Ole oma itsesi

1970 год. Осень 7 курса. Хогвартс-экспресс, по ощущениям Андромеды, в этом году побил все рекорды по скорости. Время никогда не летело так быстро. И вместе с ним никогда так быстро не летела Меда. Она поспешила самой первой выбежать из вагона и запрыгнуть в карету до замка. Наспех побросав чемоданы в своей комнате, которая в этот раз показалась ей мрачнее обычного, она переоделась и скорее кинулась в одно заветное место, которое так манило её все последние недели. Настойчивая мысль где-то на краю подсознания твердила ей о том, что она непременно должна отправиться сразу туда. Хогвартс казался ей всё больше миражом, он был полон призраков, но не тех привидений, что жили там. Каждый уголок замка хранил в себе воспоминания о Барти. Картины прошедших моментов то и дело всплывали перед её глазами, и было невозможно отделаться от этого наваждения. Андромеда и не пыталась противостоять, она позволила тихой грусти разливаться по венам и смирилась с тем, что каждый коридор будет неизменно напоминать ей обо всём хорошем или плохом, что было с ней здесь всего полгода или год назад. Девушка торопливо взбежала по ступенькам и вышла на смотровую площадку в Астрономической башне. Дул такой знакомый тёплый ветер, и так же бесшумно подкрадывалась ночь. Андромеда даже не удосужилась сотворить Согревающие чары или принести плед. Ей хотелось чувствовать касания ветра, словно он мог унести её печаль или решить проблемы. Он не мог, но она всё продолжала сидеть на холодном каменном полу и невидящим взглядом всматриваться в окрестности Хогвартса. В её голове вихрем кружили воспоминания, центром которых был Крауч. Вот Барти украдкой обнимает её в коридоре шестого этажа. Вот они прокрадываются на кухню, чтобы стащить какую-то сладость, так как снова не успели на ужин. Вот они выбирают книги в лавке в Хогсмиде и спорят о том, какой же из Министров магии был самым великим. Вот они в факультетской гостиной сверяют ответы к задачкам из предстоящего ЖАБА Крауча. Вот они ночью выходного дня перепутали свои школьные мантии и заметили это только за завтраком. Вот они в который раз гуляют у Чёрного озера и всё так же молчат, как в самый первый вечер. Вот Барти разворачивает свой рождественский подарок, на его лице играет редкая искренняя улыбка, а в глазах пляшут не чёртики, а яркие огоньки. Андромеда гадает, в какой момент исчезли его эти искорки. Отматывая события назад, она не может сказать, когда же всё пошло не так. Наверное, всё было «не так» почти сразу, и искать виноватых уже невозможно. Ей остаётся только хранить в груди все эти тёплые моменты и надеяться, что они вытеснят все плохие воспоминания; надеяться, что эти счастливые мгновения у неё не были последними.

***

Новый учебный год походил одновременно и на долгожданный глоток свежего воздуха, и на стремительно приближающийся ураган. С одной стороны, в школе Андромеде всяко было лучше и спокойнее, чем дома, да и отсутствие многих выпустившихся в прошлом году учеников существенно упрощало жизнь. Но, с другой стороны, школа уже не была тем безопасным и беззаботным местом, что раньше. Или Меде так казалось. Но она не могла уже беспечно проводить свои дни, зная, что её ждет дальше. Последний курс для всех всегда был решающим, но для средней Блэк он должен был стать судьбоносным. Возле входа в Башню старост лениво ожидали студенты, несколько парней обсуждали недавнюю победу Холихедских Гарпий, двое девушек решали задания по Нумерологии, кто-то бездумно мерил шагами коридор, кто-то развалился на лестнице в попытках подремать. Сегодня должно было состояться первое общее собрание для старост всех факультетов. Андромеда и Нарцисса неспеша шли по коридору, до запланированной встречи оставалось ровно две минуты. Слизеринцы никогда не приходили заранее, так же как никогда и не опаздывали. Цисси, воодушевлённая своим вступлением в должность префекта, что-то увлечённо рассказывала старшей сестре. Меда, для которой этот год также был первым в новом статусе, внимательно слушала её рассуждения, гадая, чем же это всё обернется. Ей так хотелось забыться и уйти с