глава 2
10 ноября 2011 г., 00:11
Зерониэль проводил по длинному коридору своих друзей и поощрительно улыбнулся темному, открывая перед ним дверь: «А это моя спальня, проходи, располагайся». Красные глаза чернокожего юноши расширились, он оглянулся на полукровку, тот хищно оскалился и втолкнул парня в комнату:
— Родителей не будет еще недели три, так что разборки откладываются.
Иль-Ре прислонился к закрытой двери, рассматривая Юми, оценивая как будущего любовника.
Низкорослый, едва достает макушкой до его подбородка, большие миндалевидные глаза обычного, в общем, для дроу цвета, тонкий нос, высокие скулы, пухлые губки... Аппетит полукровки разыгрывался, он обратил внимание на нежный овал лица, белые волосы, заплетенные в замысловатую косу ниже пояса. Хрупкий. Интересно, на сколько его хватит?
— Ты хочешь, чтобы я жил в твоей комнате?
— А где же еще, не хочу искать тебя по всему дому. К тому же, к приезду моих предков у меня должны быть веские причины прикрывать тебя.
Он протянул руку, заправил за ухо выбивающуюся белую прядку, взъерошил темному челку.
— Ты хочешь… Прямо сейчас?
— Я хочу в принципе, а прямо сейчас я купаюсь и встречаюсь с Затрианом. Он мне короткий клинок обещал к моему мечу в пару, а ты располагайся и отдыхай, к обеду я за тобой зайду.
Зеро ушел в ванную комнату, а дроу остался осматриваться.
Комната полукровки располагалась в пещерной части дома.
Полированный камень стен расцвечен, очевидно, природным узором, два окна, высоких арочных, под ногами толстый ковер темноэльфийского производства. Обстановка совершенно обычная: стол и пара кресел у камина, шкаф, подставка для оружия с довольно занятной коллекцией, огромная кровать под балдахином; ну и цветовая гамма - черный, фиолетовый и красный винный – слегка мрачновато для светлых, но, кажется, для рыжего в самый раз.
Завершали интерьер пара картин в тяжелых рамах, одна изображала батальную сцену между темными и светлыми, на переднем плане светлокожая предводительница дроу обнажила мечи против рыжего военачальника эльфа, м-да, иронично. Вторая была портретом одного из предков Жалящего, с эспадоном, так не подходящим к тонкой кости эльфа, зато с явным фамильным сходством и темно-медными волосами.
Юми наконец определился и бросил вещи на кресло; как раз из ванной вышел посвежевший Иль-Ре, приблизился, чмокнул в губы оторопевшего юношу.
— Твоя очередь, — Зеро удивился, когда юный темный облизнулся, закрыл глаза и вернул поцелуй, — я, вообще-то, имел в виду, что ванна свободна, но так мне даже больше нравится.
Юмиджустинюэль поджал губы и метнулся в ванную, захлопнув за собой дверь и оставив посмеивающегося Зеро одного.
Эта комната была еще примечательней, в ней почти все было как дома: темный глянец стен расчерчивали белые полосы чуть светящегося камня. Сама ванна погружена в пол, серая с серебристыми пробегающими искрами.
Рядом столик с полотенцами, и выбором душистых мыл, шампуней и бальзамов, и еще каких-то притираний - вот это было уже традиционно для светлых.
Дроу улыбнулся - смешно было бы найти тут красную краску для волос; взял один флакончик, понюхал – запах был смолистым и свежим одновременно, кажется, так пах Иль-Ре последний раз.
Пару капель в воду, мыло под это масло, сам разделся и погрузился в горячую воду.
Юми был немного разочарован, что Зеро не пришел к нему потереть спинку; в тепле он расслабился, и тогда его начало клонить в сон, пора было вылезать. Обмотавшись полотенцем, темный на мгновение остановился, раздумывая, одеться или нет, решил, что Жалящий будет рад обнаружить его в обнаженном виде.
Так что, хотя острые ушки темного горели, он все же не стал одеваться, забрался на кровать - и с разочарованой миной обнаружил, что постельное белье расторопные слуги уже сменили, и пахнет оно только свежестью, а не хозяином. Сну это, впрочем, не мешало.
