"Милый, не надо..."

       — Приветствую и извиняюсь. — негромко произнес Деймон, смешно поиграв изящно приподнятыми бровями. Брюнет с наигранной наивностью в голубых глазах посмотрел на Аларика, который неохотно поднялся с кровати, чтобы открыть дверь настойчиво и безостановочно трезвонящему и стучащему гостю.        — Заходи. — сонно пробубнил Зальцман и запустил друга в свой дом, только после вспомнив о недавнем инциденте, влекущим за собой весьма напряженные отношения между всеми друзьями. Усевшись на диван, Аларик потер едва открывшиеся глаза и с упреком уставился на стоявшего посреди гостиной Деймона.        — Рик, кто там? — послышался слабый и только проснувшийся женский голосок вместе с лениво спускающимися на первый этаж шагами. Деймон шокировано оглядел появившуюся в светлом шелковом халатике девушку и неоднозначно улыбнулся Аларику, проявляя в своих прищуренных глазах демонические огоньки коварства.        — Не перестаешь удивлять, братишка. — издевательски хмыкнув, сказал Сальваторе и сел на удобное кресло.        — Что ты тут делаешь? — удивленно вскрикнула Ребекка, ощущая как от внезапного испуга учащается стук ее сердца. Поймав на себе нахальный, изучающий ее еле скрытое за легким халатиком тело прищуренный взгляд хищно таращившегося на нее Деймона, Ребекка возмущенно посмотрела на Аларика, требуя его действий, а на ее щеках проявился розоватый румянец стыдливости и стеснительности.        — Ну, Рик, и как тебе Бекс-секс? — не прекращая смущать блондинку пристальными, леденящими кожу прищуренными глазами, с колкостью произнес Сальваторе, подметив то, как тяжело и растерянно вздохнул друг. — Братишки не против?        — Нет. — недовольно проворчала девушка и обиженно кинула в брюнета небольшую диванную подушку, от которой он с хриплой усмешкой ловко увернулся.        — Просто они еще не знают. — вмешался Аларик в скандальный диалог, сопровождающийся подушечной перестрелкой. Он смущенно почесал затылок, боясь снова встретиться с издевающимся взглядом Деймона. — Ты что-нибудь узнал, как планировал. Ну… План с Лекси.        — Вау. Я удивлен. Ты даже не обижаешься на меня? — язвительно проговорил брюнет и расслышал тихий смешок девушки, которая лихорадочно пыталась привести в порядок растрепанные волосы, приглаживая их ладонью.        — Скажи спасибо мне. — отозвалась Ребекка. — Бекс-секс делает людей добрее.        — Странно. У меня такое не работает… — задумчиво пробурчал Деймон, а потом встрепенулся, отвлекся от собственных мыслей и уставился на Аларика, который приобнял севшую рядом с ним девушку и с глуповатым влюбленным взглядом на своем счастливом лице зарылся носом в ее волосы, словно хотел на всю оставшуюся жизнь запомнить уникальный сладко-мятный аромат, сотворенный смесью разных шампуней и средств.        — Так что? — заметив то, как напряженно сидит Ребекка в присутствии поглощающего ее глазами Деймона, снова задал вопрос Аларик.        — Не поверишь, но этот Энзо — продуманный тип, который не так уж и глуп. Он, пожалуй, действительно может уделать меня. — больше расстроенно, чем завистливо произнес Сальваторе и устав от двух злобных, сидящих напротив лиц перевел свое внимание на завешанную дорогими картинами стену. — У него ничего не было с собой. Ни документов, ни бумажника, ни карточки. Ничего. Только он сам, шмотье на нем и тысяча долларов в кармане. Всё.        — Ну почему же всё… Тысяча долларов. Не очень-то мелкая сумма, а значит, что он играет по-крупному. — задумчиво размышлял Зальцман, но Деймон только тяжело вздохнул и встал на ноги, намереваясь оставить двух сонных человечков в их личной уютной теплоте, в которую он так нелепо влез своей мрачностью этим утром.        — Ладно. Придумаем что-нибудь. — Сальваторе расправил черную рубашку и накинул куртку, стоя в коридоре прихожей, и Рик решился проводить его до самой двери. Ребекка же поглядывала на парней из-за угла, привалившись к стене и сонно зевнув, а Деймон, словно что-то резко щелкнуло внутри него, остановился на пороге и повернулся к блондинке. — А что девушки любят больше — цветы или еду?        — Тебе это зачем? — непонимающе промямлила Майклсон и получше укуталась в коротенький халат, начиная бояться собственной паранойи, что брюнет смотрит исключительно на ее соблазнительно открытое тело.        — Решил удивить Елену? — тихо усмехнувшись, издевательски спросил Аларик и уставился на брюнета, который лишь со странным сиянием окрыленности в голубых глазах и загадочной улыбкой пожал плечами.        — Бери и то, и другое. — ответила Ребекка, что проследила за подмигнувшим напоследок уходящим Деймоном.        С тем же на странность позитивным настроем в весенний солнечный день, пропитанный теплом ярких лучей и ясного неба, Сальваторе с улыбкой на веселым лице ворвался к себе в дом, едва удерживая в руках огромный букет темно-алых роз и небольшой прозрачный пакетик с клубникой. Он, поспешно пройдя в кухню, пинком ноги захлопнул за собой дверь, и этим глухим шумом привлек внимание дремлющего до этого времени Мейсона.        — Всё в порядке, мистер Сальваторе? — встревоженно спросил Локвуд, и весь его помятый и только-только пробудившийся вид вызвал у брюнета усмешку.        — Вполне. — по-прежнему оживленным голосом ответил Деймон и, аккуратно выложив яркую и сочную клубнику в красивую чашку, вызволил из холодильника бутылку элитного шампанского. — Я думаю, что всё настолько в порядке, что ты можешь быть свободен. Пока что. — более серьезным тоном добавил брюнет, намекая застывшему в кухне Мейсону удалиться. Охранник лишь с минуту постоял на месте, осматривая небольшой кухонный столик с шампанским, клубникой и лежащим рядом крупным букетом цветов, вернулся обратно в гостиную, поддаваясь дремоте.        Закончив с подозрительно романтичной сервировкой завтрака для Елены, Деймон сам подивился своему оптимистичному настрою в эту светлое и на удивление радующее парня утро. Пускай его голову не покидали прежние сумасшедшие мысли, сводящие разум к депрессивности своей глупостью или внезапным ужасом, Деймон всё равно не поддавался размышлениям и собрался подняться в комнату шатенки, но чуть вздрогнул, услышав неожиданные легкие шаги, спускающиеся в кухню.        — Деймон, ты… — Елена хотела снова высказать брюнету свои уже заученные упрекающие слова, не готовая увидиться с этим самолюбивым парнем в солнечное и едва начавшееся утро, однако все слова резко перестали издаваться звуками ее недовольного голоса, когда вместе с тем девушка округлила свои карие глаза, уставившись на заставленный столик и стоявшего рядом парня. Деймон, как и следовало ожидать, в накрахмаленной черной рубашке с идеально выглаженным воротником стоял возле столика, опираясь на него, и показал хоть и искреннюю, но нервозную улыбку. Его пронзительно яркие голубые глаза смотрели исключительно на замедлившую свои шаги девушку, и в них читалось настолько сильное восхищение и робость, что Елена под влиянием этих выплеснувшихся с лазурью зрачков чувств была вынуждена смущенно отвернуться, переведя дыхание.        — Я удивлена. — монотонно произнесла девушка, скрывая малейшую эмоцию своего быстро застучавшего от радостного волнения сердца. Она с подозрением и даже опаской оглядела Деймона, который с обеспокоенным взглядом принял ее шок.        — Просто я решил, что было бы неплохо устроить оригинальный завтрак. — уверенно аргументировал Сальваторе, а шатенка медленно подошла к столику, осматривая весьма аппетитную ягоду.        — Вау. — так же безэмоционально отозвалась Гилберт, мучаясь в сомнениях, было ли то сон или происходило наяву. Ее шоколадного оттенка глаза подметили благородного бордового цвета розы, и теперь в ее сознании зародилось точная догадка о нереальности происходящего.        — Я знаю, всё это выглядит странно, но… Всегда есть шанс. — снова улыбнувшись, будто прикрывая этой очаровательной улыбкой свою встревоженную нервозность на лице, сказал Деймон и взял одну маленькую клубничку, которую оценивающим и непонимающим взглядом проводила Елена, и осторожно поднес ягоду к ее плотно сжатым губам. Он снова ухмыльнулся, прожигая своим настойчивым и сияющим голубизной прищуром, но она демонстративно не заметила его жеста и, самостоятельно схватив из чашки другую ягодку, откусила плод, отвернувшись от предложенного брюнетом.        — Спасибо. А теперь уж позволь мне вернуться в комнату. — проявляя ту же скрытую и обиженную агрессию, с какой-то тихой озлобленностью проговорила Гилберт. — И кстати, ты свободен. Можешь снова ехать по своим «делам».        — Елена, один день. Давай проведем хотя бы один день в нормальной обстановке. Ты не спрячешься опять в своей комнате и не будешь тихо плакать, злясь на меня. Не сегодня. — настойчиво произнес Деймон, остановив шатенку и схватив ее за руку. Она посмотрела на него с блистающим в темных глазах недоверием и резко отдернула руку. — Один день. Всего лишь один гребанный день, Елена.        — Ты думаешь, что загладил вину клубничкой? Ты серьезно? — Елена оглядела парня с какой-то насмешкой и подметила то, как нервозно он поправил воротник своей рубашки. Он не знал, что должно было донестись до шатенки его бархатистым голосом, и слова словно внезапно растворились в затянувшейся между двумя людьми тишине.        — Подожди-ка… — быстро проговорил Деймон, отвлекаясь от молящей тирады, отвечая на звонок телефона. Брюнет был вынужден отойти чуть дальше от Елены, которая театрально закатила глаза и выжидающе уставилась на Сальваторе, готовая к очередным отговоркам по поводу занятости. Она подметила его встревоженный и чем-то озадаченный взгляд голубых глаз, и выдавила едва слышную усмешку.        — Нет. Нет, я не приеду. — сквозь зубы прорычал Деймон, стоя около окна и нервно поглаживая темно-серую занавеску. Его льдистый взгляд смотрел куда-то вдаль, будто разглядывая что-то необычайное и не видя вовсе ничего одновременно. Гилберт услышала его резкое и четко «нет», и оно мелкими мурашками пронеслось по ее коже, посылая в ее сознание всю серьезность и грубость отрицательного тона парня. — Всё. Мне плевать. Я не приеду.        Договорив свой ясный и недобродушный отказ, Деймон, не дожидаясь ответа в динамике, быстро нажал на сброс и уставился по-прежнему холодными и пугающими серо-голубыми глазами на девушку, что, разглядев в них плескавшуюся лазурь серьезности, властности и даже зарождающейся игривой страстности, вжалась в стену и пугливыми, беглыми карими глазками оглядела высокую темную фигуру перед собой, чье бледное лицо выражало жуткую холоднокровность вперемешку с требовательным недовольством.        — Так мы проведем этот день вместе? — мягко спросил он, словно помимо его хрипловатого и согревающего сознание и тело голоса не существовало того немигающего льдистого взгляда и непоколебимо серьезного лица.        — Я уже думала, что тебя снова кто-то затащит в «важные дела». — съязвила Елена со всей своей дерзостью в интонации.        — Ты разве не расслышала тот мерзкий и типо любезный мужской голос? — невинно раскрыв голубые глазки, что мило обромляли черные длинные ресницы, с фальшивым удивлением вопросительно произнес Деймон, а девушка в ответ тихо хмыкнула.        — Ну конечно… — наигранно согласилась она. — Ты же постоянно пропадаешь исключительно на работе.        — Я не работаю. — совершенно без колкости или обиды возразил Деймон, поймав очередной упрекающий взгляд шатенки.        — Да. Потому что ты жульничаешь. — снова задевая брюнета своими словами, с ярым недовольством в голосе проговорила Елена и быстро осеклась, не способная издать хоть еще один звук. Деймон, чье лицо вернуло себе прежнюю холодность и пугающую бледную жестокость, медленным шагом приблизился к девушке, заставляя ее боязливо прислоняться к стене и наблюдать за хищным и не выдающим какое-либо чувство прищуром, в котором была лишь животная властность и надменность. Гилберт осознала ненужность уже произнесенных слов лишь после того, как Сальваторе прижал ее к стене без каких-либо прикосновений, обдавая горячим обжигающим дыханием ее покрытую холодком страха кожу. Она чувствовала то, как сильно ее вжимает в стену его крепкое мужское тело, что было таким же стальным, как его молчаливое терпение к ее словам. Девушка была в полной растерянности, не зная того, что бы ей следовало ожидать в этот миг от совершенно непредсказуемого брюнета, прожигающего ее своими голубыми и наводящими тревогу внутри Елены глазами.        — Деймон… — тихо, словно произносила едва способную ее спасти молитву, прошептала шатенка, но Сальваторе словно наслаждался тем, как поспешно девушку покидает ее недавно бушевавшаяся отвага и бесстрашие, которое дерзко проявлялось в ее обиженном поведении. Гилберт подобно загнанной в угол беззащитной мышке с неподдельным испугом и кающимися карими глазами смотрела в лицо Деймона, который уже спустя минуту сдался и отступил сразу на несколько шагов назад, оглушая кухню неспособным остановиться искренним смехом. Брюнет с нежностью и умилением таращился на Елену, как на глупенького и наивного ребенка, и, наконец-то успокоив свой смех, соблазнительно улыбнулся той, что сменила свой страх на непонимание происходящего.        — Елена, неужели ты действительно меня боишься? — всё еще сквозь улыбку произнес Деймон, и его изящные брови изогнулись в удивлении. Елена же только тихо кашлянула и подняла выше голову, будто не она еще миг назад с мольбой смотрела на парня и вжималась в стену. На лице девушки снова засияла обида и стойкость.        — Не смешно. — четко сказала она.        — Так что? Мы проведем этот день вместе? — Деймон с надеждой посмотрел на девушку, которая, чуть задумавшись, в ответ прожгла его оценивающим и слишком озадаченным взглядом. Брюнет снова улыбнулся, и вместе с этим в комнате закончился период царствования тишины.        — Ладно. Но при одном условии. — совершенно серьезно и без иронии ответила Елена, подмечая внутренне ликование Сальваторе. — Ты не будешь мне снова угрожать.        — Я не угрожал тебе. Лишь чуть-чуть подшутил. И это уже твои проблемы, что ты не знаешь о моих принципах. В любой момент, в любой ситуации, в любое время я никогда не посмею обидеть тебя. Кого угодно, где угодно, когда угодно, но не тебя, Елена. Я просто не смогу переступить себя, чтобы навредить тебе. — совсем просто, будто произнося очевидное, пояснил парень. Однако внутри он ощутил новый прилив оживленной окрыленности, какая завладела им с самого утра и теперь вновь возвращалась в прекрасную голубизну его искренних глаз.        — Значит, в прошлый раз что-то пошло не так. Потому что теперь я знаю, что ты можешь в одну секунду превратиться в неадекватное чудовище, которое контролировать не можешь даже ты сам.        — Возможно. Но не забывай, из-за кого я становлюсь такой. Кто именно имеет настолько сильную власть надо мной, что я полностью теряю контроль. — Деймон, не желающий продолжать ведущий их с Еленой прямиком в тупик разговор, решил просто удалиться из кухни, медленно делая шаги, но заметив, что девушка по-прежнему стоит возле стены и провожает его прикованным к идеальному силуэту взглядом, резко остановился, повернувшись к Гилберт в пол оборота. — И кстати, вот ещё что. Я люблю тебя. — теперь Деймон лишь напоследок глянул на усмехнувшуюся девушку и ушел прочь, ожидая начавшую собираться шатенку в гостиной, где заинтересованно таращился в телевизор Мейсон. Время летело быстро, а девушка одевалась долго. И весь этот неравномерный баланс разрушался, когда по лестнице вниз спустилась очаровательная Елена, чьи каштановые волосы были собраны в хвостик. Она сразу приковала к себе внимание уже успевшего устать от ожидания Деймона и шутливо покружилась, заставляя заиграть подол бежевого в мелкий цветочек платья, поверх которого была надета светлая и нежная как весь стиль девушки короткая косуха из мягкой кожи.        — Ты знаешь что-нибудь про «O'hara Bank»? — вдруг внезапно спросил Сальваторе Елену после долгих полчаса, которые они в тишине провели в машине, направляясь в центр города. Он крепче сжал руль, но Гилберт не заметила появившееся в нем легкое волнение и только наблюдала за цветной полосой пролетающих за стеклом весенних видов.        — Слышала об этом ровно столько же, сколько и об остальных банках. У моего папы открыт там счет. Как и в остальных банках. — усмехнувшись на свои же слова, ответила Елена и теперь повернулась к внимательно наблюдавшему за дорогой парню, сконцентрировав свой взгляд на его чуть напряженном теле и только после ее слов появившейся ухмылке. — А что?        — Да так. Не принимай всерьез. — сказал он, с неодобрением смотря на метавшуюся перед ними на дороге статусную синюю машину. — Куда хочешь поехать? Ресторан, парк, набережная, бар, кино, театр, цирк, зоопарк, кладбище?        — Даже не знаю… — с фальшивой неопределенностью ответила Елена и с истинным испугом в раскрытых глазах резко поддалась вперед, останавливаемая больным рывком ремня безопасности, когда Деймон внезапно и неаккуратно затормозил, со скрипом колес проскользив шинами по асфальту.        — Какого хера… — тихо выругался Сальваторе, разглядев впереди перекрывший им дорогу тот самый синий и ненормально соблюдавший траекторию автомобиль, из которого поспешно вышел очень высокого роста полноватый парень с лицом, полным злобы и наглости.        — Деймон, что происходит?! — действительно испугавшись и услышав собственный стук сердца, который прерывистыми толчками отдавался в груди и разлетался тревожной болью не покидающей дрожи по всему телу. Деймон, ничего не сказав девушке, лишь с пониманием и попыткой успокоиться переглянулся с ней. И тем временем шатенка вздрогнула от неожиданности, когда в окне со стороны брюнета появилось круглое лицо, кричащее что-то и требующее парня выйти.        — Не волнуйся. Всё нормально. — почти равнодушным голосом произнес брюнет; и магическое свойство этих коротких слов смогло хоть на миг остановить внутри девушки пульсирующую тревогу, заменив ее на обыкновенное непонимание и любопытство. Однако крупное лицо не отходило от стекла, всем своим яростным взглядом по-поросячьи мелких глазок таращась на Деймона. — Позвони Кэролайн. Попроси, чтобы она приехала вместе с Элайджей и отвезла тебя домой. Эл должен обязательно быть с вами по дороге.        — Что происходит, Деймон? Почему он… Я… — вновь возращая волнение, панически пробормотала девушка, но парень, даже не дослушив ее испуганный голосок, поспешно вышел из машины и встал напротив толстого парня, обдавая его своей волной непоколибимости, серьезности и лицемерия, что блестело в его хищном голубом прищуре, который на какое-то мгновение удивило незнакомца своей невозмутимостью.        — Иди в тачку. — противным, будто по-старчески дрожащим голосом приказал высокий и полный парень, кивком указав на синий автомобиль и ожидая от Деймона возмущение и сопротивляющиеся рывки, но Сальваторе лишь быстро глянул на сидящую в Феррари Елену, что лихорадочно набирала на телефоне номер Форбс, и послушно последовал за незнакомцем. Оба парней сели в синюю машину, громко хлопнув дверьми, и в полном молчании на быстрой скорости направились куда-то прочь. Туда, куда дорогу из них двоих знал лишь толстяк.        — А я угадал, что это Сент-Джонс. — хмыкнув, впервые заговорил Деймон, а незнакомец за рулем получил новую порцию раздражения, вызванного оживленным и ничуть не испуганным тоном брюнета. Они двое резко подъехали к поржавевшему забору, узнать который Деймон смог сразу после того, как подметил вдали груды металлического мусора, приковавшего его внимание еще в тот раз, когда был вынужден прибыть в то гиблое место в сопровождении Кэтрин и Рика.        — Выходи. — пробурчал толстяк, остановив машину и некрасивым движением головы указав на калитку в заборе. Деймон очередной раз с пренебрежением посмотрел на незнакомца и направился в сторону маленького кирпичного строения за заборам, не нуждаясь в помощи касательно ориентирования в данной местности, пропитанной опустошенностью и тишиной.        — Я не сомневался, что ты приедешь, Деймон. — после короткого смешка, сказал Энзо, приближаясь к брюнету, который с недовольной ухмылкой стоял неподалеку от мелкого здания.        — Это что-то вроде штаб-квартиры? — не обращая внимание на ликование в темных зрачках Лоренцо, без интереса спросил Деймон, оглядываясь по сторонам.        — Если бы ты прибыл сразу после моего звонка, то я устроил бы тебе эксурсию. — тихо ответил Энзо и снова усмехнулся, когда тот же незнакомый Деймону толстяк, выполняющий роль водителя, крепко держа упирающуюся и нежелающую идти вперед девушку со связанными руками, притащил заложницу прямиком к Сент-Джонсу. Сначала Сальваторе проигнорировал приход какой-то ворчливой связанной девушки, но, разглядев ее темные кудрявые волосы и коварную, адресованную именно ему ухмылочку, узнал в этом прекрасном и недовольном лице Кэтрин. Деймон по-настоящему удивившись, приподнял брови и уставился на Энзо больше с усмешкой, чем с возмущением.        — Привет, танк. — злостно прошипела Пирс и снова попыталась вырваться из стальной хватки толстяка, но тот лишь крепче сжал ее плечо, вынуждая тихо проскулить от боли.        — Танк? Это тайный шифр? — непонимающе наблюдая за обоюдно ненавистными взглядами Деймона и шатенки, спросил Энзо.        — Только попробуй это сказать, сучка. — угрожающе прорычал Сальваторе, вызывая у стоявшего напротив брюнета любопытный взгляд и улыбку.        — Тут всё просто и реалистично. Анекдот, подходящий Дейчику, как ничто иное. — игриво ответила Кэтрин и надела на свое красивое чуть смуглое лицо маску издевки и коварности. — Ту 134, а свою ни разу.        — Кажется, я понял… — едва подавляя довольную улыбку, сказал Энзо, наслаждаясь весьма глупым скандалом между брюнетом и девушкой.        — Знаешь, я до сих пор не понимаю, почему ты не засунул ей кляп в ее незакрываемую пасть. — яростно, но без повышения тихого тона, произнес Деймон, не сводя прищуренного взгляда с нагло улыбающейся Кэтрин.        — Боюсь, что она подумала бы, что я намекаю на БДСМ, и была бы довольна. А заложники не могут быть довольны. — колко ответил Энзо и своей фразой переместил злость шатенки на себя.        — Мудаки! — возмущенно крикнула Пирс, но толстяк лишь снова усилил крепкую хватку, заставляя ее замолчать.        — Так и зачем я должен был приехать? — Деймон, не выдержав слишком затянувшийся и ненужный разговор, снова осмотрелся по сторонам и всем своим недовольным видом потребовал у Энзо незамедлительного ответа.        — А тебе, как я вижу, не терпеться… — дразняще произнес брюнет, разжигая в Деймоне затлевшую искру злости и раздражения.        — Уверена, это из-за недотраха. — вставила свое слово Пирс, и Сальваторе окончательно попрощался с терпением, сделав шаг в сторону хамоватой и бесстрашной шатенки, но Энзо перекрыл путь брюнету собой и снова усмехнулся.        — Значит, я немного ошибся с заложником… — протяжно и как-то задумчиво сказал Сент-Джонс. — Ну да ладно. Я насчет нашего дела. Вот.        — Ты квест решил устроить? Какого хрена надо было переться сюда? Ты мог вообще это прислать по почте. — раскрыв уже вторую принятую от Энзо синюю папку, недовольно проговорил Деймон и уставился на одинокий листочек, содержащей чуть больше информации, чем в прошлый раз. Брюнет бегло пробежался глазами по строчкам и кроме названия «O'hara Bank» разглядел какое-то описание и преимущества банка. — Зачем мне было тащиться сюда ради этого? Черт. Ты либо берешь заложников, либо прижимаешь дуло пистолета к моим друзьям ради всей этой мелкой херни? Серьезно?        — Это проверка твоей готовности работать вместе со мной. Это во-первых. Во-вторых, тебе необходимо досконально изучить каждую мелкую деталь, прежде чем кидаться за выполнение дела. Ясно? — размеренно объясняя, Энзо в упор смотрел на задумавшегося брюнета и кивком указал толстяку отпустить Кэтрин, при этом одним ловким движением ножа срезав веревку на ее руках.        — То есть, это всё? — разочарованно оглядев листок, спросил Деймон и получил очередную нелепую улыбку Сент-Джонса. Не вытерпев даже и секунды в присутствии этого сумасшедшего и до невыносимости загадочного типа, Деймон быстрым шагом направился прочь от того места, следуя за незнакомым полным парнем, которому было поручено отвезти брюнета обратно. Уже сев в синюю машину, Сальваторе услышал хлопок двери, что совершила быстро плюхнувшаяся на сидение шатенка и недовольно прожгла его своим злым взглядом карих, сузившихся как у кошки глаз.        — Что пялишься на меня? У тебя сейчас глаза с воздухом ебаться будут. — прошипела она, связав узлом руки на груди и положив ногу на ногу, всем своим возмущенным видом проявляя недовольство и нежелание разговаривать с Деймоном. Они втроем так же быстро помчались на машине по домам, в молчании и раздражении, не вынося друг друга.        — Как ты думаешь, кто это был? — не сумевшая спрятать свое любопытство, допрашивала Елену Кэролайн, изредка переглядываясь с Элайджей, который стоял возле окна в гостиной и посматривал на часы на руке. Елена осторожно сделала глоток горячего чая, тяжело и встревоженно дыша, от чего ее тело едва заметно содрогалось.        — Я не знаю… Он просто выбежал из машины, заставил Деймона выйти и… — ее взволнованный голос сорвался и она снова отпила чай, пытаясь хоть как-то согреть осипшее от еще недавних слез и нервных всхлипываний горло.        — Он тебе действительно ничего не сказал? Деймон совсем ничего не объяснил? — строго спросил Майклсон и посмотрел на Елену, снова начавшую тихо и невольно плакать, поспешно вытирая ладонью прозрачные слезинки с щек.        — Нет… Но я испугалась… — едва сумев хоть-что произнести, тихо ответила шатенка, подобно маленькому напуганному ребенку съежившись на диване и вытирая слезы.        — Всё будет хорошо, Елена. У них и не такое бывает… — с нежностью посмотрев на коротко улыбнувшегося Элайджу, Кэролайн хотела поддерживающе приобнять шатенку, но Елена резко подскочила с дивана и бегом ринулась к входной двери, которая со скрипом замка раскрылась и впустила Деймона в дом. Елена в один миг кинулась к брюнету, заключая его в крепкое объятие и получая необыкновенно успокаивающее тепло в ответ обнимающего ее тело. Он шокировано раскрыл голубые глаза, удивленно приподняв брови, но наравне с тем не мог скрыть и радости от ощущения хрупкого тела прижимающейся к нему взволнованной девушки. Деймон сильнее прижал Гилберт к себе, а она уткнулась носом в его плечо, сильно вцепившись в спину, будто пыталась так навсегда остаться рядом с ним вдали от всех проблем и смертей. Елена нуждалась именно в этом чувственном касании, в его сильном тепле, когда сама она поддавалась издевкам тревоги и мыслей. Однако Деймон вскоре отпрянул от нее, улыбнувшись своей старой, прежней улыбкой, в которой читалась игривая радость.        — Я в порядке, малышка. — тихо произнес брюнет, и Елена медленно отступила от него.        — Мы что-то пропустили? — искренней улыбкой награждая подругу и Деймона, спросила Кэролайн и засмеялась, когда подошедший к ней Элайджа тоже заключил ее в объятия. И теперь Елена немного смущенно отошла от Сальваторе.        — Не вы одни. Эл, можно тебя на минутку? — усмехнувшись, отвлек мужчину от блондинки Деймон, и они отошли в сторону коридора, оставляя громко смеющихся девушек в гостиной.        — Случилось всё-таки что-то серьезное? — тихо, словно боясь, что его кто-то услышит, спросил Майклсон, но Деймон лишь отрицательно качнул головой.        — Нет. Просто я получил второй кусочек потерянной тайной карты. — колко пояснил брюнет и оглянулся по сторонам, проявляя ту же паранойю, что и Элайджа мгновением ранее. — Попроси Кая получше поискать что-нибудь на Лоренцо Сент-Джонса. И пусть пробьет еще кое-кого. Майк Сэлтон. — Деймон протянул заинтересованному Элайдже темно-коричневый кожаный бумажник, который ему удалось стянуть из автомобиля толстяка не без помощи Кэтрин Пирс.