Жених на полставки

Я проснулся. Это было отвратительно. Все тело ужасно ломило от болючих ощущений, будто тысяча тонких иголочек проходили через кожу, размалывая сосуды в кашу, а раздробленные в труху кости жалостливо ныли под холодным металлом, умоляя прекратить страдания истерзанного тела. Наверное, с последним я перегнул, но ассоциации возникали именно такие. Попытка подняться не увенчалась успехом, и я бесформенной инфузорией распластался по поверхности кровати, уныло смотря в белый потолок. Стерильный скучный потолок. Такой же скучный как моя жизнь. Еще и голова гудит. Блеск. Вот умудрился же Канато так точно в лобешник тарелку швырнуть. Я потер лоб и обнаружил на нем небольшой пластырь. Принимать помощь я не против, но пластыри я никогда не любил, а потому без труда отодрал его от себя. С удивлением отметил отсутствие шрама; возможно, удар был и не настолько сильным, как мне казалось. Раздавшиеся в парах метрах шаги с садистким удовольствием отметили мое мерзотное состояние, кажется, насмехаясь над моей беспомощностью. — Вижу, пробуждение не задалось? — И откуда ты такой догадливый? — я вяло повернулся набок, удобно устроив щеку на мягкой подушке, и сонно взглянул на нарушителя спокойствия, коим оказался Аято. Последний, кого я хотел бы видеть по утрам. — Не дерзи — грушей гортань разорву, — он плюхнулся на кровать, с наглой ухмылкой не сводя с меня жадного взгляда. — Я что пришел: борзый ты засранец, Юи, хочется урок преподать твоей жалкой туше, — я опять попытался подняться, но только запутался в одеяле на потеху зрителям. — Хотя мне нравится, что ты и без меня успешно справляешься с этим. — У… так ты поиздеваться пришел, Аято… — Аято-сама! — в мою физиономию впечаталась подушка. — Больше уважения к Великому мне! Аято-сама. Понял? И вообще, вчера ты изрядно подпортил мне настроение, но мелкий сказал, что день у тебя отвратный был, даже день без дыхания провалялся, так что Великий Я откладывает твое наказание до… — он задумчиво потер подбородок, хмуря брови, — Хм, до завтра будет не то, неинтересно… А! До пятницы! В пятницу понесешь наказание! И я уже знаю, какое именно наказание испробую на тебе, шкет! Звонкий вскрик Аято, словно стеклом по металлу, разрезал мои уши. Бе-е-есит, ублюдок. Я ему не шкет. Ранее забытое чувство злости вспыхнуло праведным пламенем. Даже невыносимая боль пропала. Хоть какая-то польза от хохочущего до слез лохматого надоедливого пустоголового мешка. Я скинул с себя подушку и только хотел влепить ей по мерзкому оскалу, как меня повалили обратно и, не давая возможности двигаться, завернули в одеяло, будто тамагояки (яичный рулет). Мои недовольные брыкания остановил радостный рык нависающего надо мной Сакамаки. — Я отпор дать не могу, может, по-братски отпустишь, а? — Нет! — давящая атмосфера необъяснимого веселья Аято играла на моих нервах не хуже любой рок-группы. — Пусть ты и не та жертва, которую я хочу видеть перед собой, но твой упрямый огонек в глазах заставляет бурлить мою кровь. И запах. От тебя очень приятный запах. Вчера не так сильно чувствовался, — он наклонился ближе к моей шее и понюхал ее. Как никогда прежде я жалел о своей физической слабости. — Хочу, чтобы этот запах принадлежал только Великому Мне. — Ты чего? — мои глаза стали похожи на два больших блюдца (ох, мигрень вернулась), — Людей нюхаешь? Странный фетиш, но если хочешь, мы можем об этом поговорить, только отпусти. — И почему я должен это делать? — Мне жарко. — Хм, вполне логично, — Аято согласно кивнул, устраиваясь на мне, как на подушке. — О! У Великого Меня возникла гениальная идея! — «абсолютный абсолют» удосужился с меня слезть, благо, не заметив злые комментарии в свою сторону. — Я могу нагреть твою кровь с помощью одеяла и тогда ее запах станет еще слаще! Разве я не гений? Безусловно, гений. Подтверди мои слова! Это приказ. — Ты