Я — Воин

      С той ночи прошла неделя. Усаги делала все так, как говорил ей генерал, и вскоре добилась успехов. Она стала стрелять из лука чуть ли не на уровне Рей, даже на мечах начала прекрасно сражаться. Генерал Мамору, что было очень странно, хвалил Усаги, не переставая. Они стали лучше и ближе общаться, и девушка больше не считала его своим врагом. Теперь он казался ей прекрасным другом, пусть даже иногда и строгим. Порой ей казалось, что она может поделиться с ним любыми своими переживаниями, а он всегда ей поможет.       Одним прекрасным утром девочки и генерал, как всегда, пошли на пробежку в поле. Усаги, кстати, бегала уже довольно быстро, и бежала уже чуть позади генерала, наравне с Рей, сама удивляясь своим способностям. Еще чуть больше месяца назад она была слабой и беззащитной крестьянкой, у которой отняли всю семью, а теперь она и быстро бегала, и стреляла из лука, и сражалась на мечах, и даже обрела новую семью. Они уже бегали полчаса без остановки, как вдруг Усаги, повернув голову в сторону леса, заметила какое-то движение. "Какое-нибудь дикое животное, — подумала она, — вряд ли это человек. Однако, когда они пробегали около этого места второй раз, шорох в кустах повторился. Почуяв что-то неладное, девушка решила догнать генерала и сообщить ему о своих подозрениях. Переведя дух, она ускорилась и поравнялась с Мамору.  — Что такое, Усаги? — спросил генерал, заметивший догнавшую его девушку. — Генерал, я заметила какое-то движение в кустах, — сообщила Усаги. — Наверное, какое-нибудь дикое животное, — пожал Мамору плечами, — не обращай внимания. — Но я заметила движение дважды в одном месте, — возразила девушка. Тут движение повторилось, и генерал, остановившись, достал свой меч. Девочки остановились вслед за ними, и, переглядываясь и перешептываясь, подошли к Усаги и Мамору. — Что-то не так, генерал? — спросила Минако. — Оданго-атама, идем, проверим, — сказал тихо Мамору, положив блондинке руку на плечо. — Не зовите меня так, генерал! — возмущенно шепнула Усаги, посмотрев в глаза генерала, в которых горела небольшая усмешка.       Генерал Мамору и Усаги, которая тоже обнажила свой меч, двинулись к кустам. У девушки учащенно забилось сердце, когда они подошли к этим кустам. А если это действительно враги? Представители власти? Шпионы? Девушка взяла себя в руки и заглянула вместе с генералом в лес. Они никого там не увидели, и Усаги облегченно выдохнула. — Никого, видишь? — сказал генерал, улыбнувшись и убрав меч, — наверное, это просто животное. — Да, — кивнула Усаги, — простите, что прервала пробежку, генерал Мамору. — Ничего. Наоборот, хорошо, что ты всегда начеку. Идем, мы должны пробежать еще один круг, — похвалил ее генерал. Усаги снова кивнула, и побежала вместе с Мамору к девочкам.       Прошло несколько часов. Отряд уже позавтракал, немного отдохнул и собрался тренироваться стрелять из лука. Натягивая в какой уже раз тетиву, Усаги услышала тот же шорох, что и утром. В то же время ей показалось, что кто-то пристально наблюдает за ней. Посмотрев в сторону, она совсем забыла о натянутой тетиве лука, и стрела полетела куда-то в сторону. Это заметила Рей и, подойдя к Усаги, спросила, в чем дело. Заметив, что что-то не так, все подошли к девушке. — Усаги, что опять? — спросил генерал, на этот раз уже чуть раздраженно. — Я снова заметила какое-то движение, — сказала Усаги настороженно. Воины на долю секунды замолчали, и вдруг услышали чьи-то голоса, точнее, чье-то перешептывание. Генерал Мамору жестом приказал девочкам подойти к кустам, присесть и затаиться, что они и сделали. Выглянув из-за кустов в сторону исходящего звука, все заметили группу людей из пяти человек, которые были одеты в военную форму империи. Усаги сразу узнала эту одежду — в такой были те проклятые налогосборщики, которые убили ее семью. — Усаги, — услышала девушка тихий голос генерала над своей головой, — видишь того низкого с каштановыми волосами? Мамору показал на мужчину, который стоял четко посередине этой группки спиной к отряду Революционеров. Усаги кивнула и подняла взгляд на генерала. — Когда мы привлечем их внимание, и он обернется, стреляй четко в его горло. Поняла? — спросил Мамору. Девушка снова кивнула и предварительно натянула тетиву лука, готовясь стрелять. Генерал отполз в сторону и что есть мочи дернул одну из веток куста, что спровоцировало довольно громкий шорох. Мужчины в военной форме обернулись, в том числе и тот, в которого должна была стрелять Усаги. Блондинка прицелилась и выстрелила в того шатена, попав четко в горло. Стрела пронзила его насквозь, и тело мужчины, залитое кровью, упало на землю. Оставшиеся четверо обнажили свои мечи, а Мамору, Минако и Усаги, совершив аналогичное действие, выскочили из кустов и побежали сражаться с ними. Макото была готова драться врукопашную, а Ами, натянув тетиву лука, готовилась в случае необходимости стрелять.       