Нехорошая квартира

— Да отвяжись ты от моего свитера! — Очень сложно не обращать внимание на вещь, которая выглядит, как настоящая древняя реликвия, — с сарказмом отозвался Том. Домовой кинул на Риддла взгляд, в котором в забавной пропорции смешались оскорбление и недовольство. — Ты в курсе, что твой интерес к старинным вещам явно попахивает клептоманией? — дух снова забился на излюбленный шкаф, наотрез отказываясь слезать и неодобрительно косясь попеременно на мага и на стопку вещей за его спиной. До бала оставалось всего несколько часов, и Том уже успел уладить все мелкие проблемы, связанные с незапланированной сменой спутника, кроме одной. Домовой решительно отказывался вылезать из своих обветшалых тряпок, на которые бы не позарился даже последний бомж. Спутник в таком виде — это было неприемлемо для Риддла, не терпевшего даже плохо отглаженных рубашек. — Какая тебе разница, в чём я буду? Нунду ты бы тоже кинулся переодевать?! — К моему величайшему сожалению, ты не нунда. Том вздохнул и с раздражением оглядел Домового. «Как такая сила может скрываться за столь непритязательной внешностью?» — Даже не пытайся, — предостерегающе зашипел Домовой, глядя, как Том поднимает палочку. — Эванеско. Пора бы понять, что я не делаю попыток. Я просто делаю, — самодовольно ухмыльнулся волшебник. — Ты-ы-ы! — от возмущённого вопля духа окно пошло длинной зигзагообразной трещиной. Домовой соскочил со шкафа, с перекошенным от ярости лицом приближаясь к Тому. Не обращая на обозлённую нечисть внимания, Риддл со вздохом взмахнул палочкой в сторону окна, восстанавливая стекло. «Я планировал, что эта квартира станет для меня местом, где я буду практиковать темнейшую магию, но судя по тенденции, Мастерство в бытовых чарах тут будет получить вернее». — Этот свитер мне подарил мой друг! Том с невозмутимым видом оглядел стройную фигуру, одетую в одни портянки сомнительного состояния. — Пока я стараюсь не думать о том, что мне придется танцевать с сущностью, меняющей одежду раз в полвека, не мог бы ты… Ловко увернувшись от полетевшей в него вазы и проследив взглядом коллекцию бокалов, вылетающих из серванта в его сторону, Риддл выскочил за дверь, не закончив предложение. На губах у него играла лёгкая усмешка, а настроение было до странности приподнятым. За дверью послышался звон бьющейся посуды и изощрённая ругань. На кухне Тома поджидали Люциус и Белла, которых он попросил проводить его до места проведения мероприятия для вящей солидности. Малфой с видом вселенского недовольства одной рукой что-то быстро печатал на планшете, балансирующем над столом будто на невидимой подставке, а второй, с зажатой в ней палочкой, выписывал в воздухе какие-то пассы. Состояние его отца ухудшалось, а гора дел, валившихся на юного мага, росла с пропорциональной скоростью. Том обоснованно подозревал, что не пройдет и полугода, как Люциус будет жестоко жалеть о детском желании радикально ускорить свою эмансипацию. Белла Блэк восседала на столешнице, накрывая пышной плиссированной юбкой добрую половину рабочей поверхности кухни, и курила, небрежно рассыпая пепел вокруг себя, с недовольством сверля взглядом необщительного Малфоя. Оба волшебника никак не отреагировали на появление Тома. — Если мне в двадцатый раз придется сегодня применять чары очищения, я начну убивать тех, кто пачкает квартиру. Белла! — голос Риддла хлестнул, как кнут. Волшебница быстро соскочила со столешницы, роняя на пол стоящую рядом вазу с фруктами. Том почувствовал, как хорошее настроение стремительно покидает его. — Хочешь, я подарю тебе домового эльфа? — протянул Малфой, с явной неохотой отрываясь от своих дел и скептически глядя, как Белла порывистыми взмахами палочки устраняет беспорядок. — Я