тяжелый, подтверждаю, — прокряхтел я, наконец, выбравшись из плотного кокона. — Приказ? Фух, мы с тобой не настолько близки, чтобы приказы друг другу отдавать. Да и кровь сдавать я не хочу: она моя и только моя. Видимо, мои слова чем-то не понравились «гению» современности, поскольку зеленые глаза нехорошо сверкнули, но появившийся на пороге комнаты Рейджи спас щепетильную ситуацию с неуравновешенным Аято. В малоэмоциональное бледное лицо очкарика я старался не заглядывать — ссыкотно, но идеально отглаженную школьную форму заметил чуть ли не сразу и почему-то этот намек мне не очень понравился. Школу я не любил: ни Воскресную, ни обычную, ни церковь, которая фактически являлась шестой школой за мою жизнь. Везде мне было грустно и немного одиноко. Пытался, конечно, знакомиться, но из-за внешности и слабости не вписывался ни в один мужской коллектив, а потому и девчонки даже не смотрели на меня. Зато батя, Сейдзи, мол «Сына, это полезно, заводи знакомства и учись, чтоб да на благо родины, да на радость Богу!» Как бы не хуй там. Знаний — ноль, а из знакомств только синяки и плохое настроение. Потом еще и авария, и полетела «веселая школьная жизнь» в Тартар к вере, надежде и мне самому, что где-то в ее глубинах между складками валяется. Не люблю и учителей. Они также не любят меня. На этом наши сходства заканчиваются. Причем учусь я хорошо, темы понимаю, домашку делаю, но все равно ничего хорошего не выходит. Можно подумать, будто я отчаялся. Отчасти это правда, только надежда на что-то хорошее никак не хотела покидать мое сердце. А пора бы. Глупо верить в то, что на этот раз школа покажется мне местом более приятным, чем до того. Аято недовольно цокнул и вышел из комнаты, напоследок грозно зыркнув на меня. Рейджи молча отдал мне форму, вежливо попросил не опаздывать и исчез. Стоял, стоял и исчез. «Пух!» и нет Рейджи. Испарился. Ничего необычного. Каждый день такое. Еще и клыки блеснули. Х-ха… ха-ха-ха… — Х-ха-ха… твою ж мать… — смачный шлепок по щекам немного помог не сорваться на истерику, но танец обезумевшего века остановить не сумел. — Ха… неужели, правда? У меня, кажется, паника. Так, надо успокоиться. Ничего страшного, Юи, дыши глубже, все хорошо. Надо отвлечься, заострить внимание на чем-то другом, так в пособии по психологии написано, и тогда все пройдет. Что мы имеем? Спальня. Фигурки. Комиксы. Видел. Не то! Совершенно не то! — Нет-нет-нет-нет-нет… вампиров не существует, просто показалось, да, именно так, показалось… о, форма. Симпатичная форма. Дорогая. Наверное, школа для элиты. Интересно, они специально для меня одежду шили или на глаз подобрали? Блин, надо будет узнать, обязательно. Кстати, а сколько времени? И где часы? — я обернулся в сторону стола. — А, вот они. 9 часов вечера. Надо поторопиться, чтобы не опоздать! Я резво схватил одежду и через несколько минут был готов. С радостной улыбкой посмотрел на себя в зеркало. Солнечная улыбка слабо подергивалась. Затравленные глаза пусто смотрели сквозь меня, обжигая холодом отчаяния. Минута. Пять. Я судорожно схватился за пиджак, рвано выдыхая в стекло. Почему-то руки дрожат, странно, ха-ха? — Не может быть… вампиры, серьезно? — охрипший голос сам не верил, что говорил. — Так, фух, ладно, это еще не самое страшное. Страшнее видеть, как тебя под слезы и крики толпы вытаскивают из перевернувшегося автобуса, а ты, еще в сознании, не чувствуешь ног и туловища, вместо которых кровавая каша. Ты не видишь, но слышишь чей-то пронзительный плач, надрывный, горький, не понимая, что происходит вокруг. Доктора куда-то везут окровавленное тело. Пытаются спасти. Спасают. В панике звонит отец, а ты не берешь трубку — не можешь, а может, думаешь, что это неважно, бессмысленно, все равно шансов вернутся к нормальной жизни невероятно мало. Но возвращаешься. Пусть и не сразу. Вот это страшно. А что вампиры? Ничего. Обычные люди с