Оптимист и Пессимист.

Сквидварду десять и он безумно любит цветы. С самого детства, когда он ещё верил в сказки и зубных фей, у мамы росли георгины, акации, пионы, розы и множество других прекрасных цветов. У них был сад на заднем дворе, в котором и находилось всё изобилие цветов и запахов, который он так сильно любил. Прекрасные, нежные создания, нуждающиеся только в воде, солнце и ласке, чтобы вырасти. Но среди всех этих цветов сильнее всего выбивалась Примула. Жёлтый, красивый цветок, очень устойчивый к зиме и растущий у них, как на дрожжах, отличался от всех других цветов своей мягкостью, присущей почти всем цветам, но при этом твёрдостью и живучестью. Как-то раз в него кинули снежок и горшок с цветком Примулы, который он нёс в школу, разбился. Но, удивительно, после десяти минут собачьего мороза, он только немного пожурил свой цветок, но не завял, а после пяти минут в тепле и пересадки в новую землю, вообще стал ещё более ярким. Это в нём и привлекало Сквидварда: яркий, с высоко поднятым бутоном, словно всегда счастливый, мягкий на ощупь, но твёрдый в характере. Сквидвард на сто процентов уверен, что, будь на этой земле такой же человек, как Примула, он бы полюбил его без памяти. Такого яркого и оптимистичного. Такого мягкого и твёрдого одновременно. Такого… невообразимо прекрасного. Сквидварду пятнадцать и он очень любит цветы. У его любимой бабушки была целая оранжерея, в которой были живые, прекрасные цветы в любое время года. Он так любил навещать свою бабушку зимой не только потому, что любил её, но и потому, что у неё было много цветов, которые росли в этой теплице зимой, но никогда не росли у них. Зимой в их квартире стояли только пару кактусов и маки, так что Сквидвард откровенно скучал по яркому саду и солнцу, медленно засыхая без ярких цветов и их нежности, будто сам был цветком. Но самое главное, что было у его бабушки в оранжерее — это Примулы. Он так удивился, когда впервые узнал, что они бывают не только ярко жёлтые! Красные, белые, розовые, синие, бордовые — какое разнообразие! Он столько всего узнал об этом прекрасном цветке от его бабушки, чему, безусловно, очень благодарен. — Эти цветы, конечно, очень сильные, но они также любят нежность и, как дети, тянутся к тем, кто заботится о них. Примуле не выжить без любви. Сквидвард был готов дарить этому прекрасному цветку всю свою любовь, никогда не обращая внимания на смешки и странные взгляды одноклассников. Он был в ответе за него, за это яркое чудо, что растёт у него в саду! Сквидварду двадцать пять и он не знает, что делать. Долги давят на него со всех сторон. Он ещё не выплатил свой учёбный кредит, так ещё навалились долги за магазинчик, который он очень хотел наполнить цветами и никому не отдавать. Но ему нужно как-то выплачивать свои долги, так что, стиснув зубы, он продавал людям по кусочкам своё счастье. Он не знал, что делать. Он устал, но бессонница не даёт ему уснуть. Кредит висит на нём неподъёмным грузом и вставать, что-то делать с каждым днём становится всё труднее и труднее. Он хотел спать, но не мог. Он хотел успокоиться, но долги, будто нависающие над ним, не позволяли этого сделать. Он не хотел отдавать свои цветы, своё счастье, но ему приходится. Но… Этот цветок. Примула. Она всё ещё с ним. Конечно, та, которая была в саду родителей, завяла, но он вырастил новую, на том же месте, где была первая и был невероятно доволен собой. Примула всё так же поддерживала его. Стояла, гордо подняв цветок, будто освещая всю комнату и, смотря на неё, внутри поднималось давно позабытое с годами одиночества родное тепло, которое, пожалуй, может сравниться только с объятиями мамы. Будто прочитав его мысли, Примула, до этого слегка наклонившаяся от ветра, кажется, выпрямилась ещё больше, словно показывая: «Давай же! У тебя всё получится! Я верю. И ты верь!» Пожалуй, Сквидвард давно так хорошо и спокойно не спал. Сквидварду двадцать девять и он очень любит цветы, и не очень любит одного покупателя. Шумный. Настолько яркий, что глаза слепит. Никогда не видит плохого, просто конченный оптимист. Всегда держит голову высоко, несмотря на свой невысокий рост. Бесит. Бесит его высокий, как у ребёнка, голос и то, что он обращается к нему на «ты». Мало того, что он старше, так ещё они совершенно незнакомы! А он обращается к нему, как к лучшему другу. Спанч Боб (Нептун милосердный, откуда его родители взяли это имя?) заходит к нему каждый раз, как сможет, даже ничего не покупая, а просто разговаривая с ним и выясняя, как он живёт, хорошо ест и не пойдёт ли он с ним погулять. Такой оптимистичный, яркий, стойкий, но при этом мягкий, которого так и хочется защитить… Так, стоп, он сейчас описал не человека, а его любимый цветок! Хотя… ярко-жёлтые волосы, всегда держащий голову высоко, несмотря на трудности, про которые он не один раз рассказывал Сквидварду, яркий, как фонарик, освещающий комнату своим присутствием, нежный и мягкий, как цветок… —…идвард. Сквидвард! — продавец вздрогнул, когда на него уставились обеспокоенные голубые глаза. — Ты в порядке? — Тебе какое дело? — огрызнулся Сквидвард, невольно переводя взгляд на стоящий рядом цветок. Проследив за его взглядом, Спанч Боб улыбнулся. — Примула, да? Я очень их люблю, они красивые. А- — Она не продаётся! — перебил Сквидвард, закрывая цветок одной рукой и хмурясь. Блондин на мгновение растерялся, но, быстро придя в себя, засмеялся, после нежно ему улыбаясь. Сквидвард слегка покраснел от своих действий. (Вовсе не из-за его улыбки!) — Она, наверное, ужасно дорога тебе. Позаботься о ней как следует, — голубые глаза неожиданно наполнились тоской, посмотрев прямо на Сквидварда. — Примулы умирают без любви. Будто вспомнив что-то, Спанч Боб глубоко вздохнул и, слегка пожурив голову, направился к выходу. Нахмурившись, Сквидвард задумчиво пожевал губу, обращая внимание на неожиданно пожухшую Примулу. Снова переведя взгляд на Спанч Боба, Сквидвард вышел из-за прилавка и, окончательно окрестив самого себя сумасшедшим, снял фартук и бейджик. — Эй, Спанч Боб! Хочешь прогуляться? Сквидвард на сто процентов уверен, что, будь на этой земле такой же человек, как Примула, он бы полюбил его без памяти. Такого яркого и оптимистичного. Такого мягкого и твёрдого одновременно. Такого… —… невообразимо прекрасного. — пробормотал Сквидвард, держа за руку счастливого Спанч Боба. — Что? — Ничего. Пойдём за мороженым.