головой в какое-то новое дело, что она, почти не раздумывая, согласилась на предложение стать одной из старост факультета. Обычно у каждого факультета на курсах с шестого по седьмой были свои префекты, мальчик и девочка, таким образом в школе было до шестнадцати старост. Факультеты назначали их самостоятельно. Руководили всеми ними Главные старосты школы: Хедбой и Хедгёрл – два лучших студента, один юноша и одна девушка, которые выбирались каждый год директором. Сегодня-таки они и должны были быть назначены, а также разобраны планы и правила работы на предстоящий год. Тед, тоже ожидающий на площадке, издалека заметил приближающую Андромеду, он не отрывал от неё глаз, пока они наконец не встретились взглядом. Тонкс скромно улыбнулся девушке, не решившись подойти к ней, пока она была в компании сестры. Меда подарила пуффендуйцу в ответ рассеянную улыбку. Казалось, она напрочь забыла о существовании Теда и не ожидала его здесь увидеть. Большая каменная дверь ровно в ноль-ноль минут щёлкнула своим затвором, приглашая студентов войти. В этот момент из-за спин Андромеды и Нарциссы подлетел Рабастан. Младший Лестрейндж, ещё более пунктуальный, чем его однокурсницы, в одно движение отворил тяжёлую дверь, жестом приглашая девушек пройти. Пока остальные ученики поднимались со своих мест, слизеринцы проследовали внутрь комнаты. Басти всё так же галантно отодвинул для своих спутниц стулья, после чего присел рядом с ними, за это время не произнеся ни слова. Нарцисса немного встревоженно и удивлённо покосилась на сестру. Андромеда поймала её взгляд и многозначно подняла брови. Младшая Блэк еле заметно пожала в ответ плечами. Конечно, они знали, что Рабастан будет на собрании, ведь он, как и предполагала Меда в прошлом году, тоже был выбран префектом. Но его порой трудно интерпретируемые поступки заставляли чувствовать себя неуютно. Как только все ученики заняли свои места, из-за противоположной двери показался директор. Профессор Дамблдор бодро поприветствовал студентов, не забыв поинтересоваться чуть ли не у каждого, как у них самочувствие и как проходят первые учебные дни. — Что ж, давайте сразу перейдём к самому важному делу на сегодня и назначим наших Главных старост, — радушным голосом продолжал директор. Старшекурсники зашептались и начали переглядываться между собой. Краем глаза Андромеда заметила, что Тед смотрит в её сторону. Блэк неуклонно специально продолжала наблюдать за Дамблдором, едва сдерживая улыбку на своём лице и желание повернуться в сторону Тонкса. Он, как и обычно, выглядел забавно: с растрёпанными светлыми волосами, неаккуратно заправленной рубашкой и озорной энергетикой, которая не могла не поднимать настроение даже на расстоянии. — Отталкиваясь от успеваемости учеников, их репутации, наклонностей, способностей, характера и моих личных соображений, — на этом моменте многие присутствующие издали короткие смешки, — я решил в этом 1970-1971 учебном году назначить на должность Хедбоя студента Пуффендуя Эдварда Тонкса, — юноша, услышав своё имя застыл на месте с радостным и удивлённым выражением лица, — и на должность Хедгёрл студентку Слизерина Андромеду Блэк. Меда на долю секунды прикрыла глаза, приказывая себе сохранять равнодушное выражение лица. «В этом нет ничего такого», — первой мыслью пронеслось у неё в голове. Для многих это назначение показалось более чем странным, учитывая, что Блэк не была до этого старостой. Однако, по большому счёту, в этом не было чего-то сверхъестественного, ведь на эту должность мог претендовать абсолютно любой из выбранных префектов. Но это было проблемой для некоторых других учеников. Префект Когтеврана Эмили Броклхерст чуть не упала со своего стула от услышанной новости: девушка была старостой с пятого курса и имела высшие оценки почти по всем дисциплинам, почему она и была уверена, что звание Хедгёрл достанется ей. Не остался равнодушным и Рабастан. Хотя на лице юноши невозможно было ничего прочитать, всё-таки слизеринцы мастерски скрывали свои эмоции, но он был более чем озадачен этим решением директора. Профессор Дамблдор попросил названных