Our Mercurial Selves

Прошли годы с ее последнего похода в Запретный лес. Рот Гермионы тронула легкая улыбка, когда она поняла, что, как и в прошлый раз, поход в лес был связан со спасением Сириуса. Девушка поправила свою палочку, прикрепленную на боку, и незаметно ухмыльнулась, почувствовав палочку Гарри, спрятанную в рукаве. Когда Амбридж первая вышла из кабинета, Гермиона стащила палочку с ее стола. Но в отличие от прошлого раза, Гарри был схвачен толстой женщиной, очень похожей на жабу. Амбридж держала одну руку на его спине между лопаток. Другая рука размахивала палочкой, пока она хихикала о том, как ей понравится суд над Дамблдором и неизбежный обвинительный приговор. — И тогда этот грязный предатель-полукровка проведет остаток своих дней, гния в самой сырой камере Азкабана! — воображала профессор. Гермиона закатила глаза за ее спиной. Но голос девушки прозвучал бодро. — Я думаю, что оружие должно быть еще немного дальше, я слышала, как они сказали «глубоко в лесу», но вряд ли оно находится слишком глубоко. Конечно, Дамблдор не стал бы рисковать своими учениками, заставляя их ходить так далеко в лес. — Напротив, мисс Малфой, я считаю, что Дамблдор не испытывает угрызений совести, рискуя своими учениками. Видите ли, такие люди, как он, не уважают святость волшебного мира. Если бы это зависело от него, мы бы все сходили с ума от лесных зверей. Гермиона услышала, как в подлеске хрустнула ветка, и улыбнулась. — Неужели они так уж плохи, директор? — спросила она, наблюдая за тем, как что-то темное движется среди деревьев. Амбридж громко хмыкнула. — А что в них хорошего? Полукровки не способны к базовым человеческим рассуждениям или знаниям. Когда Министерство полностью возьмет под контроль Хогвартс, я намерена лично проследить за очисткой этого проклятого леса! Гарри слегка дернулся, в его глазах вспыхнул гнев. Мальчик посмотрел на Гермиону, и она с трудом подавила желание подмигнуть ему. — Очистка? — спросила юная волшебница, скрывая ликование. Она отчетливо видела тени, движущиеся среди деревьев, и легко узнавала силуэты. — О да. На территории школы не должно быть «Запретных» лесов. После того, как мы очистим его от опасных монстров, мы сможем держать здесь правильных, подходящих для детей животных. Как вы смотрите на прогулки среди единорогов или пикник с феями, мисс Малфой? Закусив губу, чтобы не засмеяться, Гермиона осторожно спросила: — Не будут ли остальные расстроены тем, что порядок их леса будет нарушен? Амбридж фыркнула. — Дорогая моя, лес не принадлежит им. По определению, нечеловеческое существо не может владеть землей. Сама идея абсурдна! Эта земля является частью школы, и скоро она станет частью Министерства… — Думаю, не станет, — ответил чей-то грубый голос. Из-за деревьев появился мускулистый кентавр с разъяренным лицом. У него было чалое тело, бледные седые волосы и очень большие копыта. Его хвост свистнул, рассекая воздух. Амбридж отпрыгнула назад, едва не потеряв контроль над Гарри. — Я Долорес Амбридж, старший заместитель Министра Магии и директор Хогвартса! Я приказываю вам убраться — всем вам! Гермиона с интересом отметила, что позади первого появились десятки других кентавров, их глаза блестели в неярком свете. Тайком она засунула свою палочку в рукав. — Мы не отвечаем ни перед Министерством, ни перед фальшивой директрисой. Слова были обманчиво спокойными, но кентавр сделал шаг вперед. — Возьми жеребят и уходи. — Нет! — взвизгнула Амбридж. — В этом лесу есть оружие, и я собираюсь его найти! Вы работаете на Дамблдора? Вы