Папа Брок

      Перед глазами все плыло. Во рту горчило, а тело сотрясала мелкая дрожь. Чувство дежавю не покидало. Так было. Пятнадцать лет назад.       Низ живота неприятно тянуло. Резь в глазах заставляла часто смаргивать набегающие слезы. По ощущениям, Брока должен был переехать грузовик, а может даже какой-нибудь бронетранспортер.       — О, я вижу вы уже проснулись! — скрипучий голос больно резанул, не привыкшее к улучшениям тело преподносило различные сюрпризы.       Повернув голову, Рамлоу посмотрел на лысоватого мужчину в белом халате.        — Меня зовут доктор Рид. На некоторое время я — ваш лечащий врач.       Брок хмыкнул. Пересохшему горлу такой финт показался настоящим издевательством и омега закашлялся. Стакан холодной воды, принесённый доктором, оказался как нельзя кстати, чуть улучшив плачевное состояние слизистой.       — Вот и хорошо. Теперь перейдем к делу. Операция прошла успешно. Эмбрионы пересажены. Нам остаётся только следить за их состоянием. Через неделю тесты и анализы точно подтвердят ваш новый статус.       Мужчина ещё что-то зачитывал, поминутно сверяясь с документами в руках. А Брок впадал в панику. Возможно ли теперь убраться отсюда? Живы ли дети? Как долго они протянут здесь? И не обнулили ли их пока он был без сознания?       — Достаточно, доктор Рид! — о, этот голос он узнал бы из тысячи.       — Уорд, где дети? — прохрипел Рамлоу, повернув голову на голос.       Тот сидел в офисном кресле, закинув ногу на ногу, и что-то смотрел в планшете. Недовольно скривив губы, тот махнул лаборанту выйти.       — Пока побудут немного в камере. Им это полезно. Там стены, рассчитанные на Халка, сбежать будет в разы труднее. Но они целы и невредимы. А это, я думаю, самое главное?       Устало прикрыв глаза, Брок сглотнул подступивший в горле ком. Облегчение было таким сильным, что хотелось просто разрыдаться. Поборов минутную слабость, мужчина снова открыл глаза.       — Что с ними будет?       — Знаешь, они поразили меня до глубины души. Их способности — это нечто! Думаю, мы найдем им достойное применение.       Встав с кресла, Гранд положил планшет на сидение. Обойдя его, он опёрся на спинку.       — Знаешь, я заметил, что у твоих ребят проблемы с ближним боем. Поэтому, было принято решение пригласить, так сказать, независимого эксперта. К тому же, далеко ходить не нужно. Логан как раз гостит в наших застенках…       — Не смей подпускать эту скотину к моим детям! — взревел Брок.       Уорд усмехнулся:       — Почему же? Он отличный мастер. К тому же, мы обеспечим безопасность как детей, так и Логана. Ошейники со встроенным электрошокерами…       — Он считает, что ЩИТ виновен во всех его бедах. Неужто ты считаешь, что он пощадит детей! Остановись! Прошу, пощади их хотя бы! Гранд, они не виноваты в том, что долбаные генетики сделали их в лаборатории!       Выровнявшись, Уорд поправил полы пиджака. Затем — галстук. Опустив ладони на спинку кресла, мужчина посмотрел в глаза Рамлоу:       — У тебя был выбор. Но ты пришел ко мне. А это значит, что я волен делать так, как считаю нужным. И заметь, я обещал безопасность и я её организую.       Развернувшись, он покинул помещение, громко хлопнув дверью. Снова прикрыв глаза, Брок натянул повыше одеяло, спасаясь от холода.       — Ты дурак, Гранд Уорд, если думаешь, что сможешь совладать с диким животным в теле человека. Боже! Непроходимый идиот!

