Солнце нового поколения

Ливи ненавидела семейные поездки. Не всегда всё было ужасно, конечно. Если мама возила их в какой-нибудь старинный город с потрясающей архитектурой и многовековой историей или музей, она была только «за». Но чаще всего по непонятным Ливи причинам отдых проходил у моря или в океанариуме. Возможно, это было связано с папиной профессией. И всегда в восторге были все, кроме неё. Отец больше всех обожал воду. В любви к ней с ним могли посоревноваться разве что двойняшки вместе взятые. Мама тоже не прочь была позагорать и поплескаться на мелководье. А вот сама Ливи такие «выходные» ненавидела, поскольку безумно боялась воды. Искупать её даже в простейшей ванне всегда было не простой задачкой до того момента, пока она сама не достигла более сознательного возраста. Что уж говорить о водоёмах. Она никогда не купалась и не собиралась. Конечно, папа возмущался, но мама уговорила его относится к её боязни воды проще. Ливи думала, что это был один из немногих моментов, когда папа жалел, что она родилась, но мама успокаивала, говорила, что это не так. До шести лет он ещё пытался как-то привить ей любовь к воде (спасибо хоть, что с моста не бросал), но после того, как родились и подросли двойняшки, которые могли часами плескаться, он оставил её в покое, смирился и переключился на них, чему разбойники были только рады. Возвращаясь в настоящее время, сейчас Ливи сидела, пристëгнутая, на заднем сидении автомобиля и с кислым лицом смотрела на проплывающие мимо ели. По левую сторону от неё двойняшки в детских креслах о чём-то разговаривали, играли и даже дрались, но раздражённое шипение чем-то очень расстроенной старшей сестры успокаивало их. До Атлантик-Сити путь был не из легких. Кроме жары, имелись мучительные пробки. Все водители были уставшими, а от того — нервными и периодически можно было наблюдать такую картину: окна соседних машин опускались и, чаще всего мужчины, орали друг на друга, кто-то постоянно сигналил и пытался влезть в соседние полосы. — И стоило оно того? Почему нельзя было просто посидеть дома?! После этой фразы Ливи поймала на себе удивлëнные взгляды двойняшек и снисходительные родительские. — Ливи, солнце, подумай о нас тоже. Мы все хотим искупаться. А ты можешь полежать на солнышке и поспать. Ты ведь жаловалась, что недостаточно отдыхаешь? — Этому есть причина! — Конечно, — серьезно кивнула Аннабет, — ты очень много учишься и это похвально. А сегодня у тебя есть шанс выспаться спокойно. — Я могла бы поспать и дома… — буркнула Ливи, скрестив руки на груди. — Тебе всего девять, а ты ворчишь уже как старая бабка! — хихикнула Луна. Ливи попыталась шутливо пнуть её, но случайно задела Лиама: — Ээээй! Из-за этого возгласа родители дружно обернулись на них. Мама вновь начала поучать её и говорить, как нельзя себя вести: —…ты ведь старшая сестра. Должна быть примером для подражания! Ливи возмущённо посмотрела на неё и уже набрала было в легкие воздуха, чтобы вывалить тираду и окончательно поругаться с мамой, но папа вовремя вмешался. Он положил руку на плечо жене и мягко сказал: — Аннабет, Ливи — прекрасный пример для подражания. Наша девочка заботливая, умная не по годам и очень добрая. Она, конечно, бывает ворчливой, — папа на секунду отвлекся от разговора с мамой и подмигнул Ливи, но она была настолько поражена его словами и растеряна, что не поняла толком даже, что произошло, — но вспомни, какой ты бываешь, когда не в настроении. Воображала, дочка вся в тебя пошла. С этими словами Перси быстро чмокнул Аннабет в щёчку под тихие смешки младших детей на заднем плане. Ливи же не знала как на это реагировать. Она покраснела и прикрыла глаза свисающей по бокам головы прядками челкой. Её волнистые волосы, собранные в высокий хвост колыхнулись от резкого движения головы. Аннабет закатила глаза, но лишь положила голову на плечо мужа. Так, в тишине, которую нарушали лишь смешки Луны и Лиама на фоне, они просидели ещё минут семь, но после, Аннабет села ровно, вновь пристегнулась и Перси мягко тронулся с места. *** — Лучше бы в парк аттракционов сходили, — проворчала Ливи, когда мама приземлилась рядом. По другую сторону уже сидел отец с которого ручьями стекала вода. Он махнул волосами и брызги полетели в сторону читавшей роман Ливи. Та зашипела, едва успев спасти книгу от водяной смерти. Аннабет тем временем уже намазалась кремом от загара и начала методично наносить субстанцию на плечи и спину Ливи. Та не противилась: ходить в солнечных ожогах, а потом быть похожей на змею в период линьки ей ой как не хотелось. После, Аннабет уточнила, не против ли она помочь ей нанести крем на спины, плечи двойняшек и Ливи, предварительно отложив книгу в безопасное место, согласилась. Она вытащила из пляжной сумки ещё один бутылëк и притянула к себе хмурую Луну. Они вместе с братом дулись на старших членов семьи, которые вот уже третий час заставляли их сидеть на берегу. Учитывая, что младших детей из воды вытащили тогда, когда у Луны посинели губы, а у Лиама — застучали зубы, то это были просто детские капризы. — Мама, папа, можно я прогуляюсь по берегу и куплю смузи? Обещаю, я не буду далеко уходить. Перси кивнул и вытащил из кармана своих брюк стопку налички, вручив её дочери, а Аннабет нахмурилась. Они доверяли