молодых людей выйти к нему и поспешил вручить им отличительные значки золотистого цвета. Под полагающиеся аплодисменты они покончили с официальной частью и затем приступили к обсуждению вопросов работы на начинающийся год. Примерно спустя час переговорная комната Башни старост опустела. Андромеда и Тед последними покидали помещение, разбирая бумаги и журналы. — Поздравляю с назначением. Я очень рад, что ты всё-таки решила стать префектом и что мы теперь будем работать вместе, — осторожно заговорил Тонкс. — Спасибо. Да уж, это было довольно неожиданно, — Андромеда улыбнулась уголками губ и привычным жестом, заправила выбившуюся прядь волос на ухо. — А по тебе и не скажешь. Кажется, будто ты всегда ко всему готова и ничто не способно тебя удивить. — Ну, знаешь, есть очень много вещей, что могут меня удивить. — Например? — Тед подошёл ближе к слизеринке. — Если я скажу, это меня не удивит, — она лукаво повела плечами. — Лааадно, — протянул юноша. — Ты когда-нибудь была в пуффендуйской гостиной? — Нет, никогда, — Меда с игривым прищуром посмотрела на Тонкса. — Тебя удивит, если я приглашу тебя сегодня на нашу факультетскую вечеринку? — он заулыбался ей в ответ. — Она, конечно, не такая эффектная как у Гриффиндора, но… — Я приду, — прервала его Блэк. — Да, пожалуй, это меня удивит. — Что ж, дресс-код как можно менее нарядный и официальный, если у тебя, конечно, есть такое в арсенале, — девушка наигранно недовольно нахмурилась при этих словах. — И встречаемся после ужина у кухни, я проведу тебя дальше. Сердце Андромеды колотилось в приятном предвкушении. Она заново вспомнила, каково это — общаться с Тедом Тонксом. Каждое слово и каждый жест пуффендуйца даровали невероятное ощущение теплоты и лёгкости. А идея отправиться в гостиную их факультета на вечеринку внезапно показалась самой заманчивой и интересной на всём белом свете. Меда давно не чувствовала такой радости от простых вещей. Она чуть ли не забежала в женскую спальню, побросала на кровать журналы старост и принялась критически оценивать свой гардероб. Спустя десять минут девушка подобрала наиболее подходящий, по ее мнению, наряд — средней длины шелковая тёмно-зелёная юбка, белый кардиган в мелкую вязку и светлые мягкие туфельки — слегка поправила волосы, уложив их в небрежную косичку, чему сама себе улыбнулась в зеркало, и отправилась в сторону кухни. В гостиной она встретила несколько учениц с пятого и шестого курса, которые поздравили Андромеду с назначением на пост Хедгёрл. Теперь уж слизеринцы будут гордиться данным фактом как минимум пару недель. За ужином она почти не притронулась к еде. Быстро перекусив каким-то салатом, Меда поспешила покинуть Большой зал. Тед уже ожидал девушку в оговоренном месте. Он тоже переоделся в мягкие домашние штаны, которые, по-видимому, были его любимыми, и лёгкую футболку канареечного оттенка, близкого к цвету его факультета. В районе груди у него красовался новенький отличительный значок. — То, что ты префект и перфект, я уже точно запомнила. Ты стараешься, чтобы я не забывала, что ты и Хедбой? — весело бросила Андромеда, поравнявшись с юношей. — Вообще-то я думал, ты тоже со своим придёшь. Теперь мне одному получать всё внимание, — произнёс Тед, внимательно рассматривая наряд девушки и изучая новую прическу. — Я решила, что сегодня я ещё не вступила в свои обязанности и отдыхаю, — Блэк картинно махнула рукой. — Да и иголка от значка оставляет ужасные дырки на повседневной одежде. Так что мне больно смотреть на твою футболку. — Можешь тогда смотреть в мои глаза, а не на футболку, — с хитрым прищуром ответил Тонкс. — А вообще мне всё равно. И дырки легко можно зашить простым маггловским способом. Ну или исправить заклинанием. Тут уж кому что больше нравится, — он слегка пожал плечами. Они подошли к большим деревянным бочкам, плотно стоящим в коридоре под натюрмортом с фруктами. Тед в определённом порядке постучал по крышкам, после чего в середине второго ряда одна из бочек отворилась, приглашая студентов зайти. Андромеда изумлённо посмотрела на Тонкса. — Видимо, это ещё одна вещь, что смогла тебя