Выше нас только звёзды!

Вопреки расхожему мнению, бытовавшему среди некоторых моих знакомых в прошлой жизни, в общении с психотерапевтом не было ничего постыдного или, тем более, предосудительного. А уж если этот самый психотерапевт не только профессионал, но ещё и красивая, незамужняя женщина, то данное времяпрепровождение становится одним из самых приятных за минувшие полтора месяца. Увы, оставьте непристойные мысли при себе. Ни один по-настоящему хороший врач никогда не позволит излишней близости с пациентом. К тому же, я не настолько доверял Имперской Службе Безопасности, чтобы совершать какие-либо поползновения в сторону одной из их сотрудниц. Последнее было скорее догадкой, чем подтверждённым фактом. Контрразведывательной деятельности меня никто и никогда толком не учил, но опыт общения с земными «молчи-молчи» и обострившаяся чуйка подсказывали, что с Кешани Фенн всё очень не просто. Ей было тридцать пять, однако выглядела она едва ли на двадцать. Несомненный человек, уроженка Бар’леса, что в Центральных Мирах и обладательница привлекательной фигуры производила весьма своеобразное впечатление. Короткие волосы медно-багрового оттенка, тёмная кожа, выразительные глаза и мило вздёрнутый носик… А ещё цепкий взгляд человека, привыкшего не только слушать, но и слышать даже то, что собеседник отнюдь не собирался говорить. Из наших разговоров я знал, что где-то на Корусанте у неё учится младшая сестра, а сама девушка готовится защищать докторскую по осложнённым формам диссоциативной амнезии. Не уверен, есть ли в этом хоть капля правды, однако последний факт объяснял, почему именно ей поручили наблюдать за моим состоянием. Короче говоря, она была прекрасна, но столь же и опасна, а потому на каждом из сеансов психотерапии мне приходилось выкидывать из головы лишние мысли, вспоминая сухие рекомендации по поведению на мягком допросе. Иногда даже помогало. В этот раз я как обычно ожидал ненавязчивой беседы на отвлечённые темы, когда тебя внимательно и методично «читают», расшифровывая даже тщательно скрываемые эмоциональные реакции, но реальность оказалась гораздо проще. — Думаю, что на этом мы закончили, Алек, — внезапно оборвала разговор Кешани. — Мэ-эм? Реагирую на это заявление спокойно, не показывая даже толики волнения. Просто нужно напоминать своему подсознанию, что мне нечего бояться, и тогда мозг поверит в этот самообман. Взгляд сам собой перескакивает на широкую панорамную голограмму у правой стены, где иллюзорные волны безостановочно набегали на едва различимый из-за ракурса берег. — Объективно говоря, за ту неделю, что мы проводим наши сеансы, я не увидела признаков выраженной диссоциативной фуги. Вы легко запоминаете новую информацию и быстро восстанавливаете утраченное. Диагностированная избирательная амнезия не прогрессирует, поэтому специализированное лечение излишне. К тому же, ваше заболевание имеет ярко-выраженный травматический генез… Она продолжала говорить хорошо поставленным голосом увлечённого своей работой человека, но внимательные взгляды, нет-нет да бросаемые в мою сторону, портили всё впечатление от актёрской игры Кешани. В такой ситуации я мог лишь благодарить те неизвестные силы, которые, закинув меня в Далёкую-Далёкую Галактику, выбрали для «вселения» тело именно лейтенанта Маара. Нервные окончания мимических мышц лица, повреждённые воздействием бластерного импульса повстанцев, до сих пор реагировали с небольшим запозданием. Это почти не причиняло неудобств в повседневной жизни, но позволяло гораздо лучше контролировать себя при общении с оперативницей ИСБ. — …и, таким образом, я не вижу каких-либо показаний к углубленному лечению. — Вроде бы вы говорили про дополнительное обследование, мэ-эм. Она чуть кивнула, словно довольная тем, что я не забывал внимательно слушать. Аккуратные кончики ногтей, покрытых сложнейшим узором, пробежали по сенсорному экрану деки — миниатюрного и крайне