Игры сильнейших

С глубоким вздохом Кассандра ступила на порог Малфой-мэнора. Освободиться от работы в Хогвартсе вышло только к самому празднику. Левитируемые ею подарки на Рождество аккуратно сложились в стопку при входе. Вмиг появившиеся домовые эльфы проворно начали забирать их и уносить под большую мохнатую ёлку, установленную в одном из залов для приемов, в котором сегодня было запланировано празднование. Правда приема в этот раз не было — в поместье собрались только близкие и друзья членов семьи. Сняв с себя шубу с широким стильным воротником, Кассандра поправила густые черные волосы. Встречать ее, казалось бы, никто не спешил, что не напрягало её. В воздухе витал тонкий аромат разнообразных блюд и хвои, а издалека слышались приглашенные голоса: мужские, женские, детские. — Тетя! — раздалось вдруг из-за угла, и маленькая проворная фурия бросилась ей на шею. — Нарцисса! — воскликнула Кассандра, на миг растерявшись. Но вскоре собралась с мыслями и обняла племянницу. Девочка радостно улыбалась ей, глядя на Кассандру своими большими карими глазами. Так удивительно было четко видеть черты обоих родителей, тесным образом совмещённые в малышке. С тех пор, как семья воссоединилась, и Нарцисса встретила своего отца, что искренне был рад появлению дочери, она сделалась ещё более жизнерадостной. Поводов для улыбок у Нарциссы появилось значительно больше, чем было прежде. И даже тот, от кого не ожидали, стал постепенно вносить в ее жизнь радостные моменты. — Нарцисса, ты слишком быстрая! Я не поспеваю... — появившийся в дверях Люциус замер, опираясь на трость и пытаясь отдышаться. Он быстро напустил на себя невозмутимый, даже несколько высокомерный вид, но на мгновение в его лице проскользнуло выражение, словно его застали за чем-то возмутительно недостойным. Отчасти так и было, но лишь отчасти: дедушка играл со своей внучкой в догонялки — только и всего. Другой вопрос, что этим дедушкой был никто иной, как... Люциус Малфой. Со стороны это казалось чем-то сюрреалистичным, ведь для человека его положения это действо было слишком приземленным и простым, человечным, чего он практически никогда себе не позволял ни на чьей памяти — ему это было нетипично. Однако в редкие моменты Люциус, неожиданно тронутый тем, что внучка, названная в честь своей бабушки и его покойной супруги, оттаивал и стал позволять себе то, чего не знавал в детстве даже его родной сын. Такая смышлёная, маленькая, открытая и в то же время похожая на представителей семьи Малфой — постепенно Нарцисса не оставила его равнодушным, что-то пошатнув глубоко внутри. Возможно, даже вероятно, уставший от одиночества за столько лет и в отсутствии семьи, Люциус оказался тронут ею даже сильнее, чем сам мог ожидать. Но признать это вслух он не смел и оттого позволял себе такие простые радости за озорными играми с внучкой нечасто. И все же они были в ее жизни, что уже было чем-то на редкость удивительным для того, кто носил фамилию Малфой. По крайней мере, Нарциссе не только от бабушки по матери, но и от дедушки по отцу доставалось теперь то внимание, которого заслуживал каждый ребенок. — Мистер Малфой, с наступающим Рождеством! — поприветствовала его Кассандра, даже не пытаясь скрыть ухмылку, тем самым демонстрируя, что все видела. Однако Люциус гордо держал лицо, до победного создавая видимость, словно ничего особенного не происходило. — Дедушка, мы же продолжим? — внесла, вопреки его планам, свою лепту девочка. Кассандре даже показалось, что смышлёная Нарцисса сделала это специально. — Мне необходимо разобрать кое-какую деловую переписку, пока я ещё здесь, — в привычной ему манере сухо сообщил вдруг Люциус, вздёрнув подбородок. — Сейчас? — Нарцисса уже было нахмурились и откровенно расстроилась, выпустив Кассандру из кольца рук и повернувшись к нему. Но Люциус тут же добавил: — Пойдем, поможешь мне. — Я-я? — протянула она, на мгновение растерявшись. Но по его хитрому прищуру быстро уловила, что то была лишь уловка, как покинуть Кассандру на гордой ноте. Не сумев скрыть широкую заговорческую улыбку, Нарцисса тем не менее словесно подыграла ему. — Ты прав, дедушка. Идём скорее! Время не ждёт. — Все в порядке? Ты добралась без происшествий? — поинтересовался у Кассандры перед уходом