удивить, — проговорил юноша и первым потянулся шагнуть за «дверь», приглашая Блэк проследовать за ним. Гостиная Пуффендуя оказалась большой круглой комнатой с низкими потолками и с большим количеством различных растений, свисающих со всех сторон. Потолок, стены и мебель были выдержаны в традиционных цветах факультета. На полу были постелены тёплые ковры и разбросаны мягкие пуфики. Андромеду поразил контраст с обителью Слизерина. У неё даже промелькнула мысль, что в мрачности своего дома и факультетских комнат абсолютно точно должна была развиться депрессия, но здесь же… чувствовался уют в каждой мелочи. На диванчиках и креслах уже собралось человек двадцать студентов со старших курсов, они играли в какие-то незамысловатые словесные игры и распивали какой-то мутный напиток из стеклянных бутылок. Всё-таки что-то здесь было в точности, как и у слизеринцев. — Ребята, я привёл нам гостя, — нараспев произнёс Тед, подходя ближе к собравшимся. — Знакомьтесь, кто не знает, Андромеда, наша новая Хедгёрл. — Ого, Андромеда Блэк? Я Меган Целлер, рада встрече, — одна из девушек поднялась со своего места и протянула руку в приветственном жесте. — Да, я помню тебя, Меган. Ты учишься на одном курсе с моей сестрой Нарциссой, вы вроде даже делали вместе задание по Прорицанию, — Андромеда улыбнулась и пожала ладонь рыжеволосой девочки. — Ничего себе, мне впервые улыбается представитель Слизерина, — Целлер звонко рассмеялась. Остальные студенты подхватили её смех. Меган жестом пригласила Меду сесть на своё место, сказав, что сама расположится на полу. Затем другие студенты также представились и с большим энтузиазмом обязательно пожали руки. Андромеду тут же захватила волна уюта и ребячества. Она даже не думала, что пуффендуйцы так тепло её примут. Всё-таки фамилия Блэк и принадлежность к змеиному факультету накладывали определённый отпечаток. — Как тебе наша гостиная? — спросила у Меды девушка по имени Сьюзан Коул, она сидела слева на кресле и с любопытством рассматривала гостью. — У вас здесь так светло, просто потрясающе! — сказала Андромеда, любуясь золотистым закатом, что яркими лучами проникал в многочисленные окна гостиной. — Боюсь представить, как выглядят комнаты Слизерина, если наличие света тебя так поразило, — ребята в очередной раз разразились задорным хохотом. — Да, да, пошутите ещё про то, что мне надо подарить фонарик, — наигранным тоном ответила Блэк. Все подколы в тот вечер совсем не ощущались как болезненные, барсучки делали это так по-доброму и так просто, что Андромеда поняла, откуда у Теда эта привычка постоянно отпускать маленькие шутки. — Ещё у вас так много жёлтого вокруг. Я не часто встречаю этот цвет, — улыбаясь, продолжила Меда. — А какой у тебя любимый цвет? — спросил Тед, который расположился на пуфике ровно напротив гостьи. — Зелёный, — не раздумывая ответила она. — Это так скучно! — ухмыльнулся Тонкс и покосился на юбку Меды. — И так по-слизерински. — О нет, это прекрасная юбка. Даже не говори ничего про её цвет, Тедди, это мелочи, — защебетала Меган. — Ты чудесно выглядишь, Андромеда. И зелёный очень тебе идёт! — Спасибо! Я старалась надеть что-то попроще, чтобы не выделяться, так сказать. — «Не выделяться» и «Андромеда Блэк» — это какие-то две несовместимые вещи, — то ли в шутку, то ли серьёзно произнес Тед. — Да уж, я думаю, ты всё равно будешь выделяться, — улыбнулась Целлер и обвела взглядом одежду всех остальных собравшихся: объёмные футболки, смешные свитера, домашние штаны и мягкие тапочки. Блэк была приятно тронута такими словами своей новой знакомой. Так много всего удивительного было в тот вечер. Меда даже немножечко стала жалеть, что не познакомилась ближе с представителями чёрно-жёлтого факультета раньше. Меньше чем за полчаса Андромеда уже полностью влилась в компанию, а новые её знакомые делали всё возможное, чтобы она не чувствовала себя чужой. Несмотря на некоторые настороженные взгляды, совсем не чувствовалось, что кто-то из барсучков боится или сторонится её. — А по какому поводу у вас сегодня вечеринка? — обратилась она с вопросом. — Вечеринка? — переспросила