Что делать если я не хочу чтобы мы были просто друзьями?

И вдруг в глазах темнеет, все пропадает и Юнги теряется рассудок. Он отключается и его последняя мысль «надеюсь я упаду вниз и уже завтра все будут говорить о моей смерти». И вот он открывает глаза и видит незнакомую комнату, он начинает ее разглядывать, но это резко прерывает сильная острая боль в голове и оглушающий звук. Он ничего не видит, не слышит и чувствует только то, что его голова сейчас взорваться. Звук настолько ужасный, что он готов больше никогда не слышать, только бы остановить его. Звук и боль резко обрываются, а тело неожиданно покрывается ледяной водой, ему безумно холодно, но в голове мысли «спасибо, спасибо за то, что прекратилась эта боль». Мин пытается подорваться с кровати, но только встаёт и сразу падает на пол. Он не чувствует ног и рук и вообще ничего кроме остаточной боли в голове, он поднимает взгляд и смотрит на молодого парня который стоит возле него с тазиком, который он откладывает и присаживается к Мину, чтобы помочь залезть на кровать. Наша сама серьйозность, которая сейчас больше похожа на мадам удивление, он испуганными глазами смотрит на парня и не понимает кто он, что они тут делает и где они вообще. — Ты наконец-то проснулся, голова сильно болит, нужна таблетка? - понимая удивления Юна, но все же стараясь смягчить обстановку, спросил парень. — Эмм… да, болит, дашь что-нибудь? — Мин со всех сил пытался скрыть удивление, но все же оно было и голова раскалывалась. — Да, конечно. Они сидели в тишине, Юнги мучали вопросы, но он был не из тех кто начнет расспрашивать. Но в конце концов спустя минут 15 молчания, решил все же приковать эту тишину и начал разговор. — Слушай, кто ты, мы знакомы? — он не очень хотел быть инициатором разговора, но больше не мог молчать, особенно видя улыбку парня, очень красивого парня с платиновыми волосами, глубокими темно и одновременно яркими глазами в которые хотелось смотреть постоянно, так ещё и с таким шикарным, явно вечно ухоженным и безумно сексуальным телом, Юнги не видел в нем мужчину, он видел в нем только парнишу которого мог мы взять на работу и который явно приносил бы кучу денег. — Я Пак Чимин и нет не думаю, что мы знакомы. — он отвечал не отвлекаясь от заварки кофе, который обволакивал своим крепким, горьким ароматом лёгкие. — А, ясно, а я... — Мин Юнги, я знаю. — не дослушав резко прервал рассказ Пак. — Да? Откуда? И как я тут оказался? — Мин перестал обращать внимания на свою гордость и решил узнать о бо всем, что его волнует. — Да, ты сказал, когда был в не себя. Когда ты собирался спрыгнуть, я выходил на крышу ты резко начал падать, я подбежал к тебя и словил, ты постоянно что-то бормотал и я подумал, что тебе нужно отдохнуть, вот так ты тут и оказался. — Чими так и продолжал делать кофе и говорил об этом как будто рассказывает детскую сказку. — Правда? Я? На крыше? Аааааа, как больно — боль резко прошлась по всему телу как будто разрезала ножами, звук резал перепонки, а тело отказывалось слушаться из-за миллионов судорог. Пак немедля подбежал к нему и облил водой, судороги прекратились, но звуки и боль все ещё не прекращались, Чимин давал Юнги пощёчины которые из-за стрессовой ситуации становились все сильней и сильней, пока Юнги от шока и частично боли не упал в обмарок. Пак решил не звонить в скорую, он уложил Мина в постель и пошел в аптеку за лекарством. Когда он вернулся, минут через 20 Мин все ещё лежал. Пак не знал, что на него нашло, но все же он лег рядом и что-то внутри тянуло его руку к такой нежной шеке лежавшего рядом парня. Он нежно прикоснулся кончиками маленьких мальчиков ко лбу столь манящего, как Пак уже понял, хёна и поправил не ровно лежащую прядь. Он лежал и сам не понимая почему улыбался. — Что ты делаешь? — не открывая глаз произнес старший. Пак так испугался, что резко убрал руку и выдал явно напуганным голосом первое, что пришло на ум. — Я? А я..... Я просто проверял нет ли у тебя жара. — пытаясь скрыть страх заикаясь ответил Пак и быстро развернулся и пошел к выходу. — А чего тогда так быстро вскочил? — он понимал почему, но решил помучать младшего. — Я? Да