Источник

Вэй Ин не стал разлеживаться в постели. Накануне ему целый вечер пришлось томиться в ожидании, а поговорить с дядей так и не удалось. Не поднимать же такие вопросы за ужином в присутствии мадам Юй? Та сразу скажет свое решительное: «Нет», запретит даже думать о запретной библиотеке и отошлет медитировать. К его величайшему сожалению, у главы были срочные дела, и, кроме того, ему необходимо было подготовитья к встрече с Вэнь Цин. Какие вопросы они будут обсуждать?.. В итоге Вэй Ин решил попытать счастья с утра. Вдруг Цзян Чэн окажется прав, и корабли из Ци Шань прибудут сегодня? Тогда уж Фэн Мяню будет не до воспитанника… Он отогнал воспоминания о том дне, когда Вэнь Жо Хань направил целый флот, чтобы сломить Пристань Лотоса. Сейчас приближение парусов не сулило им беды, даже наоборот, ведь корабли везли не армию, а товары и дары. Вэй Ин предвкушал встречу, пусть им с Вэнь Нином и предстояло заново подружиться. На самом деле ему не слишком нравилось размышлять о превратностях судьбы. Стоило только задуматься о том, что он живет своей, пусть совершенно другой жизнью и так счастлив, как в голову закрадывалась мысль: что если все это затянувшийся сон, который вот-вот закончится? Постаравшись забыть о червячке беспокойства, он направлялся к личным покоям дядюшки, надеясь застать его там. У самых дверей Вэй Ин остановился, оправил одежду. Серебряный колокольчик был плохо подвязан, но шнурок вроде не перетерся. Он поправил эту мелочь и уже занес руку, чтобы постучать. – Моя госпожа, – донесся до его слуха голос хозяина Пристани Лотоса. Он никогда в жизни не слышал два этих слова, произнесенными таким тоном. Незнакомые нотки в голосе дяди заставили его опустить руку, а потом и отступить подальше от двери, размышляя, как ему лучше поступить: убраться подальше или побыть на страже спокойствия супругов, которые, наконец, после стольких лет, похоже, смогли найти общий язык? И где только Инь Чжу или Цзинь Чжу? Он не ушел - прислонился к стене и стал ждать. Заскучать ему не пришлось – не прошло и пары минут, как появился один из его старых знакомых. Заклинатель сразу узнал шестого шиди, тот был все таким же сухощавым, только еще больше вытянулся. У Сянь оторвался от стены и двинулся ему навстречу, ненавязчиво заступив дорогу. Оба сердечно поприветствовали друг друга, но приятель очень уж торопился к главе с докладом, настолько, что пришлось придержать его за плечо. – Дозорные увидели корабли делегации из Ци Шань? – проницательно осведомился У Сянь и, разумеется, получил утвердительный ответ. – Тогда ступай назад, доложишь, когда подойдут на расстояние полета стрелы. – Из твоего лука? – уточнил тот, памятуя, кто в свое время чаще других побеждал в стрельбе. – Нет уж, лучше из твоего, – подумав распорядился Вэй Ин. – Если что – это я тебе приказал. Заклинатель понятливо кивнул и уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг остановился на месте и снова глянул на У Сяня. Похоже, он вспомнил что-то важное, но колебался, следует ли говорить об этом. – Когда я шел сюда, то столкнулся со Сжигающим ядра, – сказал он доверительным тоном, зная, что его в случае чего не выдадут. – Думал, он и мое ядро сожжет. – Цзян Чэн только пугает. Если бы он сжигал ядра всякий раз, как пообещает это сделать, мы бы их не напаслись, - заявил он, хотя у самого промелькнула мысль, что разумнее было бы на какое-то время спрятаться от шиди в библиотеке или Храме. - Пойду-ка спрошу, что опять вывело его из себя, молодец, что сказал. Разыскать Вань Иня оказалось совсем не трудно. Тот вымещал злость на тренировочной площадке. Сань Ду так и мелькал, с гудением разрезая холодный воздух и разя воображаемых противников своего хозяина. Вэй Ин тоже вытащил меч, сделал им пару взмахов, повращал, разминая запястье и резко перехватил рукоять обеими руками, встречая удар противника. Тот вложил немало сил, а на возвратном движении высек искры. – Цзян Чэн, что не так? – быстро спросил Вэй Ин, в этот раз уходя от атаки. Встречать