Сьюзан. — Да, Тед назвал это именно так, когда приглашал меня. — Ну, пускай это будет вечеринкой. Ага, специальное празднование в честь назначения Теда Хедбоем, — Коул демонстративно игриво накручивала на палец прядь своих длинных и чёрных как смоль волос. — Но вообще мы всегда так проводим вечера. Нам не нужно никакого повода. — То есть вы каждый вечер просто собираетесь все в гостиной, вот так сидите, общаетесь, играете во что-то и… — задумчиво протянула Андромеда, рассматривая наставленные различные бутылки и тарелки со вкусностями. — Ага. А что в этом удивительного? — бросила пуффендуйка и потянулась за очередной порцией печенья. Меда оставила её реплику без ответа, снова смущённо улыбнувшись. Они находились долгие годы в одной школе, а складывалось ощущение, будто они жили в абсолютно разных мирах. Девушку в очередной раз посетили мысли, почему Распределяющая шляпа направила её на Слизерин. — Давайте во что-то поиграем, — хлопнула в ладоши Рита Скитер. Однокурсница Андромеды всё это время сидела на дальней стороне и пристально наблюдала за ней. Блэк и Скитер никогда особо не общались и не часто пересекались на занятиях, но Меда отлично запомнила этот въедливый пристальный взгляд и слащавый голосок. И хотя она ничего не имела против блондинки, та казалась ей уж слишком шумной и надоедливой. — Мы уже играем, Рита, не видно, что ли? — протянул в ответ один из ребят, сидящих на полу у камина и собирающих какие-то странные кусочки картины. — А что это у вас? — обратила на них внимание Андромеда. — Это же пазлы, — отозвался юноша, чья фамилия была Бэйрон, он учился на седьмом курсе и был игроком факультетской команды по квиддичу. — Ты не знаешь, что такое пазлы? — Это игра-головоломка, в которой требуется составить фигуру из множества её частей, в данном случае у Билли городской пейзаж, — поспешил объяснить Тед, заметив растерянное выражение лица Меды. — Маггловское развлечение. — Да, я такого никогда не видела. Очень интересно, наверно, — Блэк увлечённо наблюдала за складывающимся из фрагментов рисунком. — Как в жизни, ты собираешь свою картину из маленьких разбросанных отрывков. — Только там ты не знаешь, что же должно получиться в конце, — шёпотом добавил Тонкс и встретился глазами с девушкой напротив. Андромеду снова поразила чистота и яркость глаз Теда. Светло-серые жемчужинки заботливо провожали каждое её движение. Они блестели из глубины комнаты, готовые поддержать в любую минуту. Они видели и подмечали всё. И даже больше. Рита поднялась со своего места и поставила в центр группки свою пустую бутылку из-под сидра. Жестом она пригласила всех подвинуться ближе и образовать круг. Ученики перетащили кресла и пуфики, устраиваясь поудобнее. Кто-то отошёл в сторону и остался наблюдать, кто-то удалился в свои комнаты позаниматься уроками, но большинство из собравшихся вступили в игру и с воодушевлёнными лицами ожидали начала. — Играем в «правда или действие». Никаких пошлых заданий, никаких провокационных вопросов. На правду, естественно, отвечаем правду. Но если какая-то тема слишком давит на вас, вы всегда можете сказать об этом и прекратить игру, — протараторила Скитер, усаживаясь на одно из освободившихся мест, откуда ушли нежелающие присоединяться сегодня к данному развлечению. — Ну да, Рита, тебе бы только выведать наши секреты! — фыркнула Сьюзан. — Выбирайте лучше действия, с Ритой шутки плохи, — подхватила Меган. — Девочки, душки, все ваши секреты я уже знаю, — Рита картинно закатила глаза и потянулась к бутылке. — Начинаю крутить. На кого покажет, тот делает свой выбор и потом ходит следующим. Стеклянный сосуд стремительно завертелся на месте, глаза учеников пристально следили за каждым его оборотом. Андромеда неосознанно наклонилась ближе, зачаровано наблюдая за происходящим. Вместе со Слизерином она никогда не играла в подобные игры, отдавая предпочтения другим занятиям. И сейчас она была несказанно рада присоединиться к развлечению пуффендуйцев, так что была бы готова с удовольствием ответить на любые вопросы или выполнить даже самое сумасшедшее действие. — Билли! — воскликнула