какая тебе разница? — Как ты обращаешься с хеном? — Что? — младший повернулся и с лицом выражающим ненависть, но при этом со странной, явно специально натянутой улыбкой и поклонился в знак уважения. — Простите, аджосси. — улыбка плавно переросла из наигранной в немного жестокую и гордую. Он быстро вышел из комнаты, когда брюнет наконец-то опомнился. — Что? Аджосси? Ах ты ж мелкий… — его давно никто не смел обижать и тем более шутить над ним, потому что тот всегда был настолько серьйозен, что все боялись. Мин Юнги выходит из комнаты в грязных джинсах, помятой и испачканной футболке, почесывая голову. — Мне нужно принять душ. Я пошел. — он говорил как будто это его дом. — И дай пж полотенце и что-то накинуть. — Ага, подожди тут, сейчас дам. — Да ну, я пойду мыться, занесешь. — Ок. У младшего было много вещей и для своего нового соседа, он хотел выбрать лучшие поэтому выбирал минут 5. Он вышел из комнаты и пошел к ванной, он постучал, но никто не ответил, Пак решил зайти и положить полотенце на раковину и выйти. Но как только он зашёл, он услышал шум воды и увидел пар, человек который по непонятной причине вызывал не обычные эмоции, стоял обнаженный повёрнутый спиной в прозрачной, но запотевшей душевой кабине. Пак благодорил господа за то, что кабина запотевшая, ведь увидев оголённую, такую шикарную пятую точку, в мечтах пренадлежащую уже любовнику, ему бы пришлось выгнать столь прекрасного парня, потому что ему было бы стыдно смотреть ему в глаза, когда в штанах творился бы стоячий байкот. И явно на долго. Младший старается быстро убрать все эти мысли из головы. — Я положил вещи и полотенце на раковину, домоещься выходи кушать. - Пак поворачивается и уже подходит к двери, как слышит: — Стой… Он медленно боясь поворачиваться сглатывает слюну которой из-за непонятного ему самому возбуждению так много, и спрашивает:. — Что-то ещё принести? — Нет, я уже выхожу, слушай сколько тебе лет? — Фух. — Что-то случилось? Чего так облегчённо выдыхаешь? — Да нет ничего, просто. Мне 23. А тебе, аджосси? — Аааа, ясно. СТОП. Погоди, ты опять назвал меня аджосси? Ты что бессмертный? — А что мне тебя аджума называть? — и Пак тут же начал захлёбываться смехом. — Ну всеееее, тебе хана. — Мин быстро выходит из душа полностью мокрый и время на минуту застывает. Чимин замирает видя эту картину. Эти прекрасные стройные ноги, накаченое тело по которому катятся капли воды, соски на которых Пак почему-то так хочет оставить багровые засосы, мокрые волосы которые сейчас выглядели особенно красиво, которые хотелось схватить и не отпускать и такой большой и аппетитный, для ещё пару секунд назад натурала, член. Он быстро опомнился и начал убегать от несущегося на него апалона, которого так хочется, прямо сдесь и сейчас, без слов, которые заменят стоны и с поцелуями настолько жаркими, что можно умереть. И как на зло он спатыкается, падает на пол на спину и сверху на него, не успев остановиться падает тот кто сейчас почувствует что-то в штанах у парня спасшего ему жизнь. — Эй, всё ок? — Юнги сам не поняв, что сказав спросил не вставая. — Эээ… Да, слезь с меня пж, мне не удобно и противно. — Да, что ты говоришь, а вот твой член не согласен с этим. — Юнги начал ржать, хотя не делал этого уже лет 5, ему не было смешно или весело очень давно. — Ч-что? Ты о чем? Тебе показалось…- он так боялся, что теперь этот сексуальный мужчина уйдет от него. — Да ничего, сделаю вид, что не почувствовал. Я пойду оденусь, хотя возможно ты против? — опять не пряча насмешки спросил брюнет. — Я? А почему я должен быть против, да, давай иди переодевайся. — Ну хорошо, нам надо о многом поговорить, так что готовься. Юнги ушел, но Чиминка сидел без лица, он так не хотел отпускать его, но понимал, что произойдет именно это. По его щекам не вольно покатились слезы, а он все тем же пустым взглядом смотрел в пустоту, осознавая то, что больше никогда не увидит того кого любит, из-за своей глупой шутки. — Зачем? Зачем я назвал его так? — он сидел с камином выражение лица и говорил словно бесчеловечное существо. Он не слышал и не видел, он был в своем мире. Глубоком как океане. Как жить дальше…