Погода

- Можно? - Кирилл аккуратно стягивал за лямку рюкзак с моего плеча и перекидывал через свое. Я не мог сдерживать улыбку, но быстро опускал голову, не думая возражать. - Я могу..? - он касался пальцами моей щеки и я кивал. Тогда он наклонялся и целовал меня. Все переменилось с того вечера, когда он не взял меня, обнаружив, что я не тронут. Не важно то, как я сам жаждал этого, жаждал его - он не захотел или не смог. Вернувшись домой, я заперся в ванной, ошеломленный собственной решимостью, готовностью измениться. Меня переполняла уверенность, нет, почти счастье от осознания: "Я делаю это не ради него, ради себя.." С зеркала на меня смотрел уже не я. С этим незнакомцем отныне предстояло сродниться, слиться с ним. Этот бритоголовый хмурый пацан в зеркале ни за что не прогнется под кого-то. Ему не знакомы чувства колебания и неуверенности, из которых состоял закомплексованный Вадимка. Вадим. Меня зовут Вадим. И я стал Вадимом. На восхищение брата по поводу изменений, которые произошли во мне, я не отмолчался. Наш разговор все таки состоялся. Я узнал о том болоте, где по колено застрял Гена. А был по голову. Бесконечная погоня за легкими деньгами окончилась долгами, сменой моей фамилии, чтобы мой эгоист-братец не тревожился хотя бы за мою жизнь, его поспешным побегом несколько лет назад. Карты, шулерство - оказывается, вот что было его "жизнью". К сожалению, с ней он до конца покончить так и не смог. Очередные "кинутые" жертвы всерьез взялись за брата, отняли автосервис, могли отнять и жизнь. Гену, уже стоявшего на старте, готовый в очередной раз улизнуть из-под носа карателей, остановило смс с текстом: "Неужели у тебя есть младший брат? Хорошо скрывал, однако, мистер "одиночка.." Так Тахин перехватил моего брата. Заставил его сыграть против Грифа. Кирилл отыгрывал какие-то бумаги, акции, документы, Гена - жизнь и меня. Отыграли. Причем, как я понял, брат... брат ни разу не использовал приемы шулера. Брат играл честно. Вот так мутному существованию пришел конец. Вернув свой бизнес, Гена, кажется, успокоился, а я смог принять его прошлое. Мы родные братья, Ульяновы, Геннадий и Вадим, ближе друг другу человека для нас нет. Этого не изменило даже появление в наших жизнях некоторых людей, ставших со временем близкими друзьями - в частности, Алексея Грифа, который не скрывал заинтересованности в талантах брата. Ко мне у него и вовсе было отеческое расположение. Стас Абрамов тоже, в некотором роде, стал близок нам. Друг Кирилла стал моим другом - удивительно и приятно. Переменился я. Даже когда я шел по коридорам универа, я ощущал это - в своей ставшей упругой походке, расправленных плечах. Мой рост вытянулся, когда я начал активно заниматься спортом, нет, в кубиках на прессе не нуждался, но мышцы на теле затвердеть я "заставил". Излишне говорить, что я распугал своим образом "Аанга" личностей, претендовавших на тельце Вадимки, да и просто агрессивных типов с замашками гомофобов. Кроме Тахина, конечно же. У нас с ним начались странные отношения. Но уже с уклоном в положительную сторону. Хотя, когда я заполучил его в кровать и у нас произошел секс, я и не был в этом уверен. В тот вечер он появился в клубе Грифа, отыскал меня глазами и я увидел, как широко они открылись при виде меня. Узнал моментально. Две недели, что прошли с момента смены имиджа, я не видел и не слышал о нем. Стас лишь хихикал, ни намеком не говоря, куда пропал Кирилл, а я терзался. Физически мне хотелось Тахина - наверное, подсознательно я хотел его давно, но желание смешивалось со страхом и поэтому я не угадал этого чувства, - и я ждал момента, когда он докончит начатое и я успокоюсь. Ожидание стоило этого выражения на лице Тахина - смеси шока с восхищением. Да, я больше не тот женоподобный мальчик с субтильным тельцем и кукольным лицом, и больше не буду наблюдать похоть в этих глазах. Но на смену явилось другое. Сложно было определить сразу, что увидел Кирилл и как к этому отнесется, но ведь все впереди. Мы молча пили с бокалов и буравили друг друга взглядами. Так бы и сидели, но нас ненадолго прервал Гриф собственной персоной. Поспрашивал Кирилла о его делах, посчитал его деньги, предложил сыграть на ипподром. В покер. Тахин с нескрываемым отвращением цедил фразы, откровенно усмехался над предложением сделки и чуть ли не оскорблял в ответ. Гриф прищуривал глаза и тонко улыбался. Ничего особенного - похоже это был обычный их диалог. Опасный, на грани - но уже привычный. Вскоре Гриф изволил покинуть нашу с Тахиным компанию, напоследок бросив: - Развлекайтесь. За счет заведения. Кирилл хмыкнул на это и отрезал: - Не дождешься. Посмотрел на меня, я - на него. - Пойдем отсюда? - Пойдем, - кивнул я. Подписываясь на все.