Русь не калина, Скайрим не малина

      Странное чувство посетило его при пробуждении, словно он был в деревне, запах стоял такой смутно знакомый. Сложно было сразу сказать, чем именно пахло, но не домом. А это и не удивительно. Друзья пригласили его в деревню и естественно их ожидала буйная попойка. Да, это обстоятельство жутко его мучило в данный момент. Ярослав вусмерть упился и теперь пожинал плоды, голова раскалывалась, похмелья ждать долго не пришлось. И уснул он в амбаре или что это вообще. Неважно. Соображал парень медленно, как мог, хотелось пить. Просто невероятно сильно. Душу бы продал за глоток холодной водички. Он медленно сел, на что тело отдалось скупой болью и тупым ударом в затылок, сонно взъерошил пшеничные волосы, находя в них пальцами остатки сухой травы. Прохлада тронула кожу под темной кофтой, но это был не суровый ноябрьский холод, хоть стояли сумерки.       Он не выспался. Значит, все время проспал на стоге, хотя тот момент, когда вообще ложился благополучно пропустил. Темные брюки были в земле, старые родные кроссовки не изменили ему и остались на ногах. Значит, попойка было вполне еще адекватная. Куда как больше его волновало то, у кого именно Ярик на участке и есть ли тут злые собаки. Заодно вспомнил и своего дикого пса Друга, который брызжа слюной отгонял всех кого не лень. Да уж, его лай он бы сейчас не захотел услышать…       В кармане парень нащупал телефон, решая посмотреть время. Долго переводил он взгляд от одной иконки к другой, когда мозг начал выходить из аморфного состояния, Ярослав понял, что ничего не понял. Язык был другой, как и цифры. Интерфейс лагает или он сменил язык ввода… Бред какой — то. Не мог он так упиться.       Совсем обессиленный он поднялся на ноги, и тут же осел обратно. Голова закружилась, ноги отказывались нести его. Надо прийти в себя. Хоть немного. Телефон парень спрятал обратно в карман, затем теплой рукой провел по лицу, пытаясь снять наваждение, начал растирать щеки, легко бить. Решая пока не предпринимать активных действий, оценить обстановку, Ярослав забрался выше на стог, огляделся. Совсем рядом фыкнула лошадь, хвостом ударяя о стойло. О землю что — то гулко ударило, едва слышно. Первый запах: дерьмо. Пахнет дерьмом. И теперь уже по — настоящему. Он выругался, стараясь больше не обращать внимания на эту мирскую превратность.       Сидел Ярик в амбаре. Крыша старая, стоит набекрень, много щелей, дерево сухое. Небогато живут, но, с другой стороны, нищие в их время не купят кобылу… Или коня. Черт знает, он не разбирается в этом. Сквозь щели между досками виден низкий забор, какой-то мужик вышел во двор. Курил что ли? Нет, вроде. Дом странный какой — то, будто слеплен из глины с дерьмом, сверху — крытый соломой. Такие даже в деревнях не строят. Это уже показалось необычным, но разбираться желания не было. Только воды. Окна в доме есть, но без стекол. Свет не горит, хотя и отсвет какой — то есть. Ерунда какая — то.       Более менее придя в себя, если так вообще можно было сказать, после того, сколько он выпил, Ярослав выбрался с сеновала, отряхнулся и начал терпеливо ждать, затаившись, пока мужик уйдет и он сможет выйти без лишнего шума. Как — то же он сюда забрался и понятно было, что его не впустили по доброй воле. Собаки вроде не было, но это не гарантия того, что её правда нет. Память словно отшибло, голова начинала болеть сильнее, пульсируя в области висков. Как же плохо то… Ярослав решил подзабить на все эти жизненные тяготы и просто смотреть в одну точку в заборе. Это был гвоздь. Странный какой — то…       Ждал он недолго. Мужик наконец ушел в дом, единственный отсвет погас. Рядом где — то стрекотали кузнечики, которые еще не успели уйти на покой. Услышал он их только потому, что слышал теперь абсолютно все. И это причиняло боль… Похоже на начало сентября. А ведь сейчас ноябрь. Ярослав осторожно вышел, стараясь не скрипеть и вообще не подавать никаких признаков своего присутствия. Но дверь скрипнула, как назло, что заставило его действовать быстрее и просто рвануть к дороге, которая пролегала рядом. Все тело заболело вместе с головой, которая чудом осталась на шее. Жуткая отдышка застала его на дороге. К счастью, за ним никто не погнался. Скрип похоже не дошел до хозяина. Да и вообще, кажется, ему было плевать, потому что кобылу украсть у него проще простого.       Выход на дорогу ничего не изменил. Надо дойти до ребят или магазина, на крайний случай. Недалеко он заприметил огонь, яркий свет, где — то шумели люди. Шумели очень сильно. Неужели опять…? Нет, второй такой ночки Ярик не выдержит.       