3.
2 мая 2019 г., 14:07
Роджер лениво встал и достал с полки кофейную чашку, которую поставил перед смертью, — Извини, но более подходящей посуды больше нет.
Брайан коротко кивнул в ответ. Любовь к эстетике — это хорошо, но сейчас это было определенно лишним. Демон был недоволен собой. Ему казалось, что он уже давно научился справляться с своими эмоциями, ан нет, все-таки еще осталась способность что-то чувствовать. И это хорошо, что он может сдерживать себя, а не разносить все вокруг как бывало когда-то.
***
Когда-то, когда он был еще довольно молод. Всего полторы сотни лет на должности смерти, четыре с половиной сотни лет от роду. Молодой демон во всей своей безудержной мощи. В небесной канцелярии выдали разнарядку. Жертва особо не примечательная. Молодой парень из крестьян, свалившийся с оспой. Уже все понимали, что тот не жилец и ждали прихода смерти. Брайан и пришел. В тот момент, когда молодая сидела возле кровати больного, уронив смоляные косы на руки. Демон подошел к умирающему и взял его за руку, готовый улететь прочь с отстрадавшейся на этом свете душой. И все бы прошло как всегда, если бы девушка в самый последний момент не подняла голову, пристально всматриваясь в лицо Брайана карими миндалинами глаз. — Ты пришел за ним, — раздался негромкий грудной голос, — забирай уже скорее. Ты же видишь, что он страдает, что мы все страдаем. От этого голоса стало трудно дышать. Брайан давно привык, что родные умирающих его проклинали, ненавидели, а если и ждали то, только со своими корыстными интересами. А здесь он увидел принятие. Девушка любила умирающего, но понимала, что его уже не спасти. Она ждала прихода смерти как избавления, как награды за страдания своего любимого. Она не боялась демона, спокойно глядя на него огромными глазами. Брайан не ответил ничего, молча забрав душу парня. Но вернулся на следующий день. А потом еще и еще. Незримый он наблюдал за девушкой, за ее жизнью, до тех пор, пока она не оторвалась от своих дел, выпрямившись в полный рост, и не крикнула на всю комнату, — Я знаю, что ты здесь, смерть, что тебе еще нужно? В этом возгласе не было страха. Даже если бы Брайан явился за ней, то она спокойно пошла бы за ним. Но он пришел не за ней, он пришел к ней. Демон влюбился в эту смелую, благородную, красивую крестьянку. Он был готов кинуть к ее ногам все, что мог. Но ей было все равно. Она спокойно жила своей вдовьей жизнью, не обращая на присутствие смерти никакого внимания. Брайан проводил осенние вечера в ее комнате, любуясь ее ладной работой, восхищаясь быстрыми движениями ее рук, крутивших веретено. Она уже давно привыкла к его присутствию. Он мог не показываться ей на глаза, но она всегда чувствовала на себе внимательный взгляд болотных глаз. Представляла, как сквозняк колышет раскиданные по плечам кудри. Но оставалась холодна. Он пылко признавался ей, но она только смеялась в ответ. Соседи, чувствующие, что что-то не так в ее доме, стали переходить на другую сторону улицы при ее появлении. Но ей было все равно. Она уже давно не жила настоящим, оставшись душой в том времени, когда был жив и здоров ее любимый. Брайан, в пылу собственных чувств, забыл о том, насколько по разному идет время для него и для его возлюбленной. Он не замечал, как смоляные кудри окрасились серебристыми нитями, как в уголках карих глаз и больших алых губ пролегли мелкие морщинки. Для него она была по-прежнему прекрасна. И все так же недосягаема. Никакие чары молодого демона не действовали на прожившую всю свою жизнь вдовой, хранящую верность тому единственному, которого она схоронила на заре своей юности. Когда ее земное время подошло к концу, Брайан должен был забрать и ее. Он сидел у ее смертного одра и умолял согласиться на его предложение. Он знал, что ее душа и так бессмертна, но эгоистично хотел оставить ее рядом с собой. Цена была высока, бессмертная душа должна была отправиться на службу темной стороне, но оно того стоило. Она бы вернула свое юное тело, которое б теперь не старело. Она бы получила возможность испытывать земные радости. Но она с холодным презрением посмотрела на Брайана, гневно отвергая его соблазнительные предложения. В посмертии ее ждал тот, ради которого она всю жизнь провела затворницей, ради которого терпела омерзительного ей демона. Смерти ничего не оставалось, как переправить ее душу, туда, куда она должна была попасть. В ту же ночь вся деревня горела. Горела страшно. Огонь перекидывался с дома на дом, уничтожая все живое на своем пути. Те, кто выжили сбились под стенами церкви и потом клялись, что в отблеске пожара видели тень огромных черных крыльев демона, летающего над поселением. Говорили, что сама смерть пришла к людям в ту ночь. Брайан вымещал свою боль на ни в чем неповинных людях, зная, что за этим последует страшное наказание для него самого. Смерть должна быть беспощадной, но никогда не бессмысленной. Должностные инструкции не позволяли ему делать то, что он творил сейчас. Выговор не заставил себя ждать, стоило ему только вернуться в небесную канцелярию.***