навороченного датапада, модель которого я не узнавал, — после чего над устройством вспыхнула голограмма текстового документа. — Конечно, в иных обстоятельствах я бы непременно отправила вас на повторное ЭНМГ с транскраниальной магнитной стимуляцией, но вы и сами отказались от этого предложения. — Мне вполне достаточно вашего заключения, — уверяю Кешани, делая вид, будто не заметил намёка: — Тратить время на излишнюю возню, когда Империя в опасности… — Узнаю Штурмовой корпус, — понимающе заулыбалась девушка. — В таком случае, сейчас оформим документы и можете быть свободны. — Отрадно слышать, — имитирую улыбку в ответ, размышляя над сказанным. Ситуация была двоякая. Как и любому получившему ранение военнослужащему Галактической Империи, по окончанию лечения — либо стабилизации самочувствия, в случае, если полное восстановление было невозможно — мне полагалось пройти всестороннюю медкомиссию. А уже там консилиум непредвзятых медицинских дроидов и армейских врачей решал наши судьбы. Вариантов было немного. Если вылеченный боец признавался полностью годным, он возвращался к действительной службе по специальности. А если врачи решали, что военнослужащий больше не может исполнять свои обязанности по состоянию здоровья, то ему полагалось либо переобучение и другая должность, либо комиссование с назначением пенсии и обширными льготами. Во всяком случае, так всё выглядело на бумаге и в законах о воинской службе. Практика, как водится, внесла свои коррективы в и без того не самый отлаженный механизм бюрократической машины вооружённых сил Империи… — Вот и всё, — закончила набирать текст Кешани. — Прошу за мной, сейчас подтвердим изменения. М-да, пожалуй, тем, кто разрабатывал повседневную форму для сотрудников женского пола, работающих в медицинских учреждениях Галактической Империи, стоило выдать благодарность перед строем за повышение мотивации бойцов… А потом вправить мозги тет-а-тет за подрыв самообладания военнослужащих! Строгий белый пиджак и явно зауженные в талии брюки скорее подчёркивали, чем скрывали достоинства мисс Фенн. Стараясь не коситься на Кешани слишком часто, я поспешил за девушкой, раздумывая о вечных проблемах любого разумного, резко попавшего из горячей точки в мирную обстановку. Мы прилетели к Аннаджу всего две недели назад, но сейчас это время воспринималось мной словно целая вечность. Гигантская пропасть, отделившая постоянно готового к бою лейтенанта Штурмового корпуса, спавшего с бластером под рукой, от почти гражданского Алека Маара, любующегося женскими прелестями. Состояние «бей, беги, стреляй, а то убьют» поменялось на расслабленное, почти апатичное смирение. Теперь от меня мало что зависело… Пока мы шли в административный отдел, я в очередной раз осматривался по сторонам. Светло-серые коридоры, утопающие в довольно ярком освещении световых панелей, сменялись шлюзами и постами охраны. Под потолком в характерных нишах прятались лёгкие контрабордажные турели, а боковые помещения вполне могли скрывать боевых дроидов, либо группы оперативников ИСБ. Спустя две недели всё это уже почти не вызывало удивления. Космическая станция NS-142, относящаяся к серии XQ4-D, изначально должна была стать чем-то средним между хорошо защищённым форпостом, продвинутым госпиталем, транспортным узлом и складом Имперского флота. Для этого её и разместили на орбите вечно скрытой туманами столицы сектора Моддел, заодно модернизировав уже имеющиеся орбитальные инсталляции. А потом случилась битва за Эндор, в которой Галактическая Империя потерпела сокрушительное поражение. В итоге, ИСБ срочно потребовалось место, способное одновременно выполнять функции высококлассного медицинского центра, фильтрационного лагеря для подозрительных лиц и мощного узла радиоэлектронной борьбы. Никто не хотел, чтобы слухи о крупнейшем поражении Империи слишком быстро расползлись по Галактике. Очередной пост, новая сверка идентификаторов. Номерной