Генерал Мамору усиленно сражался с военным, который бросился на него, Минако билась с довольно крепким светловолосым мужчиной, а на долю Усаги выпало аж два человека. Они нападали то сзади, то спереди, а девушка чудом отбивалась от их атак. Ами прицелилась в одного из них и выстрелила, но промахнулась. Тут непонятно откуда выскочил третий военный и тоже накинулся на Усаги. Та пыталась защищаться, но один из них все же смог пройтись мечом по ее животу.       Из раны хлынула кровь, и Усаги, вскрикнув от боли, свалилась без сознания на землю. Один из нападавших уже занес меч, чтобы отрубить ей голову, но тут перед ними появился генерал Мамору, чей опонент уже лежал на земле в луже крови. Его глаза горели яростью, он замахнулся мечом и отрезал руки сразу двоим из военных. Те, издавая неистовые крики от боли, свалились с ног, а третий из них кинулся на Мамору со спины, но тот был готов к этому и сразу же проткнул тело нападавшего насквозь. Он, на долю секунды дрогнув, упал замертво. Минако к тому времени тоже разделалась с военным и подбежала к раненной Усаги.       Генерал Мамору схватил Усаги на руки, гаркнул Ами, чтоб та несла бинты в их комнату, и быстрым, широким шагом направился к хижине. Девочки же побежали вперед генерала, чтобы быстрее принести в комнату все, что было необходимо. Усаги чуть дрогнула на руках Мамору. — Держись, Усаги, — прошептал генерал и ускорил шаг. Вскоре Мамору принес девушку в комнату и бережно уложил на футон, а девочки, поставив рядом вердо с холодной водой, окружили Усаги и принялись промывать ее рану. Генерал вышел в коридор и, сев на пол, принялся нетерпеливо ждать.       Девочки, скинув с Усаги ее платье, промыли рану и наложили повязку. Затем Минако вышла из комнаты, чтобы сообщить генералу, ждущему в коридоре, о том, что они закончили. Мамору встал с пола, зашел в комнату и сел рядом с Усаги, которая все еще была без сознания, девочки ушли, сказав что принесут чистой воды на случай, если она очнется, а генерал остался один на один с девушкой. Он посмотрел на нее, вздохнул и осторожно провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Тут ее веки задрожали, а затем она открыла глаза. — Усаги, — позвал ее генерал, легко докоснувшись до ее руки. — Генерал Мамору, — прошептала слабо девушка. — Как ты? Больно? — спросил он с волнением в голосе. — Нет, не больно, — сказала она, хоть по ее лицу было видно, что она врет. Мамору чуть сильнее сжал ее руку и тепло улыбнулся. — Скажи правду, Усаги, — попросил он. — Больно? Девушка молча кивнула, и генерал встал на ноги, сказав, что сходит и найдет Ами, но Усаги потянула руку Мамору на себя и попросила остаться с ней. Юноша снова улыбнулся и сел обратно на пол. — Генерал, простите меня, — сказала она ему, отведя немного взгляд. — За что? — удивленно спросил Мамору. — Столько времени прошло с тех пор, как я тут появилась, и все равно я не такая сильная, как хотели бы вы... — Глупости, — отрезал генерал, — прошел всего лишь месяц. Ты, наоборот, добилась немалых успехов. Помнится, когда к нам присоединилась Минако, она смогла нормально сражаться на мечах только спустя три месяца упорных тренировок. Ами тоже была слабенькой. Мы научили ее хорошо стрелять из лука спустя полгода. — А Мако и Рей? — спросила Усаги, — как долго учились они? — Макото к нам пришла уже довольно-таки сильной. Из лука она начала хорошо стрелять спустя месяц тренировок, а вот грамотно сражаться врукопашную, а не просто махать кулаками, она училась год. Рей же стреляет из лука с самого детства, — рассказал генерал. — С детства? — удивилась блондинка. — Она что, из знатной семьи? — Можно и так сказать, — таинственно улыбнулся Мамору. — А вы, генерал? Из какой семьи вы? — спросила девушка. — Давай поговорим об этом позже, — мягко ответил он.       Спустя пару секунд после этой фразы в комнату зашли девочки. Заметив, что Усаги очнулась, девочки окружили ее с расспросами о том, дать ли ей попить или поесть. Ами всучила ей какую-то траву, которая, по ее словам, давала обезболивающий эффект. Генерал Мамору же, улыбнувшись снова Усаги, вышел из комнаты, чтобы дать девушке отдохнуть.

