Наломай дров

Илэю казалось, что лучше было бы вообще не спать. Может, был бы чуть бодрее. С трудом натянул ботинки, кажется, что на это ушла вечность. Посмотрел в стену. Выполз на кухню, зевая. Потрепал за ухом Чуму, крутившуюся под ногами. — Иди буди их! — не улыбнуться собаке было стыдно. Она к тебе — всей душой. На Бакуса и Мейди дружелюбия просто не хватило. Илэй поставил котелок, пока соседи, как могли, отбивались от Чумы. Какая прекрасная собака! Как скучно было без нее жить. — А ты сам не будешь есть? — Нет, мне лень, — буркнул Илэй. Отошел от стола, пока Мейди не начала опять его уговаривать. Но та лишь вздохнула: — Как же тебе тяжело живется с самим собой… Илэй даже спорить не стал, не без этого. Он плюхнулся обратно в постель, дожидаясь, пока Бакус и Мейди позавтракают. Надо будет потом у Бакуса спросить, как они вообще в одной постели очутились. С одной стороны было любопытно, а с другой стороны Илэй думал — наверное, это не его дело. Наверное, вопросы задавать нетактично. — Мы идем? — над ним нависла Мейди, сунула в руки давно надоевшую воронью маску. Опять… Не один предмет в мире не вызывал у Илэя столько ненависти. Опять — эта невыносимая жара, запотевшие стекла, духота, от которой к вечеру голова будет просто раскалываться. Уже через пару минут все это казалось натуральным наказанием. Уже выходя из дома, Илэй мечтал только об одном — сорвать маску и выкинуть к демонам. Чума жалобно плакала за запертой дверью. Счастливая, у нее есть свежий воздух. Уже с раннего утра было жарко и душно. Страшно было представлять, каким будет день. Илэй успел насквозь вспотеть, просто дойдя до дома лорда, в котором развернулся целительский госпиталь. Как молитву повторяя про себя — надо просто пережить этот день. Он будет похож на завтрашний день, тот будет похож на послезавтрашний. И когда-нибудь это все закончится. — Мне голову напекло? Или это мертвецы мертвецов носят? — Мейди вкопалась посреди тротуара. Илэй сунул палец под маску, протер стекла: — Тебе не кажется. Пойдем, спросим, что случилось? — Это некромантия! Это же вообще не нормально! — возмутился Бакус. — А что тут вообще нормально? — осадил его Илэй. — То, что с черной язвой боремся только мы с вами. Нас пятнадцать человек. Студентов. Нас же просто… мало! Вот вам страшная эпидемия, барахтайтесь, как хотите. Хорошо, хоть магистр Веллар тут. Такое чувство, что он тут самый толковый. — Но он — некромант, — возразил Бакус. — И вот именно поэтому сейчас мертвецов таскают мертвецы, а не ты. Скажи еще спасибо. Илэй мог бы увидеть, как Бакус закатил глаза, но стекла его маски тоже запотели. — Это же и правда какое-то безумие… — ворчал Бакус. Именно. Все об этом думали, никто об этом не молчал, но услышать было все равно некому. Если только действительно искать помощи у некроманта. И если вчера госпиталь был похож на гудящий улей, то сегодня этот улей казался вымирающим. Было куда тише, было куда свободнее. Вместо бесконечных стонов все больше слов, которые можно разобрать. «У нас женщина, которая делала перевязки, сама заболела». «А у нас за ночь умерли почти все.» «Да вам еще везет.» И точно… все умерли, и никаких проблем. Странные разговоры доносились из коридоров. — Ночью лорд помер, — откуда-то донесся голос Сайла. — Вообще к кому теперь обращаться? — Понятия не имею, — ответил ему кто-то. — Лорд умер? Но он же вчера был здоровый, на нем ни единой язвы не было, — удивился Илэй, крутил головой между Мейди и Бакусом. — Я его своими глазами видел. — А кто нам теперь ответит? — Бакус пожал плечами. И правда, кто… — Илэй! — его окликнули со спины. Голос магистра Веллара ни с кем не перепутаешь. Илэй бросился к нему, как утопающий к берегу. — Доброе утро. Мы идем очищать колодцы? Магистр Веллар поджал губы: — Нет. Мы идем очищать землю. Мирм не спасти. За ночь многое изменилось. Надо спасать все остальное, — он говорил совершенно не стесняясь других студентов. — Я очистил один колодец. Сам. Остальные засыпали, так надежнее. — А какую землю надо очищать? — Увидишь. Идем. А вы — лечите уцелевших. У вас все те же задачи. Совершенно ничего нового. Магистр Веллар шагал стремительно, его длинный черный плащ мотался, словно крылья летучей мыши. Илэй следовал за ним, недоверчиво косясь на двух мертвецов, не отстающих от них. Это что, охрана? Вчера магистр Веллар ходил без нее. Что же так изменилось? Поднятые мертвецы были еще совсем свежими, даже не смердели. Мёртвые тела не пугали, но Илэя корежило от неестественности. От тяжести той магии, повисшей в воздухе. Илэй обогнал магистра Веллара, потому что просто не мог стоять на линии между ним и его поднятой нечистью. Тот довольно улыбнулся своим