болван серии KX, резко дёргающий металлической башкой… Не люблю эти железки! Мало того, что полдня над душой висят, так ещё и из парализаторов лупят, стоит только чуть отклониться от маршрута. Я ж теперь, сарлакка им в зад, условно-нелояльное лицо со склонностью к своеволию! Данную характеристику на меня накатал местный оперативник ИСБ, который отвечал за фильтрацию «личности, выдающей себя за лейтенанта Штурмового корпуса Алека Маара». Опять же, формулировка принадлежала этому засранцу, в глазах которого я был жутко подозрительным типом. Мало того, что страдаю амнезией, так ещё и владею неизвестным протокольным дроидам языком, применяю «нетипичные» методы войны, и даже — упаси Сила — нарушаю Святой Устав! Ну вот, начал злиться и пальцы левой руки охватил мелкий тремор. Пока отвлекался, Кешани закончила с документами и уже собиралась поставить цифровую печать-идентификатор на моём личном деле, но тут сзади вежливо кашлянули… — Мисс Фенн, — кивнул моей сопровождающей боец в форме оперативника Имперской разведки. — Я как раз искал вас. — Норам, — вежливо улыбнулась Кешани. — Освобожусь буквально через пару минут. Проявите немного терпения? — Разумеется. Не возражаете, если я подожду? — Мне бы не хотелось задерживать Вас… — Не стоит волноваться. Вам ведь всё равно нужно к господину Данакару за документами? Посторожу, чтобы ваш подопечный не сбежал, — он усмехнулся беззлобно, почти весело, но мне не нравилось его выражение лица. — Потерпите общество Норама, Алек? — В тоне Кешани звучал жирный намёк. — Так точно! — Я простой тупой вояка, мне до ваших разведок дела нет. М-да… Ну и что это было? Фенн скрылась в шлюзе, болван-KX безразлично уткнулся в датапад, а человек, названный Норамом, прислонился к стене, беззастенчиво пялясь на меня. Он случаем не по мальчикам? А то хрен их знает, чем в этой Далёкой-Далёкой местные ФСБ-шники во внеслужебное время развлекаются… М-да, мандражирую так, что даже пробило на тупые шутки. — Почему не сообщили по форме? — Взял быка за рога Норам через полминуты тишины. — Не понимаю, о чём вы, сэр. И правда не понимаю, чего он от меня хочет и про какую «форму» говорит, хотя догадываюсь. Память, чёрт тебя дери, ты мне нужна вот прям щас! — О передаче оперативной информации, разумеется. Стою, молчу, думаю, что ему ответить. Да и надо ли мне что-то отвечать в такой ситуации? Время тикает, сейчас Кешани вернётся и этот долбоклюй от меня отцепится… Ладно, скажем правду. — Не мог знать, о какой информации речь, сэр. Амнезия! — Видимо, вы решили, что гибель Императора освобождает от службы? — И смотрит так внимательно, зараза. — Это обвинение беспочвенно, сэр! Мы исполнили свой долг, как военнослужащие Штурмового корпуса! — Прикидываетесь? Зря, — в голосе разведчика звучала скука. — Это лишь осложнит ваше положение, Маар… Ну-ну, знаем, плавали. Буду я ещё каким-то придуркам с неизвестными полномочиями что-то там рассказывать. Надо — иди и получи ту версию рапорта, которая тебе по допуску положена, а не выноси последние мозги секретоносителю второй категории. Это теперь я, если кто не понял. Нас — всех выбравшихся с Эндора — буквально через два дня под подписки о неразглашении подвели. Откуда я это знаю? Просто на тот момент меня ещё не запихнули в офицерский блок, маринуя в общем карцере вместе с остальными штурмовиками. Ну, а мы не наивные вьюноши, истово верящие Имперской Службе Безопасности, поэтому успели кое-что обсудить… Примерно в таком ключе и высказался, в более вежливых выражениях конечно. Но всё-таки ребята топорно работают. Даже странно. От дальнейших тупых расспросов меня спасло возвращение Кешани, которая шустро вклинилась перед явно недовольным Норамом. Несколько ничего не значащих реплик, и представитель Имперской Разведки по-английски свалил в закат, напоследок так зыркнув в мою сторону, что нестерпимо захотелось плюнуть ему в спину. Тоже мне, нашёлся «рыцарь плаща и кинжала»!