Люциус, на что та кивнула и коротко ответила: — Да, все хорошо. Кстати, я с подарками. Вам тоже кое-что причитается, но раньше утра не отдам, — загадочно, с нотой игривости проговорила Кассандра. Люциус беззлобно закатил глаза вместо ответа. — Ну же, дедушка! Идём! — позвала его Нарцисса, и вскоре они скрылись в одном из коридоров. Расправив складки на темно-синем приталенном платье, Кассандра отдала верхнюю одежду подоспевшему домовику и двинулась вглубь дома. В первую очередь она решила заглянуть на кухню, чтобы поприветствовать Гермиону, которая, бесспорно, находилась там. Преодолев пару коридоров, Кассандра оказалась вскоре на месте. Гермиона действительно была на кухне, стоя к ней спиной. Она также уже была разодета в праздничное платье, что доходило ей почти до щиколоток и щедро было украшено вышивкой из золотых нитей. На чёрной бархатной ткани узор смотрелся удивительно гармоничным и ярким, однако образ не казался вычурным. Волосы же Гермионы были собраны в высокую пышную прическу. Уперев одну руку в бок, Гермиона напряжённо посматривала за тарелками, что благодаря магии эльфов щедро наполнялись разнообразными угощениями, извлекаемыми из печи. — Дорогая моя, — Кассандра мягко коснулась ее плеча. — Кассандра! — радостно поприветствовала ее Гермиона, обернувшись к ней. Она была по-настоящему рада видеть двоюродную сестру мужа. Девушки коротко, но тепло обнялись. — Ты как раз вовремя. Скоро начнется застолье. — Ты слишком усердствуешь. Блюд будет слишком много для такой небольшой компании. Расслабься и выдохни, все пройдет чудесно! — заметив, насколько Гермиона была напряжена и взвинчена, сходу попыталась успокоить ее Кассандра. — Да, среди гостей будут только свои. Однако... это первое Рождество, когда я взяла на себя роль хозяйки в Малфой-мэноре. Хочется, чтобы все прошло идеально! — Все так и будет, в твоих организаторских способностях я не сомневаюсь. Если необходимо, могу тебе помочь, — вызвалась Кассандра. — Не нужно, не переживай за это. К тому же ты только с дороги. Проходи в зал к гостям, и я скоро подойду, — заверила ее Гермиона. Усердствовать Кассандра не стала. — Что ж, как пожелаешь. Тогда я пойду. Кто-то из домовиков отвлёк Гермиону парой вопросов, и Кассандра незаметно ретировалась, не желая мешаться. Молчаливо она преодолела ещё несколько коридоров, задержавшись на мгновение разве что у портрета покойной леди Малфой. Та встретила племянницу приветливым взглядом, но привычно не промолвила ни слова. Губы Кассандры растянулись в мягкой улыбке, после чего она двинулась дальше. Все в этом месте сохранилось таким же, что было при жизни Нарциссы. Гермиона даже не пыталась вносить новшества, уважая привязанности свекра и мужа к тому укладу, что был им привычен и дорог в память о былой хозяйке дома. Лишь в их с Драко спальне и детских комнатах она внесла желанные коррективы в смену интерьера. В остальной же части огромного дома в том не было нужды, потому Гермиона даже не пыталась пока что-либо менять. Войдя в просторный зал, наполненный гостями, Кассандра поприветствовала знакомые все лица. Семья Поттеров с детьми, которыми те тоже обзавелись достаточно быстро; Блейз и Панси с дочкой Морисой; Джордж и Роксана со своим семейством; Невилл и Парвати; Падма и Гойл. Все нарядные, веселые. Атмосфера в щедро украшенном зале была приятной и жизнерадостной. Дети же бегали по залу, кружили вокруг роскошно украшенной ветвистой ёлки, подпиравшей потолок, в то время как их родители, приглядывая за ними, увлеченно общались, разместившись на удобных диванах. Все были рады появлению Кассандры, все они давно стали друг другу добрыми знакомыми, а кто-то и друзьями. У каждого из них был свой дом и родные, но все они решили собраться в этом году в Малфой-мэноре, дабы поддержать Драко и Гермиону, решивших провести первый семейный праздник здесь, сделав его по-настоящему особенным и волшебным. Люциус не стал создавать тому преград. Ведь лишь спустя год с небольшим он молчаливо позволил снохе распоряжаться поместьем по своему усмотрению и смело звать тех гостей, что были значимы для них с Драко. Здесь с лёгкостью мог бы этим вечером проходить бал для элиты магического мира либо деловых партнёров Люциуса и Драко, однако последнее, чего желал бы