Скитер, обращаясь к смуглому коренастому юноше, на которого указало горлышко. — Конечно, действие, — протянул в ответ мулат. — Лааааадно, — задумалась блондинка и хитро сощурила глазки. — Сбегай-ка на кухню и стащи учительское эльфийское вино. Студенты многозначно заохали и застонали. Билл уставился на Риту немного уставшим и немного сердитым взглядом. Он лениво поднялся со своего места и направился к выходу выполнять желание. — То есть вот такое у вас в порядке вещей? — усмехнулась Андромеда, провожая взглядом удаляющегося парня. — Ну да. Ничего сложного. Мы лучшие по этой части. Кухня уже как наш второй дом, — раздались с разных сторон голоса пуффендуйцев. — А ещё говорят, что слизеринцы любят пренебрегать правилами! Спустя несколько минут Билли вернулся, торжественно неся кувшин с вином как трофей. Большинство воздержались от распития новоприбывшего алкоголя, довольствуясь соком или менее крепким сидром. Бэйрон сделал свой ход, и горлышко бутылки указало на Тонкса. Староста выбрал действие, и Билли загадал ему изобразить победный танец, что он исполнил бы после выигрыша их команды по квиддичу. Под одобрительные свистки Тед забрался на стол и принялся вытанцовывать различные смешные па. Движения получались у него на редкость хорошо, незамысловатый танец вышел очень даже красивым и плавным. Меда подхватила общее радостное настроение, аплодируя юноше и что-то выкрикивая ему. Стояла ужасная суматоха: кто-то отбивал ритм по деревянной поверхности стола, кто-то напевал мотив известной всем песни, кто-то даже успел наколдовать гитару и сыграть пару нот. Спустя несколько минут Тед спрыгнул на пол, объявив, что на сегодня его выступление окончено. Однокурсники довольными возгласами проводили его до своего места. Было видно, как пуффендуйцы любили своего Главного старосту. Щёки Тонкса порозовели от активных движений, а светлые волосы растрепались ещё больше. Он проследовал на своё место и совершил следующий ход. Бутылка указала на Андромеду. Девушка игриво улыбнулась и тоже решила выбрать действие. Тед задумчивым взглядом обвел гостиную в попытках придумать желание. Наконец он щёлкнул пальцами и протянул Меде полный бокал принесённого вина, сказав выпить его до дна. Блэк пыталась протестовать и доказать глупость данного действия, но всё было тщетно. Тонкс поспешил аргументировать выбор данного действия тем, что слизеринка ничего не пила за весь вечер, и это незамедлительно надо исправлять. Осушить целый бокал было не простой задачей, но сидящие рядом Меган и Сьюзан подбадривали свою новую подружку и передавали различные вкусности в дополнение к напитку, в то время как Билли в красках описывал утончённый вкус этого вина и рекламировал его как очень качественное и дорогое. За пару минут Андромеда справилась со своей задачей, чем остался доволен Тед. Его добродушные глаза всё так же сияли весельем и азартом. Меде тоже казалось, что её собственные глаза должны блестеть и вырабатывать свет, которого бы хватило на весь замок, настолько хорошо ей было. Следующей бутылка указала на Сьюзи. Брюнетка довольно заёрзала на месте и выбрала правду, сказав, что Андромеде-таки она доверяет и с ней не страшно говорить истину. Блэк была польщена, что пуффендуйка решила, что она не сможет задать ей каверзных или неприятных вопросов. Меда попросила Коул рассказать про самый трогательный момент в её жизни. Та почти без раздумий принялась рассказывать про день, когда её младшей сестре, которую звали Синтия и которая была точной миниатюрной копией старшей, тоже пришло письмо из Хогвартса. Их родители были магглами, так что все были потрясены, когда оказалось, что Сьюзан владеет магией. Но ещё больше они удивились, когда узнали, что в их семье родилось две волшебницы. Синтия немного завидовала старшей сестре и очень хотела походить на неё, и её желанию было суждено сбыться. Этим летом, когда ей прилетело её письмо, она была несказанно счастлива. Не менее рада была и Сьюзан. Она до невозможного любила свою сестрёнку, и самым заветной её мечтой было, чтобы та тоже увидела школу магии и тоже оказалась здесь. В тот самый лучший