Forest

Мы все чего-то боимся. Не существует бесстрашного человека. Нас всегда поглощают свои же страхи. Пока от нас не останется лишь оболочка. день 30

***

      Последний день лета. Это когда все школьники не хотят возвращаться в школу и переживать новый учебный год. Когда все суетятся и не готовы вставать в 6 утра. И когда люди дают сами себе обещания, которые всё равно нарушат.       Весело.       А у Торда были совсем другие планы на этот день. Он встал рано, примерно в 7 утра. Он зашёл в ванную, сделал все водные процедуры и оделся. Спустившись на первый этаж, он лишь съел случайно попавшееся яблоко.       Зайдя в гараж их дома, Торд взял несколько валявшихся досок, про которые все давно забыли. Сняв с себя рюкзак, который он взял с собой заранее, он положил туда самую маленькую банку лака, новую кисть, гвозди и всё, что нужно для улучшения домика.       У него уже был опыт в починке вещей, да ещё и Том может как-нибудь поможет с этим. Так что он был настроен решительно. Доски были довольно длинными, так что их должно было хватить. Он надеялся, что никого не встретит сейчас. Даже если встретит то скажет, что помогает кому-нибудь.       Торд вышел на улицу со всеми материалами и направился самым быстрым шагом в лес. Дойдя до забора, он перекинул доски и рюкзак на ту сторону, потом перебрался и сам.       Видимо, общественности вообще плевать, кто там, что там за постройки, кто туда ходит, что там происходит. Их не трогает, значит всё хорошо. Иногда они настолько ненавистны.       Жаль, что так всё складывается.       Но не будем о грустном, вернёмся к Торду. Он в это время уже подошёл к домику на дереве и поставил все вещи рядом с ним. Он начал оглядываться, чтобы найти Томаса. — Том! Томас! Ты где? — Я тут. — раздался голос сзади.       Торд чуть не взвизгнул на весь лес. Видимо, у того талант появляться в самый неожиданный момент или подобное. — Ух… Ты… Ладно, не важно. Ты тут и это хорошо. — Ладно, — он выглянул из-за Торда и посмотрел на принесённые им материалы. — А это зачем? — Я поэтому так рано и пришёл. Как тебе идея усовершенствовать наш дом?       Он явно был позитивно настроен и надеялся, что Том с ним согласится. Осталось только ждать его реакции. Черноглазка на это лишь улыбнулся. — Я только за! Как ты всё это дотащил? — Да нормально. Жив. Осталось всё поднять… Туда… — Сказал Торд, посмотрев на вход домика. — Я помогу! — Как?       На это, Том ничего не ответил. Он лишь исчез и появился прямо возле входа домика. — Торд! Теперь, бери доску, поднимайся на пару ступенек. Я возьму и подниму её к себе. — А ты можешь дотрагиваться до предметов? — Да! — Неплохой план! — Благодарю!       Этим методом, они перетащили все доски наверх, не прилагая очень много усилий. После этого, Торд подхватил рюкзак и спустя две минуты, уже был у Тома. Поставив вещи на пол, он отодвинул все мешающие предметы в один угол комнаты. — Так, — сказал Ларссон присев на пол, взяв несколько досок и сложив их вместе. — Догадайся, что мы будем делать? — Пол? — Наивно сказал Томка, заставив Торда хихикнуть. — Нет, глупый. Мы будем делать…       Торд специально сделал паузу, пока доставал ножовку и карандаш. — Стол! — А у нас выйдет? — Засомневался он. — Конечно. Мы же вдвоём. Мы через всё пройдём и всё сможем, так? — Угу. — Ответил Том, отбросив сомнения. — Ну вот. Так, возьми фонарик и свети им во-о-от сюда. — Сколько же вещей ты взял? — Много. У меня большие планы. — А за сегодня успеем? — Вызов? — Он посмотрел на Томаса с огоньком в глазах. — Нет, сто- — Вызов! Я принимаю его! — Не дав ему договорить, ответил Торд.       Черноглазка сразу рассмеялся, после чего взял фонарик и включил его. Направив луч света на место, где указывал Торд, он замер. Кареглазый в свою очередь отметил карандашом примерный размер стола и провёл идеально ровные линии по двум сторонам.       