запеку твоего эльфа в духовке с яблоками, — раздался позади Риддла недовольный голос. Он обернулся и едва удержал удивлённое восклицание. Его взгляд непроизвольно проследил, как ворот чёрной водолазки контрастирует с побелевшим от гнева лицом, и зацепился за пальцы, конвульсивно сжимающиеся в кулаки. — Какой лапочка! — Белла оказалась вдруг совсем рядом с ними, окатив Тома волной экзотических духов. — Мой Лорд, ты не говорил, что твой дух такой хорошенький! Бдзззынь! Пронёсшийся в миллиметре от лица Блэк нож, до середины лезвия вонзившийся в стену, заставил девушку отпрянуть. Её лицо мгновенно сменило выражение, и она хищно оскалилась, целясь в Домового палочкой. — Я ведь правильно помню, что твое домашнее животное не может причинить гостям вред? — с настороженностью спросил Люциус из другого конца комнаты. В голове Риддла почему-то крутилось только одно короткое и ёмкое русское слово. Ну почему, почему его последователи никогда не могли просто выполнять то, что им поручено?! — Все верно, Малфой, — выдохнул Том раздражённо, но, заметив, как маги вокруг расслабились, а Домовой, казалось, побелел от гнева ещё сильнее, зачем-то добавил с лёгкой нотой мстительности в голосе: — правда, как вы знаете, понятие вреда у меня достаточно растяжимое. Проигнорировав последовавшую пантомиму, Том развернулся к Домовому. — Готов раскрыть свой великий секрет, как ты планируешь выйти из квартиры, к которой столь крепко привязан? Тот с явной неохотой вытащил из кармана странный, богато украшенный золотом флакон, внутри которого ярко сверкало тем же золотистым цветом содержимое, и, сделав маленький глоток, с усилием запихнул флакон в карман узких брюк. — Пошли. — И что это за зелье? — поинтересовался Том, не трогаясь с места. Домовой передёрнул плечами. — Много будешь знать, скоро состаришься, — и развернулся к выходу. Риддл быстро шагнул, опережая его, и встал в проёме кухонной двери, вытягивая руку и блокируя проход. Маг пристально посмотрел в стремительно наливающиеся золотым цветом, точь-в-точь как во флаконе, глаза. — Боюсь, тебе придётся пояснить. Не хочется, чтобы в середине вечера ты, к примеру, внезапно исчез. Заёмная сила до добра не доводит. — Личный опыт? — ухмыльнулся Домовой. Том ничего не ответил, не опуская руки и не спуская с него глаз. Дух шагнул ближе, так, что почти упёрся в его руку, и ухмыльнулся, показывая в усмешке ровные, абсолютно человеческие зубы, не опуская глаз и уже открывая рот, чтобы сказать какую-то явную гадость. — Ого! Неужто я вижу сцену просыпающегося либидо Томми Риддла? — с громким хлопком в коридор аппарировал Долохов, наряженный в щегольской костюм с галстуком, абсолютно не вязавшийся с его обычным помято-растрёпанным видом. Том вздрогнул и, опуская руку, повернулся к магу, чем Домовой немедленно воспользовался, прошмыгивая в коридор и застывая перед входной дверью, нетерпеливо притоптывая ногой. — Антонин? — полностью игнорируя очередную бредовую мысль, неведомо как родившуюся в голове приятеля, вопросительно протянул Том. — Я не вызывал тебя сегодня. —Ну… — Долохов полностью переключил внимание на огромное зеркало в старинной раме, стоявшее в коридоре, и поправил волосы, — друзья на то и друзья, что ты их не зовёшь, а они приходят. Из кухни раздалось скептическое хмыканье Малфоя. — Не всем же крутиться вокруг тебя только ради выгоды? — с явным намёком маг покосился на звук. — Полегче, Долохов, — стремительные шаги Беллы ворвались в коридор, внося атмосферу энергичного безумства, — за такие заявления можно легко схлопотать приветственное Круцио. — Мы вроде как куда-то собирались? — прервал Домовой готовую начаться перебранку, и Том почувствовал прилив чего-то, смутно напоминавшего благодарность.

