Спорим, не продержишься долго?

      Ближе к вечеру погода стала намного паршивее, чем была с утра — солнце ушло, небо затянулось тучами, а ветер был холодным, радовало только то, что дождя пока не намечалось. Девушка направлялась к дому мамы, чтобы забрать все необходимые вещи из комнаты и поехать к Олегу. Яра была просто подавлена, хотя она отдавала отчёт себе в том, почему же у неё такое дерьмовое настроение. Всё крутилось вокруг матери и её отношения к дочери. Блондинка не доставала сигарет, чтобы не оставлять запаха на своей одежде, ведь дома могла быть Татьяна, а Ярослава не хотела получить очередное «нагоняй», ей и так пришлось не сладко с утра, не хотелось ещё больше поссориться. Когда отец был жив, девчонке часто приходилось слышать от него фразу «еврейская мама», что, конечно, до слез смешило всех членов семьи. И только сейчас до Ярославы дошло истинное значение этого словосочетания — папа не врал, Татьяна действительно была «мамой-наседкой». Яра безумно скучала по папе, ей всегда казалось, что он любит её намного больше, чем Татьяна. Да и внешность ей досталось отцовская — «счастливой будешь» часто говорили ей и друзья, и родственники, и сама мать. Да, возможно, но блондинка не ощущала счастья в полной мере, в которой ей хотелось бы узнать — девушка никогда не была свободной от дел, вечно занята, вечные тренировки, травмы, поражения, победы, учёба и никакой личной жизни, только что и удавалось сбегать из дома ночью, чтобы потусить с друзьями. В компании она становилась горячей и развязной, не боялась с кем-то вступить в спор, «надрать» кому-то задницу или вставить свое колкое, едкое замечание. Друзья любили её за открытость, искренность и холодность, они знали, как тяжело бывает Яре, но повлиять на матерь подруги не могли, кто они такие, чтобы лезть в семейные неурядицы? Да и Татьяна терпеть не могла, когда-то кто-то из друзей Яры появлялся на пороге квартиры. За ней ухлестывали парни, но Яра не могла позволить себе встречаться с кем-то, её мамаша не выносила друзей Яры, о чем речь, если её дочь гуляла с кем-то из мальчиков, то подобные вылазки для Яры ничем хорошим не заканчивались — каждый раз со скандалом она закрывалась у себя в комнате, неслышно рыдая. Поэтому о своих кавалерах из Москвы Ярослава никогда не рассказывала маме, так было спокойнее. Татьяна Михайловна желала дочери только лучшего, она боялась за малышку, которой могли разбить сердце, потому и оберегала её так сильно, как могла. Если бы ей сказали, как сильно такая опека обижала Яру — она бы не поверила, ведь Татьяна старше, а, значит, знает, как правильно воспитывать дочь и никто для неё не указ. Она стремилась вырастить «пример для подражания». Все подруги Татьяны обожали Яру за воспитанность и сдержанность, они восхищались стойкости девочки, не понимая, как та ещё не устроила бунт мамаше за такие выходки в сторону подростка. «Спасибо гимнастике», — сухо отвечала Яра, улыбаясь на очередные восторженные писки тёти Юли и Маши, и только дедушка Гриша, который изредка появлялся у них дома, видел, как страдает Яра. Он вступал в споры с Татьяной, отстаивая честь внучки, но женщина его не слушала. Девушке не хотелось, чтобы кто-то действительно знал, что творится у неё на душе, поэтому даже дедушке Ярослава предпочитала не жаловаться. Она жёстко забивала на все свои обиды в сторону матери, списывая её выходки на недостаток мужского внимания. Однако даже в детстве Яра мало получала материнской любви, девочка всегда просилась на руки к отцу, предпочитала компанию Сергея, чем мамы. Почему-то Яра вспомнила, что никогда не видела своих детских фотографий с Татьяной. Ярослава, естественно, скидывала это на то, что жили они тогда бедно, ведь фотоаппарат — вещь дорогая по тем временам была. А фотография с папой, который так бережно держал в руках белый конверт, перевязанный  розовой ленточкой, и на его лице можно было заметить дорожку от слезы, всегда была у Яры в медальоне рядом сердцем, где она бережно хранила все воспоминания, связанные с отцом. Ярослава вошла домой, скинув пиджак и сняв обувь. Больше всего она не хотела видеться с Татьяной, уж слишком задели на этот раз её слова. Блондинка прошла в свою комнату, быстро заглянув в гостиную, — дома никого не было, что только обрадовало девушку. Она может спокойно собрать вещи, уйти, ничего не сказав, и не поцапаться с мамой ещё больше. Ярослава достала спортивную сумку, с которой ходила ещё на тренировки, сложила туда вещи. Осталось взять только документы, которые лежат в гостиной, поэтому Яра пошла к тумбочке с документами. Открыв её, она