***
Затриан поджидал Зерониэля в мастерской, где подготавливал все необходимое для создания его личного оружия. Клинки Тенистого подгонялись не только под руку, но и под энергетическую ауру конкретного эльфа. Сам мастер не был похож на типичного светлого. Более широкий в кости, чем большинство, мощные мышцы; хотя в его искусстве использовалась в значительной степени магия, чем грубая сила, но он все же был таким классическим типажом кузнеца; портрет заканчивали темно-русые волосы, перехваченные кожаной лентой на лбу и цепкие глаза цвета грозового неба. Октаниэн часто жил в особняке Жалящих, имел тут свою спальню и мастерскую, так как его отец был лучшим другом Лайониана, а он сам практически не расставался с Зеро. — Ты готов? – поднял он взгляд на рыжего, вошедшего без стука. – Сделай надрез и нацеди кровь в эту чашу. — Для синхронизации? — Точно, помнишь, как с мечом, — кузнец улыбнулся, — тогда ты решил, что я сошел с ума, когда попросил твою кровь. — Да, клинок отменный, он как продолжение руки, я им даже пассы могу заканчивать. – Иль-Ре достал из пустоты за спиной изогнутое длинное лезвие, тонкое и острое, как бритва, любовно погладил его и спрятал назад. – Дар любви. — Ты что, так его называешь, я не думал… — Что я знаю. Зат, светлый эльф не стал бы делить постель с другим эльфом иначе чем по любви. – Прикоснулся он к предплечью мастера, передавая ему чашу. — Это прошло. — Прошло. — Ты был деликатен в тех обстоятельствах, даже не похоже на твое обычное поведение. — Затрианиэль стоял вплотную к Зеро, глядя в его лиловые глаза. — Мы с тобой фактически выросли вместе, ты никогда не был мне безразличен, как другие мои любовники и любовницы Ответный взгляд рыжего был безмятежен. — А этот юный дроу, кто он, ты строишь насчет него определенные планы? — Пожалуй, да. Темные вообще проще относятся к однополым связям. — Не только это, — Тенистый отвернулся к своему столу. – Ты как-то мягче ведешь себя с ним. Хочешь сказать, что это только из-за его возраста? — Ты хорошо меня знаешь, сам удивляюсь. Всегда ждал, что желание защищать и опекать вызовет во мне трогательная блондинистая эльфийка из хорошей семьи и с приличным размером бюста, а не мелкий недоросль дроу. — Ожидаешь неприятностей? – поинтересовался кузнец. - Да. Темные до своего второго совершеннолетия полностью принадлежат клану и о самоволке у них даже речи не идет. Он примерно дошел до первого совершеннолетия, значит, ему уже должны были выбрать жену, причем он передается ей на восемьдесят лет с гарантией. — Терк рассказал мне… – Затриан повернулся к собеседнику. — Только тебе? — Конечно, ты представляешь, какой шум поднял бы Эльс? Я тут подумал - а если у него такой скверный характер, может, они рады будут избавиться от него за какую-то незначительную услугу. Тенистый вдруг оживился: — Характер его лично мне пока непонятен, но если он упертый и волевой, то фиг они его просто так отпустят, это же прекрасные качества, чтобы передать их будущим маленьким владычицам. — В смысле? — Перевести на светлоэльфийский? Он ценный производитель, от него будут сильные дочери, – начал сердиться Зеро. — Ты хотел сказать, сыновья? — Дочери, у дроу матриархат. Тенистый опять отвернулся к столу, перекладывая инструмент. — Что будешь делать? — Не знаю, может, ничего. У меня три недели, чтобы развести его на секс, потом определюсь, стоит ли напрягаться. Может, это не чувства, а просто вынужденное воздержание сказывается. — Не строй из себя гада, Зеро. — А я он и есть. Пока, встретимся в столовой? — Нет, я уже попросил принести обед сюда. Иль-Ре кивнул и вышел, оставив мастера одного. Затриан задумчиво прикоснулся к месту, где несколько секунд назад находилась рука Жалящего. Он еще любил Зерониэля, хотя уже лишь преданность ему была основным чувством. Тенистый вздохнул и занялся делом; через полчаса он уже не думал ни о рыжем, ни о его новой игрушке.***
