Разве ты любил?

*** Лилит была не в настроении, отчего и я чувствовала себя не в своей тарелке. Будто не она вызвалась помочь мне, а я напросилась в дом, где стояло табу на гостях. — Примерь это, — в моих руках оказалось лавандовое платье с глубоким декольте, которое без примерок выглядело слишком вульгарно и не по-деловому. — Не нравится? — Красивое, — не стала расстраивать подругу своим специфическим вкусом и напомнила. — Мне же на собеседование идти. Лилит хлопнула себя ладонью по лбу и скрылась в гардеробной, оставляя с лавандовым платьем наедине. Подошла к зеркалу и попыталась представить себя в дорогом и откровенном наряде, щедро одолженном подругой. Нет, платье бы мне не подошло, и дело не в маленьком размере, а в кричащем вызове, которое бросало каждому, кто заприметил шикарную женщину в шикарном платье. Я не готова к подобным вызовам, просто не моё это — выходить из зоны комфорта. — Думаю, подойдёт! — вернулась подруга и торжественно вручила мне чёрное платье-футляр с воротничком в виде переливающихся камней. Осторожно отложила лавандовое платье и с удовольствием примерила классику, которое на моей фигуре село слишком тесно, подчёркивая недостатки неспортивного тела. — Ужасно, — простонала я, с кислой миной рассматривая отражение в зеркале, и, чтобы окончательно убедиться в провале, покрутилась. — Ужасно, да? — Платье от «Versace» не может быть ужасным! — Я про фигуру, — запоздало спохватилась, не желая обидеть подругу и твёрдые убеждения, что мода — её конёк. К моему удивлению Лилит не стала лукавить, глазами сканируя моё отражение: — Предлагала же тебе купить фитнес-абонемент. — Я не могу себе позволить эспандер, о каком абонементе речь? Лилит закатила глаза и развалилась на кровати, задумчиво рассматривая свой маникюр. Её настроение желало оставлять лучшего, поэтому постаралась не злиться на подругу, напротив, разузнать причину грусти на глубине изумрудного взгляда: — Проблемы с Эйтоном? Девушка попыталась состроить удивление, но вышло откровенно дурно. Тяжело вздохнула, прежде чем выпалить: — Он ни разу не позвонил на выходных, и даже на Фейсбуке не пишет. Ну, что за глупышка? — Лилит, — начала я учительским тоном, стараясь на пальцах объяснить очевидное. — Тебе же прекрасно известно, что он занятой человек. Богачи — они такие, миллиарды не с неба падают к ним в руки. К моему разочарованию подруга одарила не самым приятным взглядом и характерно постучала указательным пальцем по виску: — Ты серьёзно? Святая наивность! Знаешь, чем он занят? — девушка неожиданно преодолела ничтожное расстояние между нами и прошипела мне в лицо. — Траханьем баб он занят! Поморщилась от крепкого словца и не нашлась в ответе. Одного воспоминания, в котором красивый мужчина тискал в своих объятьях незнакомку, хватило, чтобы отчасти согласиться с домыслами подруги. Однако, может, он не такой потерянный? — Позвони ты, — передала девушке телефон и в удивлении проследила, как техника с грохотом оказалась на полу: — Думаешь, не звонила? Он меня игнорирует! В нескрываемом сочувствии поджала губы и пальцами крепко сжала пальцы подруги, ощущая взаимное пожатие: — Отменяется наше Бали, Франческа. Давно позабыла наивные мечты о бриллиантах и об отдыхе, однако Лилит надеялась до последнего, руками и ногами цепляясь за красивого богача. Её сложно винить, ведь достаточно вспомнить себя в тот момент, когда выразительный взгляд встретился с моим и… Устоять невозможно от одного взгляда, что же говорить о Лилит, которой довелось прикоснуться к шикарному мужчине? — Тебе отлично в этом платье, — неожиданно вернулась к прошлой теме, отрезвляя меня от воспоминаний. — «Versace» ещё никого не уродовало. Улыбнулась и вновь посмотрела в зеркало. «Versace» никого не портило, но, судя по отражению, испортить культовый дом моды не составило труда. Позволила подруге собрать волосы в высокий хвост и лаком зафиксировать «антеннки», но моя любовь к косам оказалась настолько сильной, что уже в автобусе орудовала над колоском. Волнение играло со мной злую шутку: разнервничалась до предела, чувствуя, как пальцы путались в волосах и не позволили продолжить плетение. Оставила несчастный хвост в покое и вцепилась в прозрачную папку, набитую похвальными листами, грамотами