мыслям. Случайные прохожие, конечно, шарахались от такой компании. Но идти далеко не пришлось. Мертвецы рыли ямы прямо посреди рыночной площади. Другие мертвецы скидывали тела в ямы. Зрелище было в чем-то даже неуместно смешное. Двигались они все неуклюже, в отличии от охранников Веллара. Илэй замечал мертвецов, «роющих» без лопаты, которую они выронили, или падающих в яму «носильщиков». Заклинание было сотворено явно на скорую руку. Но как же неприятно оно ощущалось, словно муравьи копошились под кожей, словно иглы. — И что надо с этим делать? — Вот там ямы засыпанные, — Веллар указал рукой. — Я бы и сам этим занялся. Но рук не хватает. Видишь, какие у меня тут работники? Их без присмотра не оставишь. Интересно магистр Веллар уточняет детали. «Пошли землю очищать!» А оказывается, что это не совсем-то и земля… — Так тут же будет одно большое кладбище, — смутился Илэй. — Вместо площади. Почему здесь-то выкопали? — Потому что без разницы уже. Есть риск, что вся страна станет один большим кладбищем. Опять все сломалось, опять попадали, — магистр Веллар всплеснул руками, глядя на своих мертвецов. — Я сейчас покажу тебе, что делать и займусь ими. Тебе надо будет пройти заклятием очищения. Мощным. Очень мощным. Чтобы вся-вся-вся плоть истлела. С костями ты уже ничего не сделаешь, пусть лежат себе в земле. Магистр Веллар обьяснял ему, как маленькому. Илэй прикинул, это какой силы нужно заклинание-то. Этого вообще… не делают. — А возврат? — А возврат в воду, — пояснил магистр Веллар, видя вопросительный взгляд Илэя, уточнил: — Воду выпарить. Вас разве в Академии не учили?.. Илэй отрицательно мотнул головой. — Ах, да, если б вас учили как в мои времена, мы вот этим сейчас не занимались. Первый же целитель всю эпидемию прекратил бы, — сокрушался магистр Веллар. Потом бодро указал пальцем: — Ведро! Ведро! Ведро! Штуки три на яму хватит. — Штуки три? — переспросил Илэй. — Это с запасом. Он издевается? Какие три ведра вот на эту вот гору тел? — Тебе не надо осторожно, они не живые. Почти чистая вода, как при лечении тебе не нужна, — уточнил магистр Веллар. Очень медленно и очень понятно. Разум просто ломался. Илэй смотрел на магистра Веллара уже просто жалобно. — А жечь тела нам теперь церковь не разрешает, — зло развел руками магистр Веллар, — жрецы видят в этом поклонение темным богам. Ты чувствуешь, хоть примерно, на какую глубину должно достать заклинание? Прямо встань на яму. Илэй кивнул. Все казалось абсурднее и абсурднее. Не особо понимая, что он делает, Илэй вышел вперед, сосредоточился на ощущениях. Очень, очень давно ему не предлагали сделать что-то настолько новое. Это как уничтожение плесени в купальне, только ужасающих масштабов. Только-только перекопанная земля мягко проминалась под ногами. Илэй четко, как никогда в жизни, чувствовал, то, с чем надо работать. За мелкие раны, порезы, язвы зацепиться было в разы сложнее. А тут просто захочешь — не промахнешься. Силы было с избытком. Это было даже слишком просто. Илэю казалось, что он всю жизнь делал неправильно, пристраиваясь, прицеливаясь. А теперь просто отпустил все. Магия лилась сама, исчезала в земле. В глубине что-то зашипело, забурлило, как в закрытой кастрюле. Дым повалил из-под земли. Плоть иногда дымит при очищении, ничего удивительного. Но Илэй готов был поспорить — никто из его однокурсников не занимался очищением в таких масштабах. Вода в ведрах затрещала, замерзая. В ушах шумело так, что казалось: мир рушиться. Магистр Веллар бросил свои дела, глядел на это как зачарованный, с мальчишеской улыбкой. — Все! Хватит! — он взмахнул руками! — Пожалей себя! Илэй не сразу смог остановиться, как разгоряченная в скачке лошадь. Не было видно вообще ничего. Дым не сразу рассеялся, стекла маски напрочь запотели. Но сейчас видеть было вообще не важно. Лезть под маску руками и что -то протирать вообще не хотелось. Илэй стоял как в трансе. Ему казалось, что прошла вечность. Умом он понимал, что очищение — это реально долго. Возможно, дело шло к обеду. Но есть посреди всей этой вони, конечно же, вообще не хотелось. — И это все? — С этой ямой — все, — кивнул магистр Веллар. — У тебя получилось очень и очень хорошо. Есть к чему придраться… тебе потом рассказать? Сейчас не время. Просто сядь и передохни. Илэй кивнул, пытаясь найти, куда плюхнуться. Приятная усталость накатила внезапной волной. Его мало волновало, к стене какого дома он привалился. Прикрыл глаза, на миг задремал. Успел лишь мелком увидеть разверзнувшуюся под ногами огненную ревущую бездну, из которой тянутся тысячи рук. Встрепенулся, потряс головой. Вот он у стены в охваченном эпидемией городе, мимо ходят покрытые язвами мертвецы: все нормально.