Как я встретил своего маньяка

**** – Привет! Алекс удивлённо оборачивается и замечает стоящего в дверях парня. Его тёмные виски практически выбриты, а макушка выкрашена в смесь пепельного и голубого, будто в банку с серой краской уронили флакон синьки, и та расплылась неровными пятнами. Алекс уже видел людей с подобными перформансами на головах, только в других цветовых вариациях (и даже более ярких, типа смеси синего, жёлтого и салатового), но пока среди этих модников не попадалось ни одного несовершеннолетнего. Но вот высокомерными нахалами, вроде бы, были все – словно стремление выделиться в некоторых людях шагает в ногу с завышенным мнением о собственной персоне. «Или я просто банально завидую…» – И тебе. Закончив крепить бейджик к кармашку, Алекс пытается обойти стажёра и перейти в торговый зал, но парень перегораживает дверной проём вытянутой рукой. – Тебя Алекс зовут? Меня Николя. – Как квас? – … – Николовский? Насладившись недоумением на мальчишеском лице с яркими голубыми гляделками, Алекс упирается грудью в ненадёжную преграду. И тут стажёр сжимает тонкие розовые губки и наклоняет упрямый подбородок. Он такого же роста, как и Алекс, но из-за младенческой припухлости на щёчках и хрупкой цыплячьей шейки выглядит совсем как детсадовец, переевший «Растишки». Ну или растянутый на дыбе нетерпеливым родителем. – Что? – устало интересуется Алекс, прямо встречая взгляд исподлобья. – Ты гей? – А ты? – Я – да. Такой ответ вгоняет Алекса в лёгкий ступор. А стажёр тем временем продолжает: – Не морозься от меня, нам надо держаться вместе. Что скажешь? – Зачем? Теперь уже озадачен Николяшка. Алекс же сдвигает с пути вцепившуюся в дверь руку и выходит в зал. Ему нет никакого дела до выскочки, видимо, выбравшего его своей жертвой, к тому же, впереди ждёт не совсем обычный рабочий день – ведь сегодня Алекс взял с собой в зал смартфон. Это запрещено правилами, но если Максим вдруг попробует с ним связаться… нет, Алекс не может позволить себе пропустить его звонок или смс. Он вообще собирался попросить отгул, но в прошлый раз поезд из Москвы пришёл только вечером… а что может быть хуже бесполезного многочасового ожидания и метания в четырёх стенах? Конечно, магазин – те же четыре стены, только большие, но здесь он хоть немного, но отвлечётся. На самом деле Алекс понятия не имеет, с чего так разнервничался. Помнится, когда он ждал Макса в прошлый раз, совершенно ни о чём не волновался… Ладно, сегодня повод для потери спокойствия действительно есть: ведь у Саламандры может что-то пойти не так. Например, ей не удастся вытащить Максима из дома. Или посадить на поезд. Но всё это происходит где-то там, куда Алексу не дотянуться, где он ничем не сможет помочь, даже если весь изведётся. И поэтому ему остаётся лишь ждать. Ждать и пытаться отвлечься. Только вот все мысли лишь об одном: как повести себя при встрече? Раньше, когда он не знал, что у Макса проблемы… замечал ли в нём что-то странное? За что его действительно можно было бы назвать сумасшедшим? Трудно сказать. Единственное, что не даёт покоя – так это его непонятная одержимость. С чего Максим вдруг кинулся на него в первый же день? Даже если слишком увлёкся персонажем Алекса? Ведь живой человек – есть живой человек, и не может не отличаться от образа в голове… А теперь ещё оказывается, что Макс пошёл на преступление… и всё, лишь бы задержаться в командировке подольше! Разве на такое способен нормальный человек? Рискнуть работой и своим будущим ради возможности побыть с кем-то рядом? Если только безумно влюблённый… …или уверенный, что любая выходка сойдёт ему с рук. Ведь когда твой папочка крутой адвокат, которого даже в провинции знают и уважают, можно позволить себе шалости совсем не мелких масштабов. А если так, то и всю эту ситуацию он вполне мог просчитать. Даже то, что папочка его увезёт. «Нет, ну сукин ты сын! Неужели трудно было