Переворот: попытка вторая

Северус повесил мантию на спинку высокого резного стула и, расстегнув запонки на рубашке, закатал рукава. Его голова болела, он был не в духе. Снейп выпил обезболивающее, стоящее на антресолях, и плавно опустился в мягкое кресло, желая расслабиться с хорошей книжкой и, возможно, чашкой травяного чая. Его камин вспыхнул зеленым пламенем, и в огне показалось лицо Люциуса. Северус глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стараясь успокоиться. — Сев, ты не хочешь подойти к камину или, возможно, впустить меня? — Ответить честно или притвориться любезным? — проворчал Снейп, приподнимая бровь. — Неужели ты мне не рад? Не верю. Открывай камин, — самодовольно проговорил блондин. Северус нехотя снял защитные чары с камина и пропустил Малфоя. Взмахом палочки он призвал два бокала на журнальный столик и бутылку белого сухого. Мужчины сели в кресла напротив друг друга. Пару минут они сидели в тишине: раздраженный профессор зельеварения и чем-то возбужденный лорд Малфой. — Я хотел поговорить на счёт Драко. Мы оба знаем на какой факультет попал мой сын, — Люциус наконец прервал молчание и задумчиво обвёл ободок своего бокала, — и знаем, кто ещё попал на этот факультет. — Люци, так и скажи, что волнуешь из-за дружбы Драко с Поттером, — тяжело вздохнул Снейп, он уже устал нервничать из-за этого. — Какой ещё дружбы? — протянул мужчина. — Не отрицай очевидного, мальчишки сдружились, не понятно почему, но факт. — И ты понимаешь, к чему это может привести? — нарочито спокойно отозвался Люциус. — Предпочитаю об этом не думать. В любом случае, детские привязанности не так крепки, какими кажутся. — Я очень на это надеюсь. Я волнуюсь, Сев, у меня есть одна мысль… ну, а в прочем это не важно. Ещё и Нарси ведёт себя странно. Она постоянно пропадает у своей сестры, празднует с ними магловские праздники. — Ну, семейные узы нерушимы. В конце концов, я тоже не чистокровный, — это заявление отвлекло Люциуса от созерцания содержимого своего бокала, и он пристально взглянул на Снейпа. — Да, но ты мой друг. — Тетрадь всё ещё у тебя? — Да.

***

Панси Паркинсон всю свою жизнь была убеждена: все грязнокровки невежественны, глупы, уступают чистокровным в магическом потенциале. Однако эта девчонка, с которой она теперь вынуждена сидеть на ЗОТИ, ни в какую не желала уступать Панси. Паркинсон было интересно наблюдать за Гермионой, подмечать её привычки. Грейнджер засовывала в книги карточки из-под шоколадных лягушек вместо закладок, не ела сладкое, боясь какого-то «кариеса», любила кошек и читала даже во время еды. Вот и сейчас Грейнджер самозабвенно строчит проверочную работу по трансфигурации, когда Паркинсон давно написала всё, что знала. — Драко, её оценки лучше моих, — жаловалась она в один из тех уютных вечеров, когда друг приходил в гостиную Слизерина. — Она много учится, это логично, — отвечал Драко, меланхолично рассматривая потолок, развалившись на большом кресле, — она умная и интересная, почему бы тебе просто не общаться с ней? Панси перевела взгляд на Драко, упрямо вглядываясь в друга, потом вздохнула и придвинулась ближе к мальчику. — Ты вроде такой умный, но такой дурак, Малфой. — Зато ты у нас умница, — Драко грустно улыбнулся и тоже придвинулся к подруге, из-за чего их волосы спутались между собой. Малфой медленно брел вдоль коридоров Хогвартса, до комендантского часа оставалось ещё минут сорок, и он решительно никуда не спешил. У него не получалось придумать, как можно решить вопрос с Волдемортом, иногда у него возникала мысль подкинуть письмо со всей нужной информацией кому-нибудь из учителей, но он доверял далеко не всем. Нельзя было предугадать, озаботятся ли они содержимым или решат, что эта чья-то злая шутка. Иногда он думал, что можно рассказать всё Дамболдору, но Драко не был уверен и в нём. Директор школы Хогвартс всегда действовал по своему личному плану, не всегда посвящая людей в подробности. Нужен был человек, которому бы Драко смог безоговорочно доверить все тайны, который бы любил Гарри, и сделал бы всё, чтобы вытащить из него крестраж, не убивая носителя.       