его прячете? — Мы не работаем ни на одного волшебника, — сказал кентавр, презрительно вздернув подбородок. — Это наша земля, а вы и так зашли слишком далеко! Очевидно, Амбридж не очень понравились его слова. — Это земли Министерства! И, отказываясь делать то, что я велю, вы нарушаете приказ Департамента по регулированию и контролю магических существ! У меня нет выбора, кроме как подать официальную жалобу, и я гарантирую, что, в скором времени, это стадо будет расформировано… — Не думаю, — усмехнулся кентавр. Он сделал еще шаг вперед, и Амбридж взмахнула палочкой. — Инкарцеро! — закричала она, посылая струю веревок с конца ее палочки. Они обвились вокруг чалого кентавра, так сильно, что он закричал от боли. — Нет! — черноволосый кентавр протиснулся вперед, и Гермиона быстро оттащила Гарри от Амбридж. Женщина дрожала от страха, ее палочка все еще была направлена на чалого кентавра. — Не смей помогать ему, — посоветовала Амбридж дрожащим голосом. — Им будет заниматься Департамент по регули… — Вы причинили вред члену клана Черного озера! — прошипел кентавр. — Теперь вас будет судить клан! Он рванулся вперед, подхватив Амбридж так, словно она весила не больше мешка картошки. — Вы не можете этого сделать! — закричала женщина, пиная и шлепая черного кентавра. Ее лицо было ярко-красным. — Я — старший заместитель Министра, я -директор! Малфой, Малфой, используй свою палочку! Гермиона изобразила на своем лице изумление, когда смотрела, как ее профессора увлекает клан кентавров. Девушка слышала, как рядом с ней тяжело дышит Гарри, его глаза за стеклами очков были широко раскрыты. Два кентавра, рыжеволосая самка и старый серый самец повернулись к студентам. — Пожалуйста, не причиняйте нам вреда! — воскликнула Гермиона, поднимая руки. — Она заставила нас прийти! — брюнетка гордилась дрожью в голосе. Если бы она не была так решительно настроена стать Министром, могла бы пойти в театр. — Мы не монстры, как думает ваше Министерство! — выплюнула самка. — - Настоящий кентавр никогда не причинит вреда жеребенку, независимо от его происхождения. — Она не хотела Вас оскорбить, — тихо сказал Гарри. Женщина выпрямилась. — Я не оскорблена, — но ее тон противоречил ее словам. — Теперь уходите. Лес вас не побеспокоит. Гарри схватил подругу за руку и быстро потащил вверх по тропинке. Она все еще слышала слабые звуки криков Амбридж и стук копыт. Вздрогнув, девушка подняла свою палочку и передала Гарри его. Это Амбридж, напомнила она себе, думая о шрамах на руке Гарри. Она этого заслуживает. Пока они шли, Гарри рассказал Гермионе о Сириусе. Он рассказал ей о своем сне и о том, как Волдеморт что-то ищет в Министерстве. Гермиона нахмурилась еще сильнее. — Ты должен был сказать мне, — сказала брюнетка, когда он закончил. — Я могла бы поспрашивать об оружии. Гарри не смотрел на нее. — Мы не разговаривали. — Ну, ты сказал всему миру, что мой отец — Пожиратель Смерти, — язвительно отметила Гермиона. Мальчик остановился как вкопанный и повернулся к ней лицом. — Но он Пожиратель Смерти! — его глаза сердито вспыхнули, а кулаки крепко сжались. — Он был там, Гермиона, он видел, что случилось! И… — гнев вдруг исчез из его глаз, иссяк также внезапно, как и появился, — он ничего не сделал. Он просто позволил Волдеморту убить меня. Глядя на боль в глазах приятеля, Гермиона решила, что предпочитает видеть в них гнев. — Я знаю, что никогда по-настоящему не встречался с ним, и он не знает меня, — хрипло прошептал Гарри. — Но ты и Драко — мои лучшие друзья. Я подумал, что за человек позволит