Все имеет цену

Джирайя вскинул голову, и внизу сладко затянуло от предвкушения. Орочимару говорил, что он порвал с Данзо, может, он пришел сюда именно к нему? — А оно правда тебе нужно? — спросил шиноби, сощурившись и пошло улыбаясь. — Не факт… — Орочимару чуть ближе наклонился к Джирайе — Я очень хочу, чтобы мы с тобой… — Мы с тобой что? — Джирайя навалился на барную стойку, так что их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Змей нагнулся к уху друга. — Переспим? По коже Джирайи пробежали мурашки, и он шумно выдохнул. — Ты еще спрашиваешь? — Я же не могу просто взять и изнасиловать тебя. — Ты меня? — Джирайя усмехнулся, но тут же проглотил смех и посерьезнел. — Я больше не прикоснусь к тебе без твоего разрешения. Орочимару ухмыльнулся. — Я жду тебя. После этого Змей удалился в комнату. Джирайя забежал в помещение для персонала, шугнул нескольких отдыхающих работников и сам отпросился на перерыв. Оставил на себе только рубашку и штаны, затем неспеша, точно хищник, который приближается к жертве, которая точно не убежит, направился к Орочимару. И хотя все его нутро просило идти быстрее, он растягивал этот момент и смаковал каждое мгновение. Наконец, он оказался у комнаты и постучал, предупреждая о своем приходе. Открыл дверь и зашел. — Что-то ты долго, — уже вальяжно расположившись на кровати, игриво оскалился юноша. — Были кое-какие дела, — ответил он и присел рядом, коснувшись бедра Орочимару своей рукой и проведя ей до талии, задирая подолы кимоно. Змей дернул за пояс, позволяя ткани сползти с его тела, оставшись висеть лишь на плечах. Он поднялся на колени, обняв Джирайю со спины. — Я хочу, как в первый раз, — томно зашипел Орочимару, покрывая поцелуями уши и шею друга, одновременно расстегивая верхние пуговицы рубашки и оглаживая грудь — Но жестче. — Как скажешь. — Джирайя развернулся и подхватил Орочимару под ягодицы, прижимая его к себе и кусая за выступающую ключицу. — Останови меня, если я перейду границу. — Договорились. — Змей мягко коснулся губ друга, одновременно поглаживая его член через ткань брюк. Джирайя ответил на поцелуй резко и быстро, проталкивая свой язык в рот Орочимару и касаясь его языка, проводя им по краю зубов и пошло улыбаясь. Затем укусил за нижнюю губу и оттянул, следом лизнул и почувствовал, что прокусил ее до крови. — Прости, перестарался. Орочимару закусил раненую губу, чувствуя вкус железа. Джирайя так крепко прижимал к себе, что это просто сводило с ума. Змей до конца расстегнул рубашку, стянув до локтей, и поцеловал грудь друга. Ещё раз. И еще, и еще… — Раздевайся… — на выдохе прошептал он. Джирайя усадил Орочимару обратно на кровать и снял рубашку, оказавшись с голым торсом. Вскоре на полу оказались и штаны с трусами. Шиноби мягким толчком повалил Орочимару на спину и склонился над ним. — Что мне теперь с тобой сделать? — А что ты хочешь со мной сделать? — Ммм, хочу искусать всего, каждый сантиметр, хочу целовать много и долго, хочу трахать изо всех сил, и чтобы ты стонал от удовольствия. Достаточно? Джирайя укусил Орочимару за подбородок, а затем спустился ниже и поцеловал в шею. Напарник протяжно простонал, схватившись за спину беловолосого юноши и царапая ее ногтями. — Да… — Змей вновь перешел на стон. Джирайя сдавленно зашипел и прогнулся, касаясь своим телом тела Орочимару. Кожа Змея была холодной и приятно отдавалась мурашками по разгоряченному телу Жабьего ученика. Юноша сдвинулся назад, оказавшись головой между ног Орочимару. Горячий и мокрый язык коснулся внутренней стороны бедра, скользя все выше и ближе к набухшему члену напарника. Остановился у самого края и остановился, развернувшись назад. Резкий укус и стиснутые зубы. Орочимару вскрикнул, извиваясь под ласками Джирайи. Они были невыносимо приятны, внутри все горело от возбуждения. Змей снова застонал, чувствуя, как руки Джирайи сжимают его бедра. В руках он сминал сбившуюся простынь, до боли сжимая пальцы, переходя на волосы своего друга, когда тот поднимался чуть выше. — Джирайя… — очередной укус отозвался стоном. — Я хочу тебя… Возбужденный Змей чуть качнул бедрами. — Я еще не закончил, — покачал головой шиноби и обхватил