Автостопом из Зоны

Мишель кинула взгляд в очередную витрину, оценивая костюм, скрытый курткой. На фоне темнеющего пасмурного неба и городских огней, её силуэт казался чем-то на диво уместным, чему женщина была даже удивлена. — Долго ждать? — донесся голос сбоку. Мишель дошла до Хелен и Анны. Если в прошлый Хелен выглядела как светская дива, то в этот раз было больше похоже то, что она вышла из своего офиса и теперь соизволила уделить немного своего времени на научную выставку. Анна, в прошлый раз больше похожая на нечто сахарно-розовое, в этот раз под искушенным взором предстала в довольно свободном стиле, представляющим собой изумрудную юбку и свободную рубашку какого-то странного оттенка малинового. Компашка, в общем, собралась разношерстная. В механике обе женщины были не сильны, но сталкиваясь с ней часто в работе, любили скорее практическое применение. Миша, может, и не могла придумать новый автомобиль, но в полевых условиях разобрать его подручными средствами и понять, как и что починить, могла, и Леруа предполагала, что Мисс Уэнсдей тоже не лыком шита и как минимум собрать-разобрать автомат без проблем может. Проходя между экспонатами, Миша и Хелен читали подписи и слушали весьма емкие комментарии Анны. Мол, это двигатель, он делает «тыр-тыр-тыр», это тормозные колодки, на тормоз нажимаешь, и эти штучки не дают колесикам ехать. Это педали немного другой формы, на газ если нажать, машинка делает «врум-врум», если понажимать руль, то машинка сделает «би-би», в её речи одновременно встречались зубодробильные выражения вроде «ведомого диска со специальными износостойкими накладками и демпфером», «та штука», «эта фиговина» и «ну, это, вы поняли», и слушать это было интересно, пусть и не всегда понятно. После такого количества захватывающей информации на афтерпати было уже не так интересно. Анна всё ещё, казалось, была не в своей тарелке от обилия дорогих костюмов и алкоголя, на Мишель куда больше произвела впечатление выставка и презентация, одна Хелен чувствовала себя замечательно. — Мы планируем выпустить их на рынок в Канаде и Австралии, потом, когда появится спрос, завезем в Европу, — делился Ясуши. — Я, конечно, дико извиняюсь, — по тону Мишель не было похоже, чтобы она извинялась, — Вы бы хотели взять на стажировку Фогель? Думаю, вы уже успели понять, что она этого более чем заслуживает. — Я предложил этот вариант, но юное дарование сомневается, что справится с графиком. — Трудоголизм японцев известен на весь мир, — пожала плечами МакКартер, — Не удивительно, что она испугалась. — Было бы к чему привыкать, — мило улыбнулся мужчина, — Не понравится — уволится. Фогель-кун, пройдешься со мной до секретаря? МакКартер-сан, оставляю вечеринку на вас. Женщина благосклонно махнула рукой, и когда оба удалились, негромко спросила, прикрыв рот бокалом с шампанским: — Что там с мексиканцем? — Понятия не имею, меня же там нет, — ответила Мишель, — И насчет Азии не думай, что я такой уж хороший спутник. Хелен только глаза закатила, мол, знаем мы вас: — У меня появился новый товар, который можно распространить в Канаду и Европу, но через США и Мексику я возить его не могу — там понятно, что всё точно нелегальное, а правительствам это не нравится. К Корее или Китаю они так придираться не станут. Главное Северную обойти стороной, потому что Советы вообще с этим дел иметь не хотят. — Уверена, пара-тройка твоих ребят справится с этим, и моя помощь тут будет лишней. Тем более, раз Советам это не по душе… Хелен только бровью дернула, поняв намек. Так или иначе, но Миша не может не следовать каким-то указаниям СССР, а брать её на заведомо вражескую территорию… Так себе идея. — Я отойду на минутку, не теряй, — предупредила Мишель, скрываясь в одном из коридоров и направляясь в туалет. Не дойдя до него, вышла на балкон и, подойдя к краю, оперлась на перила. Решение, которое требовалось принять вот прям щас, наконец-то созрело, и открыв немаленький список контактов, Миша