3_Пленная память

Петербург, 1759 год Анас­та­сия сто­яла воз­ле Ад­ми­рал­тей­ства, опи­ра­ясь ру­кою о сте­ну. Ка­жет­ся, она сей­час прос­нется и этот кош­мар уй­дёт, будто вовсе не приходила сюда и продолжает томиться в ожидании весточки, но зато с надеждой. Но разговор только что состоялся и звучал в голове набатом... Упитанный, средних лет, рыжеватый чиновник вежливо поклонился, занудно уточняя личность пришедшей — будто и не присылал в особняк курьера с приглашением: — Честь имею лицезреть госпожу Белову? Анастасия Павловна, я не ошибаюсь? Учитывая обилие прошений от вашего имени, мы вас вызвали сразу, лишь только узнали... И мы вас можем, наконец, известить... по вашему супругу... Бывшему капитаном гвардии Преображенского полку... Анастасия не выдержала длительных пауз и перебила: — Почему же бывшему? Государыня милостива и не лишила чинов! Но что именно? Вы свя­зались с эк­спе­дици­ей? Когда он вернётся? Она засыпала вопросами, а сердце куда-то упало в недобрых предчувствиях. — Признаться, нет... Мы получили из Большерецкой канцелярии иные вести. Совершенно дурные. Мне даже трудно выразить сие… Не вы­дер­жав напряжённого серо-зелёного взгля­да женщины, чиновник взял со сто­ла бу­магу и ус­та­вил­ся в текст, а за­тем, про­каш­лявшись, за­читал офи­ци­аль­ную свод­ку: «В августе 1757 го­да ка­питан гвар­дии Пре­об­ра­жен­ско­го пол­ка Алек­сандр Бе­лов, что ко­ман­ди­рован­ был в Се­вер­ные экспедиции, сопровождал судно "Пётр и Павел". Вышел на лодках с мен­ным товаром, к не­об­жи­тому досель острову, дабы наб­рать во­ды и поладить с мес­тны­ми жи­теля­ми. Соп­ро­вождаем был 3мя мат­росами, уро­жен­цами Кам­чатки... тут, сударыня, при­лага­ют­ся фа­милии их­ние... ...До ут­ра пос­ле­ду­юще­го дня ни один из упомянутых не вер­нулся, а об­ломки лод­ок из­да­лека были уви­дены в мо­ре. На сим вы­ше­из­ло­жен­ном все чет­ве­ро объ­яв­ле­ны по­гиб­ши­ми». После монотонной речи он вздохнул, и добавил: — Имеется здесь также ходатайство купцов о представлении капитана Белова к посмертной награде, за неоценимый вклад... Я соболезную вам, сударыня. — Что? — она растерялась, вникая в текст. — Но поз­воль­те, их там прос­то ос­та­вили, кинули? Чиновник в ответ прищурился, но тут же снисходительно смягчился. — Прос­ти­те, сударыня, но вы по­нима­ете, где имен­но их ос­та­вили? Те­чение у бе­рега опас­ное да або­риге­ны яв­но во­ору­жены были — так объ­яс­ни­ли мо­рехо­ды. Но главное — лод­ка бы­ла раз­би­та! Они взя­ли курс даль­ше, боль­ше ник­то и не пы­тал­ся сделать вы­сад­ку! Анастасия тяжело молчала, смотря на него широко распахнутыми глазами, а мужчина, уже извиняющимся тоном продолжил пояснять: — Пой­ми­те, они не мог­ли посылать следующих на погибель. Право же, кого? Безьязыких мат­ро­сов? Или солдат, чтобы вовсе без защиты остаться? Иль самим заготовщикам рис­ко­вать? Да, они трагически по­теря­ли от­важно­го офи­цера, ко­торый был опо­рой в са­мых слож­ных си­ту­аци­ях и, ос­тавшись без его под­дер­жки… — Стру­сили… — женщина за­кон­чи­ла бесконечную, тоскливую фразу и, пе­реве­дя