и рекомендациями от признанных профессоров университета. «У меня всё получится!» — твердила себе, твёрдой походкой направляясь к высокому зданию оценочной компании, на которую случайно наткнулась на сайте открытых вакансий. Отправила свои контактные данные и портфолио в тот же день, не надеясь на удачу. Планы на будущее, конечно, глобальные, но я — реалист, поэтому не сразу ответила на звонок незнакомого номера и не сразу осознала, что меня приглашали на собеседование. «Нам требуются новые кадры! — успокаивала дружелюбно настроенная девушка, которая подробно рассказала о нюансах предлагаемой работы. — Дело в том, что наша компания взяла курс на поддержку молодых специалистов!» Тем не менее, даже на должность стажёра — оценщика требовалось пережить собеседование, пугающее меня до ломки в ногах и дрожи в пальцах. — Извините, — обратилась к мужчине в униформе у главного входа в здание. — Моё имя Франческа Перт, я на собеседование. С облегчением обнаружила свои инициалы в пригласительном списке и почувствовала, как волнение отпустило меня, больше не сковывало движение и позволило расправить плечи. В конце концов, им требовалась новая кровь, а чем плоха моя? Ничем! Девушка за ресепшеном сориентировала в огромном холле и проводила к лифту, милостиво нажав за меня на кнопку тридцать первого этажа. Оправила воротник платья и перекинула подобие косы на левое плечо, с замиранием сердца следя за встроенным экраном, на котором отсчёт этажей стремительно приближался к пункту назначения. Однако остановился лифт на двадцатом этаже, заставляя устремить взгляд на свою папку и посторониться в сторону, несмотря на просторную кабину. — Добрый день, — услышала мужской голос и с улыбкой поприветствовала вошедших мужчин. Вежливость — вот, чего мне не хватало в пропащем Бронксе. Казалось бы, мелочь, но мне значительно полегчало, и улыбка не стремилась покидать губы. — Как насчёт «Hennessy»? — заговорил второй мужчина, и я вскинула голову на вошедших незнакомцев. Ну, как незнакомцев? Русая копна волос была мне знакома так же, как и озорная улыбка, с которой мужчина заманивал своего товарища на попойку изысканным напитком. Вжалась в угол лифта, стараясь по максимуму слиться с кабиной, и могла только радоваться, что мужчины не обращали на меня никакого внимания. — Прибереги на вечер, — посоветовал товарищ, который своим вежливым приветствием заставил вновь поверить в существование джентльменов. — Я приехал не спиваться средь белого дня, а поговорить о насущных проблемах. Не сдержалась и бросила мимолётный взгляд на мужчину, чтобы увидеть его прекрасный взгляд, устремлённый куда-то в потолок: — Свен, я искренне заебался! Давай разделим бутылку и, клянусь, весь в твоём распоряжении! Свен недобро поглядел на друга и красноречиво перевёл на меня взгляд а-ля «следи за языком, среди нас ле-е-е-ди», и слава Богам, двери лифта открылись до того момента, как Эйтон обратил на меня внимание. — Спасибо, — скомкано пробормотала, когда мужчины в галантном жесте пропустили меня вперёд, и в прямом смысле задохнулась, стоило пряно-древесным ноткам мужского парфюма заполнить лёгкие. Господи, аромат белого кедра и корицы заставил обернуться за новой порцией приятного запаха, но Эйтон давно обошёл меня и целенаправленно двинулся в сторону секретаря. Я узнала дружелюбный голос девушки, которая разговаривала со мной по телефону, и это непременно должно было подействовать, подобно успокоительному, однако неожиданное присутствие русоволосого мужчины выбило из колеи. «Он скоро уйдёт!» — твердила себе, наблюдая, как мило он общался с секретарём, попутно просматривая переданные документы. Чего и требовалось ожидать — не прошло минуты, и он скрылся за дверью кабинета, давая возможность выйти из-за укрытия и поприветствовать добродушного секретаря: — Вы сама пунктуальность, мисс Перт! — похвалила девушка, ловко клацая пальцами по клавиатуре. — Подождите минутку, сообщу о вашем приходе мистеру Хиллу. Почувствовала себя игрушкой-антистресс, которую особо впечатлительный и нервный чудак мял в пальцах и сжимал в кулаке. Не успела отойти от неожиданной встречи в лифте, как предстояло встретиться с ним лично. Один на один в кабинете: он задаёт вопросы, а я демонстрирую свой невеликий