клыками, вот и все. Так, я спокоен, теперь можно идти в гущу опасностей. Пусть пока они не заинтересованы в моей кровушке, но отныне надо всегда быть начеку: кто знает, откуда нагрянет опасность, потому с этого дня точим колья и запасаемся чесноком, ну и пытаемся сохранить остатки самообладания, я же еще не знаю, вампиры они точно или нет. Для хищников нет прекраснее добычи, чем испуганная добыча. На прощанье кивнув комнате, я выполз наружу, прижимая ладонь к разболевшейся голове. Чертова мигрень от недосыпа. Или пересыпа. Или вампиров. Склоняюсь и к тому, и к другому, увы, мой мозг способен только на эти версии. Я спустился на первый этаж, прозрачной тенью стараясь слиться со стеной. Опасливо оглядываюсь по сторонам. Никого. Можно идти даль… — Ку-ку, мальчишка, что-то потерял? Боже ж мать! Мое сердечко! Я испуганно отпрыгнул от ухмыляющегося Райто, буквально вылетев из особняка прямо в лимузин, но так же успешно врезался в спину Субару. Злой зырк сверху вниз прошиб до озноба еще до того, как тот успел обернуться. Прыжок назад. Слышно, как бешено стучало выскакивающее из груди сердце и как пульс ритмично отдавался в голове. Нет-нет-нет, вампиры же сказка, правда? Почему я боюсь выдумки? — О, Юи-сан, — перед моим носом появилась болезненная физиономия Канато, принудив отшатнуться. — Надеюсь, ты починился, потому что сегодня я хочу с тобой поиграть, и если ты испортишь мои планы — воткну вилку в твои очаровательные глаза… Они похожи на гранат, правда, Тедди? Пустые глаза с пугающей заинтересованностью исследовали мое лицо; с боку подходил Райто, и бежать, собственно, было некуда, кроме как в затонированный лимузин, возле которого гордо стоял Рейджи, с презрительным пренебрежением оглядывавший братьев и меня; Аято с Шу, видимо, уже сидели внутри салона и с удовольствием глядели на зашуганного птенчика в окружении волков. Ну все, разорвут на части бедного меня. Вот хорошо тупым людям: не волнуются, не боятся, не замечаются ничего, прямо как я вчера, и живут себе прекрасно. А я сегодняшний совсем не такой. Блею как овечка, отступая от сужающих круг тел, так и вижу белоснежные клыки. А вчера пофиг было. Страх какой… — М-мамочки… — жалобно скуля, я пячусь, не разбирая дороги. Чертовы садисты, еще и улыбаются! — Ты что-то сказал, ху-ху? — к шее приблизилось лицо Райто. — Вчера ты совершенно нас не боялся. Ах, но сейчас твое выражение страха на личике вызывает во мне толпу возбужденных мурашек~ Не знаю, почему, но эти наполненные слащавостью и щепоткой пидорством слова подействовали весьма отрезвляюще, и я с негодованием обернулся на Мистера Шляпу, напряженно подняв кулаки. Во мне будто взорвался ядерный реактор, выпуская из стальной клетки смелого мужика. Ох, Юи, ты дебил. Молодец. — А-ахуел? — брови кровососа удивленно взметнулись. Все. Заказывайте гроб. Конец настал! — Мальчишка? — Я т-тебя спрашиваю, ты ахуел? — я доминантно тыкнул пальцем ему в грудь, борзея с каждой минутой (и между делом роя могилу). — Прекращай свою гомосятину, индюк патлатый, и уйми свои мурашки. Понимаю, ты сильнее и скорее всего убьешь за такие слова, но за честь и умереть не страшно! Если у тебя встанет на меня — отрежу к чертям и в рот затолкаю, понял? Ха-ха… внутри я трясся как собачка. Наверное, именно мой животный ужас в глазах побудил Субару встать передо мной и перехватить руку Райто. Дорога к машине открыта. Юи, лети как птичка, пока еще живой. — Извращенец, оставь свои дебильные мысли при себе, пока я сам не сделал то, что сказал этот человек. — Суба-чи, не будь жадиной, я мог бы и поделиться. — Он прав, — Канато отошел от Райто и подбежал ко мне, хватая за руку и затаскивая с собой в салон. — Братик совсем помешался на извращениях. Рейджи, пожалуйста, пусть он не едет с нами. Он злит меня и Юи-сан, нэ, Тедди? Тедди может подтвердить. — К сожалению, это невозможно. Его посещаемость