Ливи, знали, что она девочка очень послушная, спокойная и будет крайне осторожной, но ведь сейчас было такое опасное время… Аннабет пересадила младшую дочь на свои колени и сказала: — Ливи, купи, пожалуйста, нам всем по стаканчику, а потом можешь прогуляться, но, пожалуйста, не покидай зону видимости. — Конечно, мама! — с улыбкой кивнула Ливи. Наконец-то, у неё вновь было прекрасное настроение, ведь, как бы она не не любила воду, шикарные пейзажи пленяли её. В опущенных, вытянутых руках Ливи была зажата пачка купюр, свёрнутых в трубочку, простое тëмно-фиолетовое платье развивалось на ветру и контрастировало с волнистыми волосами цвета пшеницы, доходящими девочке до лопаток, синие, словно глубинная вода океана, глаза сияли счастьем и беззаботностью. Она послала воздушный поцелуй родителям и в своих любимых, розовых с зайчиками, шлëпанцах побежала в сторону ларька, который находился буквально в нескольких метрах позади от того места, где расположилась семья Джексон. Что Ливи обрадовало, так это то, что очередь была не очень большой. Она прекрасно знала вкусы своей семьи. Это было их маленькой традицией: когда они отдыхали на этом пляже, всегда заказывали смузи. Ливи, как и обычно, взяла себе и папе бананово-медовый напиток на молоке, маме яблочный смузи на воде с корицей, а Лиаму и Луне молочный, ягодный «Летние фантазии». Когда все с удовольствием приступили к смузи, Ливи решила пойти на уступки, чтобы порадовать отца и помочить хотя бы ноги. На пляже было многолюдно, поэтому она старалась как можно аккуратнее пройти к пирсу, рядом с которым они остановились. Ливи обернулась: мама переместилась на стоящую неподалёку кушетку вместе с напитком и книгой по архитектуре. В солнечных очках и повязке на голове Аннабет смотрелась очень стильно и по походному. Двойняшки, сидя на покрывале, вытащили игрушки и стали заниматься своими делами, не обращая внимания на окружающий их мир. Папа прилег позади младших детей, облакотившись на руку, чтобы следить за ними и на данный момент с ласковой улыбкой смотрел на неё. Кажется, он понял, что хотела сказать ему Ливи. Он оценил то, что она шла ему на уступки. Ливи обрадовалась про себя: зелёные отцовские глаза светились такой любовью, что ради этого взгляда она готова была даже с головой окунуться, но решила пока ограничиться ногами. Ливи подошла к краю пирса, села и резко опустила вниз одну ногу, зажмурившись. Почувствовав холод соленой воды, она ещё долго не решалась опустить вторую ногу. Когда это произошло, она ещё несколько минут просидела с закрытыми глазами, привыкая. Ливи чувствовала пустоту под ногами и её это безумно пугало. Она посмотрела вниз и тут же глупая мысль заставила её кожу покрыться мурашками: — Надеюсь, там нет монстров, которые оттяпают мне ноги, — пробормотала она, всматриваясь в глубину, и вдруг, услышала мелодичный смех позади. За её спиной стояла девочка с рыжими волосами до поясницы, зелёными, словно молодая трава глазами, розоватой кожей и лицом, усыпанном веснушками. — Могу я присесть? — спросила она, склонив голову. Ливи пару секунд бессовестно пялилась на неё с открытым ртом, а после, тряхнула головой и скороговоркой выдала: — ГдеМоиМанерыКонечноПрисаживайсяЯЖеНеЕдиноличнаяХозяйкаПирса! Девочка снова рассмеялась. Она была очень красива. Пока Ливи удивленно смотрела на неё, она взяла инициативу знакомства в свои руки и сказала: — Меня зовут Милана. А как тебя зовут? — Оливия. Зови меня просто Ливи пожалуйста! — Знаешь, Ливи, ты так мило покраснела! — А как же «приятно познакомиться!»? — слабо улыбнулась она. Милана сначала захлопала глазами, а после стала смеяться пуще прежнего: — А чем тебе комплемент не равноценная замена этому словосочетанию? — И правда, — хмыкнула Ливи, выдавая новой знакомой свою улыбку. Кажется, неуверенность проходила и теперь Ливи, очень любопытной по своей натуре, хотелось очень многое спросить у новой знакомой. Она чуть помялась, а после выпалила: — Правда тут красиво и страшно? — Страшно? — Ну… Океан такой большой, — Ливи устремила взгляд синих глаз вдаль, смотря куда-то на водную гладь, будто желая увидеть, что находится там, в бесконечной водной бездне. Небольшие волны ласково омывали берег и будто мягко облизывали ноги двух девочек, сидящих на пирсе. Небольшие волны создавали отличный вид и позволяли детям и взрослым искупаться в этих малоизученных таинственных водах, — кто знает, что там водится, под этой казалось бы спокойной гладью… Ливи как зачарованная смотрела туда, где, вдалеке, вода приобретала тёмный оттенок. По её коже пробежали мурашки от осознания того, насколько же там было глубоко. — И правда. Этот океан похож на жизнь. Вот сейчас штиль, а завтра начнётся внезапный шторм. — Ничего не предвещало беды? — улыбнулась Ливи. Новая знакомая улыбнулась в ответ. С Миланой они проболтали до заказата, пока родители не позвали её. Пора было собираться. Ливи тепло попрощалась с новой подружкой и напомнила о том, что они договорились встретиться. Всё-таки, было здорово, что оказывается, жили они неподалёку друг от друга. «Может быть, это начало большой дружбы?» — подумалось Ливи, когда она засыпала в своей кровати. Она зевнула и перевернулась на бок, погружаясь в царство снов. Завтра её ждал новый день. Нужно было выспаться.