день в честь такого события они всей семьей отправились в парк аттракционов, они перепробовали все горки, объелись мороженым, посмотрели фильм, сделали памятные снимки и купили большую плюшевую сову в подарок Синтии. Коул сказала, что это и был самый трогательный момент в её жизни. Половина собравшихся не смогли сдержать слёз от умиления из-за рассказа одногруппницы. Сьюзи была тронута такой реакцией окружающих, она беспрерывно пальцами расчёсывала свои длинные чёрные волосы, пытаясь справиться с волнением. Меган крепко-крепко обняла подругу и прошептала, что это была потрясающая история. Коул улыбнулась и сказала, что ещё она не менее рада, что её сестра тоже попала на Пуффендуй и что они теперь всегда рядом. Немного успокоившись, брюнетка продолжила игру и прокрутила бутылку. В тот вечер было много заданий и много веселья. Одному из парней пришлось съесть всю пачку Берти Боттс, а другой должен был на руках пересечь комнату. Меган досталось задание просидеть на коленях у Билли три хода, а Сьюзан, снова выбравшая правду, призналась, что на третьем курсе была влюблена в профессора Кеттлберна. Они играли уже больше часа и договорились, что сделают ещё два хода и будут расходиться спать. Был черёд Целлер закручивать бутылку, и её горлышко замерло напротив Скитер. — Правда, — самодовольно произнесла Рита. Она крайне не любила выбирать действия. — Таааак… — задумалась Меган. — С кем был твой лучший поцелуй? Собравшиеся одобрительно загудели. Несколько юношей перекинулись многозначными взглядами, ожидая, что блондинка расскажет про кого-то из них. Кто-то из девушек зашептался в сторонке. — Мой лучший поцелуй был со Стивом Лоэлотом, — наконец сказала Скитер, поправляя очки и потирая переносицу. — Лоэлот?! Капитан нашей команды по квиддичу? — ошеломлённо переспросила Андромеда, наклоняясь ближе к Рите. — Да, он самый. Красавчик что надо, и целуется отлично, — гордым голосом ответила ей девушка. Последовали то ли одобрительный, то ли негодующий шум и перешёптывания. Кто-то из сидящих рядом со Скитер студенток стал расспрашивать её о подробностях. Меда же закрыла лицо ладонями, не успевая уже справляться со всей потрясающей её информацией за вечер. Утром она и не могла представить, как сложится этот день. Голоса понемногу стали утихать, и Рита торжественно положила руку на бутылку и отточенным движением придала ей вращение. Та довольно долго крутилась в поисках последней жертвы, наконец она остановилась, указывая на Андромеду. Девушка с вызовом посмотрела на пуффендуйку и выбрала правду. — Гхм, — хитренько протянула Скитер, довольная тем, что кто-то наконец попал в её сети. — Что ж, давай ты тогда расскажешь нам про свой последний поцелуй. Меда сделала тяжёлый вдох, в первый раз за вечер она ощутила, как же жарко было в гостиной. Рита неотрывно смотрела ей в глаза и продолжала так же лукаво улыбаться. Блэк обвела взглядом собравшихся, ища в ком-нибудь из них поддержки, но ученики сидели лишь с выжидающими и заинтересованным выражениями лиц. Она понимала, что они не могут знать и представлять всей сложности её ситуации. Хотя вопрос был предельно простой. Андромеде хотелось бы вот так просто на него ответить. Блэк встретилась глазами с Тонксом, у того залегла небольшая морщинка между бровей. Он был единственным в этой комнате, кто знал о её взаимоотношениях с Краучем. Юноша неопределённо покачал ей головой в ответ. Скитер уловила это движение и их переглядки и, конечно же, неверно их интерпретировала. — Ты и Тонкс?! Это правда? — чуть ли не завизжала Рита. — Неужели? Пуффендуйцы в очередной раз за вечер подняли шум и переполох, начав обсуждать сплетню, брошенную однокурсницей. — Что? Нет… — непонимающе переспросила Андромеда. — Прекрати, Рита, — резко осадил её Тед. — В этой игре нельзя соврать. Ну же, змейка, скажи нам, — слащаво протянула блондинка, не отрывая глаз от гостьи. — Если этот вопрос является чем-то болезненным для тебя, то не стоит тогда… — начала Сьюзан, видя замешательство Меды. — Всё нормально, я расскажу, тем более это всё уже в прошлом, — поспешила успокоить её Блэк. — Мне только