Темный, нежась, раскинулся на роскошном ложе; расслышал, как кто-то вошел, но, различив знакомый запах полукровки, успокоился. Зеро подошел к постели, остановился, любуясь сонным дроу, потом присел на край; провел кончиками ногтей по груди, приласкал сосок. Юми вздрогнул и открыл глаза - притворяться спящим было глупо. Он молча наблюдал за действиями светлого, хотя тот и не опускался ниже, но странные ощущения поднимались в темном вместе с его желанием. — Ты неопытен, мой юный друг, но очевидно страстен, думаю, я получу удовольствие и тебя им не обделю. - Иль-Ре продолжал поглаживать Юми по плечам, склонился к лицу, рассматривая выражение красных глаз. — Ты предупредишь меня, когда решишь сделать это со мной? — вырвалось у мелкого, о чем он конечно пожалел. Не хотелось так явно демонстрировать свой страх. Да, он хотел быть с Зеро, но ребята, которые уже попробовали наслаждений, говорили, что первый раз редко бывает приятным. — Детка, ты это не пропустишь, обещаю. — Жалящий откровенно смеялся. С такой невинностью он встречался впервые, если не считать времена глубокой юности. – Одевайся, обедать пойдем. Юми резво вытащил из своей сумки смену одежды, оделся под испытующим взглядом полукровки и с независимым видом вышел в коридор. Конечно, темные его возраста обычно были уже гораздо более опытными, но поскольку его рост и внешность навязывали ему определенную роль, он чаще отказывал претендентам на свое тело, как только поползновения заходили слишком далеко. Довериться и открыться им он не мог, а жгучего желания они не вызывали. Зеро нагнал его и схватил за руку: — Ты идешь не в ту сторону, малыш. — Я не малыш и не детка, я достиг первого совершеннолетия и если захочу, могу спать с кем угодно. — Конечно, но только так, чтобы жена не знала, — Иль-Ре глянул на личико мелкого, который тут же насупился.— Извини, детка, то есть не детка. Юми возмущенно фыркнул и выхватил парные мечи, рыжий поднял бровь и достал свой клинок, один, но более длинный. Они закружили по коридору - выпад, еще выпад, Жалящий танцующе уклонялся, он мог бы закончить этот бой в первые минуты, но решил оценить подготовку партнера. Светлые чаще предпочитали луки, мастеров клинка было меньше, а у темных обычно отдавали предпочтение искусству фехтования. Дроу неплохо работал изогнутыми лезвиями, уходить и парировать было интересно, но юноша быстро понял, что полукровка играет с ним, не переходя какую-то установленную им границу. Темный еще раз попытался достать Зеро, поднырнув под его руку с мечом, но тот каким—то хитрым финтом зацепил один из его клинков своим, а свободной рукой перехватил кисть со вторым мечом и заломил за спину, тесно прижавшись при этом к Юмиджустинюэлю. — Я же извинился, малыш! — Мне действительно уже выбрали жену, а я не хочу, чтобы было как… — Как у твоего отца? – Жалящий намеревался всего лишь обнять мелкого, но не мог, не хотел его выпустить. — Как у многих мужчин дроу. Глядя на замершего в его объятьях темного, Зеро плюнул на спорную позицию и жадно впился в его губы. Они целовались, Юми отвечал, неуловимо расслабляясь в крепких объятиях Иль-Ре. Наслаждался его дыханием и немного обветренными губами, и даже острыми клычками, нехарактерными для светлых. — Ты успокоился, – оторвался от него полукровка, выпутываясь из их импровизированной близости, — детка?! Они, смеясь, рванули наперегонки по коридору, так и ворвались в столовую. Юмиджустинюэль оглянулся и смущенно спрятал клинки, а рыжий галантно поклонился как гостеприимный хозяин и предложил тому присесть и разделить с ними трапезу, указывая направление любимым мечом. Эльфы уселись за длинный стол, где их уже ждали Пряный и Туманный. — Я тоже иногда хочу это сделать, — Терк улыбался от уха до уха, — кстати, рекомендую рыбу, она сегодня превосходна. — Да, повар расстарался, хорошо, что ты не забываешь о манерах, Теркниэль. – Эльс одобрительно кивнул и приветливо улыбнулся вошедшим. — Убить меня, что ли? Так у тебя не выйдет, очень издалека ты промажешь, а