как переживания и волнение заполняют все его существо. - Что думаешь? – Поинтересовался мужчина. Омега замялся, он не знал, что ему сказать. Спасение пришло неожиданно. Хотя можно ли это назвать спасением Ротт бы поспорил тысячу раз. - Филипп? Папа? – Голос удивленного Арчи раздался откуда-то сзади. От неожиданности Ротт подскочил с дивана, выронив при этом книгу и оставив одеяло там, где сидел. Следующие несколько секунд молчания были самыми ужасными в жизни омеги. Он стоял посреди зала в чужом доме перед двумя мужчинами в одних трусах, которые не скрывали того, что Филипп так долго старался исправить. Это было похоже на страшный сон. - Я вижу, Филипп, что вам современная литература пришлась по вкусу, в отличие от меня, - лицо, как выяснилось, отца Арчиванда озарилось широкой улыбкой, напоминающей улыбку его сына. Младший Харрисон стоял с приоткрытым ртом и не знал, что делать. Видимо, эта ситуация тоже застала его врасплох. Тем временем его отец наклонился и поднял книгу, а затем произнес тоном, с каким все родители любят обращаться к своим детям: - Ну и что ты встал, как столб, уважаемый отпрыск? Может, покажешь своему другу, где в этом доме находится уборная? А то, ей богу, от такого негостеприимного человека откажутся все друзья. Его взгляд снова вернулся к страницам недочитанной книги. - Конечно, мой драгоценный папА, - рассмеялся Арчи, принимая игру отца. – Я не могу такого допустить. – С этими словами он подошел к Филиппу и, взяв его за локоть, повел в сторону первой двери. Если у Арчиванда быстро получилось отойти от шока, то сам Ротт все еще прибывал в ступоре. Он машинально пошел вслед за другом. Они вышли в коридор, прошли немного вперед, а затем блондин указал на дверь, возникшую ниоткуда. Филипп совершенно не следил, куда его ведут, поэтому, оказавшись лицом к лицу с сим деревянным предметом, даже вздрогнул. - Уборная в твоем распоряжении, - улыбнулся Харрисон, - а я подожду тебя там. – Он указал на дверь в противоположном конце коридора. Ничего не сказав, парень зашел внутрь и закрыл за собой дверь. Он погрузился в темноту, так как не удосужился спросить у Арчи, где находится выключатель. Но Филипп и не спешил включать свет. Оцепенение, наконец, прошло и ему захотелось провалиться под землю. В голове витали одни проклятья, посвященные этому несправедливому миру, физиологии тела, одеялу, слетевшему так не вовремя и, конечно, самому себе, такому неловкому парню, вечно попадающему в ужасные ситуации. Ротт был так зол на самого себя, что со всей силы ударил по стене, которую нащупал пару секунд назад. Эта идея оказалась не самой удачной. Что-то забренчало, и послышался звук удара об пол. Со стороны двери раздались шаги, а потом и знакомый голос: - У тебя там все в порядке? – Поинтересовался Арчи. - Да, все прекрасно! – Поспешил заверить его Филипп, в надежде, что тот не решит убедиться в этом лично. Он все еще не знал, что приземлилось на пол. Руки судорожно стали изучать кафельную стену в поисках выключателя. Наконец, его удалось нащупать. В помещение загорелся свет и омега смог оглядеть его. Это была просторная ванная. Стены и пол были отделаны плиткой белого и золотистого цветов. Красивая сантехника блестела своими белоснежными боками. На полках и столике стояли десятки разных бутыльков и баночек. При взгляде на них Филипп сразу вспомнил мамино трюмо. Там их было примерно столько же. Сам же парень всегда обходился одни шампунем, одним гелем для душа и другими неотъемлемыми вещами в единичном количестве. Наверное, поэтому он не выглядел, как кинозвезда и за ним не бегали толпы поклонников. Эта мысль показалась Ротту весьма абсурдной, поэтому он ее отогнал. На кафельном полу лежал один из бутыльков. Точнее то, что там лежало, когда-то им было. А теперь это больше походило на кучку осколков и разлитый крем. Крем. Белого цвета. - Черт! – Буркнул Филипп. Это выглядело, как… как… Омега даже в мыслях не мог произнести это слово. Если он не приберет это немедленно, то, войдя сюда, обитатели дома Харрисонов могут подумать совершенно не о том, что произошло на самом деле. Особенно, после того, как Филипп устроил дефиле в зале. Он быстро схватил первую попавшуюся мочалку и стал вытирать растекшуюся жидкость, игнорируя кусочки стекла. Когда работа была выполнена более-менее, он промыл мочалку в раковине и положил ее на место, после чего принялся за уборку осколков. Один из них, конечно же, воткнулся парню в указательный палец. Ведь этим парнем был Филипп -осколки не могли отпустить его просто так. Он тихонько ойкнул, но все же дособирал их. Потом тщательно завернув в ароматную, пахнущую персиками, туалетную бумагу, отправил в урну. Наконец, пришло время для решения главной проблемы. На это потребовалось полминуты. После чего, вымыв руки, Ротт отправился в комнату, скрывавшуюся за дверью прямо по коридору. Его немного смущал собственный внешний вид, так как он все еще был в одних трусах. Но самая главная проблема была решена, и это значительно успокаивало. Комната оказалась кухней. С красивым гарнитуром из светлого дерева, большим обеденным