и так отвратна, не хочу отчитываться еще и за подобную глупость. — … Тедди, братья полнейшие идиоты… Рейджи педантично поправил очки, заходя внутрь дорогого транспорта, и сел рядом со мной и Канато, который дергано прижался ко мне плечом и бросил раздраженный взгляд на зашедших Райто и Субару. Вид первого был слегка потерянным: наверное, ему никогда не говорили нечто похожего. Ну ничего, избалованный буржуа, мы поставим тебя на место!.. Если не убьешь меня раньше времени, конечно. Машина тронулась. А я, похоже, мозгами. Сижу, в пол гляжу и ни о чем стараюсь не думать, хотя тыкающий меня в бок Канато всячески старался отвлечь от сего великого занятия. Рейджи же признаков жизни не подавал, даже грудная клетка под элитным пиджаком не шевелилась. Было бы странно, если б подавал, он ведь… вампир, кха-кха. Вообще семейка эта до жути странная, если вычесть факт вампирства. Даже не переглядываются между собой. Райто так вообще глаза за шляпой спрятал и сидит тихонько, как мышка, только на меня мстительно зыркал. Для существа с общительным характером это немного неожиданно, но скрывать не стану, что мне пофиг. Кому вру? Мне страшно до ужаса! — М, из-за всей суматохи чуть не забыл тебе отдать, — мне в руки приземлился пакетик с клюквенным соком, вызволив из астрала. — И что это? — я с непониманием посмотрел на невозмутимого Рейджи и потряс в воздухе чудо-предметом. — На проявление заботы принято говорить спасибо, но ввиду твоей безкультурности я сделаю некоторые уступки и оставлю без комментариев, — холодно отозвался он. — Это клюквенный сок. Поскольку отныне ты принадлежишь нам, нужно, чтобы твоя кровь восполнялась как можно быстрее. Анемия лично мне здесь не нужна. Я обвел присутствующих сканирующим взглядом и уставился на упаковку, за чтением состава стараясь отвлечься от нерадостных мыслей. Почему бы не разорвать основной документ между церковью и вампирами? Тогда я смогу уйти отсюда, только куда денусь после? В церковь не примут, отец разочаруется, денег нет… Надо что-то решать. Сегодня же в школе налажу связи и узнаю, нет ли где свободных вакансий, чтобы в будущем иметь хоть какую-нибудь денежку. — Тедди, Юи-сан о чем-то думает. Смотри, — мне в лицо впихнули плюшевого медведя, — он так усиленно думает-думает-думает… На секунду он замер. Мне стало немного неловко. Тут яркие глаза вспыхнули больной ненавистью, а сам он жестко припечатал свои пальцы в моей коже, оставляя красные следы на ней, но мое каменное хлебало не изменило себе и осталось таким же. Слабо, Канато-кун. — Ты ведь не думаешь сбежать от нас? — его дыхание стало слишком близко, из-за чего сердце непроизвольно застучало. — Неужели, когда ты узнал о существовании вампиров, мы стали тебе противны? Правда?.. Как ты смеешь так себя вести, наглый человечишка?! — Канато, — Рейджи грозно сверкнул очками в сторону шизика, — Отпусти его. — Эй, мелкий, он моя игрушка! — вставил свое «Я» возмутившийся Аято. — Я не разрешал тебе к ней касаться. — Я не касаюсь твоей игрушки… — Канато наклонил голову к плечу. — Я спрашиваю Юи-сана, о чем он думает. Юи не игрушка. Юи мой. Юи же не хочет сбегать от меня, правда? Юи хочет отцепиться от назойливого как муха чувака и освободить кисть из стального захвата. Он, блин, хочет молча ехать в дорогой машине, и чтобы его никто-никто в целом мире не трогал. — Канато, обижаешь… — А… прости, — вампиреныш спокойно отпустил мою руку, не соизволив дослушать меня. — В таком случае, Юи не должен быть жертвенной невестой, если он не хочет принадлежать мне. Юи должен быть прекрасной куклой и пополнить мою коллекцию. Какая прекрасная идея!.. Юи оценит. Ему понравится, хи-хи. Я в немом вопросе поднял глаза на Рейджи, относительно адекватного челове… вампира, пардон, но тот только пожал плечами, мол смирись, он всегда такой. Было сложно, но оставшуюся дорогу до школы мы перенесли в тишине.

