Без имен

Заставить себя пойти к онкологу, признаюсь, было сложно. Хотя обычно врачей я не боюсь. И доверяю им, вы же знаете. Но на этот раз я понимала, что именно здесь мое долгое путешествие будет окончено. И, честно говоря, я действительно очень хотела получить свой диагноз и больше не метаться между медицинскими кабинетами в незнании. Но я не горела желанием получить диагноз именно здесь. Потому что здесь не бывает "несерьезных" диагнозов. "Неопасных" диагнозов. "Несмертельных" диагнозов. Я ставлю кавычки, потому что, на самом деле, ни к одной болезни нельзя относиться несерьезно. Любое заболевание опасно и многие из них смертельны, если не начать вовремя правильное, грамотное лечение. Но мы же все понимаем, что такое онкология. Мы все понимаем, что можно умереть от гриппа, но рака мы все равно боимся больше, и, признаюсь, не зря. Мне нужно объяснять, почему онкология - это страшно, или вы и без меня это знаете? Не заставляйте человека, больного раком, объяснять вам, что рак смертелен. Не надо. На самом деле, статистика говорит, что чаще всего люди умирают от инсульта. И от ишемической болезни сердца в острой форме. То есть, от инфаркта. В последние почти двадцать лет именно эти две причины лидируют в списке главных "убийц" мирового населения. Так говорит статистика. Я верю статистике. И все, конечно же, боятся инфаркта. И все, конечно же, боятся инсульта. Но почти все понимают, что избежать их получится вряд ли. Когда человеческий организм, изношенный годами, дает такой сильный сбой, это, конечно, грустно, но не удивительно. Это просто та смерть, которую называют "смертью от старости". Несмотря на то, что "старость" - это не смертельный диагноз. Старые люди умирают не потому, что они старые. Старые люди умирают, потому что они больные. А еще и инфаркт, и инсульт довольно часто настигает молодых. Честно-честно, я не вру. Молодость не панацея. Старость не приговор. Дальше, чуть ниже по списку, идут разного рода болезни дыхательных путей. Инфекции, поражающие трахею, бронхи, легкие. Рак легких, который так тяжело обнаружить и вылечить. Который будет притворяться бронхитом, пока не начнется кровохарканье и тотальная интоксикация. А следующий пункт - различные онкологические заболевания. То есть, если вы позволите мне выражаться так грубо и ненаучно, все мы рождены, чтобы умереть от инфаркта. Или инсульта. Всем нам суждено схватиться за грудь, потерять сознание и не доехать до больницы живыми. Но, если сильно не повезет, у тебя будут все шансы стремительно сгореть от развивающейся онкологии. В лучшем случае, ты просто будешь страдать чуть сильнее, чем страдал бы от сердечного приступа. А в худшем случае, болезнь настигнет тебя молодого и бодрого, выжмет из тебя все соки, а потом отберет тот огромный оставшийся кусок жизни, на который ты строил большие планы. Хотя, наверное, неправильно будет так выражаться. Умирать и осознавать, что ты умираешь, очень грустно и в двадцать лет, и в шестьдесят. Не люблю, когда одну жизнь ценят выше другой. Не подумайте, что я из таких невежд. В общем, когда ты боишься умереть от упавшего на тебя кирпича - это паранойя. А когда ты боишься умереть от рака - это, в принципе, нормальный и обоснованный страх. Хотя, никто не станет сомневаться, что от падающих на голову кирпичей люди умирают тоже. Люди от более экзотических причин умирают. Надеюсь, вы понимаете, к чему я. Дело в риске, дело в распространенности. Дело в статистике. Я тогда впервые прошла во двор онкодиспансера. Я не хотела сюда попасть сильнее всего на свете. Но я пришла. Пришла, как в монастырь приходят бездомные, которым больше некуда идти. Ворота были так широко, гостеприимно распахнуты. В двух метрах от них, снаружи двора, активно предлагали услуги таксисты и арендодатели всякой недвижимости. Продавец в мобильном ларьке предлагал приезжим пациентам и их родственникам пообедать хот-догом или пирожком, выпить теплый, наверняка невкусный, кофе или чай. Кто-то продавал платки и повязки на голову, пару поношенных, но недорогих, париков. Потому что весь бизнес строится на людских слабостях и на человеческом горе. Все самые богатые личности наживаются на двух вещах: на том, что мы любим и на том, чего мы боимся. Я не осуждаю их. Некоторым пациентам действительно необходимо жилье на пару дней. Многим больным гораздо выгоднее снять квартиру на три дня, чем три раза уехать домой и трижды вернуться. Им физически легче оставаться здесь на время химиотерапии. Многие из них предпочитают покрывать безволосую голову в большом городе. Многие из них хотят перекусить, не отходя от больницы. Не теряя часы в попытке найти кафе или столовую в незнакомом городе. Вы же помните, что сюда приезжают люди со всего края? Вы же не забыли? Я получаю талон. Я попадаю к врачу. Врач смотрит на мою шею. И не выражает никаких эмоций по этому поводу. Не округляет глаза и не задает вопросов. Врач перебирает бумаги, которые мне выдали в других медицинских центрах. Врач реагирует спокойнее, чем другие врачи.