***
Лиам стоял перед зеркалом без рубашки и разглядывал себя. Ему нравилось, как счастье накатывало каждый раз, когда он натыкался взглядом на татуировку. День за днём он влюблялся в неё всё больше и больше, он любил счастливую улыбку, расцветающую на лице Тео, когда тот смотрит на рисунок на его коже. Лиам обожал этот взгляд своего якоря. Но главной причиной, почему он уставился на себя, заключалась в том, чтобы проверить, не видит ли он в себе каких-либо отличий. Многое изменилось с того момента, как он стал Альфой, но он понял, что всё еще выглядит как Бета-Лиам. — Знаешь, я всегда думал, что Альфы более крупные, сказал он вслух, когда Тео зашел в его комнату. — Скотт не тот, кого я назвал бы крупным, — ответил старший и подошел ближе. — Из Альф я знаю только Скотта, я не могу сравнить. — Хм… — Рейкен наклонил голову и посмотрел на Лиама в зеркало. — Как твоё плечо? Данбар потер зажившую кожу: — Как новенькое, не беспокойся, — он улыбнулся Тео, и Химера развернул его, так что теперь они стояли лицом к лицу, и поднял руки, аккуратно надавливая на участок кожи, куда раньше впивалась стрела. — Никогда больше не отталкивай меня, хорошо? — потребовал Рейкен, на что Данбар мягко улыбнулся. — Ты знаешь, что я не могу пообещать, потому что мы оба всё время будем спасать друг друга. Это то, что мы делаем, Тео. Двадцатиоднолетний знал, что Лиам прав, но это не значило, что это ему нравилось. Теперь он бросил на Данбара быстрый взгляд. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, и воздух стал гуще, по крайней мере, так казалось Лиаму. Он прокашлялся и отвернулся, хватая рубашку, чтобы надеть её. — Не хочешь захватить кофе? Таким образом, они довольно скоро оказались в кофейне кампуса. Получив свой заказ, оба помешивали его и вдруг услышали диалог. — Там какая-то чокнутая девчонка перед магазином треплется людям о тропических лесах или ещё о чем-то и раздает листовки. Она горячая штучка, но слишком любит политику. Тео и Лиам переглянулись, а затем выглянули из окна кофейни: — Это наша чокнутая девчонка! — сказали они в унисон. Выходя из магазина, они подошли к Майе. — Снова спасаешь мир? Она вскрикнула и резко обернулась, тыкая пальцем в Рейкена: — Никогда больше так не делай! Лиам ухмыльнулся и сделал глоток кофе: — Привыкай, в основном он двигается бесшумно и просто неожиданно появляется. — Я вовсе не… Ладно, так и есть, — Рейкен гордо улыбнулся, а Лиам приподнял бровь и хихикнул. — Миленько. — Раз уж ты здесь стоишь, возьми флайер! — она прижала один из них к груди Данбара, и тот взял его, чтобы прочитать. — О-у, смотри, за каждое пожертвование сажают дерево. Я люблю деревья. — Клянусь, Лиам, я за спасение мира, но если ты последуешь примеру Майи, я уйду. И вернусь только чтобы посмеяться над вами и сделать пару фоток, когда вы решите приковать себя к дереву, — предупредил Тео, на самом деле не собираясь делать этого. Данбар и Дункан ахнули в притворном негодовании. — Я шокирована твоим неуважением! — заголосила она, заставляя Лиама смеяться. Тео фальшиво скривился от отчаяния: — За какие грехи я заслужил вас двоих?***
— Помнишь мою подругу по учебе, которая влюблена в Тео? Лиам, не отрываясь от готовки сэндвичей себе и Майе, промычал что-то, показывая, что помнит. — Так как мы с ним подружились, она спрашивала, могу ли я договориться с ним о свидании для них. Ты не против? Теперь Данбар поднял взгляд: — Почему ты спрашиваешь меня? Разве ты не должна просить Тео, хочет ли он встретиться с твоей подругой? — Да, но я спрашиваю, чтобы узнать, нормально ли это для тебя, — объяснила Майя, и Лиам, сбитый с толку, уставился на неё. — Почему я должен быть против? Она же не планирует съесть его живьем? — пошутил он в конце концов, действительно не понимая, почему из всех людей она спрашивала его. Дункан закатила глаза: — Я думаю, она больше надеется на то, что он съест её… — Майя! — В любом случае, я спрашиваю, потому что вы с Тео… Ох Теперь всё понятно. — Нет никаких «нас с Тео», — тут же отклонил Лиам. Майя усмехнулась: — Ну да… Лиам, серьезно. — Серьезно, нет ничего между мной и Тео. Не в этом смысле. Он один из моих самых близких друзей, мой якорь, я