Modifiactions

На пути в кабинет Ёну сталкивается с Хосоком. Его комнату занял Юнги, отчего пришлось спать в другом месте, но с каким трудом он выпросил разрешение спать в комнате Намджуна — известно одному ему. По утрам Ким всегда уходил на прогулку и запирал комнату. Объяснял он это тем, что его жилище — не проходной двор и ему нужно своё пространство. Каждый считал так касательно своих мест, но никто так набожно не защищал комнату от других. Хосоку кажется, что девушка выглядит слегка встревоженной, и отчасти он понимает, почему. Парень отпускает шутку, посмеиваясь и надеясь разрядить обстановку, и в конце концов кладёт ладонь на её плечо и дружелюбно похлопывает. — Пошли, я как раз собирался к себе, — с улыбкой проговаривает Хосок. — Сама дойду, — Ёну сбрасывает с себя руку и ускоряет шаг, но Хосок ровняется с ней, подражая её походке и копируя мимику лица. Признаться, он свёл брови точь-в-точь, как она. — Прекращай, а. Меня раздражают твои игры. — Всё-всё, — парень поднимает руки в знак отступления, — но разве Ёну не милашка, когда злится? — подмечает Хосок, но мгновением позже увиливает от резкого удара. Чон удивлённо сводит губы в букву «о», внутри радуясь прекрасному, по его мнению, удару. Нельзя сказать, что в группе были слабые звенья, но Ёну обычно находится на базе, и её редко увидишь в зале для тренировок. Девушка злится на себя, понимая, что и внимания бы обращать не стала, не будь это жутко шумный и вечно не к месту Хосок. Может, если бы кто-нибудь другой был на его месте, она бы улыбнулась или даже посмеялась, но Хосок — нет уж, увольте. Она замахивается снова, но он отскакивает в сторону с игриво сияющими глазами. — Эх, какая милашка, — Хосок, замечая изменения в лице девушки, срывается с места и мчится до своей комнаты, слыша, как Ёну бежит за ним и выливает на него всё недовольство. Парень останавливается у входа, и девушка уже готова ответить за все шуточки, но, добежав до него, ничего не может сказать. Весь запал пропадает, когда она видит обомлевшего Хосока, что глаз не сводит с окровавленной дверной ручки. — Какого?.. — шепчет девушка с возмущённым лицом, пытаясь успокоить своё дыхание. Чон подносит палец к губам. Он достаёт перочинный нож и осторожно касается ухом двери. Сердце бьётся с такой силой, что каждый удар ощущается грудной клеткой. Хосок не привык действовать в одиночку. Парень жестами показывает, чтобы Ёну отошла подальше, а сам медленно приоткрывает дверь, но в комнату не заходит. Ждёт любого действия, ибо знает, что в нападении он не так силён, как в защите, и ему неприятна мысль, что он может встретиться с таким же, как и он. За дверью слышится глухой крик Чимина, из-за чего Хосок действует по наитию, борясь с внутренними демонами. Он с силой пинает дверь, крепко сжимая нож, но слышит лишь несуразное, пропитанное злостью бормотание Юнги. В глазах бросается старший, который не находит нормальных слов, чтобы выразить своё отношение к происходящему. Звук ударяющейся о стену двери напугал его, и он дёрнул рукой, когда обрабатывал раны на левой ноге. Сильно надавил ватой с раствором, когда надо было легонько по краям. Конечно, Чимин места не находит себе, хватаясь за простыни и зарывая половину лица в подушку, чтобы сдержать скулёж. Хосок либо переработал и