ды­хание, до­бави­ла: — По­зор­но стру­сили и ос­та­вили чет­ве­рых лю­дей на про­из­вол судь­бы. Он сам бы так не поступил! — Вы не бы­ли там, су­дары­ня! Не бо­ролись с не­пого­дой, штор­мом, не стра­дали от хо­лода, жаж­ды и голода! Не встре­чались с ожес­то­чени­ем ди­карей и бун­том ко­ман­ды! Не су­дите этих лю­дей. Они вы­жива­ли, как могли. Прос­ти­те, это то, что уда­лось уз­нать... По­лагая, что этих убеж­де­ний дос­та­точ­но, чи­нов­ник взял толь­ко что обь­яв­ленную им вдо­ву под ру­ки и под­вёл к кар­те, пос­та­рав­шись пе­ревес­ти раз­го­вор в дру­гое рус­ло: — За личное участие в от­кры­тии но­вых ос­тро­вов Александр Бе­лов бу­дет и впрямь награждён. Вас из­вестят поз­же. Их ве­личес­тво очень тро­нута про­яв­ленным ге­ро­из­мом в ох­ра­не зело важных эк­спе­диций... — он деликатно снизил голос и как-то странно моргнул, словно подмигивая — ...Хоть это и было опалой, как всем известно… И добавил уже официальным, патетическим тоном: — При­мите ещё раз мои со­болез­но­вания, но ваш муж ге­ро­йски по­гиб, от­кры­вая для Оте­чес­тва но­вые зем­ли… Взгля­ните, те­перь эта кар­та до­пол­ни­лась пятью ос­тро­вами, на ко­торых те­перь жи­вут под­данные ея ве­личес­тва и, между прочим, пла­тят ясак в казну… вот так-то... — Вы по­лага­ете, но­вые ос­тро­ва и ясак смо­гут мне за­менить его са­мого? Бла­года­рю, что уде­лили вре­мя. Она грубо одер­ну­ла ру­ки и выш­ла, не ви­дя ни­чего вокруг. Мысли суетным клубком кружились в голове: «Этот боров только что мне объявил, что я — вдова? Что потеряла мужа, не долюбив? Но Саша не мог умереть там! Это несправедливо, неправильно! Ведь он перед отьездом обещал вместе состариться!» Так и не дойдя до кареты, Анастасия опустилась на случайную скамейку и от­ча­ян­но раз­ры­далась. Ей вспомнились прошлые потери своего любимого, от последних до самых ранних... Их позорная ссора. Бесконечные подвиги на благо Отечества, к которым так сложно было привыкнуть. Тяжёлое ранение после Пруссии. Паника перед насильным замужеством. И тот самый первый раз, когда юноша, ставший за один вечер таким близким, остался лежать посреди поля. Анастасия медленно подняла голову, посмотрев на солнце, подсушивая слезы, которым на смену вытекали новые. "15 лет назад был такой же солнечный август, когда я позволила поверить в его мнимую смерть… Покинула, не пытаясь спасти, поверив малодушным уговорам! И ведь тогда он все-таки выжил, благодаря чужим людям! И сейчас повторю ту же самую роковую ошибку?! Ведь те­ло не най­де­но, ник­то не ви­дел его мёртвым — зна­чит ещё мо­жно на­де­ять­ся! Надобно искать самолич­но, не доверяя более никому другому и по­пытать­ся дой­ти до прав­ды… И я по­еду ту­да, че­го бы это не сто­ило, и най­ду жи­вым! И тог­да пусть стыд­но бу­дет тем, кто его бро­сил!"" При­няв это от­ча­ян­ное ре­шение, плачущая женщина пос­пе­шила до­мой. Теперь пред­сто­яло за­нять­ся по­ис­ка­ми ка­кой-ни­будь но­вой иль попутной эк­спе­диции, что согласиться её взять... В этом порыве она ни ра­зу не поз­во­лила се­бе усомниться в том, что Александр жив…