Соколовская, считай, ты мне понравилась...

Соколовская не знала, почему так просто и легко привязалась к Глебу. Это получилось неожиданно и внезапно. В высшей степени непонятно и неправильно. Но, тем не менее, теперь факт оставался фактом – уже около недели она фактически живёт в его квартире и не особо хочет оттуда сбежать, как думала раньше. Хотя узнай Алия, что всё будет так в первый день знакомства, точно бы посчитала бы это бредом. Ведь её преподаватель сразу ей не понравился, показавшись высокомерным индюком, и в какой момент всё изменилось? Ответа на этот вопрос у девушки не было. Однако сейчас на неделе каникул ей очень нравилось засыпать рядом с парнем. Не из романтики, а просто потому, что рядом с ним было тепло и как-то по-детски спокойно. Даже, несмотря на то, что её безумно раздражала его привычка подолгу перед сном читать книги с включенным ночником, мешающим ей спать. Но, кажется, ближе к третьему дню брюнетка уже начала к этому потихоньку привыкать. Она все ещё не знала статуса их отношений, да и не стремилась к этому. Сама понимала, что пара из них уж точно никакая, да и не было с её стороны той огромной пылкой любви, чтобы переступать через себя ради того, чтобы снова решиться на что-то подобное. Скорее, они просто коротали время вместе, потому что оба были не против. Просто засыпали и просыпались вместе. На удивление, без интимной близости. Кому расскажешь – не поверят… Точнее, рассказала Алия об этом только Оксане и Максиму. И то, одноклассница и так сама догадалась, а брата оповестил Глеб, пообещав, что я буду под его присмотром и никаких домогательств не будет. Стоит отдать должное Глебу, он, действительно, всё это выполнял. Уходил пораньше писать в школу какие-то планы, приходил ближе к вечеру обязательно вместе с маленьким пакетом пончиков, которые так любила школьница. И это было даже немного приятно, хотя она тысячу раз говорила ему не делать этого. Но разве парень слушал? Только пожимал плечами и шёл на кухню ставить чайник. Только злиться из-за этого было невозможно…. Оставалось только улыбнуться. Особенно, когда Глеб осторожно холодными губами оставлял на её губах мимолётный поцелуй, не просящий большего. Просто так. Будто это обычное дело. Будто они что-то большее, чем люди, живущие друг с другом под одной крышей. Это было совсем не так, однако Алия почему-то не сопротивлялась, но и не отвечала, словно фарфоровая кукла. Вот и сейчас уже наступил обычный вечер. Девушка сидела возле окна, читая книгу по физике, разбирая одну из сложных тем, не признаваясь себе в том, что прислушивалась к каждому шагу в коридоре. По времени Глеб уже должен был прийти, но его почему-то всё не было. И Алия то и дело косилась на часы, а потом гордо отворачивалась, убеждая себя в том, что ей всё равно. Она никого не ждёт. У неё и без этого много интересных дел. Однако стоило ключу провернуться в замочной скважности, как она инстинктивно приподнялась, а потом заставила себя вновь занять прежнее место. Он целовал её так нежно и так мягко, что Алия на некоторое время просто потерялась. Замерла будто кукла, совсем не зная, что делать дальше. Сердце в груди стучало неожиданно гулко, а руки, как в дурацком любовном романе, совсем ослабели, опускаясь невольными плетьми вдоль тела. А губы сами по себе отвечали на этот его поцелуй, полный чувственной ласки. И в конечном итоге подалось не только сердце Соколовской, но и её разум, затуманенный его пьянящими касаниями. Мужские ладони скользили по её спине, не переступая границы приличий, просто осторожно исследуя её податливое тело, бархатную кожу, которую, наверняка, будет безумно приятно исследовать губами. Но Глеб не спешил. Всё понимал. Ждал, когда она позволит. Такая маленькая, воинственная и сейчас такая ласковая в его руках. Она отогнула свою шею назад и тут же ощутила, как его губы прошлись по ней лёгкими поцелуями, вкупе с его ладонями на её спине, это показалось безумно приятным. Таким, как никогда раньше. Её никогда не целовали так, не прикасались так. Неторопливо и осторожно, словно спрашивая разрешения. И Алия давала его. Первой потянулась к его футболке, стащила её с крепкого тела. И, на радость, увиденное оказалось весьма неплохим. Именно таким, каким она и представляла всё это время. Представляла в своих сокровенных мечтах. - Ммм, неплохо…. – прокомментировала она, потягиваясь к его губам, словно голодная кошка. А её карие глаза зажглись этим привычным ярким огнём. И отражение этого огня было и в его глазах. Парень усмехнулся и чуть сильнее притянул к себе школьницу, обхватив точённую талию. - Издеваешься?       Он выгибает бровь, а брюнетка лишь самодовольно улыбается, чувствуя своё превосходство. Её определённо это веселит. Особенно его тёплый и наигранно строгий взгляд, от которого в её душе разливается тепло. Знакомое. И неправильное. - Люблю тебя побесить… - Знаю...       И тут всё стало таким неважным. Он со всем разберётся потом, а сейчас единственное желание – это чувствовать её в своих руках. Такую желанную. Такую родную. Такую до дрожи раздражающую его. Такую его. - Иди ко мне, – прошептал парень и тут же накрыл рот девушки нежным поцелуем. Его руки мгновенно сильнее сжали девичью талию.       Парень резко поднял её на руки и понёс в спальню, не прерывая поцелуя. Она в ответ также жадно и иступлёно целовала его, будто в последний раз. Пытаясь запомнить его запах, вкус его губ, как будто можно было забыть. А Глеб лишь сводил её с ума своей неспешной лаской, такой необходимой сейчас, когда опускал на прохладную постель.       Её руки вырисовывали на его спине неведомые узоры, а губы нежно исследовали сильные, мускулистые плечи. Лихорадочными касаниями они поспешно избавляли друг друга от одежды, которая сейчас, как это было небанально, только мешала. Просто не позволяла парню полностью чувствовать бархат её кожи, который уже давно был ему безумно необходим. - Из-за тебя я скоро сума сойду, – отшутился парень между чувственными поцелуями. Он выцеловывал каждый миллиметр нежной кожи груди, освобождённой из-под тесной ткани плотного лифчика, играя с ней, заставляя выгибаться навстречу чувственным рукам. - Мне нравится.... - в перемешку со стонами выдохнула она, сильнее выгибаясь, будто лиана. - Т-твоё.... сумасшествие.... П-пожалуйста... Ах....       И учитель сжалился, смотря в её до безумия красивые карие омуты, затянутые пеленой желания. Он осторожно заполнил её собой, памятуя её недавний рассказ и боясь причинить излишнюю боль. Однако в ответ лишь послышался стон удовольствия, а её маленькие ноготки вцеплялись в его спину, желая оставить свои следы.... Глеб же истязал её, как жертву. Как и она его самого всё это время... То входил в неё до самого конца, то почти останавливался, заставляя девушку умолять. - Г-глеб, я... Я.... Боже...       А потом так неожиданно ослабела в его руках, будто маленькая тряпичная кукла, которая лишь бессмысленно повторяет имя своего кукловода...