не могу без него жить, но между нами ничего нет. И никогда не будет. — Не говори так! Ты понятия не имеешь, что ещё может произойти, только посмотри, как он… — Майя! Наша дружба важнее, чем всё остальное. Я не хочу потерять его из-за простого увлечения. Улыбка, которой она его одарила, была понимающей, но наполненной сожалением, и Данбар решил сменить тему. — Как там твой контроль? — Когда как. Я пытаюсь давать своему волку волю помогать мне в простых вещах, но я не знаю. Всё ещё очень сложно принять эту часть меня. — В чем больше всего сложностей? Частично обращаться или сдерживать зверя? Она задумалась: — Мне всё еще страшно, что обращаться будет больно, — призналась она. — Всё потому что ты ассоциируешь обращение с его блокированием и сильной болью, — заключил Лиам, и она кивнула, прикусывая нижнюю губу. — Ладненько. Поднимайся! Майя последовала за ним, и он повел её, пока та не оказалась в центре гостиной. — Закрой глаза, — проинструктировала он и отодвинул в сторону журнальный столик. Она стояла и ждала, пока её Альфа сделает то, что пришло ему на ум. Данбар взял подушку и ударил её по руке. — Ты только что ударил меня подушкой? У тебя что новое хобби? Бить Майю подушками? — А ты бы предпочла, если бы я использовал свой стик для лакросса? — возразил Лиам. — Эй, держи глаза закрытыми! Не жульничай. Просто постарайся заблокировать удар. — Каким образом? И зачем? — Позволь своему волку вести тебя. Если вы работаете вместе, то ты слышишь и чувствуешь больше. Я и сам это испытал. Так что пусти волка за штурвал и блокируй удары. А еще подушка не ранит тебя, так что ты можешь перестать бояться, что смесь волка и человека принесет боль. Он обошел её и нанес удар по спине и руке. Майя зарычала, но обернулась, пытаясь следовать за его голосом. Данбар широко улыбнулся и сменил направление, ударяя по ноге. Её рука метнулась вперед. Но она всё еще была слишком медленной. — Я тебя ненавижу! — пробубнила она, и Лиам хихикнул. — Не-а, на самом деле нет. Слушай моё сердцебиение, оно скажет тебе, где я. Спустя еще несколько ударов, и пару рычаний с её стороны, Данбар прицелился ей в талию, но она успела схватить подушку прежде, чем та коснулась её. Дункан распахнула глаза и бросила взгляд на подушку, расплываясь в гордой улыбке. Лиам лучезарно ей улыбнулся. — Молодец! — похвалил он. — Давай, ты сможешь сделать это еще раз! Они тренировались несколько часов, а затем рухнули на диван, свернувшись калачиком, и смотрели комедии, поедая пиццу. — Кстати, где Тео? — Он встречается со своей учебной группой, чтобы поработать над проектом, — пробубнил Данбар с полным ртом. Он дожевал и рассмеялся над чем-то, что происходило в телевизоре. Ему нравилось проводить время со своей Бетой, расслабленно и беспечно. Но, как всегда, беззаботность длилась не долго. Лиам проверил телефон, когда получил звонок от Тео. Он тут же ответил. — Привет, Тео! Но на том конце провода никто не ответил, он только слышал музыку и болтовню людей. — Тео? Ты слышишь меня? Он бы предположил, что его друг просто случайно позвонил ему, но интуиция подсказывала ему обратное. Лиам нахмурился: — Тео? Ответь! — крикнул он громче, но ответа не последовало. Он повесил трубку и посмотрел на Майю. — У меня ощущение, что что-то случилось. — Ладно, ты хочешь забрать его? Где он сейчас? — Я покажу, — Данбар схватил ключи и куртку, и вместе они направились к общежитию, где Тео должен был встретиться с исследовательской группой. Не прошло и минуты, как они вошли в здание, и Лиам нахмурился. Казалось, что ту была вечеринка, но все выглядели какими-то не от мира сего. Они словно были под наркотиками или чем-то вроде того, сонными и не замечающими ничего вокруг. Он остановился и принюхался к запаху Тео. Данбар уловил его, но в нём были какие-то странные нотки, он не мог понять, чего именно, и сердцебиение Рейкена звучало медленнее обычного. Волнение Лиама росло, пока он шагал по коридору, следуя за запахом и сердцебиением. Когда ему наконец удалось выследить Тео, он чуть не споткнулся о собственные ноги, спеша найти его как можно быстрее. Рейкен развалился на диване, его глаза были закрыты, а в руке был одинокий