Как это удалось сделать, ещё и по дереву — не известно. Видимо он тоже отчасти чёртов волшебник. Он взял две другие доски, но немного поменьше. Взяв молоток с длинными гвоздями, он начал приколачивать эти доски, чтобы конструкция держалась.       Когда это было сделано, он поставил заготовку для столешницы вертикально и начал отпиливать ненужные части. Получилось довольно неплохо, осталось только сделать ножки. Когда и это было сделано, Торд смотрел на него. — Осталось его только поставить, покрыть лаком и проверить, на сколько он прочный. — Ого… Это круто… — Благодарю. Так, положи фонарик и помоги мне поставить его. — Ладно.       Том выключил фонарик и, положив фонарик в рюкзак, попытался поддеть руками стол. Торд взял его с другой стороны. Когда они оба были готовы, то подняли стол и перевернули его на ножки. — Ого. Оно стоит, это уже успех. — Чудно.       Торд взял кисточку и баночку с лаком. Как только он её открыл, разлетелся резкий запах химии. — Чёрт, повязку не взял. — И что делать? — Погоди, может всё-таки взял.       Торд начал судорожно рыться в рюкзаке. Разумеется там ничего не было. Он тогда натянул ворот кофты на нос, которая вполне хорошо держалась на нем, и начал небольшим количеством наносить лак, чтобы тот не капал на пол так сильно.       Он оставил только самый низ ножек стола без лака, чтобы тот не прилип к полу. После этого всего, Торд подбежал к окну, открыл его и высунул голову. — ВОЗДУХ! — Тихо. Не задохнись. — Постараюсь! Кхааа…       Торд встал ровно. Он чуть не задохнулся, пока покрывал лаком этот чертов стол. — Ты в порядке? — Да, — он посмотрел на остатки досок и начал думать, что еще можно сделать.       После этого, Торд посмотрел на отверстие в крыше. К нему пришла идея, сделать лестницу туда и небольшую «дверцу», но в следующий раз нужно будет принести петли (авт: чтоб повеситься нахуй), чтобы закрепить эту постройку. — Слушай, давай сейчас сделаем внизу лестницу на крышу, и мы потом сюда её перетащим? — Ладно, — с этими словами Том исчез.       Торд до конца не понимал, как это вообще может быть. Хотя он ведь дух и это норма… Наверное… Он подошел к отверстию. Взяв ножовку, он выровнял его под квадрат. Дальше, взяв рулетку, он измерил примерную ширину отверстия. — 56 сантиметров 3 миллиметра… — сказал он тихо.       После замерки ещё и высоты от пола до крыши, он посмотрел вниз. Убедившись, что Том не стоял прямо под входом, он столкнул вниз доски, после чего спустился и сам, с ножовкой и рулеткой. — Том, ты жив ещё? Иди сюда.       После этого, он снова появился. Спустя около часа, была готова уже и лестница. Торд ужасно устал, поэтому глубоко дышал и уже чуть ли не падал. Том разумеется видел это и волновался за того. — Может отдохнешь? — Да я в порядке. — Торд, люди тоже устают. — Всё… Всё хоро…       Заиграла мелодия. Она исходила из домика на дереве и Торд понял, что это за звук. Это звонил его телефон. Оживившись, он сразу полез внутрь, позабыв о лестнице и Томе.       Подойдя к рюкзаку он достал телефон оттуда и на нём светилось имя.       «Эвелин».       Он лишь тихо рыкнул, но ответил на входящий звонок. — Алло? — Торд, где ты?! — Я гуляю. — Гуляет он. Завтра школа, ты об этом не подумал?! — Завтра первое сентября, а не школа, да и тем более последний день лета. Я не могу нормально его провести? — Прости конечно, но мы волнуемся. — Волнуйтесь дальше, я приду ещё. Тебе то какая разница? — Очень большая, Торд! Ты даже представить не можешь, насколько она большая! Ты хотя бы ел?! — Да. Всё, хватит. Что с мамой? Она спит? — Пока что да. Я проснулась первой. Повторяюсь, когда ты перестанешь быть на столько безотве-       Не дослушав, Торд бросил трубку. Он не хотел слушать этот ор. Его голова раскалывалась на части. Он явно нуждался в отдыхе. Усевшись в кресло-мешок, он глубоко дышал.       