Сначала он довольно уверенно двинулся к свету, но после встал на месте как вкопанный. Продолжалось это секунды, пока мозг его подгружал информацию, после парень зашел за соседний дом, пока его не заметили и позволил себе тяжело выдохнуть. Шлем. На голове был чертов шлем. Косплейщики и до сюда добрались? Но не так ведь… Галлюцинации? Но если нет? Как?! Просто как?! Старая одежда темно — синего цвета, сверху — кольчуга, которая весит килограмм двадцать, на поясе в ножнах — меч. Где он? Что произошло? Шок захватил его, он обнял голову руками, затем вновь выдохнул. Так. Нужно узнать где он находится. Или… Или протрезветь. Но все казалось таким реальным. До той степени, что это было нереально. А если.? А если это сон или… Ох, голова, да чтоб вас всех. Просто поддаться секундному порыву нельзя, если здесь парень ничего не знает, то должен узнать и в ударно короткие сроки. Иначе ему дорога только в могилу. С чего же начать? Да ни с чего. Ничего не хотелось. Только жить хочется, как и пить. Если стоит сейчас встать с холодной земли, то хотя бы ради воды.       Ярослав внимательно огляделся вокруг себя, хоть и различить что — либо в темноте было сложно, заприметил между высоких кустов кусок темной ткани. Долго не думая, парень дернул его за конец и вытянул старый потертый плащ с множеством мелких дыр. Ну и вонь, скажу я вам. Словно в нем кто — то сдох. Зажав нос рукой, но это уже не помогало, дурь останется в его носу надолго, он встряхнул его несколько раз и понял, что лучшего выбора у него не будет. Одежда на улице не валяется, если это, конечно, никому не нужная тряпка. Совладав со своим чувством брезгливости, которое сейчас было почти на нуле, Ярик накинул плащ на плечи, стараясь как можно меньше касаться его руками и выполз из-за дома, после распрямляясь. Хрящи захрустели, он тихо вздохнул и двинулся по окраине дороги, опустив голову ниже. Стражники мельком оглядывали его, как он успел заметить, после же продолжали свой путь, не обращая особого внимания. И это было очень хорошо. В голове его меч уже описал дугу, которую проходил всегда, когда отрубал кому — то голову. Эта живая картинка, вместе с опасно качавшейся рукоятью в ножнах, заставила его больную голову еще больше отяжелеть. Сердце выколачивало яркие аргентинские ритмы, а людской гул становился все ближе и ближе, собственно, на эти звуки он и шел. Но не понимал почему. Ему нужна только вода. Но весь поселок был пуст и пламя жизни горело только там, откуда слышались голоса. Поселок этот парень назвал бы таежным, дома стояли вдоль дороги, лес же плотно смыкался за ними, не пропуская света. Никаких крепостных стен, изредка находились покосившиеся заборы, пугала стояли среди кочанов капусты и кустов картошки. Огороды были большими в той части, из которой он бежал, здесь же их почти и не осталось. Неужели это центр города? А вообще все, что он видел, сейчас причудливо мешалось в его голове. Он и сам не мог бы сказать где сон, а где явь. Да и что это вообще было?       Ярослав добрался до места попойки. И голова его вышла из строя окончательно. Орали здесь невыносимо громко. Ох уж эти таверны. Идти дальше сразу перехотелось, парень понимал, что войдя туда уже не сможет выйти так просто. Можно было и правда украсть лошадь… Побег? Смутно, но он догадывался, что это не галюцинации. И не та деревня, в которой пил. Место совершенно иное. Вот только смысл? Ездить он не умеет, стража, как пить дать, поймает его, убежать не успеет. Уйти пешком, перед этим обворовав кого — нибудь? Не лучше. Это был бы выход, если бы он знал, куда идти дальше. Тут не сработают те методы, которые парень проворачивал в воровстве в интернете. Потому и выбор его останавливается на таверне. Можно помахать здравому смыслу ручкой. Больше он с ним не встретится. Еще на подходе заглядывая в окна, он успел разглядеть женщин, которые пронзительно визжали, сидя на коленях мужчин, перебивающих своими криками шум инструментов, которых было немного. Он заливисто смеялись, пили пиво, мед, вино и пели, пели, пели… От пения этого у Ярослава уши закладывало и единственные, кто не вызвал у него явного раздражения были люди, сидящие далеко и тихо. Коршуны. Они высматривали себе жертву, затем по пустячному поводу разводили драку. Вечер становился еще более безумным, люди делали ставки и продолжали бесноваться.       Из зала на него смачно дыхнуло перегаром. Но это был не единственный запах.