достала паспорт, случайно выронив свидетельство о заключении брака родителей и кипу бумаг. — Ну, зашибись, — проговорила вслух Яра. Собирая их, Ярославе захотелось посмотреть, в каком году родители расписались. Фотографий она никогда не видела, мама и папа не показывали ей их, потому что, по словам папы, он потащил маму в ЗАГС без предупреждения, просто поставив перед фактом уже на пороге здания. Естественно, Татьяна не могла ему отказать, так как просто не понимала, что происходит, а фотоаппарат с собой они не таскали. Татьяна все время упоминала, что погода была ужасной — холодно, скользко, снег бил в лицо, а на улице никого не было. «Ни один нормальный человек не согласился бы пойти, а я просто не знала, что задумал этот мужчина. Пришлось согласиться, что мне оставалось делать?», — так говорила Татьяна про их день свадьбы, смеясь и нежно обнимаясь с отцом, который на руках держал маленького Ярика. Сергей часто называл так малышку, потому что в детстве у Ярославы были короткие волосы, да и похожа она была на мальчишку — озорная, улыбчивая, добродушная, боевая девчушка. На красной бумаге была поставлена дата — 09.01.01 — Странно, — сказала Яра, морщась. Яра родилась в 98 году, а эту дату увидела впервые. Не могло же это значить, что родители поженились тогда, когда Яре было три года. Девушка нахмурилась, это же не означало, что Яра не от Татьяны Михайловны. — Да ну, бред какой-то. Яра резким движением руки закрыла полку, сложив все так, как было.

***

Яра шла в спортивных серых штанах, накинув такую же темно-серую толстовку. Ей не хотелось выделяться как-то в толпе, она думала лишь о том, что по приходе к Олегу нужно будет составлять планы уроков на завтрашний день, копаться в методичках, искать себе квартиру на съем. В общем, дел будет завались. В наушниках играла песня Би-2 «Мой друг», в которой Лева пел, словно обращаясь к Яре: Нам от прошлых побед Ничего не осталось. И ушедших обратно Уже не вернуть. Ярослава медленно шла, опустив голову и засунув руки в карманы, вспоминая своего отца. Вместе с ним они выбирались за город, в лес, слушая песни по пути. В лесу же папа часто играл на гитаре под тихий треск костра. Отец любил песни Би-2, и сейчас текст как никогда отображал настроение девушки, намекая, что нужно двигаться вперёд и грустить не стоит, Сергей бы только широко улыбнулся и потрепал Яру по макушке, с насмешкой поругав дочку за то, что та сквоксилась, как это часто бывало, если у его дочурки было плохое настроение. Блондинка успела дойти до центра города, на площади было много народа, по какой причине толпа там собралась — знать Яре не хотелось, но ей необходимо было пройти мимо них, ведь дом Олега находился прямиком за собравшимися, через которых Яре предстояло пробраться. — Извините, — только и успевала говорить училка, проталкиваясь через людей. Музыка играла громче, а свист и аплодисменты зрителей девушка не понимала. Она решила остановиться и посмотреть, что все же здесь происходит. Повернув голову вправо, Яра увидела парней по центру круга, которые танцевали брейк по очереди. Ярослава обожала смотреть танцы, ей всегда нравился хип-хоп или брейк-данс, вог или денс-холл, бальные танцы — все виды завораживали её. Яра встала как вкопанная, наблюдая за танцорами. Блондинка с шести лет мечтала стать хореографом. Ей хотелось ставить постановки девочкам в командах, разъезжать по странам, знакомиться с такими же хореографами, как она сама. К сожалению, её мечте не удалось сбыться, реалии иногда отягощают ту жизнь, которую хочется видеть своими глазами. Ярослава, словно завороженная, смотрела на парня, который только что сделал сальто назад. Послышались бурные восклицания со стороны наблюдающих, кто-то охнул, кто-то в вскрикнул от неожиданности, только Яра молча наблюдала за всем танцем. Ей казалось, что парня она знает, однако не может понять, кто он, ведь молодой человек в шапке и смотрит Ярослава, все же, издалека. Качнув головой и улыбнувшись, девушка продолжила свой путь в сторону дома Олега, танцы танцами, но дело близится к вечеру, а ей ещё нужно выполнить план, который она составила ещё по дороге к своему другу. Впервые в жизни Яра ушла из дома, ничего не сказав матери, даже совесть её не грызла за совершенный поступок. Подойдя к подъезду, девушка набрала номер квартиры Олега, однако дверь открылась без ответа друга и девушка прошмыгнула в открытую дверь, отключив вызов. Поднявшись на этаж, Яра постучалась в железную дверь, ожидая, пока Олег откроет. — Открыто, Ясь, — послышалось за дверью, которая, как оказалось, была немного