Сквозь преграды

Сиэль старательно натирал столовое серебро, которое и без того уже блестело и напряженно разглядывал что-то за стеклом окна. Клод не любил эту задумчивость, она не сулила никогда ничего хорошего, ведь за годы нахождения рядом, он выучил, что мальчишка (привычка называть его в мыслях так не ушла спустя многие года) вспоминает свою старую жизнь. Быть может, он разглядывает свое немного размытое отражение в стекле, свою форму и не изменившуюся спустя года внешность и всё глубже уходит в мысли, в хандру. В общем и целом, ничего хорошего это не означало однозначно. — Граф, — голос дворецкого вывел юношу из оцепенения и заставил вздрогнуть — хватит. Подобравшись бесшумно сзади, Фаустус отобрал серебро из рук бывшего контрактника и обнял того со спины, ради чего пришлось согнуться в три погибели, но оно того всегда однозначно стоило, В отражении теперь были видны две фигуры и мальчишка смотрел на Клода через стекло все ещё пустыми глазами, сжимая в руке тряпку. Тяжелый вздох и бросив тряпку на стол, он положил руки на голову демона, мягко перебирая его волосы, заставляя того прикрывать глаза как кошка. Фаустус любил те моменты, когда мальчишка позволял себе нежность, ведь даже столетия вместе не сделали его характер сильно покладистым, даже наоборот, ожесточили моментами. — Не называй меня так. — все-таки не промолчал Сиэль, хоть и знал, что вряд ли Фаустус сможет избавится от этой привычки, ведь и сам мальчишка обзавелся слишком многими, вроде ответов после того, как тема уже забылась. Они явно стоят друг друга.

***

Сиэль сжимал в руке голову главаря банды, со счастливой улыбкой направляясь к своему спутнику, что догонял остатки бежавших людей. Клод никогда не признается, даже самому себе, что эта сторона Фантомхайва пугала его до усрачки, ведь он все еще видел его графом, тем самым мальчишкой, который не марал самостоятельно руки, который поручал все своему надежному дворецкому, к которому идет прямо сейчас с остатками этой челяди. Но как бы не пугала эта его часть, он одновременно бы от нее в восторге и вскоре парой быстрых размашистых шагов оказался возле юноши и схватил того своими кровавыми руками, за точно такое же грязное лицо в каплях этой человеческой субстанции, расцеловывая после уже все лицо, слизывая капли, плавно подбираясь ближе к шее, где уже давно не билась столь соблазнительная венка на шее. — Туше, Клод, не здесь же — с легким смешком от щекотки попытался отстранить своего партнера Сиэль в душе млея от того, что спустя века Фаустус продолжал хотеть его, всего в крови и грязи, растрепанного от того, что люди продолжали быть сильнее и больше, несмотря на демоническую сущность и спасали только способности и сотни лет тренировок. Клод продолжал упорствовать и вскоре за спиной Фантомхайва оказалось крупное дерево, к которому тот прижался, лишь бы не потерять равновесие от того, как подгибаются ноги, ведь спутник выучил досканально все точки на теле бывшего человека и точно знал, где надавить или облизать, чтобы превратить исполнительного, вечно холодного и кроткого мальчишку в податливого похотливого демона, млеющего под сильными руками, которые уже приподняли его выше, позволив обвить талию мужчины крепкой хваткой ног. Вскоре мокрые поцелуи и тихие вздохи стали слышны настолько, что можно было сказать, что они осквернили могилы сотни убитых здесь людей, но демонам было на это абсолютно плевать, ведь Сиэль тчетно пытался сдерживать стоны, прижимая за волосы партнера ближе к себе, не давая отстраниться от чувствительных сосков, коим любил уделять внимание мужчина, а упомянутый думал лишь о том, как сделать смыслу своего существования приятно. И идея пришла в голову, несмотря на редкую практику подобного. Отпустив младшего снова на землю, после чего услышав разочарованный стон, Клод опустился на колени, рывком спуская одежду к ногам мальчишки, он вобрал в рот его эрегированный член, от чего услышал уже вскрик, что был той еще усладой для ушей, а руки в волосах, которые мальчишка держал там при любой возможности, насколько позволяла поза и ситуация, мягко поглаживали кожу головы, заставляя Клода мурчать, что создавало дополнительную стимуляцию за счет вибрации, от чего Фантомхайв запрокинул голову назад, ударяясь о дерево и протяжно застонал, смущенный положением. Секс стал настолько обыденностью в их отношениях, что порой демоны удивлялись, как нынешний контрактник еще не застал их спаличным где-нибудь в столовой, где старщий любил втрахивать своего партнера в стол, рукой удерживая его голову на гладкой поверхности мебели, заодно прикрывая ему рот, чтобы об их маленьких шалостях не услышало все поместье. И несмотря на всё это, Фантомхайв все еще умудрялся смущаться когда дело доходило до соития, что в глазах демона лишь придавало ему очарования еще больше. Хотя куда уж больше, если почти все связанное с мальчишкой вызывало в Клоде восторг и обожание.