***

Аннадж, также известный как Каннидж Барр, встретил меня густым жёлто-сизым туманом. Плотная пелена размывала очертания стоящих на посадочных площадках челноков, скрывала здания космопорта. Даже доставивший нас на планету «Мю-1» — до крайности отталкивающий агрегат — мигом окутался клубами дыма и тумана. Свист мощных движков, работающих в холостом режиме, тоже не доставлял удовольствия. Отдельные клочья местного воздуха живо напомнили мне терраформационную взвесь, которой инсы загадили почти всю Землю. Стоило подумать об этом, как руки рефлекторно дёрнулись к поясу, ища маску противогаза. Увы, повседневный мундир Штурмового корпуса, предназначенный для планет с умеренным климатом, данным аксессуаром не обладал. — В болотах Эндора так же было, — торопливо поясняю, видя, что Кешани с интересом смотрит на мои метания. — Извините, — в голосе девушки и впрямь звучало что-то, похожее на смущение: — Кажется, вас должны будут разместить в районе экватора. Там всё... не так. Посмотрим, чего гадать? Тем более, что я к такому ещё на Земле привык. Но вот противогаз или респиратор раздобыть определённо стоит. Воздух одновременно пах сыростью и карболкой. Громкие звуки приглушал плотный туман, а редкие порывы ветра — идиотская погода — неравномерно били в лицо. Задерживаться на лётном поле резко расхотелось. Внутри гражданского терминала, возле которого нас высадил пилот «попутки», оказалось на удивление тихо и как-то пусто. Здание, как и весь космопорт, строили с чисто имперским размахом, заложив многократное резервирование внутренних площадей. С информационных стендов хмуро светил ало-чёрный герб Галактической Империи, динамики гоняли по кругу предупреждение о постоянной бдительности, а пара дроидов-уборщиков усердно драила и без того блестящий пол. — Мерзость запустения. Не помню, кто это сказал или написал, но фраза пришлась точно к месту. — Справедливо, — кивнула Фенн, окидывая неработающую зону досмотра критическим взглядом: — А ведь всего месяц назад тут было невозможно пройти, чтобы не столкнуться с очередным флотским. — И куда все подевались? — Адмирал Приттик долго не мог решить, как следует поступить в сложившейся ситуации. Харрску и его людям это быстро надоело, флотское начальство переругалось между собой, и большая часть Эскадры Смерти отбыла в Ядро. Приттик увёл оставшихся к Яг’Дулу. — Разве это не секретная информация? — Мне правда было интересно. Про этот временной период ДДГ я мало что читал, и ещё меньше мог вспомнить, но интуиция и здравый смысл подсказывали, что трепаться всем подряд о перемещениях флота — довольно глупая затея. Хотя кто их, ИСБ-шников, разберёт. Может я уже признан законспирированным агентом разведки ботанов, и мне сейчас сливают отборную дезу? — Эти идиоты сами сделали всё, чтобы растрепать о принятых решениях каждому, имеющему доступ к внутренней сети флота, — Кешани натурально фыркнула, тряхнув головой, от чего короткие волосы на миг скрыли её лицо: — Не вижу смысла исправлять глупые ошибки высокопоставленных кретинов. — А как же служба на благо Империи? — Беззлобно подколол я. — Наши слова — правило, наши решения — приказ, наши действия — закон? Меня смерили долгим выразительным взглядом, под которым отчего-то сразу чувствуешь себя идиотом, но всё же соизволили ответить. — Алек, не стройте из себя туповатого солдафона, — она неожиданно вытащила из нагрудного кармана что-то, в чём я с удивлением узнал типичный электронный испаритель. — Всем плевать. Кешани прервалась, чтобы затянуться, а затем выпустила в воздух струю бледно-синего дыма. Один из дроидов-уборщиков тут же подкатил к нам с другого края зала и запищал «грозными» предупреждениями о запрете курения. В исполнении полуметрового антропоморфного болвана с гипертрофированной головой-блюдцем это выглядело почти смешно… — Пшёл вон, — оборвала причитания железяки Кешани. — Развелось морализаторов… Так о чём я? Да, плевать, — ещё одна затяжка. — Начальству