просто предупредить? Мол: "так и так, возможно, произойдёт подобная херня"?!» В общем, Алекс не сочувствует Максиму ни капли. Конечно, запирать собственного сына – плохо. Тем более, что тот совершенно не выглядит, как клиент психушки. Да, быть может, действительно не совсем нормален психически… но что такое норма, как не выборка из большинства? «Да ёкарный бабай… что же вы молчите-то все?» В очередной раз проверив форум через тормознутый мобильный интернет, Алекс едва не пинает стойку с дисками. Их гламурные блестящие обложки в ком угодно разбудят тягу к разрушению. – Хей, у тебя гэлакси? Самсунг? А чего не айпад? Это уже шестой раз. За сегодня. Как он натыкается на Николя. Хочется развернуться и молча уйти, но ещё сильнее – врезать по этой розовощёкой морде. Алекс не то чтобы умелый боец, но в прошлом ему доводилось несколько раз бросаться на обидчиков ради одной только цели: сохранить хоть каплю достоинства. Но сейчас перед ним лишь шкет кило на десять легче и явно променявший абонемент в спортзал на запись к барберу-стилисту… впрочем, кулаки чешутся всё равно. Алекс даже оглядывается по сторонам, чтобы найти причину сдержаться. Например, чей-нибудь любопытствующий взгляд. Но, что странно, почему-то не находит Геннадия. И никого вообще, даже пара покупателей гуляют в другом конце зала – и тут лёгкое чувство голода подсказывает, что уже, наверное, настало время вечерней сиесты, когда поток посетителей временно иссякает и почти весь персонал удаляется на перекус. – Тебе больше не к кому пристать? – вздыхает он наконец, пряча телефон в карман. – Ты здесь самый симпатичный. «Да он нарывается?» – Слушай, Николай… – Алекс разводит руки, касаясь стеллажей по бокам и делая свой голос ниже и тише. – Не знаю, какая блажь поселилась в твоём заду, но прошу – не создавай мне лишних проблем. И вообще, статью о растлении несовершеннолетних ещё никто не отменял. – Но мне семнадцать! – возмущённый вскрик. – Вот и я о том… – Но возраст соглас- Прежде, чем голос мальчишки успевает взлететь к потолку и разнестись по всему залу, Алекс хватает его за ворот рубашки. Она на пару размеров больше, чем нужно, так что там достаточно ткани, чтобы сжать в кулаке. И пусть они со стажёром одинакового роста, Алексу удаётся подтащить его к себе и заставить задрать подбородок. – Смелый, да? – спрашивает он всё так же негромко. – Или решил, что раз для всех я ходячая цель для насмешек, то и тебе можно присоединиться к этой увлекательной игре? Решил самоутвердиться за мой счёт? А может, мне стоит подыграть тебе? Как насчёт объявить при всех о наших амурных делах? Только знаешь, чур я сверху. Посмотрим, как тебе понравятся вопросы типа: «Насколько раздолблено твоё очко? Дерьмо за собой не теряешь?» Бледные губы стажёра беззвучно хватают воздух, а пальцы Алекса начинают неметь от тяжести. И всё же, прежде чем разжать их, он позволяет парню разглядеть свою спокойную улыбку. По крайней мере Алексу кажется, что она именно такая. – Т-ты… я-я… Похоже, он слишком сильно его придушил, потому что с губ отшатнувшегося Николая срывается хрип. Но Алекс уже заметил несколько сваленных в кучу дисков на самой нижней полке и приседает, чтобы их разобрать. Но он чувствует, что стажёр всё ещё стоит рядом. И вдруг тот выплёвывает вопрос: – А может, лучше я расскажу всем про Димыча? С ним ты тоже сверху?! – Димыча? – не поднимая головы и продолжая разбирать диски, переспрашивает Алекс, хотя злость в голосе стажёра настораживает. – Директора! «Он знает, что мы ходили в ресторан? Откуда?» Вздох. Нет, Алекс не собирается никому ничего объяснять, оправдываться и унижаться. Да и какая разница, что подумает какой-то там сопляк? В любом случае, ещё несколько дней – и Алекс больше никогда не переступит порог этого магазина. А потому он продолжает молча раскладывать диски. И вдруг в кармане оживает телефон. Email. Уведомление о новом личном