ум, тем самым развенчивая устоявшееся мнение: «Некрасивая, значит, умная!». — Извините, — обратилась к девушке, пока она не успела позвонить Эйтону. — А мистер Хилл — это… — …со-владелец и директор компании, — ловко продолжила мою мысль, отчего стало в разы хуже. — Мистер Хилл лично отбирает людей в свой штаб, так что не удивляйтесь. Наверное, мой внешний вид желал оставлять лучшего, раз секретарь встревоженно покосилась на кулер: — Не волнуйтесь! Может, вам налить воды? Покачала головой и на ватных ногах дошла до кожаного дивана тёмно-оливного оттенка, густо покраснев от громкого скрипа, с которым промяла обивку дивана. Вместо того чтобы взять себя в руки и попытаться успокоить ошалевшее сердце, я лихорадочно соображала, под каким предлогом лучше уйти. На мгновение прикрыла глаза, вспоминая обидные слова из уст золотоволосого мужчины, и безжалостно стянула с волос белую резинку, которая даже по цвету не сочеталась с чёрным платьем-футляром. — Миссис Перт, прошу вас, проходите! — девушка вышла из-за стола и любезно открыла передо мной дверь, за которой ранее скрылся мужчина. Медленно поднялась на ноги и позволила себе подумать, что я уже не в дырявых кедах и не в потёртом комбинезоне, а в симпатичном платье от «Versace». — До вечера! — вышел из кабинета Свен и чуть было не врезался в притихшую меня, так и не решившуюся войти в кабинет. — Вы не ушиблись? Он искренне забеспокоился за мою сохранность, когда испуганно йокнула и теснее прижала к груди папку с достижениями. Покачала головой и, не желая показаться большей дурой, чем предстала перед секретаршей, перешагнула порог кабинета. Просторное помещение слишком резко контрастировало с тёмными тонами приёмной, и большое панорамное окно, встретившее ярким пейзажем города с высоты птичьего полёта, на секунду ослепило глаза. Неловко закрыла за собой дверь и растерялась, не зная, как действовать дальше. Пройти к массивному дубовому столу или же к дивану? А может, привлечь внимание мужчины, который задумчиво перелистывал документы, стоя ко мне спиной? Эйтон решил всё за меня: оторвался от занимательных документов и кивком указал на стул рядом с габаритным столом. Неловко прошла к указанному месту и терзалась в догадках, узнал ли меня или нет? Конечно, нет. Такие мужчины, как мистер Хилл, запоминали таких девушек, как Лилит, но точно не «старлеток с косичками». — Я тебя узнал! — огорошил мужчина, заставляя от неожиданности дёрнуться на стуле. — Ты же подружка Лили? — Лилит, — тихонько поправила, вызывая хриплый смех Эйтона. Не смогла не улыбнуться в ответ, не в силах сопротивляться весёлости, с которой он открутил крышку бутылки и плеснул тёмную жидкость в стакан: — У меня плохая память на имена, но хорошая на лица, — продолжал забавляться он и, на мой страх и ужас, удобнее устроился на кресле, не сводя с меня прищуренного взгляда. Дрожащей рукой протянула помятую папку и, стоило избавить пальцы от ноши, спрятала на своих коленках. Кажется, всё проходило намного лучше, чем могла себя представить, и поводов для падения в обморок не было. Однако то, с какой ленью Эйтон пролистывал мои похвальные листы и грамоты, заставляло напрячься. — Ничего себе! — присвистнул он и отбросил папку на край стола. — Тебе, наверное, скучно жилось. — Нисколько, — тут же подобралась, собирая по столу многочисленные достижения, которыми искренне гордилась. — Я приняла участие во многих проектах — это очень интересно и… Запнулась на полуслове, наблюдая, как издевательски закивал мистер Хилл и сделал долгий глоток алкоголя: — И чего ты здесь делаешь? Оставалась бы в университете, обосновалась бы на кафедре и продолжала участвовать в проектиках. «Проектики», о которых с такой легкомысленностью говорил мужчина, увеличивали мою стипендию в разы. Благодаря этим «проектикам» я не умерла с голоду и имела возможность видеться с братом. Сначала Эйтон унизил меня, теперь посягал на мои интересы, а я же всё больше испытывала потребность оказаться за пределами кабинета. — Думаю, что готова к более серьёзной работе, — пробормотала, напрочь забывая все заготовленные речи. — Я обладаю широкими знаниями в искусстве и могу оценить новые форматы произведения, отличающихся сложностью и… Мои слова потонули в очередной порции