нашла нужный: — Йо, Аояма-кун, — поздоровалась она, — Передай Юи, чтобы не водил в нетрезвом виде. У меня так друг разбился, не хочу, чтобы с твоим тоже самое случилось. На том конце повисла гнетущая тишина. Отчаянно хотелось закурить, но в крошечные карманы этого красивого черного костюма они не влезли. Мишель успела окинуть весь простирающийся город внизу взглядом, когда всё-таки услышала ответ: — И почему ты мне об этом говоришь? — Когда я с ним пересеклась, мы были в баре. Не скажу, что он много выпил, но пару коктейлей только при мне точно в себя влил. И он даже не сомневался, прежде чем за руль сесть. Попросила его пустить меня за руль, но суть не меняется — Юи вообще не знает, что такое безопасное вождение. — Это да, — хмыкнул парень, добавляя уже громче, — Этот придурок думает, что он бессмертный! — Деку, так ты обо мне говорил! — донесся приглушенный крик Юи. — Не зови меня Деку! — тут же последовал ответ. Через секунду, видимо, Аояма, переключил телефон на громкую, — Сама ему объясняй, я устал пытаться достучаться до этого болвана! — Юи, — прервала было начавшиеся «ты кого болваном назвал» Миша, — Это ничем хорошим не кончится, просто поверь. Что Аояма будет делать, если ты разобьешься по своей халатности? Ты головой соображаешь? Раз проканало, два, но если ты так продолжишь — сдохнешь, как собака, на трассе до соседнего острова, потому что никто не узнает, что ты въебался в столб на своем синем чудовище, — практически повторяла она слова случайного собеседника (ни капли нет) в японском пабе целую, кажется, жизнь назад, — Долго и мучительно, и исключительно по своей непроходимой тупости. Тишина стояла гробовая. Миша собиралась отключаться, но Аояма затараторил: — Погоди-погоди, откуда ты всё это знаешь? Про «синее чудовище» и поездки на соседний остров? — О чем ты? — не поняла Миша. Включила дурочку. Юи взялся объяснить, сам пребывая в шоке: — Мопед, на котором он тебя привез — черный. Мотоцикл, на котором я обычно езжу — синий, и только Деку называет его «чудовищем», и про другой остров я ему только вчера рассказал! У Леруа уже не оставалось сомнений — то, что она приняла за случайное знакомство, оказалось самым невероятным совпадением в её жизни. Значит, зачем-то она в этом совпадении оказалась. Найти человека задолго до того, как он свяжется с якудзой, понять изначальную причину — самую первую, толкнувшую к этому пути и попытаться помочь… Если время и обладает сознанием, то оно точно самое ироничное в мире. — Считай, что твой ангел-хранитель, — хмыкнула девушка, сбрасывая трубку. Позвонила ещё по одному номеру, — Привет, Ник. Как там у тебя? — О, неужели снизошла до того, чтоб спросить как у меня дела? — раздался хриплый смех, похожий больше не кашель туберкулезника, — Поймали твоего мексиканца. Там капитану грозятся майора дать. Я вот думаю, сказать ему, кто меня направил, или оставить твою задницу без новых приключений. — Не все герои носят плащи, — пространно ответила девушка, — Давай сойдемся на том, что справедливость восторжествовала и больше он ничего не сделает. А капитанчика я потом сама поздравлю, не переживай. Ник разочаровал: — Не думаю, что успеешь. Его собираются отправить обратно в Союз, хотя… если в ближайшую неделю, то успеешь. — Вот это я понимаю, пришел, увидел, победил и съебался на родину. Странное расхождение с каноном, глянь там записи. Вроде как он не должен был прилетать именно в этом время, но ты помнишь, что создатели очень талантливо забили болт на то, чем ты занимался… — Я гляну тогда, что ты там рассказала, проверю, — ответил Ник, — Ладно, до связи, хорошего вечера. Миша коротко попрощалась и сбросила трубку. Это не могло не напрягать. По идее и мексиканец, и тот, у кого он украл, и те, к кому попал в руки, так или иначе с ней теперь связаны. Игры ли это времени, случайные ли совпадения? Что, если майор и не должен был сюда приезжать, но что-то случилось, и теперь его роль в будущем будет другой? Надо будет это