Единственная жена Доктора

      Сьюзан еще долго не могла простить своего отца, несмотря на то, что мать оказалась жива и даже бессовестно флиртовала с Галлом. Таймледи носила в сердце тяжелую обиду, которую не так просто было заглушить. Дочь Сьюзан тоже звали Энни и, чтобы постоянно не путаться, она взяла себе псевдоним Анетт. Счастливая новоиспеченная молодая бабушка Энни с каждым днем становилась все счастливее. Она занималась познавательным воспитанием Аннетт, а так же часто сюсюкалась с новорожденной сестрой бывшего любовника Магистра. А сам Магистр в свою очередь с помощью стеба и шуточек пытался пробить броню отчужденности дочери и упрямство его женщины, которую он окончательно признал своей женщиной. После того, как Одиннадцатый самолично наказал сына, заставив целый год работать волонтером в зоопарке и ухаживать за больными обезьянами, вынося их испражнения из клеток, а так же категорично запретил управлять Тардис, обязав вместо этого посещать лекции по межрасовой толерантности в протоколе теней. Наконец, Доктор занялся воспитанием своих детей. И по мере зрелости Галла и роста своей дочери — русоволосой шалунишки с неукротимыми кудряшками — по имени Лизи, Доктор обретал безграничное счастье. Вскоре Ривер забеременела и родила еще одну дочь, на этот раз рыжеволосую Маргарет. Мэг была немного похожа на Амелию, но меж тем, она была непроходимой милашкой, как когда-то Фрея и все норовили загрузить ее своими делами. И она, как пчёлка трудилась и трудилась на благо возрождающему Галлифрею на заброшенной планете из соседней галактики, где пестрил красный песок и было два солнца. Нет, это не былa точная копия сгинувшего дома таймлордов, но она была очень близка к оранжевой планете по экосистеме. Лиза и Мэг были почти ровесницами, они взрослели очень быстро и на их восемнадцатый день рождения, девчонки выбрали псевдонимы. Мэг стала Скарлет, а Лизи — Кэпом. Bся эта счастливая семейная карусель подходила к своему концу, но в самый пик своего дружеского дуэта сестры даже не подозревали о ней.       Бригадир часто сопровождал своего младшего брата Доктора в его «деловых» странствиях по вселенной и выслушивая ворчание Одиннадцатого, частенько подкалывал его в неумении управлять Тардис. При одном из таких скитаний, они забрели в космический паб, где Харкнесс напивался алкоголя в обществе Романы. Они топили в бутылке каждый свою беду. Фред то, что смирилась с потерей Мастера, а бессмертный потому, что его задолбали отказы Донны-Фреи и он решил жениться, так что было необходимо оплакать потерянную свободу. После возмущения Доктора по поводу этой пьянки, все дружно послали его в дед-сад для таймлордов и Бригадир присоединился к пьющим. Вскоре попойка переросла в флирт с Романой и с тех пор у двух галлифрейцев зародилась странная дружба. Оскорбленный — что его игнорируют — Харкнесс, опрокинул последнюю стопку и со словами «была не была» пошел кончать жизнь самоубийством, добровольно обручаясь с Фреей. Блин, ну она была великолепна, внешностью похожа на Десятого, душевными качествами на Донну, а темпераментом на Мастера. «Не женщина, а мечта!» — подумал Джек. — «Чтоб ты ногу подвернула перед алтарем!» — мысленно добавил капитан и плотоядно улыбнулся, представляя это зрелище.       Дженни, дочь Доктора от единичной прогенации уже давно крутила шуры-муры со своим «родственничком» — сыном Донны по имени Джош Макэвой. Они были великолепной и самой естественной парой из всех. Резонируя — душевно и по темпераменту — друг с другом, влюбленные давали фору всей отпетой семейке таймлордов. Когда Сьюзан, наконец, сдалась и простила своего отца, роман Энни и Галла возобновился. Но упрямый галлифреец наотрез отказался женится на любовнице, потому что давным-давно поклялся, что это — исключено. Они часто ссорились, иногда доходя до разрыва, но потом страстно мирились. Столкновение характеров не давало им покоя, однако было нечто очень глубоко-интимное в их странных отношениях увенчанных не любовью, но страстью граничащей порой с ненавистью. «Они слишком молоды!» — объясняла Ривер муженьку, и он осуждающе качал головой.

