Без имен

Когда эта шишка вообще успела стать такой большой? Наверное, это похоже на то, как растут дети: стремительно, но незаметно. Дети ведь для многих – целая часть жизни, а тут буквально часть МЕНЯ, моего тела, бесконтрольно увеличивается и очень тихо угрожает. Как бы говорит тебе: да, пока что я тебя не беспокою, я просто существую, но худшее – впереди. Это как завести ребенка и думать, что период с подгузниками будет самым тяжелым. А дальше ребенок переживает переходный возраст, цепляет венеричку, садится на наркотики и требует денег на автомобиль. И это случается так стремительно, что уже и никак нельзя сориентироваться: а где начало всего этого дерьма? Я ошиблась, когда породила это чудовище или просто упустила что-то в процессе воспитания? Было ли мое чадо «доброкачественным» когда-либо? Был ли у меня шанс обойтись профилактической беседой (читать как «легкой операцией»)? Словосочетание «легкая операция» - это про рак, а не про аборты. Это метафора в моем случае. Когда ребенок появился на свет - операцией уже не поможешь. Когда рак дал метастазы - резать пациента уже поздно. По мне так чудесное сравнение: опухоль и плод. Полу-чужеродная часть тебя, от которой можно избавиться хирургическим путем на ранних стадиях и к которой можно относиться совершенно по-разному: даже на некоторых тренингах и группах поддержки онкобольных откровенно советуют «подружиться» с опухолью, разговаривать с ней, попросить не вредить организму, так сказать, заключить мирный договор о взаимном ненападении. Смешно слушать о таких методах от людей, которые продолжают принимать химиопрепараты. Подлецы, нарушающие условия пакта о ненападении. Но не могу их в этом винить. Многие будущие матери тоже наглаживают свой живот по вечерам, но не могут даже бросить курить ради своего ребенка. Только в случае с онкобольными нарушение мирного договора - это вопрос спасения жизни. А курящие матери - просто эгоистки. Любые матери эгоистки по своей сути. А эти - эгоистки вдвойне. Но есть рад различий между ребенком и опухолью: беременность бывает желанной, а рак – нет. От беременности можно предохраниться, а от рака – нельзя. Мы точно знаем, откуда берутся дети, а с онкологией все не так просто. Ты можешь перевязать трубы и у тебя никогда не будет детей. Но, если ты не будешь курить, не факт, что рак легких минует тебя. В этом вся мерзость этого явления: мы знаем только факторы риска и от этого, честно говоря, не легче ни на каплю. Вроде бы все просто: живи в чистых городах, пей воду, ешь полезное и поменьше вредных привычек. Что же, если меня сгубили вредные привычки, то это явно была любовь грызть ногти. Я никогда не имела привычку курить, а лимфома уже сдавила мои органы, испортила мои здоровые легочные ткани, пропитала их жидкостью. Превратила их в сияющие на ПЭТ-КТ инфильтраты. Я не пью пиво по пятницам и не люблю вкус алкоголя в принципе, а злокачественные клетки попортили мою печень так, что теперь мое подреберье болит от лекарств и жирного мяса. Уверенно о генетике тоже говорить нельзя. В моей семье все родственники умирали в позднем возрасте и никто никогда не болел раком. Только за мать ручаться не могу: она ведь у меня рано ушла из жизни. Поэтому сиди и гадай, были ли те предсмертные проблемы с желудком у матери началом рака? Не знаю. И знать не хочу. Но волей-неволей задумываюсь временами. И вы бы задумывались.