Все эти мысли разбивали уверенность Драко в успешности его путешествия, как разбивается ваза от неловкого движения чьей-то руки. День за днем Малфой становился всё мрачнее, иногда он отрывался от своих мыслей, чтобы поговорить с Панси или Гарри. Его всё ещё успокаивала мысль, что пока что Гарри жив, общается с ребятами, заводит новые знакомства и постоянно смущается от своего статуса знаменитости. Но ведь могло быть и так, что воскрешение Волдеморта произойдет раньше, так же просто, как он исчез с затылка их учителя. Это нервировало. В один из вечеров он устало плелся в гостинную, практически не смотря перед собой и на углу больно врезался в какую-то фигурку. — Малфой! — вскрикнул Рон, потирая ушибленное место. — Уизли, — шипя протянул Драко, — что ты здесь делаешь? — Ищу Коросту. После того, как она сбежала, я её так и не нашел, — он грустно вздохнул и сразу же взял себя в руки, подозрительно глядя на мальчика. — Чего ты так уставился? — спросил Драко, устало и снисходительно взирая на парня. — Мне вот что интересно, Малфой, — Уизли сощурил глаза, — мы с тобой никогда раньше не ладили, мне вообще казалось, что ты вроде как противный и унылый, но вот ты попадаешь на Гриффиндор, — его лицо приняло напряженный и задумчивый вид, — это очень странно на самом деле. И ты нормально ко мне относишься — это ещё страннее, твой отец презирает мою семью, и… — Рон, — Драко прервал этот поток речи и положил руку на плечо Уизли, проникновенно заговорив, — это всё не имеет значения. Я тоже удивлен, что попал не на Слизерин, поверь, мой шок был больше твоего, — он облокотился о стену рядом с ним, и ляпнул вполне искренне, — к тому, же я правда считаю, что ты хороший друг. На Рона была страшно смотреть, его лицо как открытая книга отражала весь спектор эмоций, сменяющихся с огромной скоростью: удивление, испуг, непонимание и, наконец, смущение. — Эээ, — протянул он, не зная что ответить. — Всё нормально, Уизли, — Драко весело фыркнул, — я не заставляю тебя со мной дружить, но, если что, обращайся, — он по-свойски похлопал его по плечу и, не дожидаясь ответа, двинулся дальше по коридору, оставляя Рона размышлять в одиночестве. Этот случай не особо запомнился Малфою, однако он вспомнил о нем, когда после обеда его выхватили оживленные близнецы. Драко почти привык к ним, он должен был признать, что они вызывали у него симпатию: «мне никогда бы не позволили себя так вести, совершенно безбашенные типы», — заключал про себя Драко.       Они затащили его в какой-то класс, который, он готов был поклясться, просто появился в стене рядом с ним. Не то чтобы он испугался, просто это было неожиданно, собственно поэтому он ввалившись в класс резво выхватил палочку и уставился на две довольные веснушечьи морды. — Вы идиоты, — скрипуче произнес он и поправил растрепавшуюся челку, впрочем парень не увидел ни тени обиды. Эти две саламандры лишь растянули губы в две чеширские улыбки. — Мне всегда казалось, что мы вполне сообразительные, — делано нахмурился тот, что стоял справа. Драко право не представлял, как люди учились с ними на одном курсе, их нереально было отличить друг от друга. — Казалось — верное слово, — съязвил Драко. — Ладно тебе, Малфой, мы просто хотели немного с тобой поговорить, — близнецы в мгновение сделались очень серьезными, что им совершенно не шло, это было неприятно. Навевало мысли о прошлом будущем. — Мы просто хотим сказать, что мы рады, что ты не испытываешь к нам неприязни. Это сбивает с толку, мы такого не ожидали. — Фрэд хочет сказать, что мы действительно надеемся, что вся твоя дружелюбность искренна, а не вызвана чем-либо ещё. Если ты понимаешь о чем я. Драко стоял задумавшись пару минут, не зная что ему сказать, а потом собрался с мыслями. — Я же гриффиндорец, — он зловеще улыбнулся, — сомневаюсь, что шляпа дура, — и они все вместе фыркнули, прекрасно зная, что шляпа та ещё дура. Гарри медленно брел по коридорам Хогвартса, ему казалось, что он заблудился, но необоснованная внутренняя уверенность, что он дойдет до гриффиндроской башни толкали его