Спасение утопающих

      

Flashback

      — Саске, почему ты так легко меня простил?       Саске открыл глаза и слегка повернул голову. Тёмный взгляд синих глаз сиял в отражении ночных огней. Или это были огни его бездонной души?       — Тц, — он снова прикрыл глаза. — Разве того, что простил, недостаточно?       Кровать прогнулась под весом локтя прямо под плечом у Учихи.       — Это не ответ! — возмущённо откликнулся Наруто.       — Ты тоже не дал мне многих ответов, так что мы в расчёте.       Наруто сильно прикусил губу и обиженно рухнул на подушку. Саске ударил по самому больному и оказался совершенно прав. Наруто слишком много от него скрывал.       — Я не отделаюсь даже примирительным сексом, верно? — спустя пять минут вновь задал вопрос Узумаки. Хриплый низкий голос утонул в тишине огромной квартиры. Саске вновь цокнул языком и расслабленно повёл бровью. Он знал, что Наруто наблюдает. Чувствовал этот пытливый взгляд, медленно тающий под гнётом собственных мыслей. Чувствовал, как Наруто кроет от вины, потери ответственности за жизнь своего любимого человека, который доверился ему почти полностью, что она гложет и сжирает его уже не одну неделю. Саске не мог ничем ему помочь, лишь простить. Единожды, и если это повторится ещё раз, Учиха уже уйдёт навсегда. Он всего лишь надеялся, что Наруто это прекрасно осознавал.       Саске долго размышлял этим вечером над собственным решением. Он не советовался с братом, хотя тот буквально выдал ему потерянного и разбитого Узумаки со словами «склеивайте себя обратно, идиоты». Саске поступил так, как считал нужным, хотя Наруто не заслуживал и капли прощения. Кулак в рожу — да, но Саске не смог и этого. Он знал Наруто как облупленного. Знал, что Наруто действует опрометчиво только в двух случаях: когда он не думает вообще и когда его принуждают обстоятельства. Сложить два плюс два не составило труда, уж слишком много факторов указывало на второй вариант. Саске и был бы не прочь отпустить этого идиота, ведь найти себе нового партнёра он мог в любой момент. Останавливал банальный интерес, а Узумаки больше всех подходил под категорию людей, которые в порыве отчаяния могут выложить всё своим дорогим людям. В этом Саске точно не сомневался.       — Всё началось с этого сраного потолка. И с Сакуры.       Саске ухмыльнулся. Да, именно с неё всё и началось.       — Я знал, что Сакура должна была быть в тот день у тебя. Не угадал время суток, и в этом был мой косяк. Мы следили за Харуно очень давно, я даже не знал о твоём существовании, зато в первый же день узнал об ориентации, — Саске был уверен, что Наруто закатил глаза.       — Сомнительное достижение, Узумаки. Как вы вышли на Сакуру?       — Просто. Я приехал в Токио, пошёл сразу к Какаши-сенсею, тот выдал мне контакты Шикамару и его команды. Сакура нашлась благодаря Саю, и мы начали за ней следить. Самым сложным было проникнуть в здание, но Какаши-сенсей выкупил через арендодателя одну из квартир и предоставил мне. Я достал чертежи здания и…       Саске мгновенно распахнул глаза и сел, разворачиваясь к напряжённому Узумаки.       — Стоп. Арендодатель — наш человек. Как, чёрт побери, ты нашёл секретные чертежи здания, о котором не знает никто кроме Учих?       Наруто усмехнулся и пожал плечами.       — Талант.       — Талант у тебя только приключения на задницу искать. Как ты это сделал? — в его глазах сверкнул гнев. — Я прикажу отцу убить этого человека, чтобы он не сдал нас ещё раз всяким проходимцам вроде тебя, — теперь пришла очередь Саске закатывать глаза.       Наруто фыркнул и скрестил руки на груди, мгновенно надувая щёки.       — Я не какой-то проходимец! И ты не позволишь её убить, — он тяжело вздохнул под непреклонным стальным взглядом чёрных глаз. — Ладно, это была Ино. Да-да, фамилия Намикадзе звучит крайне убедительно, знаешь ли. Особенно, когда она подкреплена бумагами и документами, даттебайо. Я дал ей информацию, она мне — доступ к чертежам.       Ино и вправду стоило бы убить. Хотя бы оставить в той чёртовой ванне дохнуть под струями ледяной воды. За предательство. Но Узумаки был прав, он её не убьёт. Наказание, правда, придумает изощрённое.       — Дальше.       Наруто снова вздохнул.       — Благодаря ей я узнал о секрете между нашими этажами. Удачно вышло, там пустота, сантиметров пятнадцать, — он ткнул пальцем на потолок. — А под ней гипс. На первоначальных планах в этой и ещё паре квартир планировался третий этаж: для прислуги, всякой чертовщины типа ненужных вещей и прочего. Изоляционная коробка огибает верхнюю квартиру, то есть мою, а значит, что между тобой и мной никакой защиты нет, — Саске открыл рот, чтобы задать вопрос, но Наруто его опередил. — Нет, квартира никому не принадлежала, считалась выкупленной, хотя фактически, если залезть на чёрный рынок и посмотреть предложения, в неё мог въехать любой желающий. Разрушить потолок вы не имели права — это бы снесло к чертям все несущие конструкции, и он бы сложился как карточный домик. Думаю, твой отец просто присвоил её себе. Понятия не имею, — он потёр подбородок. — В любом случае, всё сложилось так, как сложилось.       — Херово, — мрачно завершил монолог Саске.       — Я всего лишь пытался разрушить потолок, а в итоге разрушил, — он потупил взгляд и уткнулся в свои пальцы, — твою жизнь.       Саске облизал губы и взглянул на потухшего Наруто. Какие-либо выводы было делать рано. Учиха откинулся обратно на подушку и прикрыл глаза.       — Дальше, — надломленный голос Наруто прозвучал спустя несколько минут так тихо, что содрогнулся звон тишины. — Дальше ты появился в моей жизни. Сначала, — он сглотнул и собрался, — сначала как сосед и промежуточное звено между мной и Сакурой. Я знал, что вы спали, а значит мне надо было как-то подобраться к тебе, чтобы через неё выйти на убийцу. Мы и подобрались.       — Дай угадаю: Какаши организовал сделку исключительно в твоих корыстных целях, — Саске даже не надо было открывать глаза, чтобы видеть слёзы на полосатых щеках. Он их чувствовал.       — Я пытался сблизиться с ней, пытался сделать всё, чтобы сосредоточиться на расследовании, но я не смог. Ты как гром среди ясного неба свалился. Умный, красивый и, сука, такой… Такой…       — Какой? — Саске приоткрыл один глаз. Наруто тут же отвёл взгляд и вытер мокрые дорожки с щёк.       — Сам знаешь, какой, — огрызнулся он. Саске ухмыльнулся и положил руки под голову.       — Нет, не знаю, расскажи, Узумаки. Расскажи, почему ты решил, что сможешь подчинить себе Доминанта, о котором говорит всё чёртово прогнившее в своих грязных фантазиях общество. Расскажи, как это ты так решил, что Учиха Саске, недоступный никому «бриллиант», неожиданно раскроется именно в твоих руках?       Наруто замолчал и жадно прошёлся взглядом по желанному телу, до которого дотянуться не составило бы труда. Громко всхлипнул запрокинул голову назад, убирая мокрые пряди со лба. Саске с трудом проглотил этот жест.       — Я просто решил. Максимум, что ты мог мне сделать — это ударить пару раз и вышвырнуть из отеля. Я попробовал, ты поддался на уговоры, и я понял, что это мой шанс. А потом ты завёлся от простых слов, даже не приказов. Всё было просто, Саске, с тобой — слишком просто.       — Зато потом стало сложно, не так ли? — язвительно фыркнул Учиха. Наруто покачал головой.       — Стало не просто сложно. Невыносимо и почти невыполнимо. В конце концов правда всплыла наружу.       Саске сел и прислонился спиной к изголовью, прикрывая ноги и бёдра одеялом.       — Так какого хера ты мне врал?       Наруто стиснул зубы и уставился в тёмные глаза напротив. Нижняя губа предательски дрожала. Саске это прекрасно видел.       — Я боялся. Я боялся, что меня узнают. Боялся, что Сакура узнает обо всём, стоит мне рассказать. Более того, я не знал, как сказать, кем на самом деле была Сакура. Я видел, что между вами нечто большее, чем просто секс, и тут во время сессии ты мне выкладываешь свои обязательства. После этого я больше не знал, как поступить. Мои чувства и моя любовь к тебе была сильнее глупого прошлого, которое уже не вернуть. Не исправить ошибки, не уберечь родителей. Я цеплялся за единственное, что обрёл огромной ценой. Я утонул в этом дерьме по самые уши, но ты меня спас. Ты делал это каждый день. Не подчинением, не своими словами и действиями. Ты просто существовал рядом и делал из моего существования хоть какой-то смысл. Каждый вечер после твоего пожелания спокойной ночи я отчётливо осознавал, что снова по крупицам продолжаю разрушать наши отношения. Ты ещё ничего не знал, но уже находится в доме, где убрали все важные балки. Один толчок и — бум — всё падает вниз.       Солёные капли едко жгли щёки и уголки глаз, но Наруто упорно продолжал глотать слёзы. Саске ненавидел слёзы.       — Как вы вышли на Итачи? — Саске уже знал историю от брата и хотел лишь убедиться, что тут Узумаки ему не соврёт.       — Мы… Мы отправили Сая на задание. Какаши-сенсей уже сделал предположение, что это Кисаме, оставалось подать это как-то твоему брату. Информация изначально была опасной, жизнь Сая висела на волоске. Мы не знали, чего ждать, но сначала вернулся Сай, а спустя некоторое время появился в участке Итачи с предложением помочь расследованию. Возможно, он знал уже тогда и всё это время скрывал, но то, что он сотрудничал с Какаши-сенсеем, факт.       Саске вздохнул и потёр переносицу. Как так оказалось, что двое самых близких ему людей оказались теми ещё лжецами? Это его карма?       — Остальное ты знаешь, — тихо заключил он.       Когда Наруто осторожно поднял взгляд и попытался вглядеться в его глаза, Саске даже не пошевелился. Узумаки потёр шею и пожевал губу, а после, собравшись с мыслями, выдохнул:       — Я пойму, если ты передумаешь.       Острый взгляд скользнул по щекам и задержался на блестящих голубых глазах.       — Передумаю что?       — Передумаешь прощать.       Саске тяжело вздохнул и рывком поднялся, притягивая расслабленного Узумаки к себе. Наруто мгновенно напрягся и замер, почти не дыша. Голову словно обдало ледяной водой.       — От того, что ты рассказал мне правду, я не передумаю. Я принял решение и не даю задний ход. Так делают только безответственные ублюдки, а у нас вроде как ответственность в приоритете.       Наруто, не успев даже обдумать услышанное, еле слышно выдохнул «да», но Саске жёстко его оборвал.       — Это касается и тебя, Узумаки. Мне было выгодно тебя простить, потому что я хотел узнать историю от начала и до конца, но сейчас никакой выгоды нет. Ты разрушил мою жизнь, и больше я никому этого не позволю сделать. Я учусь на своих же ошибках, научись и ты.       Наруто медленно кивнул и сглотнул, осторожно касаясь пальцами острой скулы.       — Я обещаю, что всё исправлю. Мы можем начать сначала?       Саске помедлил и мазнул губами по ребру дрожащей ладони.       — Давай только без связываний в отеле и ультиматумов на важных собраниях.       Наруто с улыбкой потянул его на себя и сжал пальцами кромку волос на затылке, притягивая ближе к себе. Дыхание Саске обжигало солёные щёки, но было плевать. Наруто закрыл глаза и выгнулся, тихо дрожа от языка, скользящего по ямочке под подбородком.       — И без Сакуры.       — Без Сакуры, — раздался смешок снизу.

