Our Mercurial Selves

Девушка неуверенно приземлилась на широкую лужайку и неуклюже повалилась на бок. На мгновение все, что она могла — это лежать в таком положении, пока мир кружился вокруг нее. Прости, голубка, — руки Беллатрикс скользнули ей под мышки и подняли на ноги. Гермиона подняла глаза, ожидая увидеть красивое в стиле барокко поместье Малфоев, и почувствовала, как у нее внутри все сжалось, когда она посмотрела на поместье Реддлов. — Я не могу, — быстро сказала брюнетка, прижимаясь к Беллатрикс. — Не сегодня, Белла. — Ш-ш-ш, — женщина обняла ее, — это ненадолго. Мы всегда это делаем после заданий, понимаешь? А потом я заберу тебя домой. Гермиона судорожно вздохнула и кивнула. Как бы сильно она не хотела увидеть сейчас свою мать, она также знала, что не сможет смотреть ей в глаза, когда та узнает, что сделала Гермиона. Ноги девушки дрожали от усталости, когда она поднималась в теперь уже знакомую комнату, где Волдеморт всегда ожидал своих последователей. Хвост открыл дверь на стук и отошел в сторону, пропуская ее. — Гермиона! — красные глаза блеснули в тусклом свете камина, затем для нее был наколдован мягкий табурет. Запах разложения заполнял комнату, и Гермиона сделала несколько неглубоких вдохов через рот, чтобы не сморщить нос. Беллатрикс гордо опустилась в кресло рядом с Волдемортом. — Скажи мне, дело сделано? Гермиона кивнула. Ее взгляд упал на колени. Другая ведьма взяла слово. — Мы были вынуждены отступить, прежде чем смогли взять Хогвартс, милорд. Весь отдел мракоборцев… — Но Дамблдор мертв? — Да, мой господин, — в голосе Беллы была гордость. — Тогда Хогвартс сейчас не имеет большого значения. Мы возьмем его, когда получим контроль над Министерством. Облегчение Беллатрисы передалось Гермионе: — Спасибо! Мужчина посмотрел на Гермиону. — Ты не выглядишь счастливой, дитя. Конечно, нет. Брюнетка вдруг поняла, что Дамблдор никогда не говорил ей, как вести себя после его смерти. Теперь сценарий полностью зависел от нее. — Я… я счастлива, что мой отец будет свободен, милорд. Последовал теплый смешок: — Ах, да. Будет! Благодаря тебе. На самом деле, вся Волшебная Британия теперь свободна благодаря тебе. Хвост! Принеси мне лучшее вино! И три стакана… хорошо, четыре. Даже у тебя есть повод отпраздновать сегодня, Хвост! Через несколько минут девушка почувствовала себя спокойнее. Ей потребовалось время, чтобы понять, что это из-за Беллатрикс. Темная ведьма тепло улыбнулась ей и взяла на себя смелость рассказать историю о том, как великий Альбус Дамблдор был убит собственным учеником. Когда Петтигрю, пыхтя, вернулся в комнату, рассказ был уже закончен. Его дыхание было единственным звуком, наполнявшим комнату, пока он наливал себе бордовой жидкости и подтаскивал стул. — Нет, оставь нас, — приказал Волдеморт, подняв ладонь. — Для этого мне нужны только чистые Пожиратели Смерти. Гермиона выпрямилась. О чем еще он мог просить ее той ночью? Когда дверь за Хвостом захлопнулась, все трое уставились друг на друга. Двое в замешательстве, а один с улыбкой на лице. — Гермиона, дитя мое. Ты заставила меня гордиться тобой больше, чем я мог бы себе представить. Бледная рука провела по ее спутанным кудрям, и брюнетка едва сдержала дрожь. — Милорд? — Беллатрикс подвинулась к краю стула. — Гермиона, твоя рука. Гермиона оцепенело протянула левую руку. Она знала, что будет, знала, что это произойдет, но каким-то образом надеялась выкрутиться. Но теперь у нее не осталось сил, чтобы бороться. — Ты оказала мне величайшую услугу, какую только можно было оказать. — На мгновение Гермиона задумалась, каково это — быть Беллатрикс и слышать, как