каждую – никаких рук не хватит. – Все, – рявкнул тот, продолжая теснить названного брата. – А ну, не отвлекайся. – Ты просто слишком слабо бьешь, – оправдался Вэй Ин. – Давай посильнее. Сжигающий ядра взревел и накинулся на него с утроенной силой. На заклинателя обрушился целый шквал ударов, тот только и успевал парировать и уворачиваться. Наступая, Цзян Чэн совершенно позабыл о защите, чем не преминул воспользоваться его шисюн. Клинок со звоном отлетел в сторону. – Почему? – названный брат схватил У Сяня за отвороты одеяния и встряхнул так, что у того голова мотнулась из стороны в сторону. – Зачем вы все это делаете? Даже матушка с отцом! Вот ты, скажи мне! Что в этом такого хорошего? Почему вас с Ван Цзи так и тянет этим заняться? – А-Чэн, сейчас ты орешь на всю Пристань, – упрекнул его Вэй У Сянь. – Пойдем куда-нибудь, где никто не услышит, и я так и быть расскажу тебе, зачем кролики делают это и откуда потом берутся крольчатки. – Вэй Ин! – прикрикнул тот, но оплеуху не отвесил. – Тихо-тихо, пойдем, – он потянул Цзян Чэна в сторону беседок, сейчас можно было не опасаться встретить там Паучиху. – Ты прекратишь ерничать и расскажешь толком, – потребовал тот с нажимом. – Что за проклятье? Почему я должен знать, чем и с кем занимаются все адепты в Пристани? Зачем вообще это нужно? – Просто ты более чуткий, чем другие, – предположил У Сянь и пробормотал: – Вот уж не думал, что буду разъяснять тебе такие вещи… Они стряхнули налетевший за ночь снег и уселись. Цзян Чэн нетерпеливо побарабанил пальцами, а У Сянь все думал, как бы подобрать более обтекаемые формулировки. Наконец, он сдался и сказал как есть. – Заклинатели обмениваются энергией, потому что это приятно, – он завел руку к затылку, потом снова опустил на колени. – Хотя, конечно, учителя о таком не говорят. – Тогда почему они шарахаются всякий раз, как я делаю так? – Цзян Чэн поднял руку и над ней маревом заколыхался воздух. – И ты в том числе! – Не так, – он мягко коснулся запястья названного брата. – И я знаю, что ты можешь делиться своей энергией как раньше, если только захочешь. Но в том, о чем ты спрашиваешь, есть своя хитрость. Не надо ничего делать, достаточно просто позволить ци течь самой. Вот найдешь заклинательницу по душе и сам убедишься, как это здорово. – И не подумаю, – Цзян Чэн скрестил руки, явно не желая принимать слова Вэй Ина. – Ты уже об этом думаешь, – усмехнулся тот, положив руку на ограждение беседки и протянув ноги, чтобы было удобнее любоваться зимним пейзажем. С этого места становилось понятно, что привлекает в эти беседки Пурпурную Паучиху. – Говори что хочешь. Мне-то какая разница? Цзян Чэн на удивление замолчал, упрямо отвернувшись. Он сжимал и разжимал кулаки, похоже, в этот раз пытаясь подавить вспышку злости, а не выплеснуть все на Вэй У Сяня. - Это мои духовные силы, с чего бы я захотел кому-то их отдавать? – спросил он все еще недовольно. Вэй Ин пожал плечами. Мало он встречал заклинателей, которые бы без сожаления отдавали свою энергию. Разве что целители, вся суть которых была именно в этом. Они с самого начала прилагают столько усилий ради других, чтобы потом спасать жизни и помогать. – Я бы тоже не хотел разбрасываться ими, если ты об этом, – продолжал он, прикрыв глаза потому что из-за облака выглянуло просто-таки ослепительное солнце, под которым снег заблестел россыпью алмазов. – Но есть те, для кого мне не жалко. Вот ты, например, бери хоть все до капли, я слова не скажу, раз тебе нужно. Или Лань Чжань. Он умолк и слегка улыбнулся. Ван Цзи тоже готов был отдать ему все, что только имел. О чем может идти речь, если сам принадлежишь супругу без остатка? Все-таки его Нефрит был удивительным. Привычка хранить молчание научила его тщательно подбирать слова: самые точные и правильные. Он смог облечь свои чувства в стихи, самые красивые, какие Вэй Ин только слышал в своей жизни. Цзян Чэн пихнул его в колено, но беззлобно, скорее напоминая, что он все еще здесь, а У Сянь витает в облаках.