***

— Лимузин? Ты точно пригласил нас не на свою свадьбу, Том? — Долохов пнул колесо. — Тебя вообще не звали, Антонин, — фыркнул Люциус. Риддл окинул взглядом отвратительно белую машину и мысленно поморщился. Порой его посещала мысль, что у Малфоя было больше общего с павлинами из его сада, чем с волшебниками. Хотя, стоило признать, некоторой предусмотрительности у Люциуса было не отнять. Поместиться в обычную машину им пришлось бы только порядком потеснившись. Отогнав от себя картину, в которой Домовой сидит у него на коленях, а юбка Беллы занимает всё свободное пространство авто, Том молча сел. Повинуясь магическому автоуправлению, машина плавно тронулась, чтобы через полчаса остановиться на Болотной набережной. — «Icon», — Белла чуть наморщила нос, — могли бы выбрать место и попрезентабельней. Том на мгновенье прикрыл глаза. Все дорогу его соратнички соревновались в том, чтобы вывести его из и без того хрупкого душевного равновесия, беспрестанно переругиваясь. Один Домовой вёл себя прилично, не обращая внимания ни на что, кроме проплывающих мимо зданий. Припав к окну, он как зачарованный тихо любовался картиной вечерней Москвы, щедро украшенной арками и декорациями, провожая широко распахнутыми глазами нарядные здания и уютные кафе. — Благодарю вас за компанию, — холодно обронил Риддл, выходя из машины. — Но мы планировали проводить тебя ко входу, — недоумённо произнес Люциус, одним своим манерным тоном обостряя мигрень, раскалывающую риддловскую голову. — Хорошего вечера, — сделала в сторону Тома легкий реверанс Белла, будто невзначай со всей силы наступая каблуком на дорогой малфоевский ботинок. Блэк всегда тоньше чувствовала грань, переходя которую их Том превращался из вежливого юноши в социально опасный элемент. Антонин же и вовсе обошёлся без прелюдий, кинув на Риддла единственный взгляд и сразу аппарировав прочь. Пред входом в клуб был натянут полог из магглоотталкивающих чар. С одной стороны от них жил и непрестанно двигался обычный маггловский мир: шумели и газовали машины, лениво перекатывались грязные волны Москвы-реки, играла музыка из множества кафе и баров, а по запыленной набережной неспешно прохаживались парочки и проносились велосипедисты. По другую сторону раскинулась самая необычная парковка, которую только можно было себе представить. Запряжённые фестралами кареты соседствовали с мудрёными, магически дополненными машинами, диванами-самолётами, а всё пространство, насколько хватало глаз, было заполнено всеми видами магических животных, которые только встречались на этой планете. Словно водораздел в этой пёстрой и гомонящей толпе, прямо по центру, пролегала недлинная, но широкая лестница с огромными ступенями, ведущая к магически расширенным дверям клуба, превратившимся в настоящие ворота. По ней медленно поднимались маги в сопровождении различной степени экзотичности. — Меня терзают смутные сомнения… — пробормотал Домовой, поднимаясь по лестнице вместе с Риддлом и глядя, как один из впереди стоящих магов, гневно ругаясь, отходит прочь от входа, а следом за ним топает огромный великан, под гулким шагами которого лестница ощутимо вздрагивала. Том скользнул по паре равнодушным взглядом. — Мистер Уайнскотт повторяется. Согласно правилам, одно и то же существо нельзя брать с собой два раза. — О, ты меня успокоил, — усмехнулся Домовой, — по крайней мере, эту пытку мне придётся вынести всего единожды. В противоречие собственным словам дух активно крутил головой, с явным любопытством рассматривая окружающих существ. — Как приятно слышать, что ты понимаешь, что я останусь в квартире на долгие годы, — не преминул ввернуть шпильку маг. Они подошли ко входу и остановились перед сухоньким и очень нервным старичком, держащим в руках огромный свиток, к которому Том приложил палочку. По бумаге прошла волна голубоватого света, и она бешено закрутилась, перематываясь. — Добрый день, мистер Риддл, — произнёс маг-привратник, вчитываясь в показавшиеся строки. — Вы и ваша нунда, ах, простите, было изменение, и ваш… Домовой? На последнем слове маг поднял голову, с некоторым недоумением разглядывая стоящую перед ним пару. — Добрый вечер, — кивнул Риддл. — Хм-хм, боюсь, у вашего существа нет подтверждённого класса силы и опасности, вы не будете возражать против диагностики? — волшебник указал на стоящий рядом с ним на высокой треноге хрустальный шар. — Прошу коснуться. — Сам ты существо, пень трухлявый, — возмущённо произнес Домовой, — мы не договаривались ни на какие проверки! — и он с негодованием посмотрел на Риддла. Тот ответил ему взглядом василиска: — Телемаха, — одними губами выдохнул Том, и дух раздосадовано потянулся к шару.