***

Я битые пять минут смотрел на роскошную школу Ретей. Какая она огромная, прям-таки гигантская. Самая шикарная школа из всех увиденных мною школ. Испытываю эстетическое наслаждение. — Что застыл? — меня растормошил Рейджи, идущий впереди. — Идем. Нужно еще заполнить некоторые документы по твоему приему сюда. — А… — Я сказал, идем. Не трать мое драгоценное время. Пришлось оторваться от созерцания школы и двинуться вслед за этим педантом, вместе с тем постоянно оглядываясь по сторонам. Внутри школа оказалась еще красивее. Все так пафосно, утонченно, и ученики под стать ей: надменные лица, вздернутые подбородки, дорогая фирменная одежда, что так и кричит: «У меня невероятно много денег!», и все тому подобное. Даже раздражает. У меня-то денег нет от слова совсем. Даже дорогая одежда и то не моя. Тем временем мы подошли к кабинету директора. Мне приказали оставаться снаружи и ничего не делать. Ну, это было достаточно просто, так как Рейджи сработал оперативно и уже буквально через минут десять вел меня в нужный кабинет. Распределили меня, кстати, в класс к Субару, что безмерно обрадовало меня. Это не укрылось от колкого взгляда Рейджи, но тот решил не комментировать мою тупую улыбку и лишь недовольно цокнул; если учесть, что он вампир, наверное, не хочет, чтобы моя кровь находилась в неподдельной близости к еще одному вампиру. Вполне логично. — Дальше найдешь дорогу сам. Кабинет А3. Если узнаю о опоздании — вычту с тебя. Все понял? — Слушай, а ты всегда такой… такой занудный? — Что, прости? — Ты постоянно говоришь элементарные вещи, Рейджи, будто я сам того не пойму, — я слегка обиженно поднял на него взгляд. — В твоих глазах я настолько ущербен? Он пронзительно-презрительно посмотрел на меня сверху-вниз; от напряжения я нервно потер шею и заметил, как вампир рвано сглотнул и поспешил отвернуться, опять поправляя сползшие с переносицы очки. О, неужели, он давно кровушки не пил? Так, делаем пометку «очень опасный» и включаем осторожный режим. — Все люди без исключения ущербны, — его голос покрылся непонятной хрипотцой, но говорил он так же отточено и уверенно. — И как я понял, обращаться ко мне на «вы» ты не собираешься, я прав? — Упс! — из головы вылетело. — Извиняюсь, Рейджи-сан. — Забудь. С твоей рыбьей памятью и отсутствием уважения к окружающим ничего удивительного, — он быстрым шагом поспешил удалиться, стараясь не оборачиваться мне вослед. Чудный он и, кажется, не совсем плохой. Я вошел в кабинет, который встретил меня странной аурой, исходящей из учеников. Пара лиц смотрели на меня с некой заинтересованностью, но большинство даже не взглянули на меня. Как я понял, представлять нового ученика в этой школе не принято. Даже неплохо. Возле окна, где сидел задумавшийся Субару, было свободное место, на которое я тут же кинул портфель, не обращая внимания на вытянувшиеся физиономии одноклассников. — Он… сумасшедший? — донесся до меня шепот одной из местный красавиц: красивая грудь, большие глаза, сексуальные губы — мне без шансов, тут только такому как Субару может подфортить. — Точно-точно, сумасшедший! — еще одна чика на районе, только с рыжими волосами. — Субару-семпай, конечно, красавчик, но даже я, такая милашка, к нему бы не села, — фу, а эта третья подружка некрасивая: нос-картошка, жирная кожа под тоналкой, глазки-пуговки, в которых не то, что интелекта, а даже его зачатков не наблюдалось. И что она о себе возомнила? — Новенький, наверное, не знает о братьях Сакамаки. — Бедняжка! Но пусть за свое самомнение он ответит по полной. — Точно-точно, ответит. — Заткнись, Аи, не выставляй себя дурой. Дуры есть дуры, что бы они не говорили. Эта мерзкая Аи особенно. Я сел на место, выложив на парту все необходимое для урока биологии. Решил посмотреть на Субару и наткнулся на его пронзительный взгляд; неловко улыбнулся, на что он раздраженно цокнул, отворачиваясь к окну. М-да, с социумом у него не очень дела