ему нужен отдых, либо страх потерять всё, что он имеет, сильнее, чем он. — Ты что делаешь, блять? — От нетерпения дать по лицу Хосоку он встаёт со стула, но не направляется вперёд, ожидая хоть какого-нибудь объяснения. Зрачки его блестят от злости. — На ручке была кровь, я думал, что кто-то проник на базу, — в смятении говорит Чон, смотря на отдышавшегося Чимина, который искал поблизости, чем можно прикрыться. — Понимаю, сглупил. Всё хорошо? — обращается он к брюнету, который продолжал глазами окидывать часть комнаты. — Мне нужно одеяло, — произносит Чимин, игнорируя вопрос. — Давай сначала обработаю? — садится на стул Юнги и вновь берёт вату и антисептик, но, видя, что Чимин не может успокоиться, небрежно накидывает на его тело плед, думая, что тот сам разберётся, как ему будет удобнее. — Только не мешай мне, — просит Юнги, откидывая уголок пледа в сторону, когда он закрывает часть необработанной раны. В комнату заходит Ёну, большими глазами смотря на Чимина, и так осторожно дышит, будто в любую секунду он рассыпется на глазах и они снова его потеряют. — Привет, — без смелости произносит Ёну, ощущая, насколько чужая сейчас в этой комнате, хотя некоторое время назад беззаботно проводила время с Чимином и Чонгуком, смеялась и думала, что всегда бы так. — Как ты? — она спрашивает, не моргая, и проходит несколько шагов, прежде чем услышать голос Юнги. — Где ты шлялась? Я всю ночь тебе звонил, — выражает своё недовольство блондин, убирая в аптечку антисептик. — Я была в комнате, ты всегда можешь найти меня в комнате, если не в кабинете, — оправдывалась Ёну, хотя понимала, что вины её как кот наплакал. — Да и я уже как с месяц поменяла номер, и я всем давала об этом знать, — Ёну уже более смело направляется к Чимину и начинает осматривать его голову. — Жаль, что Мин Юнги не беспокоится о таких мелочах, которые встают боком, как только они его касаются. Чимин улыбается и спокойно даёт Ёну осмотреть себя. Сидевший Юнги не понимает, что он сделал не так в этой ситуации и почему Чимин постоянно расставлял преграды между ними, а с Ёну он такой покладистый. — Пошли, Хосок-а, а то, я смотрю, мы здесь лишние, — Юнги встаёт и направляется к выходу, попутно забирая свои вещи. Он ни разу не посмотрел на Чимина, хотя в голове так и крутились мысли сказать ему, чтобы тот поскорее поправлялся, ведь он нужен группе, он ценен и любим. — Что ж, хорошо позаботься о нём, — просит Хосок Ёну, своей тёплой улыбкой освещая часть комнаты. — У нас собрание через минут сорок. Я после всё тебе расскажу, если хочешь, — говорит он девушке, которая не обращает на него внимания и полностью сконцентрирована на осмотре. — И, Чимин-а, поправляйся скорее. Рад, что ты вернулся. Хосок выходит из комнаты, кинув напоследок лучезарное «Bye» и помахав рукой. Юнги он уже не догонит, хотя знает, что тот, скорее всего, пошёл в место, где можно побыть одному. Сам же Хосок идёт прогуляться на улицу, мысленно составляя план на день. Он прокручивает в голове пункт «поменять постель», чтобы лучше закрепить это в памяти и почувствовать предвкушение. Лечь в постель, на которой спал Чимин, он не мог. Из-за любви к чистоте или из-за ещё чего, но ему поскорее хотелось сделать это. Даже собрание так не выбивало его из колеи, как грязные простыни.