***

      Первая беда, которую никто не ждал нагрянула именно в день восемнадцатилетия Лизы и семнадцатилетия Мэг. С утра все было как обычно: Скарлет вскопала желтую грядку, сорвала с яблочного дерева генетически-модифицированный виноград и побрела домой, желая обрадовать Кэп в честь именин. Но когда юная таймледи зашла домой, она застыла на месте, потому что Лизи плакала. — Что случилось, сестренка? — взволнованно спросила Скарлет, утешая старшую поглаживанием по голове. Кэп наконец оторвала руки с зареванного лица и выпалила: — Они умирают, они оба умирают! — Кто? — испуганно спросила Мэг, лихорадочно оглядывая свой питомник. — Котята? Щенята? Твои рыбки? Или мои лисички? — Конечно, ты только о лисах и волках и волнуешься, а я о маме с папой, — продолжая реветь, парировала Лизка. — Что? — с побледневшим лицом, переспросила Скарлет. — Где они? Что случилось? — В гараже около Тардис, они регенерируют… — обрывающимся голосом пролепетала Кэп. — Дуреха, ты меня напугала! — снисходительно прошептала Мэг и пошла на кухню. — Ты куда? — возмутилась Лизи от того, что ее перестали утешать. Капризная была наша Кэп и ревнивая по натуре. — Как куда? — удивилась деловитая Скарлет. — Готовить, после регенерации у предков будет зверский аппетит. — Нет, ну ты и зануда, Мэг, даже поистереть не даешь, а сама когда у тебя «такое» настроение хорошо ноешь! — рассердилась Кэп и, демонстративно выбежала из комнаты, в уме придумывая чем затролить хобби своей сестры. «Разведение лис!» — мысленно фыркнула Лиза. — «Ну, как это может быть интереснее автомеханики или футбола?»       Дa неугомонная Кэп, так похожая на кудрявую регенерацию Мелоди — Ривер, искренне не понимала, как животноводство и трудолюбие может быть интереснее приключений на Тардис, разборки Тардис и игры в древне-галлифрейский вид спорта? Мысленную тираду старшей дочери миссис и мистер Доктор прервали возгласы на кухне. Лиза вернулась в дом и застыла на месте, глядя на то, как Мэг подает еду еще более помолодевшим родителям, а они плюются, с подозрением спрашивая младшенькую «что это за отрава?». Хорошенько их осмотрев и убедившись, что у предков нет двух голов и хвостов, Кэп вздохнула, с облегчением подметив лишь то, что отец стал похож на молодого Девятого с рыжими волосами, а мать на саму себя в прошлом, только опять же возмутительно молодую. — Ну! — съязвила Кэп. — Теперь мне придется выпрямить волосы, чтоб папочка — не дай Бог — не спутал меня с мамочкой в темноте. — Я все слышу, пошлячка! — с улыбкой одернула ее сестра. — Ой, кто бы говорил, извращенка, — любя фыркнула Лиза, — это же не я целый месяц изучала анатомию Далеков.       После обмена сестер «любезностями», предки наблюдавшие за ними в шоке схватились за головы и наметили новую схему их перевоспитания, которую были намерены пустить вход после главной дилеммы: «бананы — это круто или рыбные палочки — это фантастика?».       Но над дружной семьей нависала еще одна беда, медленно крадущаяся из небытия, через дебри пустоты, от затерянного во времени Галлифрея, Мастер пытался вырваться на свободу…