красный стаканчик. Его телефон валялся рядом, как будто выскользнув из рук. Лиам положил его к себе в карман, а затем оглядел Тео. — Тео, проснись! — сказал он, и схватил его лицо, чтобы заставить смотреть на себя. Химера открыл глаза, но они были стеклянными и расфокусированными, как будто он даже не замечал, что Лиам здесь. — Тео, смотри на меня! — но мольба Данбара не была услышана. Тео был настолько же далеко в себе, как и остальные вокруг, и Лиам потянул его, ставя на ноги. Майя поддержала его с другой стороны. — Что с ним не так? Лиам пожал плечами и обнял Тео одной рукой, чтобы удержать, но тут его взгляд упал на красный стаканчик, который Рейкен выронил из рук. Он поднял его и заглянул внутрь. На дне всё еще плавали лепестки, и глаза Лиама расширились. Волчий аконит! И когда он взглянул на чашу с пуншем, то увидел там несколько цветов. — Майя, пунш! — оповестил он, и она проследовала за его взглядом. Её глаза в шоке распахнулись. — Они все отравились! Лиам мрачно кивнул: — Пора убираться отсюда! — сказал он Тео и потащил его из комнаты. В этот момент химера был почти без сознания и мертвым грузом повис на Данбаре, тот был благодарен своей силе Альфы, потому что если бы не она, он бы не удержал их вдвоем на ногах. — Убедись, что никто больше не сможет его выпить! — приказал он Майе, и она отошла, чтобы вылить весь чан прямо на стол. Это оставит пятна, но ей было всё равно. Затем она вернулась и помогла Лиаму держать Тео. — Нужно отвести его домой. Он реагирует на аконит иначе, чем мы, но он тоже действует на него. — Заметно, — сказала Дункан, глядя на одурманенного химеру. Тео чуть не рухнул, и Лиам притянул его ближе. Заставить его двигаться было сложно, он спотыкался и явно ничего не замечал. Данбар вытянул из кармана телефон, когда они с Майей выволокли Рейкена на улицу. — Йоу, Лиам, — поприветствовал Мейсон, после трёх гудков. — Нужна твоя помощь! Здесь была вечеринка, и в пунш запустили цветы волчьего аконита. Тео тоже его выпил. Исследуй всё, какое влияние он оказывает на химер, если они его выпивают! На секунду Хьюитт затих, а затем коротко бросил: — Я позвоню, как только что-нибудь нарою, — и повесил трубку. Лиам был безмерно благодарен за свою стаю. Когда это было необходимо, они работали как слаженный механизм. Теперь Тео застонал, и Лиам мельком глянул на него: — Оставайся в сознании, ладно? Пожалуйста, только не засыпай, — Рейкен чуть не упал вперед, и Данбар сжал зубы. — Слава богу, мы почти дома. Спотыкаясь, они вошли в дома и побрели дальше по коридору, когда они наконец зашли в квартиру, Лиам облегченно вздохнул. Он поместил Тео на диване, и тот, завалившись, упал на бок. Его сердцебиение, по мнению Данбара, всё еще было слишком слабым и медленным. Он вытащил телефон и набрал другой номер, ставая его на громкую связь: — Лиам, как поживает мой юный Альфа? — весело поприветствовала его Шэна. — Шэна, мне нужна твоя помощь. Тео был на вечеринке, и кто-то отравил пунш волчьим аконитом. Он совершенно апатичен, Шэна, не может стоять сам по себе, и я сомневаюсь, что он знает, что мы здесь. Что мне делать? Она молчала, вникая в ситуацию, а затем расчётливым тоном ответила, намереваясь помочь ему пройти через это: — Отнеси его в ванную и включи душ. Холодная вода поможет ему немного очнуться. Я подожду. Данбар протянул телефон Майе, а затем снова стянул Рейкена с дивана. Глаза старшего снова закрылись, и Лиам аккуратно похлопал его по щеке. — Открой глаза, Тео! Но ничего не произошло, и он потащил его в ванную, а Майя пошла за ним. Она осталась позади, когда он затащил Тео в душ и включил его. Плевать на то, что он весь вымокнет, ему нужно было помочь. Данбар ахнул, когда ледяная вода ударила по его коже и намочила одежду. Он аккуратно усадил Тео на пол и подставил под холодные струи. Тео всё еще был полностью безразличен, не двигаясь и не реагируя ни на что, не зависимо от того, как долго на него лилась вода и насколько холодной она становилась. — Тео! Тео, прошу, мне нужно, чтобы ты очнулся! — умолял Лиам, охватив его лицо ладонями. В его голосе звучало отчаяние. — Держи его под холодной водой, — произнесла Шэна. — Не забывай, что