ладонью член Орочимару, проводя ей вверх-вниз и массируя большим пальцем головку. Затем приблизился к возбужденному органу и подул на него, выдувая поток холодного воздуха на ствол, отодвинул крайнюю плоть и лизнул в районе уздечки. — Я не умею, но попробую, — Джирайя хотел доставить Орочимару как можно больше удовольствия, и это действие как-то непроизвольно пришло ему в голову. Если Змей делает ему минет, почему он не может? Это было не похоже на юношу, и он слегка замешкался пред тем, как обхватить губами головку и двинуть головой вниз, пытаясь протолкнуть член глубже в рот. Стоны один за другим вырывались из Орочимару. Ему никогда еще не было настолько мучительно хорошо. — Джирайя… — Змей пытался дотянуться до парня, безуспешно царапая свой собственный лобок. Джирайя неумело, но интенсивно двигал головой, заглатывая только наполовину, облизывал горячим языком ствол и покрывал его мелкими поцелуями. Орочимару, извивающийся под ним и издающий протяжные стоны, заставлял его дрожать от удовольствия и предвкушения. Наконец, Джирайя остановился, не дав Орочимару кончить, и закинул его ноги к себе на бедра. — Что, Орочи? Чего ты хочешь? Шиноби толкнулся навстречу, скользнув членом между бедер Змея и касаясь им его плоти. — Не заставляй меня говорить то, что ты и так знаешь. — Я не сделаю ничего, пока ты не попросишь. — Ты издеваешься… — Может быть, совсем чуть-чуть. — Возьми меня, — негромко сказал юноша, чуть прикрыв глаза. — Вот так, хороший Змееныш, — Джирайя растянул губы в пошлой улыбке и поцеловал Орочимару в висок. Затем приставил член к заднему отверстию напарника и медленно протолкнулся внутрь, ощущая, как тот сжимает его изнутри. Орочимару вжался в матрац от наслаждения. — Джирайя… ахх… — томно простонал парень, когда почувствовал толчки. — Быстрее… ммм… Шиноби ускорил темп, входя с каждым разом все глубже и стискивая бедра Змея все сильнее. Орочимару был уже на грани. — Джирайя… мне… ахх… надо тебе… сказать… сказать кое-что… — Змей задыхался от возбуждения. Джирайя замер на мгновение, сон новыми красками взыграл у него в памяти, заставляя жгуче закусывать губы в нетерпении. Он усадил Орочимару к себе на бедра и посмотрел на него, готовый выслушать. Змей прижался к торсу друга, проводя ладонями по груди. Он положил голову ему на плечо, еле слышно простонав. — Джирайя… Джирайя промычал в ответ. — Я… ухожу из деревни… Джирайя вздрогнул и оторвал Орочимару от себя. — Ты сейчас не шутишь? Ты сбрендил что ли? — Я не могу больше оставаться здесь. Он не мог поверить своим ушам. Орочимару выглядел серьезным, и это пугало еще больше. — Почему? — голос внезапно сорвался на хрип. — Не важно. — Змей приподнялся на члене и снова опустился. — Я хочу кончить. — Он вновь прижался к Джирайе, целуя шею и оглаживая руками плечи. — Зато я не хочу. Прости. Я уже не настроен. Джирайя приподнял Орочимару и усадил его на кровать, подобрал с пола вещи, оделся и сел обратно на кровать, свесив голову. Уход его друга настолько сильно потряс его, что он не мог больше думать ни о чем, кроме этого. Орочимару накинул кимоно. — Больше никогда ни о чем тебя не попрошу. — Неудивительно, ты же уходить собираешься. — Джирайя замолчал и перевел взгляд на Змея. — И все же я не понимаю, почему тебе обязательно уходить. Разве ты не можешь остаться? — Нет, не могу. — Да у тебя что, шило в заднице? Чем тебе в Конохе не сидится? — Я порвал с Данзо. Теперь мне незачем тут оставаться. — Незачем? А мы? Хирузен, Цунаде… — шиноби помедлил, прежде чем неуверенно сказать: — Я? — Это лишь побочные связи. — Побочные?! — взрывается Джирайя. — Ты о нас вообще подумал? Уйти он вздумал! Тебя одного запросто убить могут. — Не убьют. Меня бессмысленно отговаривать. — Как знаешь. Джирайя встал и с хлопком вышел из комнаты. Еще чуть-чуть, и он бы снова вышел из себя. Орочимару завязал кимоно и спустился вниз. Он выцепил Джирайю взглядом и подошел к нему. — Спасибо за все. Прощай. — Увидимся. Джирайя проводил взглядом уходящего Змея и тяжело выдохнул. На душе у него скреблись кошки, заставляя в обиде поджимать губы. — Я еще верну тебя назад! — крикнул он вслед, но Орочимару не обернулся.