красивый Темный Лорд говорит ей эти слова. Несмотря на свои опасения, девушку охватила гордость. — Я оказываю тебе величайшую честь, какую только могу. С этой меткой ты станешь одним из моих самых надежных, никто, кроме меня, не будет иметь больше власти, чем ты. Примешь ли ты это? — Да. — Другого ответа Гермиона дать не могла. Он крепко сжал ее запястье и прижал кончик палочки к чистой коже ее предплечья. Брюнетка зашипела, когда что-то вонзилось в ее кожу. Она горела, Мерлин, как она горела! У Гермионы перехватило дыхание, она задыхалась от странного ощущения, нахлынувшего на нее. Девушка словно парила в милях над землей. Вся боль и усталость вечера смылись, осталось только странное возбуждение. Это не было похоже на чувство принадлежности. У нее закружилась голова, и Гермиона потянулась к руке Беллатрикс. Ты чувствуешь это? Да, голубка. Я чувствую. Я не могу… я не знаю, что делать! Просто расслабься, это продлится несколько часов. Гермионе хотелось, чтобы Реддла здесь не было. Ее тело горело, как в огне, но в то же время, она будто была поражена тысячью ободряющих чар. Она остро воспринимала каждое ощущение, и все это пульсировало вокруг пылающего огня, который пробегал по ее левой руке. Когда Темный Лорд отпустил руку, девушка выдохнула, только сейчас осознав, что все это время не дышала. Ей хотелось смеяться и кричать одновременно. — Жаль, что юный Хиггс не может быть сейчас здесь, — сказал Волдеморт своим высоким голосом. Слишком высоким. — Он ведь звал тебя, когда получал свою метку. Это всегда трогательно, когда молодые любовники отмечаются вместе. Еще одно — новое — ощущение тяжело опустилось на грудь девушки, она не сразу поняла, это была ревность Беллатрикс. Почему она ревнует? Гермиона нахмурилась и встала на дрожащие ноги. Белла. — Она должна была быть ближе к ней. Ничто на свете не могло удержать ее от ведьмы. Даже Темный Лорд. Беллатрикс ахнула, когда Гермиона, забравшись к ней на колени, прижала голову к ее груди. Приятное чувство, которое всегда охватывало девушку, когда она касалась Беллатрикс, усилилось в десять раз, и она почувствовала себя пьяной от этого. Моя Белла. Гермиона потерлась щекой о гладкую кожу шеи Беллатрикс. Высокий холодный смех раздался позади нее. Голубка, будь осторожна. Последовал еще один короткий смешок и Темный Лорд произнес: — Хотя некоторые предпочитают в эти моменты компанию своей семьи. О чем он говорит? — Думаю, она слишком устала, милорд. Могу я отвезти ее домой? — Конечно, конечно. Я думаю… ах, вот они! Внезапно комната наполнилась людьми, и Гермиона плотнее прижалась к Беллатрикс. Слишком много голосов заполнило комнату. — Ах! Кого-то пометили! — …девчонка Малфоев? Люциус будет гордиться… — …было так же плохо, когда меня пометили. Я нашел угол и… Раздался громкий голос Волдеморта: — Ах! Северус! Сегодня ты должен гордиться своей ученицей. Она получила метку! Несмотря на туман в голове, Гермиона подняла глаза и встретилась с черным взглядом дяди. — Я рада, что ты в порядке, — прошептала девушка. Вокруг раздался смех, и она поняла, что если бы не странный туман, в который ее погрузила метка, ей было бы неловко. Снегг не засмеялся. Его взгляд был серьезен, как он заговорил с ней: — Я тоже рад, что ты в порядке, Гермиона. А потом брюнетка встала на ноги (вернее, ее заставили это сделать), Беллатрикс что-то сказала про камин. Она едва успела возразить против летучего пороха, как Беллатрикс крикнула что-то и бросила ее в зеленое пламя. Ее вышвырнуло на пол спальни Беллатрикс. Овчинный коврик под ней был мягким, и девушка зарылась в него лицом. Мгновение спустя Беллатрикс сама появилась из камина и мягко рассмеялась, поднимая Гермиону на кровать. — Белла! — заскулила Гермиона. — Мне нехорошо. — Она издала тяжелый смешок. — Я имею в виду, что это так, но это не так… Я ненавижу это! Стоя на коленях на деревянном полу перед ней, Беллатрикс сочувственно прошептала: — Она больше не будет так сильно действовать на тебя, как сейчас, — пообещала она. Глаза Гермионы расширились.  — Ты имеешь в виду, что даже немного похожее чувство может повториться? — Ей пришлось пошевелиться, ее тело практически кричало, чтобы она пошевелилась, поэтому она начала раскачиваться взад и вперед. Ее руки скользили по коже Беллатрикс, это ощущение было настолько сильным, что она едва могла его вынести. — Только когда он этого захочет, — тихо ответила Белла. — Когда ты делаешь что-то правильно, он может доставить тебе больше удовольствия, чем когда-либо в жизни. — Ее взгляд потемнел. — Но когда ты подведешь его, он может причинить тебе невероятную боль без проклятия. Однако это никогда не длится долго, и он почти всегда предпочитает проклятие. Больше контроля. Гермиона потянулась к женщине, вожделение закручивалось внутри, пока не стало казаться, что оно разорвет ее на части. Она притянула Беллатрикс к себе и жадно прижалась губами к ее губам. Нежные руки оттолкнули ее. — Только не так. Что-то среднее между воплем и криком вырвалось из горла Гермионы, она дрожала, пока ее руки вцепились в мантию Беллатрикс. — Пожалуйста! — Это не поможет, — глаза ведьмы были виноватыми, но твердыми. — И я не собираюсь ничего делать, пока ты в таком состоянии. Это было бы неправильно. Что-то щелкнуло в голове брюнетки. — Он сделал это с тобой? — спросила Гермиона, широко раскрыв глаза. — Он заставил тебя так себя чувствовать? Когда тебя пометили? Белле не нужно было ничего говорить, ее глаза это подтверждали. Красные глаза Темного Лорда промелькнули в голове Гермионы, и она вспомнила, что он говорил о любовниках. Ей показалось, что ее сейчас стошнит. — Он когда-нибудь… Беллатрикс покачала головой. — Я клянусь, что никогда не спала с Темным Лордом. Но было еще кое-что, и Гермиона уловила это колебание. — Кто-то другой? Гермиону захлестнул стыд, тяжелый и болезненный, но не ее. Она протянула руку и слишком сильно запустила пальцы в кудри Беллатрикс. — Когда ты получила метку, Белла? В ее глазах было отсутствующее выражение, которое Гермиона хотела прогнать. Беллатрикс сглотнула, и сказала приглушенным тоном: — На мою брачную ночь, — губы женщины скривились в мрачной улыбке. — Это был его подарок нам. Я собиралась все отменить, но Темный Лорд счел этот брак выгодным и пообещал мне, что я заслужу этот знак, если сделаю так, как он хочет. — И… магия метки… Кивок Беллатрикс подтвердил это. — Но ты… ты ненавидишь его, — Гермиона почувствовала, что ее собственное желание уменьшается, и восторг, который пел в ее венах, был омрачен осознанием того, через что прошла Беллатрикс. Раздался вздох, и кровать опустилась, когда Беллатрикс забралась на простыни рядом с ней. Гермиона наклонилась к ней, глубоко вдыхая. Женщина пахла специями и ночным воздухом. Свежим и глубоким. — Тебе не нужно беспокоиться об этом. Гермиона широко раскрыла глаза, изучая острый изгиб челюсти Беллатрикс. Она хотела заверить ее, что сможет быть рядом с ней в любом состоянии. — Ненавижу его. Темного Лорда. Он не должен так поступать с людьми. — Он не знал, насколько жесток будет Родольфус, — тихо ответила Белла. — Потом он извинился и позволил мне найти себе жилье. — Она сглотнула. — Когда Родольф попытался последовать за мной, Темный Лорд ясно дал понять, чтобы меня оставили