убивать друзей своих детей? Что-то болезненное пронзило сознание Гермионы, когда она слушала его. Она не думала о том, как действия ее отца повлияют на Гарри. Всегда были Волдеморт против Гарри, и ее отец, как щит между ее семьей и Волдемортом. Волшебница никогда по-настоящему не задумывалась о том, как они могут пересекаться. Ведь она тоже собиралась стать Пожирателем Смерти. Было ощущение, что ее бросили в бассейн с ледяной водой. Гарри стоял рядом, обнаженный и открытый, а больше всего Гермиону поражало, как сильно однокурсник доверяет ей. Когда Гарри узнает — будет опустошен. В животе у нее словно завязался тугой узел, жесткий и жалкий. — Прости, — прошептала девушка, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. К счастью, он не понял, за что именно она извинялась. — Это не твоя вина, — сказал мальчик, широко улыбаясь ей. — Ты — не твой отец. Как бы то ни было, я сожалею, что рассказал Рите Скитер о нем. Я был так зол, понимаешь? Я не думал в тот момент о тебе… — Все в порядке, — сказала Гермиона, прогоняя все другие мысли. Она изобразила веселую улыбку. — Я понимаю, почему ты это сделал. Давай не будем на этом зацикливаться, — ее улыбка сменилась ухмылкой, — ведь нам еще нужно спасти Бродягу. Он улыбнулся, и они снова скрылись за деревьями.

***

Гермиона довольно давно не была в Министерстве. Как только она вошла в Атриум, ее встретили знакомые запахи чернил, пергамента и металлический привкус воды из фонтана. Гарри, Драко, Невилл, Луна, Джинни и (к ее крайнему разочарованию) Рон поспешили за ней. — Отдел тайн на одиннадцатом этаже, — сказала она, направляясь к лифтам. Девушка услышала, как Гарри пробормотал что-то вроде «я знаю», и ухмыльнулась, услышав ответ брата. — Лучше предоставь это ей, приятель. Она практически выросла здесь. В темном лифте одиноко хлопала бумажная записка. Луна мягко улыбнулась:  — Какой красивый маленький Дракон. Я думаю, что они могли бы быть прекрасными домашними животными, не так ли? — блондинка медленно моргнула, глядя на Гермиону. — Э-э, конечно… — ответила она. Гермиона до сих пор не могла привыкнуть к порой странным изречениям Луны. Но девушка была такой дружелюбной, и Драко хорошо к ней относился… Ее брат стоял позади нее, его покрытое синяками лицо делало его более серьезным, чем она когда-либо видела. Гарри стоял рядом с ней, покачиваясь на носках. — Пока не забыла, — сказала брюнетка, доставая две пурпурные цепи. — «Мгновенная маскировка Уизли», — объяснила она, набрасывая цепь на шею Драко. — Если здесь действительно есть Пожиратели Смерти, мы не можем рисковать. — Где ты их взяла? — с благоговением спросил Драко. Его волосы превратились в клубок рыжих кудрей, а нос был впечатляюще крючковатым. — Мы с Теренсом сняли их с третьекурсников, — небрежно ответила Гермиона, махнув рукой. Она накинула вторую на себя и вздохнула, когда ее волосы раздулись в массу рыжих локонов. Она почувствовала, как у нее самой оттопырился нос. — У меня есть третий, если кто-то захочет. Но никто не принял ее предложение. Лифт погрузился в тревожное молчание, которое вскоре было нарушено. — Может, Малфою лучше подождать здесь, — проворчал Рон. Внутренне брюнетка усмехнулась, ну, а с наружи заставила себя широко раскрыть глаза. — Осторожнее, — прорычал Драко. — Я говорю не о тебе, — сказал Рон, как будто это было самой очевидной вещью в мире. — Ты один из нас, но где она была в этом году? Мерлин, она все еще в униформе дружины! Хотя фуражка где-то потерялась, мантия все еще была на ней. Гермиона открыла рот, чтобы