***

      — У вас осталось девяносто минут.       В спину между лопаток ткнулся автомат. Бесит. Саске нервно начертил карандашом квадрат на чертеже и ткнул кончиком в место.       — Смотри, мне кажется, здесь не проходит система вентиляции. В поместье Сакуры она тоже отсутствует. Может ли это что-то значить?       Наруто неопределённо покачал головой и задумчиво прикусил губу, вглядываясь в рисунок.       — Может значить что-угодно, оснований не проводить её я тут не вижу. Судя по всему, это бойлерная, там же размещён водомерный узел, — он начал рыться в бумагах. — Где-то тут я видел план с экспликацией этого дома. Скажи мне, какой там масштаб.       — Что за экспликация? — Саске приподнял кипу бумаг со своей стороны.       — Пояснение к архитектурному проекту. Таблица с размерами, кажется я видел нужную на плане водоснабжения, — он вытащил на поверхность главный план дома.       Сакура тихо подняла бумагу с пола и прикусила губу. Её истерика закончилась, и она, сидевшая до этого с опухшими глазами, наконец начала подавать признаки жизни.       — Вот этот?       Наруто и Саске одновременно подняли головы, и Учиха выдернул из её дрожащих пальцев листок, показывая его Узумаки. Наруто бегло осмотрел чертёж и кивнул, возвращаясь к плану. Саске выписал данные с таблицы и высчитал размер, хмуря брови.       — Один к двадцати, — Наруто кивнул и начал что-то очень быстро писать. — Чертёж второго дома — один к двадцати пяти. Но они абсолютно одинакового размера.       — Вот именно, — Наруто раздражённо стукнул карандашом по столу. — Чёрт побери, не сходится!       Саске зажмурился. Они перебрали всё: цифры, размеры, символы, формы. Голова вскипала от напряжения и уже переставала работать. Он тяжело вздохнул и открыл глаза. Наруто продолжал что-то писать: формулы, расчёты, данные вылетали из-под грифеля так же молниеносно, как и слова в порыве особого настроения поболтать. Саске впервые видел Узумаки за работой: как никогда сосредоточенного, способного мгновенно и точно решать сложные задачи и полностью погружённого в материал. Было иронично осознавать, что, возможно, это последний раз в его жизни. Саске верил в брата и его команду, верил в то, что так или иначе он уже в курсе и сравнял с землёй половину Токио в поисках их двоих, но до конца отсчёта оставалось чуть больше часа. До конца ли вообще, Саске думать боялся. А до этих пор он мог наслаждаться своим Узумаки.       Видеть, слышать, чувствовать Наруто рядом с собой было привычно и хорошо. Каждый вздох, звук, движение он ловил и старательно запоминал. Пару раз начинало щипать глаза, но Учиха прогонял идиотскую слабость: для этого у него была Сакура. Узумаки похудел и вечно отдёргивал облегающую водолазку, не разрешая ей задираться выше положенного. Саске позволял себе скользить по необычно бледным рукам и впалым щекам, на которых шрамы стали практически незаметны. Три недели в руках Кисаме не прошли бесследно, и Саске был уверен в том, что под одеждой он найдёт не одно подтверждение жестокого обращения с пленником.       Ему был нужен Наруто до боли. Тёплый, любящий, защищающий. Со странными рыжими волосами, с полосками на щеках и заливистым смехом по утрам. Гремящий в шесть утра на кухне, раскидывающий свои вещи и написывающий смс каждые полчаса. Страстный, властный, отдающий и принимающий всего себя без остатка.       Ему, живому Саске, Наруто был нужен — тоже — живым. Ради этого стоило постараться.       