обсудить. В балкона её забрала Анна, радостно сообщившая, что Ясуши Саканиси взял её на неполную ставку в конструкторское бюро. На следующий день они втроем улетели, и, расставшись в Нью-Йорке в аэропорту с МакКартер, которая собралась ещё съездить в Лос-Анджелес по каким-то своим не особо легальным делам, Миша вышла на парковку, где стоял уже знакомый джип. — Вечера, — кивнул Ник, сдавая задним ходом с парковочного места, — Я так понимаю, поедем через базу Серого? — Надо же поздравить мужика, — кивнула Мишель, — Меня весьма волнует то, что произошло. И тот парень, которого они поймали, и повышения Серого до майора теперь — всё это связано со мной, но вернется ли Сергей сюда через пять лет? Насколько сильно я изменила будущее, в которое попадает Павел? Ник молчал — ответа и не требовалось. На эти вопросы ни у кого не было ответов. — Когда я смотрела сериал, я думала, что всё могло бы кончится куда быстрее, нужно было просто отобрать и Лехи траву, заставить пристегнуться или вообще с собой не брать. — В этом есть доля смысла, но он мой друг, — ответил Ник, сжимая пальцами руль. — Похуй, — ответила Мишель, получив гневный взгляд от мужчины — всё же эта тема до сих пор не была тем, что он мог обсудить, но Леруа всегда клала большой болт на то, удобно кому-то говорить или нет, — Дело в другом. После херни в Чернобыле, оказавшись тут, я задумалась, как лучше всё изменить. Если я вас встречу, просто перебив бандитов по пути, мы с большим запасом времени переместимся в прошлое и благодаря мне остановим Клэр, а ребят я могу просто не допускать до этого. Но тогда не будет обоих катастроф, и не факт, что её не случится в третьем месте. — Этого мы предположить не можем. Я никак не мог узнать о том, что Клэр была изначально, и изначально собиралась подорвать АЭС, но после взрыва на Чернобыльской эту идею отменили. Миша кивнула, барабаня пальцами по бедру: — Если я не вмешиваюсь вообще, то ребята спокойно преодолеют всё это дерьмо, и в конце ты — настоящий ты, не подставной, живой, окажешься со всем этим грузом в будущем с не его даже друзьями. И кучей психотравм, разумеется. Ник задумчиво закусил губу, продолжая пристально вглядываться в дорогу: — И что ты предлагаешь? — Отправить в прошлое только меня. Я дождусь момента, когда смогу перенестись в пятидесятые, устраню отца Клэр, и тогда уйдут изменения, которые внес Костенко, потому что я вернусь ещё раньше. Потом отправлюсь в тринадцатый год и спокойно заживу. Максимум, прослежу, чтобы ты и твои друзья не отправились в Чернобыль, но вряд ли это произойдет, потому что Костенко не будет за вами гоняться. Потом куплю себе остров и заживу в свое удовольствие, даже работу оставлю. — Тебе не кажется, что всё пойдет по пизде? — поинтересовался Ник, — Потому что мне кажется! И с чего ты решила, что оставить Пашу в Союзе, а тебя отправить в одну каску в прошлое, то всё будет нормально? А что если ты погибнешь? — Не дождешься, — бросила Мишель, — Ты и сейчас не добрался до моего уровня, потому что для тебя исследования в большем приоритете, а теперь представить, что мне придется работать со всем этим детским садом! Как ты думаешь, с какой скоростью я придушу Леху просто из-за того, что он бесит? Проще отправить меня одну. Тогда не будет ни Киняева, ни Костенко. — Нет, — твердо отрубил Ник, — Паша не исчезнет вместе со мной и этим миром, он заслуживает нормальной жизни. Мишель улыбнулась, скрывая этим свое разочарование. Хотя, разочарованием это назвать громко — скорее подтверждение собственных выводов: — Так я и думала. Ты не из-за друзей это делаешь и не мир спасаешь. Ты — пусть и косвенно — спасаешь свою задницу, потому что ты хренов эгоист. — Не неси чушь! — раздраженно зашипел Ник, съезжая на обочину и резко тормозя, — То что я и он — один и тот же человек, не значит, что он должен страдать во имя чего бы то ни было. — Себя послушаешь, — Миша не кричала и не шипела, но давила голосом получше гидравлического пресса и