Основу всего этого букета составлял пот, к нему уже примешивался аромат жареного мяса, который тут же напомнил Ярославу о голоде. Голоде, которого он до этого времени не замечал, настойчиво игнорировал. Но теперь от этого не отделаться. Все эти запахи, вместе с сосущим чувством внутри, головной болью и ужасной жарой заставили парня отступить назад, к стене головокружение вновь захватило его, но уходить было поздно.       Какая-то девица мертвой хваткой вцепилась ему в руку и он, ведомый ею, ушел в танец. На самом деле, Ярослав давно упал бы, если бы их не толкали. Толкали постоянно, что заставляло его обессилевшую тушку кидаться в одну сторону и в другую, мир вертелся вокруг, смешивал лица, смех и шепот упорной девицы, которая не отпускала его, ловко кружа под гром мужского хора, крики трактирщика и его прислужников. Было ужасно плохо, если бы желудок не был пуст, его бы стошнило. Наконец музыка кончилась, хор загромыхал смехом, Ярослав из последних сил, пошатываясь, побрел от девчонки в черными зубами, которая что — то щебетала рядом. Но ему было плевать. Где же выход.? Ему нужно наружу… ************       Парень почувствовал, как холодные струи воды стекают ему за шиворот, услышал чьи — то голоса и знакомый гул. — Очнулся, малец? — спросил довольно дружелюбно бородатый мужчина, хлопнув его по щеке. Ярослав поморщился, кивая, сел на полу, думая о том, почему ему так невезет. — Вставай давай, поешь. Назир тебя накормит. — продолжил человек, весело посмотрев на мужчину за столом. Голубые глаза задорно сверкали из-под светлых бровей. Он был уже не молод, но полон энергии. — Не много ли чести, для мальчишки — беглеца? — несколько высокомерно спросил темно — кожий человек в хиджабе. Ярик пока не знал, как это назвать, просто сравнивал с тем, что было похоже. — Может и немного. Мои дети не пережили бы Великую Войну, если бы им не помогли. — резонно ответил мужчина, скрестив большие крепкие руки на груди. На плече его лежала русая коса, которая оказалась за спиной, когда он тряхнул головой. — А у меня нет детей. И Великую войну я провел здесь, но за мальчишку все-таки заплачу. Абелия, неси похлебку, хлеб и воду! Пиво пока не надо, этот сопляк к нему не готов. — громко сказал Назир, по всей видимости, обращаясь и к прошлой теме их разговора, потому что мужчина помрачнел и смачно сплюнул на пол. И на этом полу он лежал…       Ярослав медленно встал и приходил в себя, держась за голову, жадно слизывая языком воду с пересохших губ. Вода, наконец — то… Прислужница за это время успела принести еду. Она ждала приказаний, стоя у двери, парень узнал в ней ту девушку, которая кружила его. Мужчина в хиджабе шлепнул её по заднице, отчего та ойкнула и тут же убежала, прикрыв дверь. Норд коротко хохотнул, садясь за стол, а Назир усмехнулся. Это был уже не главный зал, весь заполненный людьми. Небольшая комнатка, из-за двери которой доносился гул. Здесь было не так душно, узкое окно пропускало холодный воздух, но совсем незначительно. Пол был выстлан соломой, что он понял, оглядевшись, на столе лежали карты. Музыка и праздник продолжали грохотать за стеной, что явно не уменьшило его страданий. — Садись есть. — приказал Назир, кивая на стул. Ярослав послушно сел, сразу выпивая все воду до последней капли. Мокрая футболка под кофтой облепила его худое, но крепкое тело, голова приятно холодела, от вылитой на него жидкости. Казалось, за весь вечер он впервые чувствовал себя собой. И тут же его мысли метнулись к стражникам, кобыле, дому, этому несчастному борделю, в котором он оказался и отказывался верить. В это время Ярик принялся за похлебку, жадно выпивая все, до последней капли, закусывая хлебом. При этом он чувствовал, несмотря на то, что человек с темной кожей активно беседовал с другом, взгляд его часто был обращен на него. Сначала Ярик был слишком апатичен, теперь — перевозбужден. Голова продолжала болеть, но теперь он чувствовал, что горы свернет и в ответ смело посмотрел на редгарда. И кажется этого Назир и добивался, ответного внимания. Как только чашка оказалась пустой, взгляд его упал на руки человека. Ловкие, красивые. А на безымянном пальце правой руки — перстень. Золотой с красивым алым камнем. — Поосторожнее со взглядом. Я могу подумать, что ты мелкое ворье и выловить тебя где — нибудь. Детей на трактах не считают. — довольно резко сказал он, уже полноценно начиная разговор. Борода и усы у него были чистыми, черными без крошек и прочей дряни, в отличие от его товарища. — Я не ребенок. И не вор. — негромко сказал парень, глядя на