Саске тяжелым взглядом осмотрел бумаги и задумался. Вся ответственность за разгадку лежала на нём. Что такого мог спрятать Минато-сан, что было нужно Кисаме? А, главное, где? Может быть, она лежала на поверхности? Саске вытащил несколько чертежей и сравнил их. Изменения между двумя архитектурными планами были совсем незначительными. Фундаменты и вовсе совпадали точь-в-точь.       — Вот эти линии пересекаются.       Саске поначалу даже не понял, откуда идёт звук. Сакура тихо выдохнула и провела пальцем по прерывающейся линии канализации, а затем осторожно ткнула в план отопления первого этажа. Учиха уже было хотел послать её и грубо попросить не мешать, но Наруто выдернул из рук листы и наложил один на другой.       — А что, если…       У них оставалось двадцать минут. Учиха сгрёб руками все чертежи инженерных систем и наложил один на другой. Наруто поднялся и опёрся коленом о стол, рассматривая проступающие сквозь тонкую бумагу полосы. Картинка наконец складывалась воедино. Как только Саске закончил, он приложил линейку и обвёл все линии электрики и трубы и тяжело сглотнул, поднимая на него обеспокоенный взгляд. Саске судорожно втянул носом воздух, обвёл карандашом место и со стиснутыми зубами отдал лист Кисаме.       Хошигаки ухмыльнулся и махнул рукой. Саске краем глаза заметил, как к ним троим подошли по двое человек и поставили на ноги, отводя к центру комнаты. Наруто прикусил губу и сделал медленный вдох. Он надеялся, что они не ошиблись. И что получится оттянуть время ещё ненадолго.       Внутренности сделали кульбит, когда Кисаме медленно сократил расстояние между ним и Наруто. Сердце бешено запаниковало, а в голове повторялось громкое: «Нет, не сейчас, только не сейчас». Но Кисаме всего лишь держал своё слово.       — Показывай, где это, — он сунул чертёж в ослабленные пальцы Узумаки. Наруто до боли сжал зубы и сделал шаг вперёд, подталкиваемый одним из охранников. Посмотреть на Саске ему не позволили, и он исчез в недрах здания за поворотом.       Саске сжал кулаки. Он ненавидел оставлять Узумаки наедине с этим ублюдком, тем более быть рядом, но не видеть происходящего. Наруто не ушёл далеко и, судя по плану дома, был буквально за стеной. Громкий голос Кисаме помогал настроиться на позитивный лад: он слышал их обоих. И, если что-то произойдёт, он тоже обязательно об этом узнает.       Долгое время признаков для паники не возникало. Саске изредка посматривал на посеревшую Харуно, которая тряслась как осиновый лист. Прозрачные капли падали на пол одна за одной, и Саске поспешил отвести взгляд. Спустя минут двадцать раздался оглушительный треск. Сакура вскрикнула, а Саске по инерции дёрнулся, но сильные руки охранников заставили его остаться на месте. Три минуты звенящей тишины почти что раздавили психику Саске. На четвёртой в проёме показался весь в строительной пыли Наруто и невероятно довольный Кисаме. В руках он держал бумаги.       — Я в вас не сомневался, — Хошигаки смахнул десятилетнюю пыль, заставляя Наруто закашляться. — Знаешь, что это такое, Саске-кун?       Учиха предпочёл промолчать. Кисаме подошёл к нему ближе и понёс бумаги на уровень глаз. Саске бегло скользнул по иероглифам и тяжело сглотнул. Печать и подпись собственного отца на титульном листе рядом с подписью Минато-сана ярким пятном выделялась на белоснежном фоне.       «Проектная документация по строительству отельного комплекса «Ооги»       — Отец отдаст тебе его только через свой труп.       Кисаме рассмеялся.       — О, нет, мне не нужен отель, — он свернул листы трубкой и хмыкнул. — А то, что под ним. Ты даже не представляешь, сколько всего спрятано в его недрах.       Саске слегка изогнул бровь. Кисаме вздохнул и опустился в кресло.       — Я обещал историю, но я не уверен, что хочу её рассказывать. Я надеялся, что вы докопаетесь до правды быстрее. Увы, вы меня разочаровали.       Саске мгновенно притянул к себе Наруто и закрыл собой, когда Кисаме поднял пистолет. Сакура вцепилась в его плечо и спрятала голову, дрожа. Наруто попытался дёрнуться, но Учиха крепко вцепился левой рукой за его правое запястье за спиной, не позволяя двигаться. Кисаме усмехнулся и с наслаждением впитал в себя страх, сковавший всех троих.       — Убьёшь меня и до конца своей жизни будешь бегать от Учих. Обещаю, она будет недолгой. Итачи тебя достанет, сдерёт кожу живьём, и ты пожалеешь о своём выборе.       Кисаме ухмыльнулся и наклонился, смотря своими маленькими глазами прямо в душу Саске:       — Если он успеет избежать моей пули, — он хмыкнул и откинулся назад. — Так уж и быть. Раз вы готовы сдохнуть, я расскажу вам, как малышка Сакура Харуно убила Кушину Узумаки и Минато Намикадзе.       Наруто и Саске синхронно перевели взгляд на бледную Харуно. Сакура тихо склонила голову, осторожно смотря в сторону парней, но взгляд поднять не смела: не была готова встретиться с собственной смертью так скоро. Наруто ошарашенно повернул голову в сторону Хошигаки.       — Она… Ей же было всего пять…       Кисаме пожал плечами.       — Я предложил сыграть с ней в игру. Она согласилась.       — Какую игру? — голос Наруто был холоднее льда. — Как ты посмел использовать ребёнка? Она убила их твоими руками! Ты псих, ублюдок, что ты сделал с ними?!       Саске стиснул сильнее руку Наруто, и тот перевёл на него бешеный взгляд. Спокойствие пришло после прикосновения к запястью, под самым браслетом. Наруто очнулся и сжал челюсть сильнее до скрипа. Сакура тихо рыдала в плечо.       — С ними — ничего. Я же сказал: это не моя вина, — он довольно улыбнулся, и в тот же миг его голос оледенел. — Думаю, эта тайна должна уйти в могилу. Только вот проблема: я не знаю, кого из вас двоих оставить в живых.       Кисаме резко перевёл дуло и нажал на курок. Раздался выстрел. Наруто словно в замедленном действии видел, как под ноги падает безвольное тело Сакуры, и зажал рот в немом крике. Пуля просвистела в нескольких сантиметрах от уха Саске и попала точно в висок. Учиха в оцепенении осмотрел Харуно и поднял взгляд, отворачиваясь. Содержимое желудка просилось наружу. Сакура не заслужила.       Кисаме поднялся и подошёл снова к ним. Перекрутил пистолет на пальце и протянул рукоятку.       — Один из вас должен сдохнуть. Решите за меня сами, так будет интереснее, только глупостей не делайте. Любое лишнее движение, и вы оба будете мертвы.       Саске молниеносно взметнул руку, но Наруто перехватил его быстрее и вырвал пистолет из рук. Кисаме сделал шаг в сторону, окольцованный охраной, и Узумаки пустым взглядом осмотрел пистолет. Саске тихо вздохнул и прикрыл глаза, а когда снова их открыл, Наруто уже поднял руку. Сжимал трясущимися пальцами рукоятку и беззвучно рыдал.       — Я не смогу, Саске, — Узумаки вздрогнул, но руки не опустил. Смотрел в тёмные глаза долго-долго. Изучал. Саске, борясь с эмоциями, завёл руки за спину.       — Сможешь.       — Я обязан тебя защищать, — Наруто ревел навзрыд. — Обязан любить, оберегать, ценить. Что я за Дом такой, что даже о собственном Сабе позаботиться не могу?       — Отвратительный, — Наруто в ответ сквозь слёзы истерично рассмеялся. — И другого мне не надо.       Саске сморгнул подступающие слёзы и медленно вздохнул. Скользнул ласковым взглядом по тонкой фигуре, кольцу на пальце, щекам, волосам и глазам и прикрыл веки. По крайней мере, он запомнит его таким навсегда: красивым, пусть и зарёванным, но родным. Любимым. Своим.       