столом, мягкими стульями и современнейшей техникой. Арчиванд стоял у плиты и, напевая что-то себе под нос, помешивал содержимое какой-то кастрюли. - Там твоя одежда, - он обернулся и кивнул на один из стульев. На нем действительно лежали вещи Филиппа, в которых он был, когда отправился на тренировку. - Спасибо, - тихо произнес Ротт и быстро оделся, после чего почувствовал значительное облегчение. Харрисон же все это время не отрывался от своего дела. Арчи прекрасно понимал, что омега будет ужасно смущен, если он станет пялиться на него пока тот в таком виде. Хотя, признаться честно, это было одной из сложнейших вещей, которые ему приходилось делать. Сейчас главным было делать вид, что ничего необычного не произошло. Блондин жутко переживал. Вдруг Филипп теперь станет совсем зажатым и перестанет с ним общаться, как только покинет стены этого дома. Допустить такого он не мог. - А вот и завтрак, - с улыбкой на лице Арчиванд поставил на стол две тарелки, в которые положил свой кулинарный шедевр. Филипп еще раз поблагодарил его. «Его вежливость так очаровательна», - пронеслось в голове у Харрисона. Он внимательно следил за парнем, который поглощал еду, полностью сосредоточившись на ней. Будто на дне его тарелке были начертаны тайны познания мира. - Так и будем молчать? – Спустя пару минут, наконец, спросил Арчи. - Ты очень вкусно готовишь, - сказал Филипп и первый раз за весь завтрак посмотрел на блондина. Увидев более-менее нормальное выражение лица своего гостя, Арчиванд улыбнулся. - Отец у меня не великий кулинар, так что пришлось самому научиться. Рад, что тебе понравилось. - Арчи… - Ротт хотел что-то сказать, но запнулся. В его глазах отразилась озабоченность чем-то. - Что? – Харрисон попытался придать своему голосу самый беззаботный тон, делая вид, что не заметил, как сменилось выражение лица омеги. - Что вчера произошло? – На лице парня отражались одновременно и беспокойство и надежда, что ничего страшного не случилось. – Как я оказался у тебя дома? - А ты совсем ничего не помнишь? – Усмехнулся Арчи. - Только до того момента, как пришел в университет, - разочарованно произнес Филипп. - Что ж, тогда расскажу все по порядку, - еще одна улыбка посетила лицо блондина. Он хотел внушить парню, сидящему напротив него, что тот всего лишь слегка пошумел, но к страшным последствиям это не привело. Если память Ротта услужливо позволила ему забыть произошедшее вчера, то он не вправе рушить этот своеобразный защитный барьер. Он видел, что этот омега, в отличие от всех других, знакомых ему, не горит желанием кинуться в его объятья. И рассказать, что именно это произошло вчера, будет неправильно. Что бы Ротт не сделал «по пьяной лавочке», это не должно влиять на их отношения. Ведь, узнай он правду, появится вероятность в девяносто девять и девять процентов, что Филипп больше с ним никогда не заговорит. - Арчи? – Голос омеги вырвал парня из размышлений. Он посмотрел на него, и в глаза совершенно случайно бросилось небольшое красное пятнышко на пальце светловолосого. - Что это? – Обеспокоенно спросил Харрисон. Ротт сначала не понял, о чем тот говорит, но, проследив за взглядом парня, догадался, в чем дело. - Точно, Арчиванд, прости меня, пожалуйста. Я случайно разбил бутылек с каким-то кремом у тебя в ванной. - Порезался об осколки? Надо было меня позвать! Зачем сам собирать полез? – Блондин подскочил со своего места и, взяв за локоть Филиппа, повел его к раковине. Он включил прохладную воду и поместил руку омеги под нее. Ротт оказался тесно прижатым к раковине, а Арчи будто обнимал его со спины. Будто. На самом деле он всего лишь помогал промыть ранку. Он бы понял, что в этом нет необходимости, если бы почувствовал то, что сейчас чувствовал его гость. Филипп и не вспоминал о порезе с того момента, как оказался на кухне. А теперь все его нервные окончания будто переместились в те места, где его касался Арчиванд. Он чувствовал тепло его тела, приятный домашний аромат еды, которую они только что ели. Он все еще помнил, что у него есть руки только потому, что одну из них все еще сжимали прохладные пальцы блондина. Что это за чувства нахлынули на него? Приятное давление внизу живота и лава, поднимающаяся по пищеводу. Это было ему уже знакомо. Словно он уже успел испытать нечто подобное. Но когда? Головная боль на мгновение усилилась, и ровно на секунду в сознание будто промелькнул какой-то стоп кадр. Вода, падающая сверху. Дождь? Влажный рельефный торс. Кому он принадлежал? Руки, сжимающие чью-то спину. Руки были, определенно, руками Филиппа. «Что за наваждение?!», - пронеслось в голове Ротта. Он отшатнулся от раковины, высвобождаясь из рук Харрисона. - Все в порядке? – Поинтересовался блондин. - Да… да, просто я… Думаю, мне уже пора домой, - омега выглядел растерянно. - Ну хорошо, я отвезу тебя. – Это была скорее констатация факта, а не предложение. Да Филипп и не стал противиться, сейчас он хотел поскорее оказаться в знакомых стенах. Он все еще помнил, в каком районе живет Арчиванд и насколько это далеко от его дома. Спустя полчаса он уже стоял перед дверью своей квартиры.