Драко, так это устраивать показательный фуршет. Куда ближе и желанней после всего пережитого им с Гермионой стало собрать здесь наконец наиболее важных для них людей. Кассандра стала слегка растерянно оглядываться в поисках Теодора, которого, очевидно, в поместье Малфоев ещё не было. — Нотт задерживается, — сообщила ей Джинни, не скрывая понимающей улыбки. В это время она поглаживала младшего сына, что сонно прижимался к ней, сидя на коленях, по волосам. — А Драко уходил проверить близнецов, но, судя по всему, улизнул на улицу покурить. — Не изменяет себе, — хмыкнул Гарри, скрестив руки не груди. Он и Невилл проводили время за игрой в магические шахматы, которые были размещены на небольшом дубовом столике, что стоял между диванами. — Эй, не свалите ёлку! Она нам ещё пригодится, — весело пожурил заигравшихся детей Джордж, хотя, учитывая размеры дерева — вряд ли у них были шансы на подобное. — Схожу-ка отловлю братца, — негромко проговорила Кассандра и незаметно выскользнула из зала. Просить назад шубу она не стала, выглянув на крыльцо поместья в чём была. Ткань платья была достаточно теплой, а температура на улице не слишком низкой, к тому же задерживаться на ступенях надолго она не собиралась. — Мы с тобой разминулись, — усмехнулся Драко, сделав новую затяжку. Он также не утруждал себя тем, чтобы утеплиться. На нём были лишь мужские лакированные туфли, черные идеально отутюженные брюки, того же цвета дорогая рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты. Светлые же волосы были идеально зачесаны назад. Его пытливый взгляд задержался на лице сестры. — Самую малость, кузен. С наступающим праздником тебя! — Взаимно, — искренне улыбнулся ей уголками губ Драко. — Как малыши? — Сыновья крепко спят, чему я крайне рад. В противном случае Гермиона не смогла бы спокойно посвятить себя подготовке и, собственно, самому празднованию. Даже понимание, что они под тщательным присмотром домовиков, вряд ли бы ее устроило. — Не жури ее за это. Они родились не так давно, — напомнила ему Кассандра. — И не думал, — со смешном признался Драко. — Она прекрасная мать, а любые ее волнения умерены и лишь по делу. Но хотелось бы, чтобы сегодня она могла позволить себе расслабиться и просто отдохнуть. Ей и так непросто: все ещё прощупывает доступные ей грани в тех правах, что она имеет в роли хозяйки здешних угодий. Все же отец порой вносит даже своим безмолвием определенную лепту, намекая на одобрение или неодобрение тех или иных наших решений. Ты знаешь, что я целиком поддерживаю ее практически во всем, она теперь миссис Малфой и хозяйка дома в моих глазах, но... считаться с ним все же приходится. — Люциус, так понимаю, не будет отмечать с нами? — уточнила Кассандра. — Нет, он вскоре покинет поместье. Будет отмечать Рождество на приёме у одного из своих приятелей на другом конце города. Впрочем, это к лучшему. Все равно до семейных праздников и гармонии всем нам пока далеко. — Он пытается, — отметила Кассандра, которую все ещё забавляла сцена, как Люциус нагонял маленькую Цисси. Разумеется, делал он это вдали от чужих глаз. — Да, и я рад этому. Пожалуй, рождение Асмодеуса и Давида Томаса внесло свою лепту. Мальчики, Малфои, родные внуки. Отец ещё не созрел, чтобы сказать такое вслух, но он благодарен Гермионе за то, что она подарила их мне и ему. Жизнь заиграла новыми красками. Правда... Порой слишком уж громкими, — беззвучно рассмеялся Драко, а затем снова затянулся сигаретой. — Ты пропустил младенчество дочери, тебе грех на такое жаловаться! — слегка поежившись от холода, пожурила его Кассандра. Драко растянул губы в ухмылке и выпустил в морозный воздух клубы сигаретного дыма. — Не по своей воле, но все именно так. Потому это последнее, что я стану делать в своей жизни. Лишь констатация факта, что парой месяцев раннее Малфой-мэнор стал ещё более шумным и оживлённым. А ты со своей работой пропустила все самое интересное, — с шутливым укором заметил он. — Эй, я навещала вас дважды после их рождения! Имей совесть, — со смешком ударила его в плечо Кассандра. Драко продолжил посмеивается. Они оба знали, что то были не более чем шутки и никаких претензий друг к другу никто из них не имел. Ненадолго они умолкли, глядя вдаль. Драко продолжил курить, в то время