***

      Прошло две недели. Лечение Ами было настолько эффективным, что рана Усаги полностью затянулась. Одним вечером генерал, сидя с девочками около костра, сказал им о том, что послезавтра они уходят. — Уходим? — переспросила Макото. — Зачем? — Дело в том, что, скорее всего, за нами следят. Вы же понимаете, что действия, которые совершает наш отряд, нелегальны. Скорее всего, те военные неспроста на нас напали. Местонахождение нашей базы установлено, и мы вскоре можем ожидать незваных гостей, — объяснил Мамору. — Генерал, значит, нам надо готовить палатки? — спросила Ами. — Верно, — кивнул генерал, — до послезавтра приведите в порядок свое оружие и одежду. Будьте готовы к нападению в любой момент. — Но генерал Мамору, прошло уже две недели с их нападения. Вы уверены, что мы убили не всех? Если даже и не убили, то почему к нм никто не заявился? — спросила Минако. — Дело в том, что до столицы отсюда ехать неделю, а пешком идти так вообще две. Они попросту не успели еще, — сказал Мамору. — А куда именно мы пойдем, генерал? — осведомилась Усаги. — Мы пойдем на север, чуть ближе к столице, — ответил брюнет. — Надеюсь, все все поняли. А теперь марш спать! — скомандовал он, резко встав на ноги и затушив костер. — Да, генерал! — послышались в наступившей темноте голоса девочек, и все направились в хижину, готовиться ко сну.

***

      Усаги открыла глаза. Интересно, сколько она проспала? День, конечно, выдался тяжелым. Она, девочки и генерал собирались в дорогу, складывая все необходимые вещи. Завтра они уйдут их этой хижинки, которая, казалось, стала для Усаги родной. Девушка встала с футона, осторожно переступила через ноги спящей рядом Минако и направилась к выходу из комнаты. Рядом с дверью, которую Усаги нашла только благодаря тому, что вставала таким образом каждую ночь, она взяла лук и стрелы, которые специально перед сном положила ближе всего оружия к выходу. Рядом же стоял колчан со стрелами; его Усаги бесшумно перекинула через плечо, а затем осторожно открыла дверь и тихо, чтобы никого не разбудить, вышла из комнатки в коридор. Там она нашла выход из хижины и благополучно, даже ни разу не споткнувшись в темноте, вышла на улицу.       Ночь нельзя было назвать ясной и безоблачной: легкий ветерок гнал по темному небу облака, благодаря которым луна, единственный источник света ночью, то появлялась, то исчезала. Усаги вздохнула, понимая, что сейчас ей придется разводить костер, чтобы хоть как-то обеспечить себе ночную тренировку. Девушка подобрала на земле сухую палку и стала старательно растирать ее ладонями. Через пару минут появился небольшой язычок пламени, который она аккуратненько раздула. Вскоре рядом с Усаги горел полноценный костер, освещавший деревья, в которые она использовать как мишени.       Девушка немного размялась, а затем взяла в левую руку лук, а в правую — стрелу, ей же и натянула тетиву. Натянув ее, казалось бы, до упора, Усаги выстрелила, и стрела с огромной скоростью врезалась в ствол дерева. Затем девушка медленно, будто пытаясь внушить в кого-то страх, повторила выстрел. Так прошел целый час. Усаги уже сотый, наверное, раз (а может, и двухсотый) натягивала тетиву лука. Неожиданно кто-то осторожно докоснулся до ее плеча. Из ее губ вырвался прерывистый вздох, от неожиданности она вздрогнула и отпустила тетиву. Стрела врезалась в землю, а Усаги обернулась. Позади стоял генерал Мамору, на лице которого была теплая улыбка, к которой девушка успела привыкнуть за сравнительно короткий срок. — Генерал Мамору? — спросила она удивленно. Усаги явно не ожидала увидеть Мамору сегодня, после столь тяжелого дня. — Усаги, — мягко сказал он, — я понимаю, что ты хочешь стать еще сильнее, но, пожалуйста, пойми, что завтра нам предстоит очень сложный день. — Я справлюсь, генерал, — горячо заявила девушка, сжав крепко в руке лук. — Справишься, не сомневаюсь, — кивнул он, — но лучше тебе пойти поспать. — Да все хорошо будет, — отмахнулась Усаги, — я тренируюсь так каждую ночь, и хожу бодрая и радостная жизни. — И для чего же все эти усилия? — Я хочу стать сильнее, — ответила девушка, натягивая тетиву лука снова. — Только ли ради этого? — поднял бровь генерал. — Но зачем ты хочешь стать сильной в такие короткие сроки? — Чтобы показать, что вы не зря приняли меня, генерал Мамору, — сказала она после того, как сделала очередной меткий выстрел. — Усаги, — сказал он, снова положив руку на ее плечо, — я уже в этом убедился. — Правда? — подняла она на Мамору свои голубые глаза. Тот кивнул. — Хорошо, генерал Мамору, — улыбнулась Усаги. — Пойду посплю.       Девушка затушила огонь, а луна, вышедшая на пару минут из-за туч, осветила ей и генералу Мамору дорогу до хижины. Они зашли в коридор и, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по разным комнатам.