вблизи я достану тебя первым. – Иль-Ре накладывал на тарелку рекомендованное блюдо. – Тенистый застрял в мастерской, сегодня развлекаемся без него. — Не выйдет, я делаю налет на твою фамильную библиотеку. — Я с Эльсом, у вас там есть несколько редких вещей по медицине, – Терк пожал плечами, — и вообще, у меня для тебя две новости. — Вываливай, и еще, Эльс, не сиди над книгами долго, цвет лица испортится, девушки любить не будут. — Зато тебя будут, и прямо сегодня. Пряный мило улыбался. — Это и есть одна из новостей? — Да, во-первых, твои родители задерживаются, будут через три недели, во-вторых – Полуденная знает, что ты здесь и после обеда заедет к «ненаглядному Зерониэльчику», последнее - цитата. – Бешоминен помахивал распечатанным розовым конвертом. — О родителях знаю, о Элениэль только что проболтался Эльс, но ты что же, читаешь мою почту? – притворно нахмурился Зеро. — Я? Нет. Только личную переписку, должен же я первым узнавать, как у прекраснейшей дела. — Может, заберешь ее себе, пожалуйста, — сложил перед собой руки рыжий. — Нет уж. Подожду, пока ты ей сердце разобьешь. — Нельзя разбить то, чего нет. — Если она тебе не нужна, почему ты ее не бросишь? – уплетая за обе щеки сытный ужин, невинно поинтересовался Юми. — Что ты, она же самая красивая девушка нашей части княжества, пока она со мной, ни у кого не возникает вопросов, почему я не женюсь: если на ней - глупость, если на другой — меняю, значит, признанную красавицу на неизвестно кого. – Улыбочка на губах играла гнусная. – Терк, значит, сбежать я не успею? — Нет. Юми, хочешь с нами? — В библиотеку? Пожалуй, что и хочу, — темный искоса наблюдал, как полукровка злобно щелкнул зубами и вызывающе добавил: – Привет любовнице, меня сегодня не трогай, я так понимаю, ты все равно не в форме будешь. — Детка, для тебя я в форме буду всегда. Зеро накрыл кисть темного рукой, погладил большим пальцем внутреннюю сторону ладони, тот замолчал и смущенно уставился в тарелку. — Я не детка, — пробормотал он себе под нос. — Как скажешь, детка. Руку дроу не отнимал, и Зеро продолжал ласки, глотая красное вино и сверля его глазами. Терк с Эльсом наблюдали за ними с приподнятыми удивленно бровями. – Лица сделали попроще, оба, — приказал Иль-Ре, не отрывая испытующего взгляда от Юми. В коридоре послышался шум. Двери распахнулись, в столовую вплыла высокая белокурая эльфийка. Зеро со вздохом поднялся, и она тут же радостно бросилась ему на шею. Полукровка чуть поморщился. Оторвал девушку от себя, взял ее руки в свои и принялся целовать их, не давая ей при этом двинуться в его сторону. — Сладкая моя, я так рад тебя видеть, может, присядешь? Элениэль грациозно присела на стул и принялась восторженно щебетать о прекрасной погоде, о ближайшем бале, о будущем наряде: — … ты непременно должен быть в голубом, непременно в голубом, и темно-синий, наверно, можно, но не основным цветом, тогда наши наряды будут гармонировать. Правда, я здорово придумала? Девочки умрут от зависти, а если погода… Юми смотрел во все глаза на любовницу Зеро. Действительно,очень красивая, блондинистые кудряшки рассыпаются по спине локонами, на щеках ямочки, огромные голубые глаза горят, а грудь при такой тонкой талии просто нереальная. Дроу перевел взгляд на полукровку, тот безмятежно улыбался, полностью посвящая свое внимание прекрасной леди. — … а гулять мы сегодня пойдем, говорят, в долине расцвели тюльпановые деревья, или можно по тенистым аллеям парка. У вас в парке есть такие изумительные беседки, скрытые от посторонних глаз. Правда, если пойдем в долину, нас увидят… Но ты же переоденешься, да? Надо, чтобы наш выход был идеальным, а… Дроу постепенно начинал раздражаться. И этому типу он был готов дать все, что он может захотеть, и этого типа он хотел? И что тот нашел в этой, несомненно красивой и откровенно пустоголовой болтушке. Зеро не обманывался напускным спокойствием чернокожего юноши, поэтому был рад, когда Терк склонился