***

В параллельном мире. Трехэтажный загородный особняк Саксонов, Тайлеров и Пондов.       Хэнди совсем распоясался, он годами напролет пытался вырастить матрицу Тардис из привезенных с Галлифрея энергетических ростков. — Сладкий, ну зачем все это? — возмущалась Лэйк, считая, что он обделяет ее вниманием из-за этой одержимости. — Мы же украли себе одну Тардис, когда возвращались из ловушки, зачем тебе еще одна? — не унималась жена бессмертного полутаймлорда. — Чтоб ты не мешала мне управлять ей, мне нужна новая, своя Тардис! — ворчал метакризис. — Ах вот оно что? Джеки! — звала миссис Тайлер Мелоди. — Уже иду, дочка! — вооружившись шваброй, тёща шла напролом. — Понды? — звал на помощь другую родню Хэнди. — Не думай, что мои родители будут поддерживать тебя в нашем споре, — фыркала таймледи, которая все еще была с внешностью Клары. — Я им обещал отпуск в мире Доктора и другой Ривер, поэтому они на моей стороне! — подмигивал в ответ бессмертный получеловек.       Понды еле отрывались от няньчанья внуков (мальчиков тройняшек) и бежали на зов одного зятя, потому что жутко скучали по другому, своему Доктору-в-лохмотьях. Ведь новоиспеченные полутаймлорды не знали, что Одиннадцатый был вынужден регенерировать. Спор заканчивался ничьей и прекращался за столом для распития чая. Но когда полулюди и дети засыпали, Фиксированный и его супруга, начинали новую войну под эпичным названием «Kто сегодня сверху?». Обычно побеждала Лэйк, но бывали и драматические исключения. После страстных ролевых игр в стиле «Соблазни Шерлока Холмса если не слабо!», а так же с пикантным кинком, супруги Саксоны рвались в бой спасать вселенные. Правда они так тщательно и рьяно их спасали, что часто все случайно заканчивалось «пред-концом-света». Чудом не снесенная к чертям вселенная, продолжала спокойно жить по утрам, когда бешенная парочка возвращалась к притворству под названием «добропорядочная семья пуритан». Шквал нерастраченной страсти бурлил в них, затопляя благоразумие и лишь иногда, когда в Хэнди просыпался Доктор, а в Лэйк — Роза, они собирались за семейным пикником и сверлили друг друга нежными влюбленными взглядами, не забывая сюсюкаться с сыновьями.       Однако проходила неделя и они вновь сходили с ума, крича друг другу, как ненавидят друг друга и доказывая это апогеем своих страстей. Но однажды супруги доигрались и это привело их к вынужденной регенерации Лэйк и к типичному воскрешению вследствие сто-пятьсотой по счету смерти Хэнди. После этого случая они немного остепенились и вернулись к более позитивным и уравновешенным частям своего характера, правда, кажется, ненадолго. — Дорогая, — смущенно переминаясь в консольной комнате, сказал метакризис Доктора, — мне жаль, что злобный Сонтаранец пристрелил тебя, но ведь нет худо без добра, смотри ты опять блондинка и вылитая Роуз Тайлер. — Скорей, я Злой Волк, сладенький, — ответила Лэйк, бросив в него порванными кедами. — Я же просил тебя не сопровождать меня в таких экспедициях, — причитал Хэнди, — ну почему ты никогда меня не слушаешь? У меня что лицо такое? — на секунду заглянув в боковое зеркало и проведя языком по зубам, спросил Фиксированный. — Одного? — вспылила Ривер, вскочив с капитанского кресла, - чтобы ты шлялся и флиртовал со всякими мадам Де'Помпадур, Клеопатрами, Елизаветами, Романами и Мерлин Монро? — Это уже в прошлом, — сквозь зубы гневно процедил Джон Саксон. — Разговор окончен! — сердито сказала Мелоди. — Я капитан этой Тардис, а ты лишь запасной пилот, веди себя соответственно, перестань командовать! — Чтобы командовала ты? — возмутился Хэнди, округлив глаза. — Пока ты не докажешь, что тебе можно доверять — да! — безапелляционно заявила жена. «Совсем обнаглела!» — подумал метакризис, а затем мысленно признав самому себе, что специально провоцирует ее, иногда флиртуя со всякими, добавил: — «Обожаю, когда она такая!».       Прервав поток мыслей бессмертный подбежал к своей жене и предложил помириться по-Харкнессовски. Разумеется, Лэйк охотно согласилась… — Твоя седьмая регенерация очень сексуальна, — подмигнул Джон, желая сделать женушкe комплимент. — Заткнись муженек и иди сюда! — приказным тоном парировала она.       Он с удовольствием пришел и растворился вместе с ней в магии могучего брэйнфака, и не только в нем…