сказать, что это именно она спасла их всех, но, к ее удивлению, вмешалась младшая Уизли. — Гермиона помогала Гарри спасти Сириуса в первый раз, — сказала рыжеволосая, — она имеет больше прав, чем любой из нас, быть здесь. Кроме, может быть, Гарри. Гарри расправил плечи и сказал, не оглядываясь: — Гермиона остается с нами. Она заботится о Сириусе так же, как и мы. Я ей полностью доверяю. Тепло распространилось по телу брюнетки, и она нежно улыбнулась черноволосому мальчику. Брат игриво подтолкнул ее плечом. Это было самое лучшее время за весь год. — Это должно быть в конце коридора, — сказал Гарри, когда они вышли из лифта. Гермиона и раньше проходила мимо этой двери, но ее никогда не пускали в этот отдел. У девушки возникло странное желание рассмеяться, когда она, наконец, вошла в круглую комнату. Без предупреждения дверь в коридор захлопнулась, и пол начал вращаться. Гермиона напряглась, когда двери закружились. Драко подпрыгнул и быстро схватил ее за руку. Ее взгляд упал на Луну, которая стояла с безмятежной улыбкой, словно они катались на забавной карусели. — Должно быть, это для того, чтобы мы не знали, через какую дверь прошли, — пробормотала брюнетка, ее глаза были ослеплены жуткими голубыми факелами. — У нас нет на это времени, — крикнул Гарри, распахивая первую попавшуюся дверь. — Пошли! — Может, разделимся? — предложила Джинни. — Только если мы хотим, чтобы нас сожрали сопляки, — ответила Полумна, на этот раз ее тон был серьезным. Драко отпустил руку Гермионы. — Я согласен с Луной, — сказал он. — Мы должны держаться вместе. Выглядя старше, чем когда-либо, Гарри кивнул. — Ну ладно, пошли. Приготовьте палочки. Это было немного излишне, так как все уже давно крепко сжимали свою палочку. Пока они перемещались по комнатам, Гермиона решила, что отдел тайн — самое крутое место, где она когда-либо была. Она собиралась попросить отца устроить ей экскурсию здесь этим летом. Брюнетка остановилась перед стеклянным шаром, наполовину заполненным водой. Из середины шара поднимался смерч, тянувшийся от бурлящей воды к черным облакам на вершине сферы. Папе бы это понравилось, подумала она. Толчок от Джинни помог волшебнице собраться с мыслями, и она возобновила поиски. Они видели большой резервуар с мозгами, полки, полные маховиков времени, и комнату со странной аркой, от которой им с Роном пришлось оттащить Гарри. Но каждый раз, когда они пробирались через комнату, Гарри качал головой и вздыхал: — Не эта. Должно быть, они возвращались в круглую комнату с полдюжины раз, прежде чем Гарри торжествующе прошептал: — Здесь! Это была огромная, похожая на склад комната, заполненная высокими полками. Тысячи серебристых шаров с пыльными бирками заполняли их. Шары мерцали в голубом свете факелов. Дыхание ребят вырывалось клубами белого тумана, и Гермиона вздрогнула, плотнее закутавшись в мантию. — Что это? — прошептал Невилл, глядя на кружащееся содержимое в ближайшем шаре. — Здесь написано имя! Хелена Джонс, 4 апреля 1873 год. — На этом есть, — сказал Рон, протягивая руку к ближайшей сфере. — Не трогай его, идиот! — рявкнула Гермиона, отталкивая его руку. — Это отдел тайн, ты знаешь, что произойдет, если ты возьмешь это? — А ты? — он бросил вызов. — Нет! — брюнетка отдернула руку. — В том-то и дело. Мы понятия не имеем, что будет, если коснёмся их! — Оружие должно быть где-то здесь. Рассредоточьтесь и кричите, если увидите что-то странное, — скомандовал Гарри. Они осторожно двигались между полками, каждый из них оглядывался в поисках чего-то, что выбивалось бы из общей