к Юмиджустинюэлю и что-то зашептал ему на ухо. — У Элениэль периодически случаются приступы ревности, поэтому Иль-Ре ей вежливо улыбается и любезничает; не хватало, чтобы она прицепилась к тебе, зачем акцентировать на тебе внимание? — А что, она в курсе, что... — Что он любит все красивое, независимо от того, что именно у объекта располагается ниже пояса? А он как-то и не скрывает обычно. Полуденная тем временем переключила свое внимание на остальных эльфов — Привет, Теркниель, здравствуй, Эльсинель... А... это кто? Что за девица сидит за твоим столом и пасет тебя взглядом? Знаете, милочка, нечего так смотреть на чужих мужчин. Зерониэль, скажи ей! Голубые глаза девушки метали молнии, она подергала за рукав Зеро, привлекая к себе внимание. — Вообще-то, он парень, — подсказал со стороны Туманный. — Так ты привез себе мальчика для развлечений? – голос Элениэль опасно повышался. — Он привез его не для развлечений, — Пряный строго осмотрел компанию. — А для серьезных отношений, — широко ухмыльнулся Терк, за что сразу же получил подзатыльник от Жалящего. — Он пошутил, звезда моя, не волнуйся, — ободряюще погладил Зеро девушку по ладошке и заразительно засмеялся. — Вот как, у тебя просто отменное чувство юмора, с учетом того, что сплю я в твоей спальне. – Хмурый Юми все же не выдержал такого наглого вранья. — Но между нами ничего не было, из-за тебя, между прочим, — взгляд Иль-Ре был очень честным, потом он развернулся к Полуденной, схватил ее в охапку и поцеловал, смачно и долго, неотрывно глядя при этом на Юми. Оторвался, прижимая к себе разомлевшую девушку. – Детка, давай поговорим позже, когда я выгуляю свое прикрытие. — Отличное прикрытие, очень сексуальное, поздравляю. – С независимым видом заметил дроу. — Так как пройти в библиотеку, Терк, Эльс? — О-о, Зерониэль, ты, ты… — Ладно, ребята, за темного отвечаете головами. Полукровка встал, подал руку спутнице, повел ее к двери. Уже у выхода развернулся и состроил всем умильную рожицу, правда, с его наглыми лиловыми глазами получилось неубедительно. — Ну, что ж, пойдемте, — поднялся со своего места Пряный, ребята кивнули и последовали за ним.***
Длинным коридором, также выстланным ковровыми дорожками, молодые люди дошли до библиотеки родового гнезда Жалящих, известной своим собранием редких книг. — Похвально, Юмиджустинюэль, что ты расширяешь свой кругозор. – Эльс одобрительно кивнул, и разворачиваясь к полкам, добавил: — Зеро не любит глупых и малограмотных партнеров, долго, во всяком случае, не удерживает. Рот темного удивленно приоткрылся, этим воспользовался неугомонный Терк. Щелкнув его по отвисшей челюсти, тот добавил к сказанному: — Чего ты вообще завелся, тебе же объяснили - Полуденная неизбежное зло, необходимое, чтобы избежать еще большей мороки. — Я этого не одобряю! Но к нему действительно не лезут с женитьбой, это факт. — Торуминс, наконец, выбрал пухлый том и уютно умостился в одном из удобных кожаных кресел, расставленных между полками, к каждому из которых прилагался столик и светильник. — То есть, это нормально, что он клеит меня и имеет отношения с этой эльфийкой. — Да, — Бешоминен кивнул в ответ, — с тобой, честно говоря, еще не все понятно, а от нее уже есть польза. — Нехорошо так говорить о девушках, — привычно уже сделал замечание блондин. Темный надулся и ушел в следующий ряд. Выцепил первую подвернувшуюся книгу, шлепнулся в кресло. Он, по большому счету и сам не понял, с чего разошелся - девушка, конечно, была очень красивой, но умнице Иль-Ре не о чем было с ней говорить. Ага, зато на его поцелуи она реагирует, так что зачем им разговоры? А у них пока особо дальше разговоров-то и дело не зашло, да и те ни о чем. Юми размышлял о полукровке - о том, что у них пока ничего не было и надо бы это исправлять. О том, что друзья Жалящего, похоже, могут принять его, в том числе и как любовника их приятеля. И вообще, у него, кажется, появились отличные планы на сегодняшний вечер.