он химера, — отрезал Лиам. — Я знаю, Лиам, но вода в любом случае поможет, — он слышал, как она двигает вещи вокруг себя. — Я пока проверю свои книги, может быть, есть противоядие. Так что они продолжали ждать. Данбар не знал насколько долго, но в один момент голова Тео легла на его плечо и тот застонал. Майя, сидевшая на полу перед душем, оживилась, как и Лиам. — Эй! Тео? Ты слышишь меня? Рейкен снова закряхтел, и Шэна вновь заговорила: — Ему нужно избавиться от волчьего аконита. Чем быстрее, тем лучше, — сказала она. С губ Тео опять сорвался стон, и Лиам заставил его посмотреть на себя. Его взгляд казался более сфокусированным, но он всё ещё был где-то далеко. — Помоги поднять его, — сказал он Майе, и они вместе помогли Рейкену выбраться из душа на пол ванной. Дункан обернула плечи Тео мягким белым полотенцем, а Данбар выключил воду. Вновь послышался стон, и Лиам был очень благодарен Майе за её быструю реакцию. Так как она смогла откинуть крышку туалета и подтолкнуть Тео вперед, прежде чем его стошнило на пол. Теперь химера был прямо перед унитазом, отдавая должное фарфоровому богу. — Что ж, надеюсь, после этого ему станет лучше, — сухо прокомментировала Шэна, и Данбар надеялся, что она права. Выведение яда из организма было логичным, и, кажется, Тео прямо сейчас этим занимался. Больно было видеть его таким, но если это поможет, то пусть так и будет. — Лиам, у тебя есть какой-нибудь сок? — спросила тогда друид. — Апельсиновый, а зачем? — Идеально. Он может помочь желудку очиститься. Просто дай ему выпить стакан, после того, как он закончит. Майя сбегала на кухню, чтобы принести стакан с названным соком, а когда вернулась, Тео уже не выворачивало, он просто облокачивался на Лиама, который обхватил его руками, поддерживая. Голова химеры покоилась на плече Данбара, слишком тяжелая, чтобы держать её самостоятельно, и Лиам обратив внимание на то, насколько бледным был его друг. Он принял стакан у Дункан, и помог Рейкену осушить его маленькими глотками, прежде чем тот снова повалился на него. Данбар осторожно вытер Тео полотенцем, обернутым вокруг его плеч, настолько сухо, насколько мог: — Шэна, ему можно поспать? — поинтересовался он. — Вывести оставшийся яд с помощью сна — хорошая идея, да. Его телу нужно восстановить энергию. Пусть спит. Завтра ему станет лучше. — Хорошо, — сказал Лиам и увидел, как глаза Тео закрываются. — Нет, не засыпай здесь! Эй! Просто подожди еще пару минуточек, Дори! Майя тут же помогла ему поднять Рейкена на ноги, и они вместе отвели его в комнату. Последней трудностью было раздеть его, оставив только боксеры, и когда тот, наконец, лежал в кровати, Лиам испустил вздох облегчения. Он наблюдал, как химера закрывает глаза и засыпает, слушая его сердцебиение. Оно всё ещё медлило, но, возможно, причиной было то, что он сильно устал. Тео выглядел юным, невероятно юным, а Данбар захотел вернуть своего старого Тео. Сильного, саркастичного, того, кто предпочтет умереть, чем позволит кому-то ранить Лиама. Он не мог видеть его раненым или больным. — Переодевайся, — мягко сказала Майя и потерла его по спине. — Ты весь дрожишь. Данбару пришлось признать, что она была права. Его губы посинели, и он сильно продрог. Бросив последний взгляд на Тео, он вышел из комнаты. Он быстро переоделся в серые тренировочные штаны, плотные носки и темно-синюю худи; он взял полотенце, чтобы высушить волосы и вернулся в комнату Рейкена. Майя сидела, облокотившись на стол, и наблюдала за спящим химерой. — Что теперь? — спросила она. — Будем ждать, — произнес Лиам. — Завтра он будет чувствовать себя лучше, — добавил голос Шэны из динамика.***