обстановки. Глаза Гермионы обшаривали полки, здесь было что-то не так. Как будто что-то пыталось встряхнуть ее. Каждый волосок на ее теле встал дыбом. — Гарри, — раздался мечтательный голос Полумны, — на этом пророчестве твое имя. Гермиона резко повернула голову и побежала на голос когтевранки. — И посмотри, там еще есть имя Сам-Знаешь-Кого. Думаешь, это то, что нам нужно? Гермиона обогнула поворот одновременно с Джинни, и они чуть не врезались друг в друга. Драко и Невилл уже столпились вокруг Гарри и Луны, и она увидела Рона, входящего с противоположной стороны. Гермиона подалась вперед, ища взглядом шар с именем Гарри. Странное чувство усиливалось, и брюнетка нервно оглянулась через плечо. Она чувствовала, что за ними наблюдают, но ничего не видела в темноте. — Это и есть оружие? — спросил Драко. Гарри выглядел неуверенным. — Это… должно быть, — он осторожно взял в руку шар. Содержимое закрутилось немного быстрее, как будто радуясь тому, что покинуло эту пыльную полку. — Что вы Сами-Знаете-Кому понадобилось от этого светящегося шара? — спросил Рон, прищурившись. — Это так похоже на Уизли, — промурлыкал шелковый голос, который Гермиона знала слишком хорошо. — Ты так привык к грязи, что, глядя на золото, думаешь, что это медь. Почувствовав тошноту, Гермиона обернулась. В жутком голубом свете стоял ее отец, окруженный полудюжиной фигур в капюшонах. На его лице появилась жестокая усмешка, и он лениво покрутил палочку между пальцами. Впервые девушка задалась вопросом, сможет ли ее отец с готовностью убить подростка. И в довершение к странному гудению, охватившему ее тело, она была уверена, что ее сейчас стошнит. Кровь прилила к ушам, заставив ее пропустить ответ Рона. Она слышала, как Гарри и ее отец перекидываются фразами. — Где Сириус?! — крикнул Гарри. — Его здесь нет, Поттер, — тон отца показался ей скучающим. — Он здесь! Я знаю, я видел! Стройная фигура рядом с отцом опустила капюшон, и кровь Гермионы превратилась в лед. Она с легкостью узнала в ней Беллатрикс. Даже с худыми чертами лица, растрепанными кудрями, отвращением на лице, женщина была узнаваема. Гермиона видела Беллатрикс только на фотографиях, но женщина перед ней выглядела иначе. Это была не та девушка с блестящими глазами, которая ухмылялась в камеру. Белла? Женщина моргнула и напряглась. Ее темные глаза блуждали по собравшимся студентам, но Гермиона не могла прочитать выражение ее лица. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы доказать, что Беллатрикс слышала. Затем их глаза встретились. Все остальное исчезло, когда она уставилась в темные сферы Беллы. Эмоции Беллатрикс бушевали в ней так быстро и так обильно, что было невозможно уловить ни одну из них. Женщина отвела глаза, и Гермиона моргнула, возвращаясь к реальности. Покачиваясь, она схватила брата за руку. Гарри сделал странное движение руками, и Гермиона в замешательстве прищурилась. Остальные, казалось, знали, что это значит. И на крик Гарри: «сейчас!» они начали стрелять чарами в светящиеся сферы, сбивая их на землю. Каждый раз, когда одна из них разбивалась, призрачная фигура поднималась и начинала говорить странным, глухим голосом. Через несколько секунд ничего не было слышно за грохотом навязчивых голосов. Гермиона послушно разбила добрую дюжину, прежде чем Драко схватил ее за руку и дернул за оставшейся видимой частью ОД. — Идите к выходу! — крикнул Гарри, когда они добежали до конца прохода. К сожалению, это было легче сказать, чем сделать. Пожиратели смерти бежали за ними по пятам, осыпая их проклятиями. Она