мужского смеха, который заставил почувствовать себя вновь в противном клубе под прицелом скользких и одного насмешливого взглядов. — У меня целый штаб головастиков с «широкими знаниями». Понимаешь… Франческа? Да, Франческа, понимаешь, мне нахуй не сдались знатоки, способные отличить картины Мунка от картин Ван Гога, — неожиданно подался вперёд, уперевшись локтями о поверхность стола, и положил передо мной наручные часы. — Вот часики хочу продать. Насколько нулей оцениваешь? Уставилась на часы и ощутила, как красные пятна покрыли мои щёки и стремительно расползлись вниз по шее. Красивая, увесистая модель люксового бренда, которая без сомнений стояла запредельное состояние, сейчас лишала меня возможности устроиться на столь необходимую работу. — Очень красивые часы, — прошептала и осторожно вернула вещь её хозяину. — К сожалению, я специализируюсь исключительно на произведениях искусства. Мужчина снисходительно улыбнулся и неожиданно заговорщицки подмигнул: — А я специализируюсь на недвижимости, но могу отличить картину маслом от акрила. Хочешь мастер-класс? Самое время убежать без оглядки, но вместо этого неосознанно кивнула и сильнее сжала в пальцах папку. Судя по улыбке мужчины, я зря согласилась, но внутренняя мазохистка была не в силах устоять перед соблазном ещё разок взглянуть на Эйтона. — На тебе платье от «Versace», и это на первый взгляд наталкивает на мысль, что ты способна приобрести на аукционе мои часы. Но-о-о, присмотревшись, в тебе с лёгкостью можно обнаружить спекулянта: твои блестящие колготки и позолоченная цепочка кричат о безвкусии, — мужчина откинулся на спинку кресла и пожал плечами. — Заметь, Франческа, я специализируюсь исключительно на недвижимости. Резко вскочила с кресла, больно ударившись коленкой о стол, и ощутила, как по позвоночнику прокатилась холодная капелька пота. Это выше моих сил. — Я, пожалуй, пойду! — Давай, — махнул рукой Эйтон и вернулся к бутылке алкоголя, позволяя добежать до двери и дёрнуть ручку на себя. — Извините! — воскликнула секретарша, с которой столкнулась в дверях, и быстро затараторила недовольному создавшейся суматохой начальству.- Я хотела предложить чашечку кофе, но, видимо, мисс Перт уже уходит. — Кто? — услышала заинтересованный голос мужчины, но даже не посмотрела на него. Господи, как же внешняя красота контрастировала с внутренним миром человека, которому ничто не стоило унизить парой слов! — Твоя фамилия — Перт? — повторил свой вопрос Эйтон, но я уже лихорадочно нажимала на кнопку вызова лифта, подсчитывая секунды до его прибытия. Пожалуйста, быстрее, пока от переизбытка стыда не распласталась на полу у кабинета мистера Хилла. Только когда оказалась на улице и вдохнула свежего воздуха, вдруг почувствовала предательскую влажность на щеках. Вытерла ладонью слабость и двинулась в сторону автобусных остановок, подсчитывая оставшиеся деньги на проезд до Бронкса. Сделала глубокий выдох и покачала головой, прокручивая в голове сказанное мужчиной. Я-то переживу очередное унижение, и не такое переживала за свои двадцать два года, однако Эйтону в свои тридцать лет будет сложно побороть внутреннего Демона. Постыдно шмыгнула носом и разблокировала экран мобильного телефона, который предварительно поставила на беззвучный режим. В ту же секунду техника завибрировала от полученного сообщения, выводя на экран незамысловатый текст: «Мисс Перт, ждём вас завтра в 10.00 для подробного инструктажа и подписания договора!» Это шутка? Мне не смешно! Телефон вновь завибрировал, на этот раз оповещая о входящем звонке, и я дрожащими пальцами ответила на вызов: — Мисс Перт, ждём вас завтра… — Подождите! — остановила девушку, повторяющую текст отправленного сообщения. — Мистер Хилл отказался принять на работу! Услышала задумчивое сопение, после которого огорошила: — Он лично сказал позвонить вам и предупредить. Вы не придёте? Покачала головой и лихорадочно соображала, радуясь, что секретарь не видела моей «пробежки» вокруг остановки. Мне работа необходима, как воздух, но работа под начальством Демона вовсе лишала возможности дышать. Однако стоило вспомнить несчастного брата, искренне обрадовавшегося подаренному супергерою, как я, скрипя сердцем, согласилась быть на месте в десять часов утра.