Но на утро Тео лучше не стало. Совсем наоборот, теперь он бредил в сильной лихорадке. Он всхлипывал и стонал, не реагируя на то, что ему говорят. Шэна и Мейсон были проинформированы о последних событиях. — Может, я недооценила его, как химеру, — признала она и пообещала позвонить, если найдет какую-нибудь новую информацию, как и Мейсон. Всё, что оставалось Лиаму — ждать. Он сидел там, и наблюдал за Рейкеном, вытирая его влажный лоб, прохладным полотенцем. Майя предложила поменяться, но Данбар отказался отходить от него. Он доверял Майе, но это был его якорь, его Тео — и его якорь сейчас был болен. Он не хотел уходить. В течение дня состояние Рейкена становилось хуже, к лихорадке добавились озноб и кашель. Теория Мейсона, и Шэна её поддержала, заключалась в том, что тело Тео справилось с ядом, но он заболел. Словно очень серьезным гриппом. Это, вероятно, продлилось бы пару дней, но так как не было никаких реальных сообщений о таком опыте химер, всё это оставалось просто теорией. Лиам ненавидел это. Он ненавидел то, что понятия не имеет, что происходит, и когда Тео полегчает. Он не бросил его, взяв им обоим больничный. Новости о вечеринке, закончившейся так катастрофично, разошлись, и его учитель спросил, был ли он там тоже. Когда Данбар сообщил, что там был его лучший друг, она только сказала: «Хорошо, позаботься о нём.» и пожелала всего доброго. Были ли у Лиама замечательные учителя? Да, определенно!***
На второй день болезни у Тео начались лихорадочные сны. Он ворочался с боку на бок, задыхаясь и кашляя от ужаса. Казалось, все объявили на него охоту: Тара, Ужасные Доктора, мертвые члены стаи химер. Тео заскулил и захныкал, и Данбар придвинулся к его кровати, обнял и тихо заговорил с ним, хоть и знал, что тот в данный момент не осознает его присутствия. Простыни были смяты, но Лиаму было всё равно, они могли сменить их, когда Рейкену снова станет лучше. — Хэй, я рядом, — мягко сказал он, и погладил Тео по щеке, когда старший снова заскулил. Тео неосознанно последовал за прикосновением и хныкнул еще раз. — Лиам… — выдохнул он почти неслышно, и сердце Лиама сжалось. — Я здесь, Дори. — Лиам… — Тео снова застонал. — Лиам… Альфа… Данбар обнял Рейкена обеими руками, ощущая насколько горячим и влажным было его тело, но не обращая на это внимания. В этот момент он хотел защитить его от чего-угодно. Майя вошла в комнату, и Лиам зарычал, сверкая красными глазами. Когда он понял, что это она, его тело расслабилось, а глаза снова приобрели голубой оттенок. — Прости, — пробормотал он, но она замотала головой. — Всё в порядке. Ты защищаешь его. Я понимаю, — Она положила рядом сэндвич. — Тебе нужно поесть, Лиам. Ты мало спишь, в конце концов, нужно хотя бы есть. Данбар понимал, что она права, и неохотно отпустил Тео, разворачивая бутерброд и впиваясь в него зубами: — Спасибо, — сказал он, жуя. Было приятно что-нибудь съесть. Бессонница из-за обилия кофе, постоянное беспокойство и голод — не лучшее сочетание, даже для Альфы. Он заметил рядом с Майей мешочек и кивнул на него: — Что это? — Ох, — она схватила его, и начала распаковывать. — Моя подруга очень хорошо разбирается в травах. Я рассказала ей, что происходит — не беспокойся, она знает о сверхъестественном — и она дала мне кое-что. Тут некоторые травы, которые мы должны добавить к компрессу и положить на лоб, это должно помочь с лихорадкой, — она положила маленький мешочек полный трав на кровать. — А вот здесь целебный отвар. Все ингредиенты — травы, и она уверена, что это должно помочь его естественному заживлению, а может даже и ускорить его. Только вот дело в том, что Тео должен выпить его. Я не думаю, что он может сделать это в нынешнем состоянии. — Тогда подождем, пока его сознание прояснится, и он сможет сделать больше, чем просто хныкать и метаться по кровати. Это ведь уже совсем скоро, да? — Лиам хотел, он нуждался в том, чтобы быть оптимистичным, но он чувствовал, как заставляет себя. Ему было безумно страшно. Майя попыталась обнадеживающе улыбнуться: — Скоро ему полегчает, я уверена, — согласилась она, желая успокоить своего Альфу. Но в эту самую минуту, Тео взял на себя смелость доказать, что неуверенный оптимизм ошибочен. Только Данбар доел свой сэндвич, как химера начал неистово трястись, всё его тело реагировало пронзительной дрожью. — Чёрт! — вскрикнул Лиам и вновь обвил тело Рейкена руками, пытаясь удержать его на месте. Тео рвано дышал и, казалось, что температура поднялась еще выше, а его тело всё еще содрогалось от озноба. Его зубы стучали, и это выглядело и звучало действительно болезненно. Данбару было трудно удерживать его, но он боялся, что Тео поранится, если он отпустит. — Майя, открывай микстуру! — рявкнул