сообщении на форуме. Забыв обо всём, Алекс заходит на сайт… и выдыхает. Вам написал Саламандра в 16:45 Максим сел на поезд. Если Алекс правильно помнит, поезд идёт три часа. А значит, он как раз успеет закончить с работой и добраться до дома. Облегчение, видимо, отражается на его лице, потому что стажёр вдруг приседает рядом и заглядывает в экран. – Твой парень? И тон его по-прежнему звучит довольно враждебно. Впрочем, было бы странно ожидать чего-то другого… но лучше бы он просто свалил. Погасив экран, Алекс выставляет в ряд оставшиеся два диска и замечает в подвешенном над стеллажом зеркале только что вошедшую в магазин девушку – её взгляд блуждает по залу явно в поиске консультанта. «А вот и повод свалить», – не медля ни секунды, Алекс направляется к ней. Оказывается, что-то случилось с её наушниками. Девушка сдала их по гарантии, но на сайте фирмы так и не появилась информация о возврате. Сначала Алекс пытается отделаться общими фразами, одну за другой перечисляя отмазки, предписанные для таких случаев регламентом, а потом вспоминает о краже на прошлой неделе… да ещё и девушка, как на зло, не отстаёт. Приходится позвать старшего. Скандала удаётся избежать, но Геннадий сваливает на него заполнение кучи бумаг вместе с клиенткой. И Алекс почти забывает о времени. Но когда другие продавцы-консультанты начинают стекаться в сторону раздевалки, Алекс тоже направляется туда. Сегодня он не собирается ждать. И накинув пальто, и даже не застегнув его, идёт не к остановке, а поднимает руку, едва выйдя к проезжей части. Останавливается не такси, а просто какой-то бомбила – но это не имеет значения. Главное – быстрее попасть домой. И лишь переступив порог квартиры, Алекс вспоминает, что в холодильнике шаром покати. Так вышло, что вчера им овладел дикий жор… и надо бы сходить в магазин… но вдруг Макс придёт, ему никто не откроет, и он не станет ждать? Вдруг решит, что Алекс испугался и пошёл на попятную? Ведь Макс… наверняка уже в курсе, что Саламандра рассказала о нём… Включив чайник, Алекс гасит на кухне свет и останавливается у окна. С улицы доносится шум машин, но ни одна не заезжает во двор. Минуты бегут. Кажется, что вот-вот из-за угла покажется пара светящихся фар… Но каждый раз машина проезжает дальше. Несколько пешеходов пересекают детскую площадку… кто-то даже подходит к его подъезду… но ни один из силуэтов не напоминает высокого парня-качка. А в своей дутой куртке Макс выглядит довольно массивным… Чайник успевает закипеть несколько раз, а Алекс – разбить и пожарить пару яиц. Он специально не жарит больше. И вообще уговаривает себя, что не очень-то ждёт. И что если Макс не появится – то и ладно. Но в голове всё равно крутится: «Может, он сначала поехал на свою съемную квартиру? Или решил подождать меня у магазина? Или…» Часовая стрелка подбирается к полуночи. На улице устанавливается тишина. Алекс надевает пальто и выходит во двор. Прохладный весенний воздух врывается в грудь, и в голове становится немного свободней. Появляется мысль, что возможно, было бы лучше просто сесть за комп, а потом лечь спать… И если в дверь так и не позвонят… просто подумать об этом утром. Решение здравое. Но он продолжает стоять, вглядываясь в гаснущие одно за другим окна соседних домов, в редких прохожих, в звёзды и абсолютно чёрные кусты и деревья. И Алексу кажется, что он постепенно превращается в единое целое с этой улицей. Словно столб. Или скамейка, до которой никому нет никакого дела… Но вдруг эта умиротворённая атмосфера разбивается вдребезги пронзительной трелью. – Алло? Номер незнакомый. Подскочившее к горлу сердце не даёт голосу прозвучать нормально. – Александр Астеньев? «Кажется, что-то такое уже было?» – Да, это я. – Извините за поздний звонок. Вас беспокоит старший лейтенант Исаев. Скажите, вам знаком человек по имени Максим Золоторёв? «Золоторёв?! Разве не Зотов?.. Ах, он, наверное, специально