услышала крик Драко и инстинктивно потянулась к его руке. Белла, она попыталась снова, Драко и я здесь, с Гарри. Драко ранен. Она почувствовала внезапный вихрь гнева, который перерос в раздражение. Ты — маленькая идиотка! — Беллатрикс зашипела в голове Гермионы. — В каком мире, по-твоему, было бы уместно столкнуться с силами Темного Лорда, да еще рядом с этим полукровкой? Гермиона выстрелила жалящим заклинанием в одного из Пожирателей Смерти в маске и закричала: — Джинни, сзади! Рыжая отпрыгнула в сторону как раз вовремя, чтобы избежать проклятия Монтегю. Сириус попал в беду, Белла, — объяснила про себя Гермиона. — Я не могла повернуться к нему спиной. Рычание Беллатрикс казалось громче грохота, который раздавался со всех сторон: Тупица… Сириус не был в опасности. Это была ловушка! Нам нужен был мальчик, чтобы вернуть пророчество! Гермиона потянула Драко за собой, а Луна, Джинни и Рон исчезли из виду. — Коллопортус! — крикнула она, запирая дверь, через которую они с Драко только что вышли. У ее брата был ошеломленный вид, сыпь из зеленых гнойников начала распространяться по его шее и челюсти. Она стиснула зубы и ободряюще сжала его руку. Затем дверь, которую она только что заперла, распахнулась, и ворвались два Пожирателя Смерти. Один был брошен в стойку маховиков времени, сбив их всех на пол. Гермиона поморщилась, когда он закричал от боли и исчез. Другой, в котором Гермиона узнала, благодаря Пророку, Антонина Долохова, отшвырнул Невилла и повернулся к Гарри. — Я НАШЕЛ ПОТТЕРА! — закричал он, ужасная усмешка появилась на его лице. — Он над… — Нет! Селенцио! — вскрикнула Гермиона, направив палочку на мужчину. Его глаза горели, не произнося ни звука, он снова взмахнул палочкой. Струя пурпурного пламени устремилась к ней и ударила в грудь. Спотыкаясь, девушка выпустила руку Драко и схватилась за ближайший стул. Что случилось? — прорычал голос у нее в голове, и Гермиона слабо улыбнулась. Волнуешься, Белла? Брюнетка была уверена, что никогда еще не испытывала такой боли. Ей казалось, будто кожу разрывают на части. Жжение распространялось по всему телу, и стало трудно дышать. — Петрификус Тоталус! — выкрикнул Гарри. — Гермиона! — прошептал Невилл, неуверенно поднимаясь с места. — Ты в порядке? — Да, я в порядке, Нев. Драко… Ее брат лежал на полу. — Я тоже в порядке, — сказал он, глядя на них. Гнойники добрались до его щек. — Мы должны двигаться! — сказал Гарри, подходя, чтобы помочь Драко встать на ноги. — Гермиона, мы почти у выхода. Если вы с Драко найдете нужную дверь, сможете привести помощь! Невилл, ты можешь найти других и помочь им… Гермиона и Невилл одновременно запротестовали. И Гарри было совершенно ясно, что никто не собирается оставлять его одного. Все трое вошли в комнату, где находился странный арочный проход с вуалью. Каждый шаг вызывал вспышку боли в боку Гермионы, и она прикусила губу, чтобы не закричать. — Мне не нравится эта комната, — сказал Невилл, обнимая Драко за плечи. — Ему хуже, Гермиона. — Нам нужен ночник, — сказал Драко. Его голова упала на плечо Невилла. Гермиона и Гарри быстро переглянулись. Если бы она так не волновалась, то, возможно, рассмеялась бы вслух. — Не волнуйся, мы уже на полпути, — сказал Гарри. — Вы всегда так уверены, мистер Поттер. С трудом сглотнув, услышав голос отца, Гермиона придвинулась ближе к брату. Люциус и Беллатрикс выскользнули из тени, представ прямо перед ними, затем еще две фигуры в масках выскочили из-за дверей. — Остолбеней! — зарычала Гермиона на фигуру в маске, которая подошла к