Проект любви

      Они продолжают стоять в паре метрах друг от друга. Рядом дорога, по которой мимо них проезжают одна машина за другой. По щекам Насти скатываются слёзы и падают куда-то на заснеженную землю. Она не знает, что делать: всё давит на неё. Раньше Бернацкая и предположить не могла, что будет встречаться с девушкой, которую будет любить до потери пульса; что придётся говорить своим гомофобным родителям об этих отношениях. Ведь всё было бы так просто, если бы она влюбилась в Строганова…       Саша смотрит на возлюбленную, такую разбитую в этот момент и потерявшуюся в своих мыслях. Подходит к ней. Обнимает. Прижимает к себе. Боится, что оттолкнёт. Накричит и пошлёт. Но этого не происходит. Голубоглазая прячет лицо в ладонях, утыкается брюнетке в грудь и плачет.       — Я очень зла на тебя за то, что ты обедала с Сергеем и избегала меня целый день, — делает паузу, — но не хочу оставлять тебя одну со всем этим, — целует в макушку.        Настя смотрит в глаза, с такой детской невинностью, что Саша в одну секунду просто прощает ей этот несчастный обед, ведь знает, что между Бернацкой и Строгановым ничего не было и быть не может. И она не ошибается.       — Сейчас мы поедем ко мне домой и обо всём поговорим, — говорит вкрадчивым голосом и поглаживает Настю по волосам. Та лишь кивает и отходит от девушки, после садясь в машину.       Саша отлично понимала одну важную вещь: в каких отношениях вы бы ни находились, нужно уметь разговаривать и обсуждать то, что между вами происходит.

***

      Дорога до её дома не заняла много времени, что, безусловно, порадовало обеих девушек, несмотря на то что у них уже не было сил.       В районе, где жила Александра, всегда было спокойно: в основном соседями были семейные пары или пенсионеры, которые не устраивали громких посиделок и не ругались между собой. Дорогу освещали фонари, а за заборами участков стояли дома, у некоторых горел свет, а где-то были видны силуэты.       В этот раз Саша оставила машину на улице, а не в гараже. Девушки вышли на улицу, но Настя не торопилась заходить в дом несмотря на прохладный вечер.       — Останемся на улице ненадолго? — поворачивается к брюнетке и ёжится от холода.       — Да. Я принесу нам тёплые пледы. Посидим на заднем дворе, — отвечает Романовская и исчезает за входной дверью.       Задний двор освещался несколькими уличными светильниками. По периметру росли кусты, а недалеко от окон стоял небольшой плетёный диван и пара таких же кресел, между которыми был столик.       — Я заварила чай, чтобы ты после не заболела, — Саша появляется во дворике, неся в руках стопку пары пледов.       — Спасибо, — слегка улыбнувшись, отвечает Анастасия и, сев на диван, ждет брюнетку.       Теперь они сидят вдвоём: русоволосая прижимается к девушке справа, держит её за руку и рассматривает тёмное небо.       — Прости меня, — говорит тихо, боится вновь поднимать тему родителей и Строганова. — Мои родители… Они не воспринимают отношения между одним и тем же полом, как что-то нормальное. Да и вряд ли примут… — Настя затихает, шмыгает носом и кладёт голову на плечо Саши.       — Как глупо, что у любви должен быть гендер, — на выдохе произнесла девушка. — Я хочу познакомиться с твоими родителями и показать, что любовь не существует только между мужчиной и женщиной, — целует Бернацкую в лоб. — Просто помни, что я всегда буду рядом, при любых обстоятельствах, — вытирает слезу с щеки возлюбленной. — Я не хочу, чтобы ты грустила. Знаешь, ты светишься, когда счастлива, когда смотришь на вещи, которые тебе нравятся, когда делаешь то, что любишь. И я восхищаюсь тобой и твоей искренностью, — гладит большим пальцем тыльную часть ладони голубоглазой и улыбается. — Даже сейчас ты светишься.       Настя поднимает на неё вопросительный взгляд, не понимая, о чём брюнетка говорит.       — Ты уже пару минут смотришь на звёздное небо, не отрываешь взгляд. Светишься, как одна из этих звёзд, — осматривает весь небосвод, но останавливает взгляд на самой яркой. — Ты звёздочка, — Саша тихо смеётся и поправляет плед, что начал спадать с её плеч.       Так они просидели на улице ещё около пятнадцати минут. Становилось уже совсем холодно, а болезнь в планы обеих девушек не входила. Безумно хотелось выпить что-то тёплое, а затем, оказавшись в объятиях друг друга, уснуть, зная, что впереди ждут два выходных.       Так девушки и поступили: на кухне выпили по кружке чая с лимоном, а после, поднявшись в спальню Саши, переоделись и легли, утопая под большим тёплым одеялом, а также в объятиях друг друга.