он, а судороги только-только медленно начинали отпускать тело Рейкена. — Ты хочешь залить его ему в горло? — Дункан была сообразительной и уже стояла с другой стороны от Тео с отваром в руке. — Я не уверена, Лиам! — Нам придётся! Он химера, никто не знает, что может произойти, понятно? Тео первый химера, и было очень много тех, кто не выжил. Никто не знает, станет ему лучше через пару дней или нет. Я не могу потерять его, Майя, поэтому, если у нас есть что-то, что может помочь, я должен попытаться! Я не могу позволить ему умереть! — сказал ей Лиам, его глаза блестели от слёз, и она посмотрела на него, а затем, сжав губы, кивнула. — Я буду держать его голову, а ты вливай! — предложила она, и Данбар отпустил Рейкена, чтобы взять отвар и откупорить его. Майя удерживала Тео и слегка склоняла назад его голову, чтобы он не подавился жидкостью. Лиам подставил флакон к губам химеры и медленно наклонил его, позволяя зеленой жидкости стечь в горло Тео. Когда упала последняя капля, Майя неспеша опустила его на кровать, и Рейкен продолжил мирно спать, больше не мучась от сильной дрожи. Его лицо время от времени искажалось от страданий и боли, он всхлипывал, но не показывал такой тяжелой реакции, как раньше. Лиам отставил пустой флакон, и снова вытер лоб Тео полотенцем. Дункан принесла еще одно чистое и начала подготавливать принесенные травы для компресса. — Спасибо, Майя. За всё, — честно произнес Данбар. — Мы стая. Ты мой друг, моя семья. Мы, волки, против всего мира. Так что, не стоит благодарности, вы сделали бы то же самое для меня, ребята. Её ответ его удивил: — Ты считаешь Тео волком? — Ага. Мне всё равно, химера он или нет. Он может быть хоть частично лягушкой, и я продолжу считать его волком. Моим товарищем по стае. Черт, в данный момент вы, мальчики, мне фактически братья. И он, как старший брат, которого я всегда хотела. Ты, как брат одногодка, если тебе интересно. Лиам на это слабо улыбнулся: — Ты тоже часть моей семьи. Как Мейсон, Кори, Нолан и, конечно, Тео. Но более того, если ты понимаешь, о чем я. Как сестрёнка, — он опустил взгляд на Рейкена. — Надеюсь, это поможет ему, — юный Альфа провел по его щеке. — Ты мне нужен, Тео, слышишь? Не оставляй меня! — Он не оставит тебя, мы его спасём, — произнесла Дункан и положила подготовленный компресс химере на лоб.***
Третий и четвертый дни болезни Тео были, пожалуй, самыми худшими. Всё началось, как обычно, с дрожи и держащейся высокой температуры, время от времени случались сильные ознобы, но затем он снова засыпал. Когда он просыпался, он не был на самом деле в сознании, и Лиам знал, что его друг всё еще не узнает окружение. Он использовал эти моменты, чтобы напоить Рейкена и чтобы его горло не пересохло. Вскоре Тео снова терял сознание, а Данбар вытирал его лоб, убеждаясь, что при данных обстоятельствах, он в максимальном порядке, насколько это было возможно. Но затем это произошло без всякого предупреждения. Лиам сидел рядом с Рейкеном и читал свои лекции, чтобы ничего не упустить, как вдруг тело Тео снова содрогнулось и выгнулось дугой. Данбар оглянулся, ожидая очередной приступ озноба, но в этот раз глаза его якоря, распахнувшись, горели золотом, а клыки были выпущены. — Тео? — беспокойно спросил Лиам, и химера, рыкнув, бросился на него. Данбар вскрикнул, когда его внезапно прижали к изголовью кровати, разъяренный химера зарычал ему в лицо и вцепился когтями в руку, которую Лиам поднял, чтобы защитить себя. Одного взгляда в глаза Тео хватило для него, чтобы понять, что его друг всё еще не был здесь, пойманный в лапы лихорадочного сна, и Данбар предположил бы, что тот сейчас сражается с Ужасными Докторами или какой-нибудь другой опасностью. Он бы не стал просто так атаковать Лиама. И всё же именно на него он сейчас набросился, пытаясь задушить. Майя ворвалась в комнату ровно в тот момент, когда Альфа и Бета боролись, и глаза Лиама вспыхнули: — ТЕО, ХВАТИТ! — зарычал он своим голосом Альфы, и первый Бета заскулил, но отпустил. Он вздрогнул и снова рухнул на матрас. Данбар отпрыгнул от кровати, зажимая рукой кровоточащие следы от когтей на предплечье, и широко раскрытыми глазами уставился