асфальтоукладчика, — Ты мне что сказал, когда я только сюда попала? Что хочешь нормального, правильного мира для своих друзей. Чтобы исправить то, что ты, идиот, натворил. А теперь ты мне говоришь, что не хочешь оставлять всех, кто может ошибиться, за бортом, не хочешь отправить меня. Хотя ты знаешь, что я справлюсь. Ник развернулся на неё окончательно: — А кто меня научил быть эгоистом и желать чего-то для себя? Теперь смирись! — Мне насрать, чего ты там хочешь, я тебе не собака, чтобы твои хотелки исполнять. Ты мне поставил задачу: сделать так, чтобы ты смог доставить ребят в США и довести до точку без повреждений, я тебя научила. Ты сказал, что хочешь всё исправить и выслушал всё, что будет дальше, записал это в книжечку и анализировал хуеву тучу времени. Так что либо давай конкретные задачи, либо делай, что тебе говорят и не выебывайся. Ник прикрыл единственный глаз, выдыхая. Ему очень хотелось сказать — ну тогда выйди из машины и проваливай, раз ты такая самостоятельная. Информация у него есть, со всем он как-нибудь справиться и без помощи своенравной сучки. — Хочу пройти все временные точки без изменений, — наконец-то сказал Ник, — Только когда вернешься в тринадцатый год, поможешь с Киняевым, найдешь Рябова и отправишь к нему Пашу, а дальше делай что хочешь. Он помолчал какое-то временя и, не дождавшись ответа, проговорил: — А ещё у меня есть догадка, что ты тоже не можешь переместиться с помощью прибора. Я не смогу переместиться в прошлое, потому что я не вернулся оттуда, а куда закинуло тебя — можно только гадать, мы никак этого не проверим. Миша задумчиво перевела взгляд на трассу перед ними. — Мне насрать на тебя-молодого и его друзей, — в целом и на тебя тоже, — Но если тебе так надо, то ладно. Ник кивнул, принимая к сведению. Ощущение, что между ними есть пропасть, которую он никогда не сможет преодолеть, появилось снова, хотя ему казалось, что они хотя бы как друзья или напарники (пусть и с привилегиями). Кажется, всё хорошее, все шутки, все приключения и злоключения, все совместные тумаки вообще ничего не значали. Даже если Мишель его и любит, она не позволит этому чувству за себя решать. В приоритете у неё всё ещё выживание. — Пообещай мне, пожалуйста, одну вещь. Мишель махнула рукой, мол, валяй, рассказывай: — Пообещай мне не убивать никого из моих друзей. Даже Леху, я сам понимаю, что он мудак. Ник смотрел, как Миша смерила его тяжелым взглядом, но уточнил: — Бить можно? Не до смерти или инвалидности? — Ник кивнул, — Обещаю не убивать твоих друзей и тебя. Если меня не попытаются убить они, конечно, но тут вопрос того, как сильно ты им доверяешь. Ник вздохнул тяжело, принимая такой ответ и с повортником вернулся на проезжую часть. — Ну, план поменялся. Это, конечно, печально, но думаю ты справишься с этим. И с Лехой тоже. Мишель только кивнула, устало откидываясь на спинку сиденья — неделя выдалось насыщенной, и хотелось простого человеческого послать весь мир нахуй и отоспаться. — О, так тебя повысили! — сделала радостный и «удивленный» вид Миша, — Мои поздравления, товарищ майор! — Брось, Миша, не так много в этом моей заслуги. Оказался в нужном месте в нужное время, а там надо было задержать преступника — а это мой долг. — Ну, че, мужики, знакомство было недолгим, но приятным, — подытожила Миша, кивая Нику и Сергею, — Может, ещё вернешься в наши края. — Да это вряд ли, — хмыкнул Серый, — Разве что гражданская будет, но это что-то из разряда фантастики. Ник поперхнулся. Миша заботливо похлопала мужчину по спине. — Всё равно спасибо, — улыбнулась женщина, кивая на свою руку, — И за работу, и за заботу. Серега, услышав чайник, принес его и разлил кипяток по стаканам в прикольных металлических подстаканниках. Все трое разом подняли их, как бы поддерживая тост. — Чтоб хуй стоял, и деньги были! — гордо отрапортовала Мишель, — Меня этому кто-то из ваших научил. Ник спрятал улыбку за граем граненного стакана — подозревал, что научили задолго до.