ладятся. В скором времени начался урок. В класс забежала какая-то девчонка и звонким голосом попросила пройти в класс. По классу прошелся насмешливый шепот, когда она села на свое место, но на то время я был слишком занят разглядыванием обоев на стене, а потому не заметил ее. — Опять опаздываешь, Минори Айсака. Дневник на стол. — Сенсей, эта идиотка всегда опаздывает, могли бы уже привыкнуть, ха-ха! — к ней обратился школьный мажор, со смешком нависая над ней. — Ну что, Ми~нет-чан, сделаешь мне сегодня приятно? — Сядь на место, Таро-кун! — грозно крикнул учитель, статная женщина средних лет. — Иначе вылетишь из класса. — Ясно-ясно, сенсей, молчу, — он с хитринкой посмотрел на меня. — Сенсей, а чего вы не представили новенького? Он тут сидит и скуча~ет. А ко мне он что пристал? Девчонки не хватает? Мой взгляд невольно упал на ранее названную Минори, и сердце… непроизвольно забилось. Привлекательное личико, каштановые волосы до плеч и большие карие глаза — такой тип девушек не был совершенством, в нем ничего особенного нет, но почему-то для меня он показался… очаровывающим. Минори взглянула на меня и наклонила голову к плечу, внимательно всматриваясь в мое лицо, а после — в лицо Субару. Еле заметно улыбнулась. Какая живость в каждом жесте, какая энергия! Боже, первая девушка, которая ТАК посмотрела на меня! Мамочки, кажется, я влюбился с первого взгляда. — Эй, что застыл? — ах, точно, меня же, вроде, к доске вызывают. Пришлось оторваться от Минори и лениво подойти к доске. Я набрал в легкие побольше воздуха и максимально громко, как только мог, сказал: — Я Юи Комори. Приятно познакомиться, — метнул взгляд на Айсаку, что-то строчащую в небольшом цветастом блокноте, и дрожащим голосом продолжил. — Надеюсь подружиться с вами. — Спасибо, Юи-кун, да? Можешь садиться на место. А сейчас продолжаем тему урока, все остальные разговоры оставьте на потом! Весь урок я робко пялился на Минори, иногда записывая конспект, в отличии от того же Субару, который к ручке даже не притронулся. Это отвлекло меня от объекта влюбленности и заставило обратить внимание на гоняющего балду альбиноса. Интересно, Рейджи похвалит меня, если я буду гонять Субару по учебе? Конечно же нет, кого я обманываю, но развлечь себя как-то надо было. Я наклонился к нему, продолжая смотреть на доску. — Че ничего не делаешь? От неожиданного шепота он заметно вздрогнул и зло уставился на меня, хмуря тонкие брови. — Что тебе надо, человек? — Почему не пишешь? — я кивнул на закрытую тетрадь, и он безэмоционально пожал плечами. — Не хочу. — В смысле не хочешь? Рейджи тебе втык не сделает? — Пофиг. — Понятно. Он демонстративно отвернулся, но я не собирался так просто отказываться от попыток завести с этой снежной неприступной стеной диалог и наклонился к нему еще ближе, почти оказываясь с ним за одной партой. — Субару-у-у, если хочешь, я могу написать конспект за тебя. Мне совсем не сложно. — … — Суба~ — Заткнись! Достал! — Субару вскочил с места, яростно ударяя кулаком по парте. В классе мигом стало тихо. Думаю, даже на кладбище пошумнее будет. Ну, никто не сомневается, что нас после такой выходки выгнали из кабинета. Так же никто не сомневается, что меня в ту же секунду пригвоздили к стене, говоря пробирающим до мурашек шепотом. — Совсем из ума выжил?! — мои плечи сжали с невероятной силой, но я смог удержать себя в руках и не заскулить. — Что не так? — Что не так?! ЧТО НЕ ТАК?! — холодная рука сжала мою шею, приподнимая над полом. — Все не так! Какого черта ты вообще вздумал мне помешать?! — Ну звиняй, — я фыркнул, дрожащими пальцами безуспешно пытаясь убрать руки со своей шеи. — Какое мне дело до твоих извинений?! Молчи. Не раздражай. Будь паинькой, — Субару дергано ухмыльнулся, приподнимая меня над полом. Хватка становилась все сильнее и сильнее. Каждый вдох отдавал болью в груди, и дышать становилось тяжелее с каждой секундой. Страх. Мне было очень