***

      В камере царил полумрак. Пришедший в себя Ник решил, что их с братом разделили. Но, прислушавшись, подросток понял, что в помещении кроме него ещё два человека. Первым был его брат. Его дыхание он бы ни с чем не спутал. Второй же дышал тяжело, как будто сдерживая стон.       Повернув голову, Николас вздрогнул. В темноте на него смотрели отливающие золотом глаза омеги. Принюхавшись, парень понял что не ошибся. Половозрелая особь. Меченная омега. В нос ударил запах пороха и крови. Громкий чих сотряс тишину.       — И тебе здрасьте, — хмыкнул мужчина.       — Здравствуйте, — прошептал парень.       Он с опаской смотрел в сторону прикованного к стене человека. Запястья и лодыжки были надёжно закреплены металлическими обручами. Торчащие в разные стороны волосы на щеках и голове делали его вид ещё более диким.       — Вы кто?       — Я — Логан. А вот ты кто, альфёныш? Пахнешь знакомо. Очень знакомо.       — Николас Стивен Барнс. А это, — кивнул он на всё ещё безсознательного брата, — Лиам Джеймс Барнс.       Втянув громко носом воздух, мужчина прикрыл глаза. Через мгновение они распахнулись, блеснув ещё более ярко:       — Нет, вы не Барнсы. От вас воняет Рамлоу.       Эту фамилию он выплюнул, как грязью облил. Ноздри зло трепетали, а грудь ходила ходуном.       — Рамлоу. Значит они-таки поймали этого говнюка. Ну, хоть что-то радует. А вы значит, его дети. Суперприплод. Ну-ну.

***

      Лес монотонно шумел верхушками сосен. Иногда из чащи звучало пение птиц или перестук дятла. Это место должно было стать их убежищем. А стало его одиночной камерой.       Небольшой домик из брёвен был тёплым, а главное — уютным. В нём было всё, что могло понадобится для долгого проживания вдали от человечества.       Небольшое озерцо слепило солнечными бликами. Стоя на заднем дворе, мужчина монотонно соскребал чешую с больших рыбин. Отличный улов был залогом плотного обеда и ужина.       Лес замер. Притихли птицы, даже деревья, казалось, стали шуметь на два тона ниже. Делая вид, что не видит перемен, он продолжал свои действия.       — Доброе утро, рыжая лиса, — усмехнулся он, когда под ногой Вдовы треснула сухая ветка. — Ходишь, как слон.       Мило улыбнувшись, Наташа опёрлась на небольшой деревянный заборчик, огораживающий участок:       — Это только для того, чтобы остаться живой в конечном итоге, Виктор.       Положив нож на стол, он окунул руки в большую дубовую бочку, наполненную дождевой водой, смывая кровь и чешую:       — Не скажу, что очень рад тебя видеть, дорогая. Какими судьбами?       Оглядевшись, Романофф подала ему полотенце, висящее рядом с ней. На это нехитрое действие Виктор Крид только вздёрнул бровь:       — Время неумолимо меняет нас. Не так ли, Наташа? Раньше ты бы меня этим полотенцем попыталась бы убить…       — Обстоятельства изменились. Мне… Нам нужна твоя помощь. И это совершенно не…       Мужчина расхохотался. Он смеялся долго, с надрывом. Бросив полотенце на стол, он достал сигару и прикурил. Затем, выпуская сизые колечки дыма, он долго смотрел на женщину, сломавшую его жизнь.       — Двадцать лет назад я ещё спокойно отнёсся бы к твоей просьбе. И совершенно не раздумывая, понёсся бы на другую сторону света. Но, после того, как ты и твои дружки забрали самое дорогое, что у меня было… Ты ждёшь от меня помощи?!       Опустив глаза, женщина впервые за долгое время почувствовала себя неуютно.       — Я очень виновата перед вами обоими. Мы виноваты. Но многое изменилось, ты сам сказал. Я могу помочь тебе. А ты, я надеюсь, поможешь нам, — она с немой мольбой заглянула в его холодные серые глаза.       Виктор рыкнул, обнажая ряд белоснежных зубов. Явно выраженные клыки и горящий огнём взгляд не предвещали ничего хорошего. Мотнув головой, мужчина как будто отогнал наваждение, осадил зверя внутри себя.       — Лимонад будешь? — будничным тоном спросил он, направляясь к дому.       Отлипнув от ограды, Наташа кивнула, соглашаясь.       Гостиная была небольшой, но до боли домашней, что ли. Приятно пахло деревом и выпечкой. Тихонько потрескивал камин, а на огромном диване мирно посапывала пушистая кошка.       — У тебя уютно, — улыбнулась женщина, устраиваясь за обеденным столом.       Открыв холодильник, Виктор вытянул графин, в котором плавали ломтики лимона. Поставив перед гостьей стакан, он лишь дёрнул уголком губ:       — Сейчас пусто. Очень. Ты сама или с поддержкой? Лёд?       — Да, пожалуй, — кивнула Наташа, — Я с друзьями.       Посмотрев в окно над мойкой, мужчина как будто к чему-то прислушивался, а потом кивнул:       — Пусть заходят. Негоже гостей держать на пороге.       В приоткрытую дверь просочился Зимний, за ним, переминаясь, Кэп и Роллинз.       — О, знакомые лица! Роллинз, ты ли это?! — воскликнул Крид, рассматривая вновь прибывших.       Кивнув в знак приветствия, альфа слегка поёжился под внимательным взглядом хозяина дома. Кивнув в сторону дивана, Виктор продолжил:       — Заходите, гости дорогие! Чувствую, беседа предстоит занимательная.       Налив немного лимонада, Романофф пригубила напиток:       — Знаешь, Виктор, а ведь ты действительно можешь нам помочь. Нам нужна база ГИДРЫ, за которой ты давно следишь и…       Поведя плечами, мужчина тихо чертыхнулся:       — Я давно не играю в эти игры, дамочка. Да, я слежу за неким убежищем в трёх часах езды отсюда. Но я не могу гарантировать, что там находится то, что нужно вам.       — Я уже извинилась. И могу сделать это ещё тысячу раз…       Стакан в руке Крида хрустнул, осыпаясь мелкими осколками к его ногам. Струйка крови, медленно стекающая из пореза, превратилась в лужицу у его ног. Роллинз напрягся, выхватив пистолет из кобуры, а Баки и Стив с недоумением смотрели на этого странного человека.       Постепенно рана затянулась, а кровь свернулась бурой коркой, оставляя грязные разводы. Капитан переводил взгляд то на мужчину, то на Наташу, спокойно продолжающую пить свой лимонад.       — Для тех, кто не в курсе, я представлюсь, — усмехнулся он, глядя в глаза Роджерсу, — Меня зовут Виктор Крид. Для спецслужб я Саблезуб. Я мутант. Немного отличаюсь от обычных людей. Да, я альфа. Вернее стал им не так давно, по меркам моей немалой жизни. У меня был брат по матери. Не всё было гладко. Отец умер, мать сошла с ума. А Джеймс был довольно болезненным ребёнком. Мне нравилось заботится о нём. Нам пришлось уйти из дому, когда он случайно убил приёмного отца, защищая мать. Интересным открытием для нас стало наличие уникальных способностей. Мы были не как все, за это нам доставалось от отца. Джей… Он был более хрупок, что ли. Мы всегда были вместе, заботились друг о друге. Разумеется, когда началась война, ничего умней в голову не пришло, чем отправиться воевать. И мы шли плечо к плечу. И умирали. Но, каждый раз, умирая, мы воскресали. Пока нас не разбросало по миру…       Повернувшись к гостям спиной, Виктор открыл воду, пытаясь смыть засохшую корку крови с руки. Он слышал дыхание каждого в доме, движение и почти мог прочитать мысли. Когда человек с металлической рукой попытался подкрасться к нему сзади, он только рыкнул, не оборачиваясь:       — Стой где стоишь. Ты гость. Мне не хотелось бы пачкать любимый ковёр Логана.       Зимний замер, чувствуя, как по спине поползли мурашки. Это было просто невозможно. Этого не умел никто!       Мужчина снова улыбнулся, сверкнув белоснежными клыками:       — Я же сказал, я особенный. Наташа подтвердит.       Глянув исподлобья, Баки буркнул:       — И чего такой особенный в этой глуши сидит?       — Я устал. Мне нужен отдых. Сколько ты мне дашь? М? Ну, варианты? — раскинул он руки, привлекая всех к этой игре.       — Сорок? Сорок пять? — подал голос Роджерс.       — Сто девяносто четыре, — выплюнул Роллинз, возвращая пистолет на место. — Ему почти двести лет. И он один из старейших наёмников на всей планете.       — Но это невозможно, — выдохнул удивлённо Роджерс.       — Ты тоже легенда, сынок, — усмехнулся Крид.       — Виктор, так ты поможешь нам или нет? — спросила теряющая терпение Наташа.       — Только тогда, когда ты поклянешься, что вернёшь мне Логана, ведьма. Мой омега заслуживает жить в своём доме под моей защитой, а не гнить в застенках ГИДРЫ, куда его упекла ты и его командир, — ткнул он пальцем в сторону Джека.       Тихо хрюкнув, Зимний осел на пол. А потом хлопнул себя по лбу:       — Ничего умнее тебе голову не пришло, Романофф? Они умрут только потому, что… Боже, это провал! Поехали уже!       — Даже боюсь предположить, что это с ним? — приподнял брови Крид.       Прикрыв глаза ладошками, Вдова тяжело вздохнула:       — Их омега в том бункере, где, возможно, держат Логана. С ним его дети. И, знаешь, это была действительно глупая идея.       Сложив руки на груди, мужчина рявкнул:       — Сядь. И?       — И это Брок, Виктор. Брок и двое детей. Их детей, — кивнула она в сторону суперсолдат.       — А я при чём? Наташа, этот говнюк заманил нас в гадюшик, из которого возврата нет. Не спорю, в чём-то были плюсы. Логан стал сильнее. И адамантий улучшил его, сделал сильнее. Но то, что было после, Наташа! После он стал лабораторной крысой! Над ним проводили, и, скорее всего, продолжают проводить опыты! Ты не к тому пришла! — взревел он, переходя в звероформу.       Клубок из тел покатился по полу. Трансформировавшийся Виктор то и дело царапал отросшими когтями Зимнего. Кровавые разводы растекались по черному тактическому костюму, создавая причудливые узоры.       Несмотря на огромную силу, Баки явно проигрывал мутанту. Рассечённая губа и пара царапин на торсе не в счёт.       Когда же зажатый между полом и мощным телом Крида супер загнанно зарычал, Стив как будто ожил:       — Виктор, мы поможем спасти твоего брата. Клянусь в этом самым дорогим что у нас есть: Броком и детьми.       Отпустив Барнса, мутант отёр выступивший на лбу пот. Слизнув кровь в уголке губ, он вновь усмехнулся:       — Ты говоришь это сейчас. А что ты скажешь, когда они будут дома?       Так и сидящий на полу, Баки, глядя исподлобья, спросил:       — А при чём тут омега? Ты сказал, что они отобрали его у тебя. Брата или пару?       Присев за стол напротив Наташи, мужчина стёр остатки крови ладонью, оставляя красную, еле заметную полосу:       — В сорок втором мы подверглись облучению гамма-лучами и воздействию газа, который тебя, — ткнул он в Роджерса, — превратил в суперсолдата. Тебе повезло, ты стал альфой, как и я. А вот Джеймс, он… Он стал омегой. И, если вы помните, то особенность их вида в отменной живучести. Отличная возможность для экспериментов. Но, кроме того, Джеймс стал моим соулмейтом. Это выяснилось после первой течки.       Приподняв край футболки, Саблезуб продемонстрировал всем имя на боку. Аккуратные буквы легли полукругом, образуя подкову.       В гробовой тишине был слышен мерный цокот старинных часов с кукушкой. Мирно спавшая всё это время кошка, спрыгнув с дивана, подошла к Виктору.       Поставив свой стакан, Романофф наконец подняла глаза:       — Я, как и каждый здесь, обещаю, что помогу вытянуть Логана. Не зависимо от того, есть он в том бункере или нет. Это мой долг перед тобой и перед ним.       Белозубо оскалившись, Крид продемонстрировал пару острых клыков:       — Я в этом не сомневаюсь. А время всё же знатно тебя изменило, Вдова. Но Люси едет с нами, — ответил он, потрепав запрыгнувшую на колени животинку.