приоткрыта. Девушка зашла, раздеваясь и складывая вещи на тумбочку, стоявшую в прихожей. — Оперативно, — заметила блондинка, увидев друга, который шлепал мокрыми ногами по керамограниту в сторону Ярославы, видимо, недавно выйдя из душа. — Чего стоишь? Проходи, вся квартира в твоем распоряжении, — улыбнулся Олег, играя мышцами на груди, а Яра только вздохнула и улыбнулась. Парень обнял блондинку, которая сморщилась и проворчала, что пришла с улицы вся грязная, а брюнет только вышел из душа и лез к ней с объятиями. — Бука, — он показал Ярославе язык, закрываясь в ванной. Девушка только вздохнула и прошла на кухню, чтобы вымыть руки. Парень не стал расспрашивать Яру про мать, он всё понял ещё тогда, когда они разговаривали по телефону. Друг знал про их отношения ещё с детства, да и надавливать на больное ему не хотелось. Олег давно жил отдельно от родителей, а девушки у него не было, поэтому чувствовалась рука холостяка — ничего лишнего, всё убрано, возле раковины висело одно полотенце для рук, а другое для посуды. Девушка улыбнулась, она ценила чистоплотность и хозяйственность Олега, Яре нравилась в нём эта черта — он всегда убирался, вкусно готовил и отменно шутил. Отличный муж — и готовить любит, и убирается, и шутить умеет, парень — золото, но Яра видела в нём только друга, в то время, как Олег ей несколько раз предлагал встречаться. Ярослава вытерла руки, возвращаясь в прихожую, взяла свою спортивную сумку и прошла в просторную гостиную. Что-что, а родители Олега не пожалели денег на ремонт квартиры сына, сделав всё в современном стиле. — Располагайся, стоишь как неродная, будто не знаешь где что лежит, — сказал Олег, проходя и усаживаясь на просторный диван. — Ой-ой, — закатила глаза Яра, присаживаясь к своему другу. — И куда это мы намылились такие красивые? Неужто меня одну оставишь? — Придётся, Ясь, придётся, — только и пожал плечами Олег, смотря в экран ноутбука. — Привыкай, я здесь редко появляюсь сейчас, только днём, и то, не так долго, как хотелось бы. — Да ну? — удивилась Яра, подобрав ноги под себя. — И что же случилось? Колись, девчонка появилась? Когда знакомить будешь? — Перестань, — Олег серьезно взглянул на Яру, — у меня и девушка? — Ага, конечно, колись давай, не ломайся как целка, — смеялась Яра, толкнув друга в плечо, а тот только наигранно вздохнул. — Хорошо-хорошо, раскусила, — он улыбнулся, — есть девчонка у меня, мы уже месяц встречаемся. — Ну наконец-то! — воскликнула Ярослава, потрепав друга по уложенным волосам и радостно вскочив с дивана, пританцовывая. — У Олежки появилась де-вуш-ка! — Эй! Ты мне всю прическу испортила, коза, — Олег демонстративно обиделся, скрестив руки на груди и отворачиваясь от Яры. — Педант, — рассмеялась Яра, присаживаясь обратно. — Ну, не дуйся, Олеж. Ты меня, главное, предупреди, если вы соберетесь тут, ну, — Яра заиграла бровями, хитро смотря на Олега. — Я тебя понял, отвали, — рассмеялся парень, вставая с дивана и закрывая ноутбук. — Ладно, Ясь, я поехал, мне надо еще с Машкой увидеться, возможно, не приеду, хотя сделай ужин, наведаюсь вечерком. Яра вздохнула, кивая. Она не рассчитывала на то, что Олег приедет вечером, работал он в ночь, да и чем им заняться? Завтра ей на работу, а он будет дрыхнуть. — Ты не скучай, Кирюху могу позвать, чтоб тебе не так одиноко было, — уходя в коридор, крикнул Олег. — Нет, спасибо! — буркнула испуганно Яра, вставая с дивана и выходя в прихожую. — Ещё чего не хватало, его мне не надо. Он мой ученик в школе, мне субординацию соблюдать надо. Уж лучше ты приезжай к вечеру, я сделаю что-нибудь вкусное. — У-у-у, — протянул Олег, — не повезло тебе. Быка за рога и строже с ним, а то будет тебе счастье в виде увольнения по собственному желанию. У него есть ключи от квартиры, может ввалиться в любой момент с какой-нибудь девушкой, если что, я тебя предупредил. — Блять, ты серьезно? — не сдержалась Яра. — Если он придет сюда с какой-то девушкой в моё присутствие, я завалю его по английскому, так и передай ему. — Сама ему скажешь, я побежал, — Олег обнял Яру, выходя из квартиры. — А, чуть не забыл, ключи висят на шкафу, не скучай! Девушка закатила глаза, попрощавшись с Олегом. Она обрадовалась за своего друга, потому что тот наконец нашел себе девушку, а что было между ними в прошлом — пусть остается там. Яра сняла с себя футболку, взяла сумку и прошла в комнату, которую выделил ей Олег. Кинув на диван спортивку и вещи, девушка решила, что проще всего ей будет сейчас сходить в душ и приготовить поесть. Яра достала нужные вещи из сумки и прошла в ванну, прихватив с собой пачку сигарет.