на неподвижного химеру. Его сердце бешено колотилось в груди, и Майя была настолько же шокирована, как и он. — Если он когда-нибудь спросит — этого никогда не было, — отрезал Лиам. — Он никогда меня не атаковал и никогда не ранил, — он опустил взгляд на свою руку. Когти Тео едва не задели татуировку, но, слава богу, прошлись мимо. Майя выглядела неуверенно, словно хотела что-то сказать, но затем просто кивнула: — Ладно, — она вновь бросила взгляд на Тео. — Эй, может быть, это хороший знак? — Что? — Ну, яд должен ослаблять химеру, верно? Это бы убило Тео в процессе, но ты понимаешь о чем я. — Так, и что? — Данбар не понимал. — Если химера уже снова настолько сильный, что может обратиться и атаковать во сне, может, это значит, что ему становится лучше? Это абсолютно точно имело смысл и давало Лиаму новую надежду. — Значит, всё, что нам нужно, это убедиться, что он сможет очнуться от своей горячки. Может, ты и права. — Я схожу и спрошу мою подругу, может ли она сделать еще того отвара. Возможно, он снова ему поможет, — объявила она и вышла из квартиры. А Лиаму пришлось залечивать раны. Он использовал полотенце, чтобы утереть кровь и очистить порез, как вдруг в дверь постучали. Он нахмурился. Майя обычно использовала запасной ключ, который он ей дал, но он всё же поднялся, направляясь к двери. Лиам прислушался к сердцебиению — одно. Он глубоко вдохнул и распахнул дверь. — Я представлял возвращение домой иначе, но Мейсон и Кори написали мне и сказали, что Тео отравили, я просто должен был сначала приехать сюда. Как он? И что за чертовщина у тебя с рукой? — Нолан выпалил всё на одном дыхании. Лиам уставился на него, а затем выдохнул: — Как я рад тебя видеть, — он затянул Холлоуэя одной рукой в объятия, а затем в квартиру, закрывая за ним дверь. — Итак, отвечаю на твои вопросы. Как он? — начал Данбар, когда они оба пришли обратно к Тео в комнату, и он смог продолжать наблюдать за ним. — Он обратился во время своего лихорадочного сна и атаковал всех, кто был перед ним. Мы с Майей думаем, что это знак того, что его химера снова становится сильнее и он поправляется. И да, вот откуда раны. Не будем об этом, ладно? Не хочу, чтобы он знал, что ранил меня. Нолан кивнул: — Как скажешь. Но он хорошо тебя задел. Лиам опустил взгляд вниз, убирая полотенце. Нолан был прав, порезы и правда довольно глубокие. — Заживет. Холлоуэй взял его за руку, осматривая порезы, а затем и тату: — Мейсон рассказывал, что ты сделал татуировку. Круто выглядит. Но, что это? — он указал на символ стаи. — Это знак нашей стаи. Нолан, что ещё Мейсон и Кори сказали тебе? — Только то, что есть некоторые вещи, о которых ты должен мне рассказать. Они не дали мне больше никакой информации. — Хорошо, потому что кое-что изменилось, — Лиам посмотрел на него, и его глаза засочились красным светом. Нолан в изумлении уставился на него, раскрыв рот. — О, вау-вау-вау, стоит мне разок уехать из страны, как всё тут же меняется. Как это случилось? И таким образом Данбар посвятил его во всё, что произошло, пока его не было. В конце Холлоуэй потерял дар речи, а Лиам пробежался пальцами по волосам. Ему снова нужно было подстричься. — Я спросил Кори с Мейсоном, а теперь спрошу и тебя: Хочешь ли ты стать членом моей стаи? Это зависит от тебя, ты не обязан говорить… — Да! Ты шутишь? Конечно, я хочу. Мейсон не может быть единственным человеком в ней, так? Так что да, считай, что я часть — как она называется? — Стая Утренней Росы. — Стая Утренней Росы. Считай, что я часть стаи Утренней Росы. Лиам расплылся в улыбке: — Спасибо.***