Хотел ли он умирать? Скорее закончить историю, которую до сих пор не знал до конца. Если Узумаки соберётся и выстрелит, никто ему не расскажет, почему Наруто пришлось провести так много времени у Кисаме и что он тут пережил. Почему он тем самым утром добровольно набрал номер и обменял свою жизнь, чтобы спасти две других.       Интересно, сколько нужно времени, чтобы попрощаться с человеком, который изменил твою жизнь? Сколько нужно времени, чтобы забыть, отпустить, оставить лишь светлые воспоминания, лёгкую грусть и любовь на душе? Год, три, пять? Всю жизнь? Отпустить любимого не так легко, а особенно ту связь, которая сложилась между ними. Быть убитым по приказу другого человека означало подавление его собственного Доминанта. Саске ни в коем случае не хотел этого допускать. Наруто слишком своевольный, слишком непокорный и властный. Саске готов был порвать за этот статус.       Позволит ли ему это Наруто?       Под грохот ворвавшейся спецгруппы, крики агентов и Итачи, шум выстрелов и суматоху Саске мог ответить на этот вопрос только одним предложением.       Он точно об этом не узнает в ближайшие несколько десятков лет.

***

      — Ай, блять! Саске, ты охерел?       — Да заткнись ты, — Саске фыркнул и перекатился на спину, сползая с кровати. Наруто попытался приподняться, но привязанная рука особо свободы не давала, и он обессиленно рухнул обратно. Чёрт бы побрал этого придурка.       — Я тебе это «заткнись» сейчас в задницу затолкаю. Как ты вообще себя ведёшь со своим Доминантом?       — Ты сам полез в это пекло, уссуратонкачи, не говоря уже о том, что поехал туда один и без меня, — Учиха устало сжал переносицу и кивнул мужчине.       Саске отступил назад и отвернулся. Видеть повреждённую руку Узумаки было выше его сил даже спустя неделю. Слышать болезненные стоны — тоже, но от них уже убежать не получится. Плевать, главное, что живы.       Когда повсюду раздался грохот, Саске на секунду показалось, что это конец. Выстрелы свистели мимо ушей, но боли он почему-то не чувствовал. Тогда-то Саске догадался открыть глаза. Его тут же сбил с ног Наруто и оттащил куда-то за кресло, прячась от свинцового града. Итачи пришёл как всегда вовремя, хотя мог бы и раньше: Сакуру они спасти не смогли.       В битве руку Наруто задело осколками разбитого стекла, а Саске получил незначительное оглушение. Бой продолжался без малого десять минут, но даже их хватило, чтобы навсегда отложить кровавую картинку у себя в голове. Выбирались они уже в тишине, хрустя стеклом под ногами. Среди агентов Кисаме оказалось слишком много его бывших подчинённых, в том числе Карин. Оказывается, она следила совсем не для него, но это уже было неважно. Везти Наруто в больницу он не собирался, вместо этого вызвонил личного врача, и, пока остальные разбирались с горой трупов, объяснил, что нужно сделать.       Смерть Кисаме они не застали: Итачи настойчиво развернул их к машине и твёрдо сообщил, что после полностью выпущенной обоймы он больше не способен никому причинить вреда. Глаза Наруто наконец прояснились. Саске пообещал себе больше не позволять этому болвану строить из себя защитника. Слишком хреново у него это получалось, а разгребать всё равно приходилось Учихам.       Наруто поступил безрассудно, но хитро. Зная, что он единственный был нужен Кисаме для своего исполнения плана, он сам потащился на встречу. Не без потерь убедил его в том, что без Саске загадку он вряд ли разгадает, и вымолил поехать за Учихой самому. Кисаме верил в то, что он не сбежит: интерес Узумаки был в истине, которую ему собирался рассказать Хошигаки. Кисаме не знал, что они возобновили отношения, и пристально следил за Саске все три недели, чтобы подтвердить свои предположения. Наруто оставалось лишь верить в то, что он не допустит ошибку. И Саске блестяще сыграл свою роль.       