***

      Ночь прошла достаточно спокойно. Было тепло, не снилось ничего страшного или плохого. Было так хорошо, что утром вовсе не хотелось вставать.       Девушки вдвоём валялись в кровати половину утра, споря о том, кто будет готовить завтрак.       — На тебя и так взвалилось слишком много, — Саша пыталась аргументировать то, почему именно она должна взять на себя сегодня эту обязанность.       — Но я все ещё могу встать и приготовить нам что-то вкусное, — не сдаётся русоволосвя.       Саша поворачивается набок и кусает её за нос, а после приближается и садится сверху на девушку. Наклоняется к Насте, аккуратно целует, прикусывая губу голубоглазой и щекоча её шею своими шелковистыми волосами.       — В ход пошла тяжёлая артиллерия? — спрашивает Бернацкая, тая под прикосновениями горячей брюнетки.       — Вовсе нет, — залезает руками под футболку, поглаживая живот, но тут же их достаёт, когда девушка начинает её щекотать.       — Тогда это тоже не отвлекающий манёвр, — Настя заливается смехом, продолжая «пытку» для Александры.       В итоге, они сошлись на том, что будут готовить завтрак вдвоём.       Девушки долго думали, что же можно подать к завтраку. Неизменным оставалось только одно: кофе. Без него как Настя, так и Саша не видели своё утро.       Наконец, они сошлись на том, что приготовят блины. Особо никуда не торопились, приготовили все ингредиенты и приступили к готовке. Но Настя всё не могла успокоиться…       Она постоянно крутилась вокруг Романовской, громко смеялась, когда накосячила: рассыпала муку. Саша, конечно, покачала головой, но всё равно смотрела с любовью на девушку. Но брюнетка быстро изменилась в лице, когда увидела, что Настя загадочно смотрит сначала на муку, а затем на неё. В какой-то момент она окунает палец в муку, а потом проводит им по лбу кареглазой и говорит:       — С-и-и-м-б-а-а, — протягивает каждую гласную, а потом смеётся.

***

      Блины получились вкусными. Конечно, обе вложили туда душу.       После девушки перешли в гостиную, решив обсудить будущее знакомство с родителями Насти. Они не хотели держать всё в тайне от них, не хотели врать, что живут счастливо в отношениях с мужчинами. Девушки хотели обо всём рассказать не зависимо от того, какую реакцию они получат.       Настя предложила Саше провести разговор с родителями у себя дома, поэтому позвонила им и сказала, чтобы те не планировали ничего на шесть вечера. Родители же согласились, но с неким сомнением, что это хорошая идея. Скорее всего они хотели продолжать жить, думая, что их дочь рано или поздно приведёт в дом мужчину и представит его как свою вторую половинку.       Насте же было противно от этой мысли. Она не могла видеть никого на месте Саши, да и не хотела этого. Романовская стала всем для неё. Не хотелось расставаться с ней ни на секунду. Настя желала провести остаток своей жизни с ней… Только с ней.