надо немного собраться с мыслями, — она по привычке принялась заламывать пальцы на руках. Андромеда невидящим взглядом уставила в одну точку перед собой и приказала своему пульсу успокоиться. Вопрос сумел застать её врасплох, или всему виной было выпитое вино. Девушка попыталась сконцентрироваться на картинках в своей голове. Она не сразу смогла вспомнить, где и когда был её последний поцелуй. Конечно же, он был с Барти. Но она упорно не могла найти в своих воспоминаниях чёткий момент. Наконец, она подала голос. — Мой последний поцелуй был в конце июня этого года. Это было на моём дне рождения. Парень, с которым я тогда встречалась, — она немного запнулась на этом слове, — пришёл поздравить меня. Он пришёл раньше всех гостей, и мы вдвоём сидели в моей комнате. Вот тогда он поцеловал меня и сказал какие-то праздничные слова, я уже не помню, какие именно, — Андромеда почувствовала, как понемногу подкатывали слёзы. — Потом ко мне постучалась моя сестра, так что мне пришлось ненадолго отойти, она позвала разобраться с некоторыми делами в зале. И потом мы почти больше не виделись с ним за день. И... вообще почти не виделись после этого. Десятки пар глаз были устремлены на девушку и жадно ловили каждое её слово. — И что дальше? Вы расстались? Но почему? — шёпотом спросила взволнованная историей Меган. — Вроде того, — неуверенно ответила Меда и перевела взгляд на Теда, который всё так же внимательно смотрел на неё. — Потому что мы не можем быть вместе. — А кто же он? Ты не скажешь имя? — раздались чьи-то голоса с дальнего края. — Это уже будет следующий вопрос, так что ждите будущего раза, когда мы снова с вами сыграем, — отшутилась Блэк. Но в этот момент её сердце падало с высоты Астрономической башни, оттуда же, где она его потеряла. Обсуждая события сегодняшнего вечера, ученики стали подниматься со своих мест и расходиться. Скитер недовольно цокнула, упустив такую возможность разжиться секретной информацией, и, бросив последний взгляд на слизеринку, тоже покинула гостиную. Тонкс неуверенно подошёл к Андромеде и предложил проводить её. — Так значит… ты рассталась с… — начал Тед по дороге в подземелья. — Если можно было это назвать «встречались», — невесело ухмыльнулась Меда. — Да, мы расстались с Барти. Его имя дымкой повисло в воздухе, эти пять букв ножом резали Тонксу сердце все последние месяцы. Он чувствовал себя виноватым перед Андромедой. И он чувствовал себя слабым. И он чувствовал что-то ещё. Но в данный момент он был уверен, что ощущал только лишь радость от услышанной новости. Хотя в то же время он всё ещё переживал за девушку. Не мог не переживать. — Как ты вообще? Всё в порядке? — Ох, ну да. Думаю, что да, — она остановилась перед входом в слизеринскую гостиную. — Хорошо, — Тед в задумчивости привычным жестом взъерошил свои волосы. — Знай, что ты всегда можешь обратиться ко мне, если что. — Непременно обращусь, Хедбой, — ласково улыбнулась Блэк. — И спасибо за этот вечер, я прекрасно провела время. — Я рад, что тебе понравилось, Хедгёрл. Ну, доброй ночи, — Тонкс нерешительным жестом помахал ей на прощание и зашагал обратно по коридору. — Спокойной ночи, — прошептала Андромеда. Пуффендуец ещё несколько раз оборачивался по дороге, Меда картинно махала ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. Она в смятении простояла несколько минут перед дверью, ей казалось таким странным возвращаться в свою гостиную. Чёрно-жёлтый яркий интерьер стал настолько привычным за несколько часов, что она была не готова вернуться в полумрак Слизерина. Разгладив складки на юбке и тяжело вздохнув, Андромеда наконец произнесла пароль и шагнула за порог.

***

And I wanna kiss you, make you feel alright I'm just so tired to share my nights I wanna cry and I wanna love But all my tears have been used up On another love, another love* ____________________________ *Отрывок из песни Tom Odell — Another Love И я хочу целовать тебя, делать так, чтобы тебе было хорошо. Просто я устал делить свои ночи с другими. Я хочу плакать и хочу любить, Но все мои слёзы уже были пролиты О другой любви, о другой любви