человека из-под нависших век. Эта его особенность придавала лицу исключительно плутовское выражение. Но только не чистые серые глаза, которые могли обмануть. — Ой ли? И прыщи у тебя от старости? — с насмешкой сказал мужчина, постукивая пальцами по столу. — Врать только не надо. Этого я не люблю. — Раз уж вы думаете, что я вру, думайте так и дальше. — хмуро ответил Ярик. По телу разливалось приятное тепло, ни о чем плохом думать не хотелось. Но человек этот его интриговал. И даже… Нравился? Назир удовлетворенно кивнул, шумно втянув ноздрями воздух. Спутник его отлучился за выпивкой, но так и не вернулся. Было ли это сделано специально или это была лишь случайность, Ярослав не знал. Но после был ему благодарен за отлучку. — Откуда бежишь то? — спросил мужчина, расслабившись. — Не бегу я. — покачал головой парень, глядя на него. — Здесь живешь? — быстро спросил он, на что Ярик, мешкая, но отрицательно покачал головой. Назир вновь кивнул. — Молодец. Сообразительный малец. — сказал он, прикурив что — то очень пахучее. Запах был терпким, но приятным. Головная боль притупилась, сам же Ярик повдыхав дым, стал намного спокойнее. Все было неважно… — Судя по тому, какие на тебе тряпки живешь ты совсем плохо. Поработать не хочешь? Завтра отсюда двинутся новобранцы в армию, может они и прихватят тебя. — Что нужно делать? — помедлив спросил парень. Если двинутся новобранцы — то и работа найдется. Вот только сейчас работа прямо прыгает ему в руки. Потому и отказываться смысла нет. — Неподалеку есть лесопилка. Владеют ей муж с женой — Херн и Херт. Ребята они интересные. — тут он как — то двусмысленно усмехнулся, но опомнился и продолжил, доставая из кармана маленький бутылек. — Вылей содержимое в еду, питьевую воду, да куда угодно, лишь бы эта дрянь оказалась внутри. И возвращайся ко мне. — Вы предлагаете мне человека убить? — непроницаемо спросил Ярослав. Нет уж, на это он не пойдет… Но принципов он, вроде как не имел, да и сейчас все казалось таким мелочным. Люди, люди… Твари, самая настоящая глупость. Бельмо на глазу Земли. А Земля ли это.? — Это не убьет человека, уверяю тебя. — ответил Назир. — Я заплатил бы тебе достаточно для того, чтобы купить себе, скажем… Лошадь. Не говоря уже о том, что на эту сумму можно долгое время есть и снимать комнату. Мысли медленно текли в голове одна за другой. По кругу. Все это насторожило бы его, но он был накурен… Да, только теперь приходило осознание того, что это просто наркотик. Но насколько же хорошо даже просто вдыхать… Столько времени жить и не работать… Да, работать он не любил. Всего пара капель и можно заниматься совершенно другими делами. — Времени немного, парень. Или соглашайся или иди дальше побираться. — в своей обычной манере сказал Назир, отпивая из кружки. — Я согласен. — кивнул он, понимая, что теперь не отвертится. Специально его настроили или просто сам Ярослав был восприимчив, было неважно. Такая глупость, знаете. — Хорошо. Буду ждать тебя в таверне вечером. — кивнул мужчина, поглядывая на карты. Да, спутник его покинул. Похоже, надолго. — Когда именно? — уточнил Ярослав, еще не растеряв окончательно остатки рассудка. Дымка вилась над длинной трубкой и он внимательно смотрел на неё, не в силах оторвать взгляда. Назир рассмеялся, но как — то далеко это было. — Всегда, малец. Главное сделай все как можно скорее. — коротко кинул он и встал с насиженного места, стул долго заскрипел, мужчина же потянулся, захрустев хрящами. — Не медли, иди с вояками. — Вы мне бутылек не отдали. — напомнил Ярик. Редгард кивнул. - Да, точно. Не потеряй. — сказал мужчина, ставя маленький флакончик на стол и вышел из комнаты в зал, в котором бушевал праздник, но уже не так грозно. Ярослава посетило странное чувство. Словно все это было сном, скоро он проснется и пойдет в школу, встретит друзей, поговорит об играх, посмеется. После его встретит ворчливый и жесткий дед, отец приедет из командировки. И все будет в порядке, как и всегда. Без каких — либо изменений. Обычная бытовуха. А здесь же… Здесь он подписался на что — то такое, за что поплатится. Но был ли у него выход? Да, черт возьми, выход был. Он внимательно смотрел на бутыль, вдыхая остатки дыма и в голове его бежали картинки. Смерть во флаконе. Но нет, не их, не людей, чьих имен он не запомнил. Его смерть. А потом еще в одном флаконе. И еще. И еще… Сердце наполнилось покоем, каким — то странным знанием того, что это не изменит его. Что он всегда знал, что делать. И естественно это былая самая большая иллюзия в его жизни.