вперед, пока он не наткнулся на девочку. Она вскрикнула, но разглядев его выдохнула. — Поттер, — выплюнула она, — ты меня чертовски напугал! Гарри уставился на неё и узнал в ней ту девочку, что так несправедливо оскорбляла его на первом уроке по полетам. — Привет, — неуверенно начал он, он хотел спросить дорогу, но не знал, ответит ли она ему, было странное ощущение, что она его недолюбливает. — Панси. — Что? — Меня зовут Панси, — она закатила глаза, и сдула свалившуюся на глаза челку, — Поттер, хочу сразу сказать, что не буду извиняться. Ничего личного. Я не хотела грубить или издеваться над тобой, но ты тоже хорош, — она гневно сверкнула глазами. — Тогда я тоже не буду, — Поттер оскалился, сверкнув своими зелеными глазищами, — ничего личного, Панси. — Тебе направо, — догадавшись о чем то произнесла девочка, и вполне дружелюбно пояснила, — ещё дальше и ты дойдешь до наших подземелий. Драко наблюдал за Гарри на зельях, Малфой порывался помочь, но опасался реакции Северуса. В прошлый раз он разразился такой утомительной тирадой, что Драко подумывал даже подкупить крестного, но вовремя осекся. Снейп знает его с рождения, не хватало ещё, чтобы тот заподозрил его в нездоровой одержимости Поттером. Однако сейчас Гарри совершал очередную ошибку, настолько очевидную, что Драко сморщил свой аристократичный нос. Всё таки Поттер полный ноль в зельеварении. Ничего не меняется. Он шикнул Гермионе и она вопросительно уставилась на него. — Гермиона, как думаешь, лучше кинуть иглы свежими, или растолочь подсохшие, — он с нажимом посмотрел на нее, — Поттер собирается кинуть свежие, — закончил Драко, кивая в сторону Гарри. Глаза Грейнджер расширились и она немедленно ущипнула Поттера, очень сбивчиво поясняя, какую грубую ошибку он совершает. Малфой удовлетворительно отвернулся и наткнулся на прямой взгляд черных глаз. — Что-что вам непонятно, мистер Малфой? — Голос Снейпа мог бы быть менее ядовитым, но Драко промолчал. Он виновато уткнулся в учебник. — Ничего, сэр, всё понятно, — он посмотрел на крестного снизу вверх, вздохнул и надул губы, — мне остаться после уроков? — Я подумаю об этом, мне кажется вам следует лучше изучать материал, ведь если зелье от фурункулов кажется вам таким сложным то боюсь представить, что с вами будет на продвинутом зельеварение, — он говорил вкрадчиво и все в классе обратились в слух, сжавшись на своих местах. — Да, сэр, — Малфой понурился, и попытался прикрыть собой своё давно готовое зелье. Снейп выразительно глянул в его котел и молча отошел. Усевшись на место он пробуравил в Драко дыру взглядом, но блондин даже не думал поднимать взгляд. Уж что-что, а участвовать в этой борьбе с крестным он не собирался. После урока они вывались из класса и Гермиона сочувствующе поглядела на блондина, Гарри и Рон нахмурились. Они решили между собой, что Снейп слишком часто придирается к Драко по пустякам, и что он не имеет права так делать. Гермиона усиленно напирала на слово «не педагогично» и поджимала губы. Гарри грустно вздохнул. — Это из-за меня. Мне кажется, он меня ненавидит, а то, что вы пытаетесь помочь мне, выводит его из себя. — Это тем более непрофессионально, — вспыхнула Гермиона, — помощь внутри коллектива помогает лучше работать, не совершать ненужные ошибки, — она хмуро посмотрела на дверь зельеварения. — Да ладно, Поттер, — Драко закинул руку ему на плечи и притянул к себе, взлохмачивая волосы, — он просто бесится, что я не у него на факультете, не парься, — и ободряюще улыбнулся ему. Очки на носу Гарри немного перекосились, и его глаза вспыхнули благодарностью. Они стояли практически сталкиваясь носами, и Драко во всю наслаждался тем, что он может себе это позволить. Поттер заметно расслабился. — Ладно вам обжиматься, — фыркнул Рональд, взлохмачивая свои рыжие лохмы — у нас трансфигурация следующая, — и тут же заунывно продолжил, — и я совершенно к ней не готов. — Ты лентяй, Рональд, — нахмурилась Гермиона, — я возьмусь за твое обучение, — отчеканила она, и по её тону было понятно, что никаких возражений она не принимает. И они отправились на трансфигурацию.