ним ближе всех. Он увернулся и выстрелил проклятием, которое зеленой искрой пролетело над ее головой. — Отдай пророчество, и твои друзья смогут уйти, — крикнул ее отец. — Мы не хотим, чтобы их постигла та же участь, что и твоего другого друга. Как его звали? — Оставь Седрика в покое! — выплюнул Гарри. — Кажется, тебя задели за живое, — протянула Беллатрикс. Гермиона съежилась от резкости ее голоса. — Может Седрик был больше, чем просто друг. Возможно, Поттер не совсем оправился от потери своего парня. — Прекрати! — Не обращая внимания на человека, подкрадывающегося к нему, Гарри повернулся, чтобы направить палочку на Беллатрикс. — Прекрати! — Гарри! — Пожиратель Смерти, стоявший ближе всех к мальчику, уже начала произносить заклинание, и пока Невилл нащупывал свою палочку, Гермиона резко взмахнула своей и прокричала: — Остолбеней! Мужчина мгновенно упал, но Гермиона, потеряв бдительность, позволила другому Пожирателю обезоружить себя. Она почувствовала, как две невидимые руки обхватили ее за талию, быстро потянув назад. Девушка взвизгнула, когда место, куда проклятие Долохова ударило ее, было задето. Затем она ударилась о что-то твердое. Ее зрение затуманилось, и потребовалась вся сила воли, чтобы оставаться в сознании, а не уплыть в столь манящее успокоение. Что-то острое уперлось ей в подбородок, и она вскинула голову. Рука обвилась вокруг ее талии, скользя в опасной близости к тому месту, куда попало проклятие. — Еще один Уизли? — промурлыкал ей в ухо отец. — Твой отец явно не владеет собой.  — Я устал от этих игр, Поттер, отдай пророчество сейчас или твоя подруга заплатит за свою верность, — крикнул Люциус. Она почувствовала, как гнев Беллатрикс закипает под ее кожей. Он не понимает, что держит в руках собственную дочь? Что за человек… Ухмыльнувшись, Гермиона ответила: На мне чары, изменяющие внешность. На Драко тоже. — Люциус, — прошипела женщина. Гермиона едва ее видела. Боль от проклятия Долохова была так сильна, что слезы навернулись на глаза. — Ты делаешь ей больно. Проигнорировав Беллатрикс, ее отец холодно рассмеялся. — Твой маленький друг сейчас плачет, Поттер. Кажется, она уже не такая храбрая. — Отпусти ее! — сказал Гарри. — Вы можете забрать пророчество, только не… Гермиона, сними чары. Цепь у меня на шее. — Принеси его сюда, быстро! — отец на мгновение ослабил хватку, но она снова вскрикнула, когда его рука сжала то место, куда попало проклятие. — Хватит, — всхлипнула она, слабо шлепнув его по руке, но он проигнорировал ее. — Люциус! — Гермиона услышала шипение Беллатрикс. — Отпусти ее! — Как только мы получим пророчество. Нам очень нужно это пророчество, голубка. Потерпи еще немного. Малфой не ослаблял хватки. Гарри двинулся к ним, но теперь комната кружилась. Ее сейчас стошнит. А потом девушка собиралась упасть в обморок. Она увидела мягкий свет пророчества, когда ее отец протянул руку, чтобы взять его. Белла, мне действительно очень больно. Она чувствовала раздраженное рычание Беллатрикс, но не знала, было ли оно направлено на нее или на ее отца. — Я, пожалуй, подержу ее еще немного, чтобы убедиться, что ты идешь тихо, — голос ее отца звучал так, словно он шел со дна глубокого колодца. Она положила голову ему на грудь. — Люциус! Что-то невидимое потянуло ее за шею, и чары внешнего вида исчезли. На мгновение по ее лицу пробежала дрожь, странный холод пробежал по коже головы, а потом брюнетка услышала, как отец ахнул. — Гермиона! Последнее, что слышала Гермиона перед тем как провалиться в темноту, это крик и звук разбитого стекла.