настоящую фамилию не назвал…» – Кхм, да, я его знаю. Что-то случилось? – Да. Этот человек не смог предъявить документ, подтверждающий личность, и был задержан полицейским патрулём… Вы можете с утра подъехать в Ленинское РУВД? – С утра? Почему с утра? Я могу сейчас. – Дело в том, что господин Золоторёв оказал сопротивление, поэтому в любом случае должен отбыть наказание… – А с этим ничего нельзя сделать? – перебивает Алекс лейтенанта, живо представив себе Максима, идущего по перрону и натыкающегося на патруль. И почему-то не предъявляющего им паспорт. Возможно потому, что его у него попросту нет. А значит, и способа избежать задержания – тоже. Если только попытаться сбежать… «Идиот!» – Господин Астеньев, – раздаётся в трубке через некоторое время. – Если хотите, вы действительно можете подъехать прямо сейчас. Остальное попробуем решить на месте. Не веря своей удаче и процентов на восемьдесят уверенный, что ошибся и понял мента превратно, Алекс всё же быстро поднимается домой и садится за компьютер. Дело в том, что если он всё-таки не ошибся, потребуются деньги. А деньги… у него на карте. За годы работы в магазине Алекс время от времени откладывал часть зарплаты на депозитный счёт, тот самый, с которого нельзя ничего снимать несколько лет, зато с неплохими процентами. Но сегодня ему придётся его закрыть. Придётся… Уставившись на код в смс, который требуется ввести для подтверждения входа в личный кабинет банка, Алекс задерживает дыхание. Смотрит на четыре цифры… и вдруг понимает, что возможно, сейчас сделает глупость. Ну кто ему Максим? Подумаешь, переспали несколько раз… А эти деньги он копил не один год, и всё равно на них даже смотреть смешно. А кто-то такую сумму зарабатывает за месяц… Вот так просто снять их и отдать? Ради чего? Стоит Максу признаться, кто его папа – и проблема решится сама собой. Он и в драку то наверняка полез, забыв, что сейчас лучше не светиться… Хотя его бы, вероятно, всё равно задержали… И с собой у него явно нет денег для взятки… Но что плохого может случиться? Ну, поедет обратно на свою дачу. Ну, не увидятся они ещё какое-то время. Правда, вряд ли Саламандре снова удастся вытащить его с той же лёгкостью… Но не запрёт же папа его до конца жизни? – А если запрёт? Алекс смотрит на своё отражение в погасшем мониторе. – Что, если после побега точно решит упрятать куда-нибудь подальше? Собственный голос ещё звучит эхом в голове, а рука уже дёргает мышку, заставляя компьютер проснуться. Код из смс заполняет небольшое белое окошко. «Вы действительно хотите закрыть счёт?» «Перевести восемьдесят пять тысяч и тридцать пять рублей, сорок две копейки на новый счёт?» «Поздравляем, восемьдесят пять тысяч и тридцать пять рублей, сорок две копейки доступны для снятия в любом отделении банка или банкомате!» Приехавшее такси кажется смутно знакомым, как и молчаливый водитель. Даже когда Алекс просит сначала довезти его до супермаркета, тот лишь молча заводит движок. А потом доставляет к Ленинскому РУВД. В отличии от обычного полицейского участка, здание это кажется даже величественным. Хотя внутри всё та же кирпичная плитка на полу, местами обшарпанные стены и скрипучие решётки. Возможно потому, что сейчас ночь, народа в коридорах нет. Да и пускают Алекса внутрь только после звонка. И не отпускают одного – дежурный ведёт на третий этаж. Застеклённые стенды на выкрашенных до середины в синий, а выше побеленых стенах. Яркий свет лампочек без плафонов. Деревянная дверь. Стук. – Астеньев. – Войдите. За порогом просторный квадрат пустого пространства. Стол. На столе газеты в несколько слоёв. Бутылки без этикетки с прозрачной жидкостью. Тонко нарезанное сало и чёрный хлеб. Максим поворачивается на стуле, откусывая от головки чеснока и приподнимает густые брови. Улыбается. Его губы и глаза блестят. Алекс же сжимает кулак и бьёт с размаха в открытую дверь. – Чтоб тебя…