В домике ещё был запах лака, но он не был настолько сильным, как раньше. Он хотел отодвинуть стол подальше, но знал, что ещё нельзя, ведь лак сохнет минимум 2 часа.       Его голова была откинута и смотрела в потолок. Он просто хотел тишины, но вдруг послышался небольшой шорох. Торд поднял свою голову. Он увидел Тома, который поставил лестницу к входу на крышу. — Как ты её подня- — Кто звонил? — Перебил он Торда, смотря своими наивными глазами, как маленький ребенок. — Том, это не важ- — Кто тебе звонил, Торд? — Снова перебил он того. — Ммм… Эвелин. — Кто такая Эвелин? — Это… ссс… Это моя вторая… Опекунья. — То есть мама? — Я… Да… — Почему ты называешь её по имени? — он подошёл к Торду и сел рядом с ним. — Она ведь твоя мама. — Я никогда не считал её матерью.       После этого ответа, черноглазка взял Торда за подбородок и повернул его голову на себя. Он смотрел ему прямо в душу, как будто выпрашивал фразы. — За что ты обижен на неё? — Я не оби- — У тебя не может быть беспричинной ненависти. За что? — Это не важно, Том.       Торд не хотел разговаривать на эту тему. Он бы послал Томаса куда подальше, но не мог, поэтому просто пытался сопротивляться. Глупо. — Торд. Почему?       Рогалик всё-таки сдался и встал с места. Он подошёл и взял рамку с фотографией. На ней был изображён Торд и ещё какая-то фигура. — Видишь эту девочку? — С этими словами, он показал на эту самую фигуру на фотографии. — Это была моя сестра. — Почему была? — Да потому что она была больна, но Эвелин не сделала абсолютно НИЧЕГО, чтобы помочь ей! — Ох… А чем она болела? — Я не знаю… Рак чего-то… Вроде толстой кишки… — Мне правда жаль, что так вышло…       Торд повернулся к Тому, всё ещё держа в руках эту рамку, сильно сжимая её. В его глазах уже блестели слёзы и он пытался не сорваться. — Жаль, жаль. Всем было, блин, жаль, но они ничего не сделали ради неё! — Торд, только не устраивай истерики… — Да, конечно! Они в это время просто делают вид, что её не было! Они просто вычеркнули Шелли из жизни! ОНИ СЧИТАЮТ, ЧТО ЕСЛИ ЧЕЛОВЕКА НЕ СТАЛО, ТО МОЖНО ЗАБЫТЬ О НЁМ!       Слезы пошли по щекам. Было противно. Торду отвратительно жить в таком обществе. Только он посещал её могилу, оставляя там цветы. Могилу человека, который понимал его, с которым он чувствовал себя счастливым. — Я сожалею, что ты потерял её, но ты должен понимать, что она не хотела, чтобы ты сейчас был здесь и плакал! Она наверное умерла с мыслью, что ты будешь помнить её, а не плакать каждый раз при одной мысли о ней!       Торд замолк. Он начал думать, как бы она на это ответила. Он молча вытер свои слёзы и смотрел в пол. — Я соврал тебе. — Что? — Том не понимал, о чем речь. Его глаза бегали по всему телу Торда. — Я соврал тебе, когда рассказывал о своём сне, ясно? — Он повернул голову на Томаса. — Мне снилась она! ИМЕННО ОНА! Живая, понимаешь, Том? Это больно просыпаться и понимать, что это лишь жалкий сон. — Почему ты соврал мне? — Потому что я не хотел лишних вопросов. — Поэтому ты чуть ли не плакал, да? — Я… Да. — Ты должен был сразу сказать мне об этом, знаешь ли, — он начал подходить к Торду. — Почему? — Врать о своём состоянии — плохо. — Я знаю… — Ты знаешь, но поступаешь так? — У меня не было выбора. — Ты сам себя его лишил, Торд.       Торд в этот момент замолк окончательно. Он не знал, как можно ему ответить, и лишь нервно теребил край кофты. — Не ври мне. — Что прости? — Он перевел взгляд на черноглазого. — Не ври мне, Торд. Ты умрешь, а я даже не узнаю почему. — Я не умру. — Увидим. Так не будешь? — Нет. — Чудно.       После этой фразы, он исчез, а Торду лишь оставалось направиться домой. Собрав все вещи в рюкзак и надев его на себя, он начал удаляться отсюда.       Конец лета.