как Кассандра просто стояла рядом. Им было спокойно и комфортно даже просто молчать. — Не думала, что ты окажешься настолько хорошим семьянином, — спустя минуту негромко, но уверенно в том, что говорит, озвучила ему свою мысль Кассандра. — Хотелось бы в ответ предъявить шутливое оскорбление, что во мне заблаговременно посмели усомниться! И тем не менее... Ты полностью права: не могу сказать, действительно ли я хорош в этом, но делаю что могу. А самое главное — наслаждаюсь этим. От того безрассудного и жестокого юноши не осталось и следа. Пожалуй, подобный зверь во мне способен пробудиться лишь в отношении любого врага, что может посметь причинить вред Гермионе или кому-то из наших детей. Но ей самой... Никогда впредь! И им в том числе. Кассандра перевела на него внимательный взгляд. Драко был теперь как никогда серьёзен и сосредоточен. Он помолчал немного, но вскоре заговорил вновь: — Если бы ты только знала, как сильно я сожалею о том, с чего началась наша с ней история. Будь моя воля, я бы отмотал время назад и все, что только мог, изменил... Никогда уже не позволил бы себе не просто все то, что когда-то творил, но даже грубое прикосновение к ней. — Из песни слов не выкинешь, Драко: сделанного не изменить. Важно то, что ты понял и признал свои ошибки. И главное, раз за разом исправляешь то, что было тогда, — постаралась рассудить ситуацию и приободрить его Кассандра. — Этого нельзя исправить — только забыть и жить с чистого листа. Она так и сделала... Я же вычеркнуть всё это из памяти не могу и порой задаюсь вопросом: были бы мы с ней вместе, не объедини ее со мной некогда дочь? Стала бы она тогда ждать меня из Азкабана?.. — Драко... — протянула Кассандра, медленным движением погладив его по волосам. Он никак не отреагировал, уставившись в одну точку вдалеке. — Я благодарна, что ты решился поделиться тем, что у тебя на душе. Но на это я могу сказать лишь: важно то, что ты сейчас имеешь. Никто не знает, как могло бы быть, сложись все иначе... То, что ты настолько повзрослел и перерос себя же, о многом говорит. Это действительно ценно. Именно потому... — Кассандра ненадолго замолкла, и он наконец перевел на нее безрадостный взгляд, ищущий в ее лице ответа, — ты стал настолько зрелым в настоящем. Любишь и ценишь Гермиону, причем вдвойне за ее жертвы и достижения. И не меньше дорожишь вашими детьми. Лишь потому, что ты настолько переосмыслил свое прошлое, она может быть уверена, что впредь идти с тобой рука об руку безопасно для нее и имеет смысл. Драко, — негромко, почти шепотом добавила Кассандра, ещё больше притягивая его внимание, — к тебе из прошлого она испытывала сложную, в чем-то может даже нездоровую привязанность, но тебя нынешнего Гермиона любит полноценно. В ее чувствах сейчас нет подвоха, они осознанные, и ты — ее выбор. Цисси же лишь помогла сложиться всему так, как и должно быть. Все идёт своим чередом. — Спасибо, что выслушала, — уже более собранным голосом проговорил Драко. Но в его благодарности Кассандра услышала также признательность за поддержку. Она сумела подобрать те слова, что были для него так важны. Это был взгляд со стороны того человека, что знал их историю и болел за них, но также был способен честно рассудить. — Ты вся околела. Пойдем в дом. — Пожалуй, не помешает. Раз ты наконец докурил, — иронично добавила она, взглядом указав на окурок в его пальцах. Кассандра уже было повернулась к дверям поместья, как вдруг позади раздался хлопок, и кое-кто нежно приобнял ее за плечи. — Куда собралась? Я с тобой! — объявил голос Теодора. Драко пожал ему руку, но вскоре сделал шаг в сторону, не мешая им. Между Теодором и Кассандрой завязывались все более прочные отношения, чему Драко был искренне рад. — Семеро одного не ждут, — хмыкнула Кассандра, однако на ее губах расплылась довольная улыбка. — Главное, чтобы ты ждала. До остальных мне дела нет, — негромко проговорил ей на ухо Теодор. И хотя Драко все слышал — предпочел сделать вид, что их разговор пролетел мимо его ушей. — Пойдем уже, — взглянула на него вполоборота Кассандра, а затем повела возлюбленного за собой. Кассандра и Теодор скрылись за входной дверью. Драко же, проведя на улице в раздумьях ещё несколько минут, вскоре решительно двинулся следом за ними.