в покое. Аннулировать брак сейчас трудно, сама понимаешь, но наш Господин обещал, что, когда он будет контролировать Министерство, это произойдет. Гермиона открыла рот, чтобы спросить, почему он так настаивал на их свадьбе, но остановилась. Печаль Беллатрикс нахлынула на них обеих, и девушка поняла, что пора прекратить говорить об этом. В этот момент боль пронзила ее руку, и она зашипела. Беллатрикс тут же прижала ее к груди и провела прохладными пальцами по отметине. Само по себе это не успокоило Гермиону, она тяжело сглотнула и отдернула руку, чтобы переплести их пальцы. — Я убью его, Белла, - пообещала брюнетка. Но она не была полностью уверена, говорила ли она о Темном Лорде или о Родольфе, и, судя по ее взгляду, Беллатрикс тоже. — Будь осторожна, голубка. Если с тобой что-нибудь случится… — С нами обеими ничего не случится. — Гермиона почувствовала, что ей нужно быть еще ближе к Беллатрикс, и она подалась вперед, так что ее тело оказалось вровень с телом ведьмы. На этот раз, обняв Беллу, она почувствовала, как другая ведьма сделала глубокий, дрожащий вдох. В таком положении они пролежали еще долгое время. Гермиона чувствовала, как волны радости и печали наслаивались в ней одна за другой. Девушка зарылась лицом в спутанные темные кудри, ее тело тряслось, словно она пыталась прогнать странный яд, обжигающий вены на левой руке. Через некоторое время Беллатрикс повернулась в руках брюнетки и внимательно посмотрела на нее. Должно быть, она что-то решила, потому что встала и вызвала домашнего эльфа. Гермиона прижалась щекой к прохладным хлопковым простыням, задрожав в теплом воздухе. Понаблюдав несколько минут, как эльф разводит костер и колдует над большой ванной, она начала хихикать. — Что тут смешного? — спросила Беллатрикс, ее губы изогнулись в полуулыбке. — Я убила дядю Альбуса, — беспомощно хихикнула Гермиона. Ее пальцы беспокойно теребили ткань мантии. — А теперь я отмеченный Пожиратель Смерти. Ни один из них не признавал печали, которая пропитывала их связь — Пойдем в ванну, — сказала Беллатрикс. Она осторожно подняла Гермиону на ноги и помогла ей снять с себя грязную одежду. Вода была теплой и успокаивающей, и Гермиона, прислонившись к фарфоровому краю, судорожно вздохнула. — Все меня возненавидят, — прошептала она. — Ерунда, — Беллатрикс придвинула стул поближе и облокотилась на край ванны. — Никто тебя не возненавидит. Что-то потекло по ее щеке, и Гермиона смахнула это. — Я ненавижу себя, — призналась девушка. Теплая рука Беллы скользнула в ее ладонь, и девушка вцепилась в нее изо всех сил. — Ты мне дороже всего на свете, — поклялась Беллатрикс. Она провела губами по костяшкам пальцев Гермионы. — Я никогда не смогу смотреть маме в глаза, — простонала Гермиона. Беллатрикс налила в воду травяной раствор. Гермиона почувствовала, как огонь в ее венах немного утих. Она вздохнула и откинула голову назад. — Все наладится, моя голубка. Твоя мать поймет. Я обещаю. — Но Драко нет. Теплая рука коснулась ее щеки. — Не думай об этом сейчас. Подумай о чем-нибудь другом. Я когда-нибудь рассказывала тебе о том, как меня послали эмиссаром Темного Лорда к оборотням? Гермиона вяло покачала головой. — Ну, все прошло не так хорошо, как он надеялся. У них был своего рода палаточный лагерь, а я забыла, что у них положено приносить быка в качестве дани, поэтому я появилась с пустыми руками… Все внутри Гермионы была запутано, удовольствие и боль боролись за доминирование, но она обнаружила, что история помогала немного отвлечь ее от подавляющих ощущений. Она лежала в ванне, дрожа и дергаясь, пытаясь раствориться в голосе Беллатрикс.