— Эй, кудрявый, ты здесь? — голос Роджера выдернул смерть из воспоминаний. Сегодняшние посиделки со смертью были странными. Тейлор привык видеть Брайана в двух ипостасях. Либо хладнокровный демон-убийца в операционной, либо ироничный и живой собеседник за чаем или коньяком. — Еще немного и я подумаю, что тебя твоя работа тяготит больше, чем меня, — Роджер пытался перевести все в шутку, подливая смерти коньяк. Брайан поднял на него тяжелый, задумчивый взгляд. — А ты думаешь, что у меня вообще нет эмоций, — демон горько усмехнулся, — идеальный хладнокровный монстр-убийца, да? — Но ты же сам говорил, что привык, — Роджер не находил слов, выдавая первое, что придет в голову. — Привык, но помнишь, например, Монику? — Брайан встал и подошел к окну, за которым занималась утренняя заря. Роджер тихо ответил, что помнит.***
Ее привезли первой, а следом привезли и его. Жертву и палача. Он подкараулил ее в темной подворотне, а она начала сопротивляться и кричать. Он попытался заставить ее замолчать с помощью ножа, а на ее крики прибежали прохожие. Самосуд не заставил себя ждать. Они оба были в тяжелом состоянии. Врачи были вынуждены бороться за жизнь обоих, не делая скидок на то, кто из них двоих более достоин жить. Роджер тогда работал с бригадой над палачом. Он наблюдал за операцией, которая, как назло, шла без чрезвычайных ситуаций, и, буквально, молился о том, чтобы Брайан, который почему-то не появлялся в зале, забрал этого мудака. Роджер встретил смерть уже в своем кабинете, где тот понуро сидел за столом. Демон мог ничего и не говорить, все было понятно по его внешнему виду. Смерть выполнила свой долг. Забрала того, кого должна была. И это была жертва маньяка. Тейлор хотел было что-то сказать, но Брайан остановил его жестом, пробормотав что-то из серии: «Так должно было быть», после чего исчез, словно растворившись в воздухе.***
— Слушай, — Роджер внимательно смотрел на своего собеседника, — да, что с тобой такое сегодня. Сваливаешься в какую-то дыру. Не помню тебя таким. Демон молчал. Он с ужасом понимал, почему все эти воспоминания и мысли нахлынули на него сейчас. Брайан подошел к зеркалу, внимательно вглядываясь в свое отражение. Молодой, высокий, темноволосый. Такой же как триста лет назад. — Ты знаешь, — через зеркальную поверхность он взглянул на Роджера, — я иногда задумываюсь, что было бы если бы я родился кем-то другим. Человеком, например. Ну вот почему, из человека в демоны можно податься, а наоборот — нет. — Но ведь у тебя был выбор, чем заниматься, — Тейлор не без интереса смотрел на смерть, откровения которой слышал впервые. Казалось, что еще немного и Брайан откроет ему тайны мироздания. Но вот вопрос — хочет ли Роджер это знать. Был, — Брайан горько усмехнулся, — я был молод и слишком романтичен. В моем представлении, я должен был стать избавителем от мучений, проводником в иной мир из этого бренного. Но, если бы ты, Роджер, видел, что творилось, хотя бы, на полях сражений двух мировых войн, ты бы понял, что-то, что происходит в операционной — это милость Всевышнего. — И что бы ты делал, если бы был человеком? — как не пытался, Роджер никак не мог представить демона в роли, ну, например, водителя автобуса. — О, я бы всеми силами старался не дать вам, идиотам, сделать с вашей жизнью то, что вы творите, — лицо смерти ожесточилось, — вы же сами приближаете свой конец. Хотя, нет, я бы спасал от вас каких-нибудь беззащитных тварей. Ежиков там, или барсуков. Или еще кого-то. Тех, кто не способен дать человечеству отпор. Роджер не смог не любоваться тем, как поменялись эмоции на лице демона. Сейчас он прикрыл глаза, мягко улыбаясь, словно представив, как какой-то барсук радостно грызет шнурки на его камзоле. Но врач молчал, не отвечая на откровения. Ведь иногда важно просто выслушать, даже если твой собеседник сама смерть. — Знаешь, — Брайан открыл глаза, — я ведь знаю, почему мне предложили стать смертью. Ты посмотри на меня. Меня же невозможно бояться. Особенно девицам, а, поверь мне, все женщины перед смертью возвращаются в самый нежный и прекрасный возраст. И ты знаешь, они с таким удовольствием идут за мной. Я даже этот жезл идиотский, — демон кивнул на свой кофр, где хранилось его орудие, — сделал в форме то ли лютни, то ли гитары. Работает ведь, уже триста лет работает. — Слушай, — Роджер подошел к смерти, стоя рядом возле зеркала, — если тебе так хочется почувствовать себя человеком, то почему ты не сделаешь этого. Ты ведь вполне можешь существовать среди людей. — Есть одна причина, дорогой мой доктор, посмотри на свое отражение. Скажи мне, что ты видишь. Роджер поднял глаза. Из зеркала на него смотрел молодой, коротко стриженный светловолосый мужчина тридцати трех лет. Вполне себе привлекательный, даже синяки под синими глазами, появившиеся после очередной бессонной ночи, не портили его. О том, что он хорош, Тейлор знал наверняка, а двадцатилетние медсестрички это только подтверждали. — Смотри внимательнее, Роджер, — раздался голос смерти за спиной.