Основным пунктом плана было сообщить об этом Итачи. Когда они придумали этот шифр, Учиха мог только догадываться, но неожиданно пропавший с радаров и появившийся ровно через пять минут телефон Саске стал обратным отсчётом для старшего Учихи. Джуго говорил, что впервые видел Итачи настолько опасным, холодным и злым, и вряд ли бы мог представить, в какую ярость он бы впал, если бы они появились на две минуты позже. Семья всегда готова была мстить за своих, а Кисаме бы вряд ли отделался только одной обоймой.       — Саске-сан, мы закончили.       Саске обернулся со скрещёнными руками на груди. Наруто пошевелил перебинтованными пальцами и поморщился. Учиха благодарно кивнул и, после того, как доктор скрылся за дверью, опёрся коленом о кровать. Наруто подтянулся на подушках и довольно усмехнулся.       — Раны украшают мужчину.       Саске закатил глаза.       — Раны, полученные в ходе самой безрассудной операции на свете, выставляют тебя идиотом.       Наруто обиженно пихнул его пяткой и застонал:       — Да ты задолбал мне об этом напоминать! Сколько можно?       Саске увернулся от ещё одного толчка и опустился на колени на самый край кровати. Наруто облизал губы и спустил свой взгляд на обнажённые ключицы. Чуть не отправив его на тот свет своими собственными руками, сейчас он не мог им насытиться сполна. Жадно ловил каждый вздох, стон, движение. Морщинки, приподнятый уголок губ, дрогнувший кадык. Блядские губы и глаза, в омуте которых можно тонуть бесконечно.       — Помнится, ты обещал мне надрать зад за то, что я это сбежал решать проблемы сам.       Саске опустился на бёдра Узумаки и прижал всё ещё привязанное к кровати запястье к подголовнику. Наруто поднял перебинтованную руку в воздух и зарылся пальцами в волосы. Расстояние между губами не превышало одного сантиметра. Внизу снова тягуче заныло, и Саске прижался ближе своим пахом к чужому. Наруто не смог сдержать стон.       — Обещал, — согласился Саске. — И даже не попрошу разрешения, добе.       Наруто ухмыльнулся. Саске вздрогнул от прикосновения губ к своим собственным. Шёпот сводил с ума.       — Я думал, у меня идеальный Сабмиссив.       — А я думал, ты хочешь продолжить учиться у лучшего.       Узумаки выдохнул и прижал его к себе. Саске закрыл глаза, чувствуя, как чужой язык скользит в его рту.       Знал ли Наруто, заходя впервые в эту квартиру, что всё так обернётся? Вряд ли. Он просто хотел докопаться до правды, очистить имя родителей и сблизиться с тем, за кем наблюдал годами. Неосознанно, издалека, он порой засматривался на мальчишку в другом конце зала. Идеального, ухоженного, всегда спокойного и твёрдого. В его руках любой инструмент казался частью его тела, как меч самурая — продолжением его собственной руки. Наруто потерял его в свои четырнадцать и обрёл спустя долгих двенадцать. Саске изменился внешне, стал ещё красивее и, увы, не стал от этого доступнее. И Наруто нашёл этот ключ, который позволил открыть его душу. Ценой за это стал Ад, через который им пришлось вместе пройти.       Узумаки провёл языком по изгибу шеи и поднял взгляд. Розово-фиолетовые лучи раскрасили белоснежное одеяло причудливыми красками. Утопающая в предзакатном свете бледная кожа казалась ему самым красивым природным явлением. Саске от кончиков пальцев до самой макушки являлся воплощением красоты. Защиты, преданности и любви.       Наруто планировал наслаждаться этим, как минимум, всю свою жизнь.