* * *

Звон бокалов, радостные голоса, заливистый смех. В последние минуты задорно смеялась от шуток Блейза именно Джинни, отчего Гарри уже бросал не нее ревнивые взгляды и намеренно громко цокал языком, однако все знали и прекрасно понимали, что он не более чем шутит. Гермиона с облегчением выдохнула и сделала пару глотков яблочного сока. Драко обнял ее за талию одной рукой и притянул к себе. По его лицу Кассандра считала, что он хотел бы снова сбежать и закурить сигарету после часового перерыва и стакана огневиски, но не позволял себе этого, как и разгуливаться с употреблением алкоголя. Он четко помнил, что рядом с ними находилась маленькая Нарцисса, а ночью в любой момент может понадобиться его помощь с близнецами. Хотя, по совести говоря, Гермиона предпочитала не беспокоить и не будить его в такие моменты. И все же, если Драко слышал их в соседней комнате и просыпался на их плач — уже не мог и не хотел оставаться в стороне. Отходить же сейчас от Гермионы он также не желал, поддерживая супругу. Они были женаты больше года, а Гермиона проживала здесь того дольше. Однако прошлое Рождество она предпочла отметить в доме Джин Грейнджер, в чем Драко не стал ей отказывать, присоединившись к ним в маггловском мире. Ведь тогда отношения между жителями Малфой-мэнора были холоднее, и Люциус ещё не был готов идти на контакт с Гермионой. Малфой-старший не желал признавать ее и даже Цисси уделял отнюдь немного времени и внимания, предпочитая обеих по большей части избегать. Лишь за год произошли заметные изменения и потепление во взаимоотношения, но пока в основном в отношении внучки. В этот же раз Люциус негласно одобрил проведение их празднования, но сам предпочел покинуть на этот вечер и ночь поместье, предварительно поздравив внучку. И все же Гермиона испытывала некоторые волнения и дискомфорт, оттого Драко старался быть рядом и, в чем мог, помогал, желая лишь, чтобы она как можно скорее ощутила себя полноправной хозяйкой там, где иной роли для нее быть не могло. Не просто в его жизни, но и в его доме — их доме.  Кассандра разместилась на удобной софе, откинувшись на приобнимавшего ее Теодора. Исходившее от его тела тепло убаюкивало. Её взгляд был устремлен на семьи друзей, их детей, что восторженно смотрели на зажжённые на ёлке свечи. Гермиона теперь увлеченно общалась с Парвати и Падмой, пока Драко перебрасывался парой фраз с Гойлом. Кассандра же испытывала умиротворение, не спеша вступать ни с кем в диалог. Всё отчётливей она понимала, что тоже созрела для большего. Однако торопить события не хотелось. Волей случая не так давно ей, когда они в выходной день после очередного свидания отправились в поместье Теодора, довелось увидеть на его рабочем столе обручальное кольцо, которое он, несомненно, приобрел для нее, но забыл спрятать. Кассандра не стала говорить ему об этом и не подала вида, но была уверена, что в ближайшее время он решится сделать ей предложение. Она же спокойно ждала этого момента, оценивая для себя, насколько вскоре изменится ее жизнь. Ее взгляд снова невольно переместился на Драко и Гермиону. К ним подбежала маленькая Цисси, и Гермиона стала слушать сбивчивые вопросы запыхавшейся девочки. Драко также устремил все внимание на нее и, сам поправив ей выбившиеся из кос белокурые пряди, затем ласково погладил дочь по щеке. Самым ценным в этом было то, что Драко все делал искренне, не на показ: он наслаждался отцовством и по-настоящему любил своих детей. Как и супругу. Внимательный взгляд тёмных глаз Кассандры переместился на Гермиону. Цисси вскоре убежала от них, и Гермиона переглянулась с Драко. Тот коротко, но нежно поцеловал ее в губы, на что супруга одарила его теплой улыбкой. То, что видела Кассандра, грело ей душу. Наблюдать за ними такими было приятно — любящие, счастливые. Большие страсти они, разумеется, приберегут на потом: для времени, когда останутся наедине. Сейчас же их жесты были сдержанными и умеренными, и все же зрелище было приятным. Кассандра была рада, что они сумели все преодолеть и быть вместе, стать настоящей семьёй. Что все ужасы их мира остались позади, как и личные демоны. В ком угодно, но в Драко, Гермионе и их браке она уже не сомневалась. У них все теперь было хорошо. И так будет и впредь.