не до того, смежники вообще не реагируют, засранцы из Службы Разведки закрылись у себя в комплексе и мутят воду, а здешний военный губернатор лишь вносит сумятицу в этот бардак! А главное, никто не хочет брать на себя ответственность. Шагаю рядышком, слушаю разглагольствования Фенн, думаю. Какова вероятность того, что она реально вымоталась за месяц возни с «контингентом», а теперь высказывает наболевшее первому попавшемуся человеку? Полагаю, не намного отличная от нулевой. Но и на попытку запудрить мозги это не слишком похоже. Значит, должна быть причина, которой я пока не вижу. Думай, голова, шапку куплю! — Хотите совет от оперативницы ИСБ, Алек? — Внезапно сменила тему Кешани, когда мы вышли из здания терминала и зашагали по направлению к стоянке аэрокаров. — Излагайте, — чуть пожимаю плечами, тут же поняв, что прокололся на ровном месте. — Догадались, значит? — Она хмыкнула и криво улыбнулась. Маски исчезли. Здесь и сейчас на меня с грустью смотрела вымотавшаяся, уставшая женщина с очень нервной и, видимо, давно нелюбимой работой. Макияж будто выцвел, а туман Аннаджа почти не скрывал тени под глазами. Она снова поднесла ко рту сигарету, словно торопясь не успеть, выдохнула дымные струи через нос, опустив веки, и заговорила. — Честно, я вам завидую, Алек. Не конкретно Вам, не обольщайтесь… Солдаты нужны каждой власти и любому государству, а профессиональные солдаты — тем более. Если не для защиты интересов, то для удержания электората в узде. Тлен, да даже ублюдков из службы снабжения с радостью оторвут какие-нибудь корпорации средней руки! Кого-то возьмут в частники, кто-то уйдёт в пираты… А у нас такого выбора нет. Не отпустит никто эти секреты… — Не боитесь говорить это при мне? Я всё ещё офицер Штурмового Корпуса. Она понимающе хмыкнула, обратив внимание на выделенные мной слова. Вновь затянулась сигаретой, дав мне пару секунд на то, чтобы собраться с мыслями. — Вы не идиот, лейтенант, и сами всё прекрасно понимаете, — девушка махнула рукой рейсовому аэрокару. — Откроете файл заключения, внутри папка «Рекомендации». Вам нужен архив «Категория Форн», пароль — дата Эндорского разгрома. Захотите продолжить службу — просто удалите этот документ. Надеюсь, дальнейшее объяснять не нужно? — Нет, — спокойно пожимаю плечами. — Но вопрос задам. Для чего? — Вас спишут в утиль, — жёстко припечатала Кешани. — Всех вас, кто имел наглость уцелеть на Эндоре. После смерти Императора на верхах началась грызня, которой Галактика не видела уже лет двадцать. Угадаете ключевую ставку или подсказать? — Как вы верно заметили, мисс, я не идиот, — улыбаюсь в ответ краешком губ. — Спасибо за рекомендацию. — Не благодарите. Бурый из-за тумана рейсовый аэрокар, управляемый живым водителем, приблизился к нам и остановился с краю проезжей части. Динамики вдруг захрипели тактом Имперского марша. Знакомая музыка звучала медленно и печально, словно знаменуя собой конец той Галактической Империи, какой её запомнила эта вселенная. — Вы сильно помогли мне. Позволите дать совет от лейтенанта Штурмового корпуса, которому повезло выжить на Эндоре? — Только быстрее, — кивнула девушка, остановившись в шаге от транспорта. — Если у тебя и в самом деле есть сестра, отошли её куда-нибудь подальше от Корусанта. В ближайшее время там станет слишком жарко… Она серьёзно кивнула, приняв сказанное к сведению, но не став интересоваться ни достоверностью, ни источником этой информации. А ещё спустя миг дверь аэрокара бесшумно опустилась вниз, скрыв лицо девушки за многослойным тонированным плексигласом… Вот и всё, один вопрос решили. Подождав, пока транспорт оперативницы удалится на внушительное расстояние, я зашагал по направлению к парковке автоматических спидеров. Нужно было закупиться минимальным запасом бытовых мелочей, а затем добраться до выделенной мне в пользование казённой недвижимости. Прошлый комплект личных вещей сгорел в турболазерном огне на орбите одного лесистого спутника…