На следующий день состояние Тео действительно улучшилось, его не лихорадило так сильно, как раньше, и Данбар был вправду счастлив. Он всё еще оставался с Рейкеном всё время, развалившись на соседней части кровати и прикладывая все усилия, чтобы не уснуть. После почти шести дней без сна Лиам был измождён, но он не мог спать, пока Тео всё ещё болел. Так что, пока что он просто лежал, балансируя на грани сна и бодрствования. Внезапно Рейкен задвигался, и всё произошло так быстро, что Лиам не успел отреагировать, как химера навис над ним, сверкая глазами и обнажая клыки. Обеими руками он упирался Данбару в грудь, прижимая того к матрасу, и Лиам задохнулся от внезапного давления. Его руки сомкнулись на руках Тео, и он поднял взгляд. Рейкен выглядел более бодрым, чем днями ранее, но всё еще не до конца пришел в себя. — Тео, это я! Я, Лиам! Я не раню тебя! — он пытался урезонить взбушевавшегося химеру. — Это я, Дори, Лиам. Его мягкий голос, казалось, наконец-то дорвался до разума Тео, он проморгался, и пелена перед его глазами рассеялась. Рейкен посмотрел вниз на Лиама, а затем ахнул и отполз в сторону, на соседнюю часть кровати. — Что стряслось? Данбар сел, игнорируя тупую боль в грудной клетке от натиска Тео, и постарался сохранить спокойствие в голосе: — Что ты помнишь? — Я встречался со своей исследовательской группой, а потом была вечеринка. Я вдруг почувствовал себя странно и позвонил тебе, а после…ничего. Это ты принес меня домой? — он огляделся, снова фокусируясь на Лиаме. — Кто-то отравил пунш волчьим аконитом. Тео, ты тоже отравился. Тебе было очень, очень плохо после этого. Мы все волновались, — не было смысла лгать ему об этом. — Сколько часов я был в отключке? — спросил Рейкен. Лиам вздохнул: — Тео, ты был без сознания почти шесть дней. Глаза Тео в шоке распахнулись: — Чего? Лиам подполз ближе и присел рядом с ним: — Эй, всё хорошо. Как ты себя сейчас чувствуешь? — Горло болит. Я весь потный. И слабость во всём теле, — ответил Тео. — Ладно, вот, попей, — Данбар взял бутылку с водой и открыл её, прежде чем протянуть Рейкену. Тот принял её и за раз осушил половину. Лиам запустил пальцы в его волосы, когда он закончил, и приложился своим лбом к лбу Тео. — Слава господи, ты вернулся, — пробормотал он. Дверь мягко открылась, и Майя с Ноланом заглянули внутрь. Они вошли, когда заметили, что Тео очнулся, и Холлоуэй робко помахал: — Привет, как чувствуешь себя? — Я потерял почти шесть дней, — сухо заметил Тео. Лиам тихо хихикнул: — Ему становится лучше, — добавил он к жалобе Рейкена. — Он в сознании, а это уже кое-что. Тео слабо улыбнулся: — Можно я приму душ? — спросил он. Не для того, чтобы проснуться — он снова хотел чувствовать себя свежим и чистым. Лиам нерешительно кивнул. — Конечно, только не волнуйся. Хочешь поесть? — Тео кивнул. — Суп? — предложил Данбар, Тео снова качнул головой. Улыбнувшись, он поцеловал Рейкена в лоб, и шмыгнул за дверь, вместе с Ноланом и Майей. Он продолжал готовить обещанный суп, слыша, как Тео шаркает вокруг, перебираясь в душ. — Теперь, когда он очнулся, мы можем позаботиться о тебе? — спросил Холлоуэй, и Лиам вопросительно промычал. — Ты дерьмово выглядишь. Сон — вот что тебе нужно, — уточнил человек, и Данбар фыркнул. — Посплю позже. Через несколько минут Тео присоединился к ним. Он переоделся в белую футболку и какие-то спортивные штаны, а его волосы всё еще были влажные после душа. — Как долго ты уже здесь? — спросил он Нолана. — Только вчера приехал. — Хорошо. Я больше ничего не пропустил? Может, что-то ещё произошло? Лиам, Майя, и Нолан замотали головами. — Ничего особенного. Хэй, мы хотели посмотреть кино, будешь с нами? — спросила Дункан, и Тео кивнул. Троица переместилась в гостиную, пока Лиам остался доделывать суп. Он присоединился к ним, только когда тот был готов. Тео с огромным аппетитом проглотил суп и благодарно улыбнулся Данбару, который сел рядом. Тот улыбнулся в ответ и растянулся на диване, прислоняясь к Рейкену. Снова быть рядом со своим другом и знать, что он был в порядке — всё еще немного ослабленный, но уже на пути полному выздоровлению — было всё, в чём он прямо сейчас нуждался. Он пытался следить за событиями в фильме, но через некоторое время его глаза закрылись, а голова склонилась на бок. Усталость, наконец, застигла его врасплох, и теперь, когда его якорь вновь был в сознании, юный Альфа заснул. Тео посмотрел на Лиама: — Он совсем не спал и присматривал за мной, да? — Ага, что бы мы ни говорили, он не сдвигался с места и редко подолгу спал, — подтвердила Майя, и Рейкен вздохнул. — Всегда так оберегает. Нолан посмеялся: — Я тебя умоляю. Когда дело доходит до защиты друг друга, ни один из вас не лучше другого. Ты бы сделал для него то же самое. — Верно, — признался Тео.