страшно. Мое бессилие, моя слабость… отсутствие кислорода в легких не давало мыслить. Неужели, я так и умру? Боже, как ущербно. — Парень, д-дышать нечем… — Если собираешься и дальше действовать нам на нервы — долго не проживешь. Если ты слышишь об этом впервые, тогда запомни раз и навсегда: вампиры — не шутка, и даже твой обожаемый Рейджи в любое время с радостью свернет тебе шею, ясно? Через силу кивнул, уже не слыша и половины того, о чем он говорил. — Тогда хорошо, — пальцы разжались; мою грудь наполнил сладкий воздух и я прерывисто задышал, оседая на полу. — Не будь дураком, человек. — Юи. — Что? — Меня зовут Юи, — на ватных ногах и поравнялся с альбиносом, кашляя в кулак; на шее, я уверен, были красные следы, но если не встану, то война будет заведомо проиграна. — И знаешь, меня тоже не устраивает то, что я «невестка», но я ведь не душу людей из-за этого. Иногда я думаю… я полный дебил? — Да что ты возомнил о себе?! — он опять схватился на мое плечо. — Ты лишь мешок с кровью и не смеешь говорить в подобном тоне! Тут из соседнего класса высунулась крысиная физиономия пока неизвестной училки, и ее голос, больше похожий на скрипучую деревянную дверь, заложил нам двоим уши, прекратив наши пререкания. Впервые рад появлению «чудища», честно. Очередного удушения я не переживу. — Вы двое! — верхняя губа женщины брезгливо вздернулась, как и суженные маленькие глазки. — Немедленно заткнули свои рты, пока я лично не прибила вас! — Да, мэм, — мы, словно прилежные ученики, отступили друг от друга, и смиренно поклонились. В промежутке между объемными телесами противной тетки и тонким дверным косяком я углядел растерянное лицо Рейджи, сидящего на первой парте по стойке смирно. Нелепо помахал ему ладонью. Его малиновые глаза впечатались в покраснения на моей шее и нехорошо блеснули, но дальнейший наш немой разговор прекратила захлопнувшаяся с треском дверь. Да уж, тетка-крыса огонь. Мы с Субару переглянулись. У обоих из нас выступила дребезжащая улыбка: у него — из-за неспособности улыбаться нормально, у меня — из-за сжимающегося очка. Кажется, его веселили мои страдания. — Ты заметил, как очкастый на тебя смотрел? — холодное лицо растеряло всю свою замороженность, пропуская наружу какие никакие человеческие эмоции. — Как тут не заметить. Конечно, — я наигранно хихикнул, потирая болевшую шею. — Кажется, нам пиздец. — О, так ты умеешь ругаться, — Субару уважительно кивнул. — Респект, барашка Юи. Я уж думал, ты амеба полнейшая. — Полнее той крысы ничего быть не может. — Ха! Да ты шаришь! — Он радостно улыбнулся и поднес мне кулачок, однако почему-то передумал и смущенно убрал руку, поправляя белоснежную челку. Младший из братьев точно хотел извиниться за свой поступок, но раздутые амбиции (а может, и не только они) не давали свершить задуманное. — Тс, и все равно ты меня бесишь. Он молча исчез из поля зрения, оставив после себя легкий порыв ветра, пробирающегося даже сквозь плотную по меркам школ ткань. Я пусто уставился в бесконечный коридор. Думать не хотелось. Учиться не хотелось. А жить, почему-то, хотелось очень. Странно все это. Страшно. Пару минут назад я чуть не умер. А ведь парень не шутил: еще немного и его рука сломала бы хрупкую шею. Жутко. У меня резко закружилась голова, и я каким-то необъяснимым образом сподобился прислониться к стене, чтобы не упасть на твердый пол. Скорее всего, последствие удушья так повлияли на меня. Я даже не успел сообразить, когда земля ушла из-под ног и перед глазами встала темная непрозрачная стена. Ну отлично, Юи Комори, второй обморок за день. Респект.

***

— Юи. А? Что за голос? — Юи, мой бедный мальчик. Ты, наверное, так испуган. Не испуган вовсе. Хватит мне в голову говорить. — Покинутый, никому не нужный ребенок в жестоком мире~ Я не ясно выразился? — Ху-ху, не волнуйся, дорогой, отныне я всегда буду рядом. Теплые ладони нежно обнимают меня. Странно. Неправильно. — Кто… ты?