***

Ярослава сидела на кухне и писала план на завтрашний учебный день, стол был завален методичками и учебниками, когда в коридоре послышался хлопок дверью. Девушка ела шоколадку, запивая кофе, и сидела в одной лишь просторной футболке, на голове красовался пучок, наспех сделанный еще в ванне. Яре было всё равно на свой внешний вид при друге, она привыкла ходить так и перед Олегом, и перед Алисой — никто из них не был против. Блондинка обрадовалась тому, что Олег приехал так рано — время всего пол десятого, ужин будет поздний, но ей приятно, что дома она будет не одна. — Олег, ужин я сделала, руки можешь помыть на кухне, — почти пропела Яра, закрывая ноутбук и складывая все вещи в идеально ровную стопку. Она повернулась спиной ко входу, укладывая учебники на подоконник, чтобы те не мешались на столе, обернувшись, лицо Яры резко помрачнело, а несколько методичек благополучно свалилось из-за спины блондинки, будто потешаясь над ней и возникшей ситуацией. — Не думал, что ты с моим братом шашни водишь, — хмыкнул Кирилл, рассматривая длинные ноги Яры, и прошел на кухню. — Чего смотришь как на врага народа? — Ничего, — фыркнула блондинка, подбирая упавшие учебники, внутри всё просто колотило от какой-то обиды и в то же время от досады. Ей не понравился взгляд Кирилла, но отвечать как-то резко тоже не хотелось, всё-таки, она должна уметь управлять своими эмоциями. — Я тоже могу поужинать? — поинтересовался брюнет, всё также с диким интересом рассматривая Яру и радуясь внутренне, что девушку это смущает. Яра взяла ноутбук и, покачивая бедрами, задрала нос повыше, прошла мимо Кирилла, не ответив ему на вопрос. — О, господи, — вздохнула девушка, молясь, чтобы этот придурок никому не разболтал о том, что она живёт у его брата. Щеки девушки горели и Яра просто ныла от досады и такой ситуации, меньше всего ей хотелось контактировать с Кириллом, который сидит сейчас за стенкой. Девушка присела на диван, накидывая на себя теплый плед, чтобы закрыть голые ноги. — Будешь от меня прятаться, значит, и играть в молчанку? — Кирилл засунул руки в карманы джинс, всем видом показывая, кто в квартире хозяин, что ещё больше укололо девушку. — Не буду, можешь есть, — не смотря в его сторону, ответила Яра. Она делала вид, что сильно занята и ноутбук гораздо интереснее, чем диалог с этим говнюком. — И как же ты тут оказалась, Ярослава? — надменным тоном спросил Кирилл, всё еще стоя в той же позе. — Во-первых, тебя это не касается, — холодно ответила Яра, — во-вторых, на «ты» мы ещё не перешли, так что, будь добр, по имени и отчеству, — она повернулась и натянуто улыбнулась самодовольному парню, который стоял в проходе, оперевшись на стенку спиной. — В-третьих, кому проболтаешься — завалю на английском, всё понятно? Ярослава устремила свой взор на экран ноутбука, продолжив улыбаться. Нравились парню эти слова или нет — учительницу вообще не волновало, она решила продолжить, сказав ту же фразу, что и он: — Чего смотришь на меня, как на врага народа? Не играй со мной в игры, проиграешь, малыш, — только и хмыкнула Яра, открыв новостную ленту. — Ты находишься в квартире… — В квартире твоего брата и своего лучшего друга, которого знаю больше десяти лет, — прервала реплику Кирилла девушка, самодовольно улыбаясь. Она могла заставить его замолчать. — Заметь, ничего противозаконного я не делаю, Кирилл, можешь приводить своих девиц, но только тогда, когда я нахожусь не здесь. — Без проблем, — прорычал парень, уходя из комнаты. Ему снова стало не по себе, никто в жизни не указывал как и что ему делать, он и родителей особо не слушал. Кирилл, мягко говоря, офигел от наглости учительницы, потому решил для себя, что устроит ей такую жизнь в школе, после которой та будет молить его перестать издеваться. — Хочешь войны, будет тебе война.