***

Юнги выпускает сигаретный дым, оперевшись на небрежно зашпаклеванную стену. Он смотрит в окно и думает о всём, что произошло за последнее время. Разве в сказках, когда приходит принц на белом коне спасать принцессу, между ними есть пропасть? Он не ждёт, что Чимин будет висеть на его шее и говорить бесконечные слова любви. Это не то, что у них хоть когда-то было, и это не то, чего хотел бы ощутить Юнги. Но это чувство, будто они чужие друг другу, ему противно. Единственное успокоение для него — это то, что Чимин сейчас под присмотром. Пусть Ёну порой и выводит его из себя, он знает, что на неё можно положиться и доверить ей жизнь дорого человека. От мыслей о здоровье Чимина его отвлекает Намджун, которого он видит в окне. Тот идёт, держа в руке свёрток, к запасному выходу и оглядывается по сторонам. Юнги знает, что Намджун осторожный и тщательно выполняет свою работу, чтобы не было, за что зацепиться. Но то, как небрежно он пытается найти наблюдателя, только смешит и заставляет задуматься, а точно ли это тот самый Намджун, которого он знает. Ему не страшно встретиться с ним, ведь в голове он встретился с ним уже не один десяток раз, и, как бы ни отреагировал Намджун, Юнги готов к этой реакции. Сигарета тушится о пепельницу, и парень садится на заниженный подоконник, касаясь макушкой холодного стекла. Он бы отдал последнюю сигарету, чтобы хоть мельком увидеть Чимина. Перед собранием ему бы хотелось обрести уверенность, что он сделал верный выбор. Юнги смотрит на почти пустую пачку и ему тревожно, что снова нужно просить кого-нибудь купить сигарет. Он терпеть не может их покупать.

***

Тэхён лежит на коленях Чонгука, пока тот играет в игру на своём смартфоне. Смотреть на сведённые брови и раскрытый рот Чона — одно из любимых времяпровождений Тэ. Конечно, до того самого момента, когда Чонгук начинает вести себя слишком возбужденно и злиться на себя за каждый неверный шаг, который приводит его к проигрышу. — Потише, Чонгук-а, — бубнит Тэхён, поворачиваясь лицом к животу макне и вдыхая аромат кондиционера для белья. — Если я смогу выстрелить через ту щель, то считай, что победа за мной. — Давай, — бормочет старший с закрытыми глазами, желая немного подремать перед собранием. — Я верю в тебя, — губы касаются напряжённого пресса и после Тэхён зарывается лицом в живот Чонгуку. — Да ну нет! — Чонгук подрывается и Тэ от испуга открывает глаза, а после закатывает их и внимательно смотрит на Чонгука, дожидаясь, когда тот обратит на него внимание. — Чёрт, если бы он не убрал голову, я бы точно… — Ты спешишь, — Тэхён лениво заглядывает в экран телефона, локтём опираясь на диван. — Он выглядывает два раза, ты мог не тратить последний патрон в первый, — объясняет Тэ, периодически смотря на Чонгука. Сколько бы слов сейчас ни было сказано, Тэ понимает, что тот расстроен своим проигрышем и единственное, чего он жаждет, — переиграть эпизод. Глаза Чона рассеянно смотрят в экран и не реагируют на него. — В жизни ты такой же нетерпеливый, — с горечью произносит Тэ, ложась на колени и пытаясь использовать с пользой оставшееся время. Чонгук выключает телефон, смотрит на возлюбленного и, кусая губы от злости, не находит слов для ответа. Вот, значит, как относится Тэхён к его манере работать. Чон замечал, что произошли изменения, но ему казалось, что со стороны никто не видит. Все изменения в голове. На работе до недавней осечки он не спешил, выполнял поручения и получал похвалу за отличное выполнение. Но она, нежеланная сука, выбила его из колеи. Да, он жаждет сделать дело как можно скорее. Он тренируется до полной усталости, дабы избежать повтора. Ведь тогда он замедлил при смене магазина. Меньше времени на прицел. После — окровавленный Тэхён на руках, говорящий, что всё в порядке, хотя его дыхание сходило на нет. И помутневшие глаза он прокручивает в голове при каждом задании. Быстрее. Убей всех быстрее, чтобы ни одна блядь не встретилась с Тэхёном и он не был в опасности, чтобы никто из близких людей Чонгука не был в опасности. Он кладёт руку на русые волосы Тэ и перебирает их пальцами. Чон закрывает глаза и запрокидывает голову на спинку дивана, наслаждаясь моментом и пытаясь выбросить из головы помутневший взгляд Тэхёна.