***

      Уже позже она лежит рядом с ним, устало проводя ладонью по его груди. Ей безумно хочется спать, но почему-то всё никак не удаётся уснуть. То ли стресс, то ли нервы, то ли всё вместе в суете этого спонтанного дня, который, как ей казалось, никогда не закончится. Просто тянется бесконечно долго и бессмысленно. - Чего не спишь? - устало спрашивает Глеб, поворачиваясь к ней. Сейчас Алия выглядит, как никогда уставшей и измотанной. Будто они не сексом занимались, а разгружали вагоны. Дурацкое сравнение. Как раз для дурацкой ситуации. Совсем не так парень всё это себе представлял. По крайней мере её реакцию. - Не спится, - уклончиво, как и всегда, ответила Соколовская, не изменяя привычно ледяного взгляда. - Вроде устала, а вроде и... Не знаю. Просто глупо всё как-то. Всё это с самого начала. - Она выдыхает, качает головой, а потом так просто добавляет. Совсем безразлично. - И ты. И я. И это всё... Всё это такая глупость...       Простая фраза, а для Глеба, будто целый монолог, обнажающий всё и режущий вены. Безразличие. Как же он устал от её холодности. Как же он измотан её недовольством и играми на его нервах. Господи, как же надоело то всё. Настолько, что хоть лезь на стенку. Но вместо этого он почему лежит рядом с ней, даже не шевелясь. - Глупым может быть только то, что ты сама таковым считаешь. Глупым может быть твоё самомнение и любовь к психологическим триллерам. Глупым может быть твоя привязанность к прошлому. - спокойно оповещает парень, пожимая плечами. Сейчас у него нет никакого желания выяснять с ней отношения. Он просто говорит свою правду. - Глупо, что я тебе нравлюсь, а ты каждый раз признаёшь это, а потом отталкиваешь. Вот, что, действительно, глупо.... Просто прекрати делать это, и всё станет простым и лёгким... Спроси о том, что реально волнует тебя, а не прячься за очередной маской.... - Плохая из меня и ученица, и девушка, и любовница... Раз даже тебя уже довела до сухого рационального тона, - усмехнулась Алия, прикрывая глаза. Понимала, что он прав, но даже себе признаться не могла. - Если честно, я думала, что ты сбежишь. Вроде бы уже добился чего хотел. Как видишь в постели я не богиня, да и толку мало....       Глеб лишь покачал головой, осторожно провёл пальцами по её оголённому плечу и поцеловал в макушку. Маленькая. Глупая. Девочка. Каждый раз он собирался бросить её, но что-то заставляло остаться, вопреки здравому смыслу и логике. Возможно, всему виной эти карие глаза, так тепло смотрящие на него сейчас и в редкие минуты её спокойствия. - Видимо, никак ты не хочешь понять, что привлекает меня в тебе не секс, а сама ты. Ты, действительно, очень нравишься мне, Алия. И я знаю, какая ты.... Умная, добрая, красивая, интересная, нежная... Ты идеальная, но слишком боишься доверять людям, и у тебя есть на то причины. И сама ты с ними не справишься. Можешь, конечно, прибить меня здесь, но... Мне кажется, нам стоит сходить к психологу...